Вестник из Пекла

Утро в Нокстаре началось не с запаха свежеиспеченного хлеба, а с привкуса меди на языке. Солнце едва пробивалось сквозь тяжелую, свинцовую дымку, которая за ночь наползла с юга. Я проснулся от того, что «Глотающая Тень» на стене моей спальни начала тихо гудеть, словно потревоженный улей. Кольцо Отречения на пальце было ледяным — верный знак, что Хаос внутри меня почуял чужую, враждебную волю.

Я накинул кимоно, даже не завязывая пояс, и вышел на балкон. На главной площади уже было людно, но это не была обычная рыночная суета. Люди стояли кучками, тревожно поглядывая на южные ворота.

— «Хит, ты это чувствуешь?» — я отправил ментальный посыл брату, даже не оборачиваясь.

— «Чувствую. Пространство дрожит. Слишком много магии смерти для одного утра», — отозвался Хитоши. Он уже был внизу, на плацу, в полном боевом облачении.

Я спрыгнул вниз, приземлившись рядом с ним. Валентайн тоже был там — он выглядел еще более бледным после вчерашнего спарринга, но стоял прямо, как штык. Майрис и Рина вышли из замка следом за Лорентином. Король Эллариона шел не спеша, по привычке подбрасывая яблоко... но когда он бросил взгляд за стену, его рука замерла. Яблоко сорвалось с пальцев и с глухим стуком покатилось по камням, остановившись в пыли.

Лорентин даже не посмотрел на него. Его глаза, обычно полные веселых искр, сейчас превратились в два осколка холодного космоса.

— К воротам. Живо, — коротко бросил он.

Мы поднялись на стену. То, что я увидел, заставило мой «Голод» довольно заурчать, а меня — похолодеть.

По дороге к Нокстару, спотыкаясь и волоча за собой сломанное копье, ехал всадник. Точнее, то, что от него осталось. Его конь был покрыт черной пеной, а сам всадник буквально прирос к седлу из-за запекшейся крови. Его доспехи, когда-то золотистые и гордые, теперь были измяты и покрыты той самой черной изморозью, которую мы видели на гонце вчера. Но самое страшное — это его знамя.

Разорванное полотно с изображением молота и наковальни. Арумия. Кузница мира.

— Это страж Арумии... — прошептала Рина, поправляя очки. — Но Арумия неприступна. У них лучшие стены и артефакты в этом секторе.

— Были неприступны, — отрезал Валентайн, подавая знак страже открыть ворота.

Всадник въехал во двор и просто выпал из седла. Я первым оказался рядом, подхватывая его. От него пахло гарью и чем-то сладковатым — запахом гнили Тиамат.

— Эй, бро, держись! Ты в Нокстаре! — я попытался передать ему каплю жизненной энергии через левую руку (правой с Кольцом Отречения я боялся его просто стереть).

Всадник открыл глаза. Вместо зрачков у него были серые пятна. Он схватил меня за край кимоно, пачкая дорогую ткань кровью.

— Пала... — прохрипел он. — Арумия пала за одну ночь... Они пришли из песка... Собиратели...

— Кто пришел? Наемники? — Хитоши присел рядом, прикладывая руку к его лбу, чтобы облегчить боль холодом.

— Нет... — всадник содрогнулся. — Не люди. Тени в белых масках. Они не убивали... они забирали. Король Дарм... они выпили его душу на глазах у всех... Передайте Архонтам... Кольцо... они идут за вторым Кольцом...

Он затих. Его рука безжизненно упала на камни. Я медленно поднялся, чувствуя, как внутри меня начинает закипать ярость.

— Собиратели, — Лорентин произнес это слово так, будто выплюнул яд. — Майрис была права. Тиамат не стала ждать, пока мы закончим тренировки. Они уничтожили Арумию просто чтобы показать нам, что барьеры больше не работают.

— Лорентин, — я повернулся к нему. — Ты сказал, Собиратели. Те, кто забирает то, что дорого. В Арумии были лучшие кузнецы и наши поставщики артефактов. Они отрезали нас от снабжения.

— Не только, Хаяси, — Рина развернула свиток, её руки дрожали. — В Арумии хранился один из Осколков Первородного Пламени. Если они забрали его... они смогут запитать порталы Тиамат прямо на нашем континенте. Им больше не нужно будет плыть через океан.

