Дорожная пыль и тени прошлого

Утро в Нокстаре было тихим — непривычно тихим после того ада, который мы устроили в подземелье. Замок, восстановленный магией Альдракара, стоял как новенький, но я всё равно обходил те места, где вчера были трещины, с опаской. Казалось, камень стал... другим. Более плотным. Словно он напитался волей древнего деда.

Я стоял в тронном зале, пытаясь натянуть на правую руку перчатку из чешуи черного дракона, которую Майрис раздобыла где-то в закромах архивов.

— Да чтоб тебя... — прошипел я, закусив губу. — Хитоши, помоги! Эта дрянь не лезет!

— Используй магию, Хаяси. Ах да, я забыл, твоя магия сейчас превращает всё, чего касается, в кучку пепла, — Хитоши стоял у окна, полностью готовый к отъезду. Его белый дорожный плащ сверкал на солнце. — Оставь. Майрис, помоги этому ходячему финалу.

Майрис бесшумно скользнула ко мне. Её пальцы, холодные и ловкие, мгновенно застегнули тугие ремешки на моем предплечье. Черная кожа перчатки плотно облегала мою новую руку, скрывая светящиеся татуировки.

— Теперь вы в безопасности, Хаяси-сама, — прошептала она, но её взгляд задержался на моем лице чуть дольше обычного. В её глазах была какая-то странная печаль, которую я раньше не замечал. — По крайней мере, те, кому вы захотите пожать руку.

— Надеюсь, — я сжал кулак. Сила внутри перчатки глухо зарычала, но кожа выдержала. — Ну что, Валентайн, всё готово?

Валентайн Шенрир стоял у входа, сверяясь со списком.

— Кони накормлены, охрана из пятидесяти элитных гвардейцев готова. Генерал Аурон остается за главного. Лорентин... — он запнулся, глядя на короля Эллариона, который лениво жевал яблоко, сидя на подоконнике. — Лорентин едет с нами?

— А как же? — Лорентин спрыгнул на пол. Его глаза больше не сияли галактиками, он снова выглядел как обычный бездельник. — В других странах яблоки вкуснее. Да и за вами, щенками, присмотреть надо. Вы же в первом же кабаке либо войну начнете, либо полстраны расщепите.

— Мы едем договариваться о мире, Лорентин, — Хитоши холодно посмотрел на него. — Нокстару нужны союзники против Тиамат. Если мы останемся в изоляции, нас раздавят поодиночке.

— Мир — это хорошо, — Майрис вдруг поправила мой воротник. Её рука на мгновение задержалась у моей шеи, и я почувствовал, как она вздрогнула. — Но помните: в некоторых странах мир стоит дороже, чем война.

Она отвела взгляд, и на секунду мне показалось, что она смотрит не на меня, а сквозь меня — туда, где когда-то был её настоящий дом.

— Майрис? — позвал я. — Ты какая-то... тихая сегодня. Всё нормально?

— Всё как всегда, Хаяси-сама, — она снова нацепила свою хищную улыбку, но она не достигла её глаз. — Просто... я давно не покидала эти горы. Старые дороги иногда шепчут слишком громко.

Мы вышли во двор. Нокстар провожал нас молчанием. Валентайн запрыгнул в седло, Хитоши легко взлетел на своего белоснежного коня. Я подошел к своему вороному жеребцу и осторожно взялся за поводья левой рукой. Правая, в черной чешуе, тяжело покоилась на бедре.

— Ну что, брат, — я посмотрел на Хитоши. — Куда сначала? Кому будем впаривать нашу «дружбу»?

Хитоши развернул карту.

— Ближайший путь лежит через нейтральные земли к Астери — Небесному Анклаву. Сераф-король Элион Пятый всегда был за баланс. Если мы убедим его, что Нокстар — это опора, а не угроза, Селдора побоится на нас давить.

— Небесный Анклав, значит... — я усмехнулся. — Опять летуны. Надеюсь, у них там потолки высокие, а то я со своим Хаосом могу и не поместиться.

Мы тронулись в путь. Когда копыта коней застучали по мосту, я обернулся. Майрис ехала позади на серой кобыле, низко опустив голову. В лучах утреннего солнца её белые волосы казались почти прозрачными, а фигура — призрачной.

Я вспомнил слова Альдракара о том, что «Надежда — это просто отсрочка Пепла». Мы ехали искать надежду. Но почему-то мне казалось, что за нами по пятам следует всё тот же серый пепел.

— Эй, Майрис! — крикнул я, поравнявшись с ней. — Не кисни! Как приедем к этим ангелам, я тебе самое большое облако подарю!

Она подняла на меня взгляд, и в её фиолетовом глазу на мгновение отразилось что-то такое... древнее и болезненное, что у меня перехватило дыхание.

— Облака не дарят, Хаяси-сама, — тихо сказала она. — В них прячутся. Но спасибо за намерение.

Мы выехали за ворота, оставляя за спиной уют и безопасность стен. Впереди был мир Архонтов — жестокий, красивый и готовый к новой войне. И я чувствовал, как моя правая рука под перчаткой начинает медленно нагреваться.

Закон Завершения отправился в путь.