Бездна, что смотрит в ответ

Мир не исчез сразу.

Сначала пропал звук.

Будто кто-то резко вырвал саму возможность слышать — гул ветра, собственное дыхание, даже биение сердца. Всё растворилось в тишине, такой плотной, что она давила на сознание сильнее любого крика.

Потом пришла тьма.

Не ночь. Не закрытые глаза.

Тьма была живой — глубокой, вязкой, бесконечной. Она не просто окружала, она смотрела.

— …ты тоже это чувствуешь? — голос прозвучал глухо, словно из-под воды.

Второй ответил не сразу.

— Если мы мертвы… то это странная смерть.

Они падали.

Или им казалось, что падали. Не было ни верха, ни низа, ни направления. Пространство растянулось, словно треснувшее зеркало, а в его осколках мелькали образы: небо, камень, свет, огонь — и снова тьма.

В какой-то момент бездна дрогнула.

Не снаружи — внутри них.

Что-то коснулось каждого на уровне, где не существовало ни кожи, ни костей. Слишком тонко, чтобы заметить. Слишком глубоко, чтобы забыть.

Их отбросило.

Первым очнулся старший.

Он лежал на холодной поверхности, пахнущей пеплом и металлом. Над ним простиралось небо, которого не могло существовать: звёзды были слишком близко, словно их можно было коснуться рукой. Некоторые медленно двигались, оставляя за собой светящиеся следы, как живые существа.

Он сел, стиснув зубы.

Тело болело, но было… целым.

— Эй, — хрипло произнёс он. — Ты жив?

Ответ раздался сбоку.

— К сожалению, да.

Младший лежал, закинув руку на глаза. Он выглядел спокойнее, чем следовало бы человеку, только что упавшему в неизвестность. Тёмные волосы были перепутаны, на щеке — тонкая царапина, но в остальном он казался почти невредимым.

Слишком невредимым.

Они молчали несколько секунд, осматривая мир.

Вдалеке возвышались руины — не город и не крепость, а нечто среднее. Каменные арки висели над пустотой, соединённые мостами, которые не имели опор. Где-то внизу шумела чёрная вода, но её поверхность отражала звёзды, будто это было не море, а второе небо.

— Это точно не сон, — сказал младший. — Во сне у меня так не болит голова.

Старший встал. Его движения были резкими, собранными. Он всегда таким был — даже сейчас, когда логика отказывалась работать.

— Значит, нас куда-то… выкинуло.

— «Куда-то» — очень оптимистично.

Они пошли вперёд.

С каждым шагом пространство будто подстраивалось под них. Камень под ногами слегка вибрировал, словно откликаясь на их присутствие. В воздухе чувствовалось напряжение — не опасность, а ожидание.

Ни один из них не заметил, как вокруг тел начали происходить странные вещи.

Между частицами пыли вспыхивали крошечные искры, исчезающие быстрее, чем мысль. Камень под ногами на мгновение менял структуру, словно кто-то переписывал его на уровне, недоступном глазу. Воздух сгущался и разряжался в такт их шагам.

Мир изучал их.

— Слушай, — сказал младший, разглядывая собственную ладонь. — У тебя нет ощущения, что здесь… слишком правильно?

— В смысле?

— Будто всё ждёт, когда мы что-то сделаем.

Старший ничего не ответил. Он смотрел вперёд — туда, где над руинами медленно вращался странный светящийся символ, похожий на соединение геометрии и звезды.

Он не знал почему, но был уверен:

это место — начало.

А бездна, что их поглотила,

ещё не закончила с ними.