Я посмотрел на Хитоши. Брат был спокоен, но вокруг него воздух начал кристаллизоваться.

— Нам нужно выступать. Если мы будем сидеть за стенами, они вырежут наших союзников одного за другим. Селдора, Гронхейм... они следующие.

— Стойте! — Валентайн вышел вперед. — Мы не можем бросить Нокстар. Если это ловушка, и мы уйдем основными силами, город останется беззащитным перед тенями. Альдракар на Троне Пепла удержит стены, но он не может сражаться на улицах.

— Я останусь, — Майрис шагнула ко мне. Её голос был твердым. — Я знаю методы Тиамат. Я подготовлю стражу к встрече с тенями. Валентайн, ты возглавишь внутренний круг обороны. А вы... — она посмотрела на меня и Хитоши. — Вы должны идти к Ли Шэнь.

При упоминании Нефритовой Империи у меня екнуло сердце.

— Почему Ли Шэнь? Чжао Лунь — предатель. Он подставил нас один раз, подставит и второй.

— Потому что Лин Лунь — единственная, кто знает путь к Долине Драконьих Слез, — ответила Рина. — Там находится последний артефакт, который может усилить ваше Кольцо Отречения. Без него, Хаяси, ты не сможешь сдерживать Голод, когда начнется истинная битва. И... по моим сведениям, Ли Шэнь уже в осаде. Чжао Лунь продал сестру Собирателям в обмен на свою жизнь.

Я почувствовал, как Кольцо Отречения на моем пальце вздрогнуло. Ярость, чистая и горячая, как магма, затопила разум. Вспомнился тот самый поцелуй, за который Майрис чуть не прибила меня утром. Лин Лунь... она была хитрой, наглой, но она не заслуживала стать кормом для теней Тиамат.

— Этот кусок дерьма продал сестру? — я усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. — Хитоши, хватай посох. Кажется, у нас намечается семейная разборка в императорских масштабах.

— Я иду с вами, — Лорентин поднял свое яблоко из пыли, вытер его и... просто раздавил в руке. — Элларион уже выслал рыцарей к границам Ли Шэнь. Мы не дадим Собирателям закрепиться на Востоке.

— Рина, ты с нами? — спросил Хитоши.

— Мои знания о Собирателях — это единственный шанс не сдохнуть в первые пять минут, — буркнула она, поправляя очки. — Так что да, я в деле.

Мы начали сборы. Нокстар гудел, как потревоженный улей. Генералы Аурон и Истар уже выводили полки на плац. Громм ковал наконечники для стрел с такой скоростью, что искры летели до самого неба. Город готовился к войне, которую мир не видел тысячи лет.

Я зашел в свои покои, чтобы взять «Глотающую Тень». Майрис уже ждала меня там. Она помогла мне закрепить ножны и поправила воротник нового кимоно.

— Господин Хаяси... — она на секунду прижалась лбом к моей спине. — Вернитесь. И приведите эту Лин Лунь. Я хочу лично... поблагодарить её за то, что она помогла вам выжить.

— «Майрис, ты же понимаешь, что "поблагодарить" в твоем понимании — это спарринг до первой крови?» — я попытался пошутить, но голос подвел.

— До второй, — тихо ответила она. — Берегите брата. И не давайте Кольцу Отречения шептать вам лишнего.

Я вышел на площадь. Хитоши, Лорентин и Рина уже ждали у ворот. Мы не брали армию — нам нужна была скорость. Рывок через полконтинента, чтобы спасти то, что еще можно спасти.

— Ну что, команда спасения? — я вскочил в седло своего верного жеребца. — Цель — Ли Шэнь. План — навалять Собирателям, дать пинка императору-предателю и не забыть по дороге пообедать. Лорентин, у тебя яблоки остались?

Лорентин молча вытащил из сумки целую корзину и перекинул мне одно.

— Ешь на ходу, Хаяси. У нас мало времени. Собиратели не спят.

Ворота Нокстара открылись, и мы рванули в туман. Впереди была неизвестность, запах гари из Арумии и крики теней в белых масках. Но глядя на Хитоши, который уверенно держал поводья, я знал: Тиамат совершила большую ошибку. Они напали на наших друзей. А за друзей Хаяси из Нокстара готов стереть саму реальность.