Копирование и вставка
Я проснулась с ощущением невероятного уюта. Мои пальцы, кажется, запутались в волосах Фердинанда, чья голова всю ночь покоилась на моей груди. Его нога согнута так, что он практически обнимал мои бедра и верхнюю часть ног, а одна рука крепко обвивала мою талию.
Или, говоря проще, он всем телом прижимался ко мне. На мгновение я разозлилась на него, ведь представляла, что это я буду прижиматься к нему, но он оказался быстрее. В ответ я нежно помассировала его голову.
Если уж он собирался лежать рядом со мной, то я собиралась погладить его волосы. Это было справедливо.
Казалось, что Фердинанд постепенно просыпается: он стал двигаться активнее и обнял меня крепче, чем когда находился в глубоком сне.
Я обернулась и поцеловала его в лоб.
— Доброе утро, мой Бог Тьмы, — сказала я с игривой ноткой в голосе. Он в ответ еще сильнее уткнулся головой в мою грудь.
— Доброе утро, моя Богиня Света, — наконец прошептал он, затем прижался ко мне и поцеловал в лоб.
— Никогда еще я не просыпался так легко, — признался он, позволив себе упасть рядом со мной. Затем он просто лежал там с безмятежной улыбкой. Возможно, мое собственное выражение лица выглядело так же.
— Чем займемся сегодня? — спросила я, уютно прижимаясь к нему и обвивая его грудь, как мне мечталось проснуться изначально.
— О, может у тебя есть какие-то особые планы? — ответил он с игривой улыбкой, и я тут же ответила ему такой же.
— В маминой книге содержатся три такие «короткие истории», но вчера мы прочитали только одну, — сказала я, заметив нетерпение в его глазах.
— Ну, тебе не помешает изучить дворянские эвфемизмы немного глубже, — согласился Фердинанд, и я рассмеялась от того, как легко он это принял. Книга моей мамы, которую она приказала держать в моей тайной комнате, была настоящим эротическим романом, невероятно откровенным, если не учитывать, что он полностью закодирован в этих самых эвфемизмах.
Я даже не подозревала, что дворяне могут осмелиться обсуждать такие темы, используя эвфемизмы буквально для всего.
— Подумать только, сколько нам пришлось сдерживаться, чтобы стать официально мужем и женой, — заметила я с легким сожалением, на что он тихо рассмеялся.
— Вчера нам удалось выпустить накопившиеся эмоции, — согласился он, и я подхватила его тихий смех.
— Можно так и сказать. Кажется, в какой-то момент я стала бессознательно использовать усиливающую магию. Надеюсь, я не причинила тебе боль, — вспомнила я, осознав, насколько могла быть резкой в пылу момента.
— Не переживай об этом. Усиливающая магия только увеличивает твои врожденные физические способности. Ты, может, уже и не такая хрупкая, как раньше, но всё равно ты не треннированый рыцарь. Ты не сможешь причинить мне вред, — словно невзначай подтвердил он, и я почувствовала, как его рука нежно перебирает мои волосы.
— Ах, какое облегчение, — прошептала я, уткнувшись в его грудь, и обняла его чуть крепче.
— Но, Розмайн, как насчет того, чтобы начать день с заполнения твоей Книги Местионоры содержимым из моей? — внезапно предложил он. Я отстранилась от его груди и посмотрела на него с приподнятой бровью.
— Фердинанд, ты снова ставишь мои желания выше своих?
Я думала, что мы уже готовы перейти к зимним занятиям, и вдруг он неожиданно предложил это. Не то чтобы я была против завершения своей книги, но всё же... как он мог так испортить романтическое настроение.
— О, не волнуйся, моя дорогая. Было бы удивительно, если бы ты смогла переписывать больше десяти страниц за раз, так что это не сильно задержит чтение второй истории, — сказал он подмигнув мне, но я никак не могла уловить, на что он намекал.
— Я не уверена, что ты имеешь в виду, но мне кажется, у тебя есть план, так что я тебе доверюсь. Грутрисхайт, — произнесла я, открывая книгу на первой пустой странице, пока Фердинанд делал то же самое, уточняя, какую информацию он должен перенести. Я старалась внимательно следить за ним, но наблюдение за тем, как он использует мое заклинание копирования и вставки, оказалось куда менее захватывающим, чем вид его обнаженного торса.
— Наверное, всего пять страниц, — заметил он с усмешкой, уловив мой взгляд, и переместил содержимое из своих пальцев в мою электронную книгу.
И каждое из слов заняло своё место.
Он вливал свою ману в трансформацию моего штапа с огромной интенсивностью и всего за один короткий импульс.
Я ощутила связь моего штапа с моим ядром и внезапный прилив тепла, заполнивший всё моё тело. Ахнула от немыслимого ощущения, которое развернулось и во мне, и вокруг меня, закончившись почти столь же молниеносно, как и началось.
Моё лицо дёрнулось в момент, когда он попросил меня указать, какую страницу ему следует подготовить. Я осторожно перелистнула страницу в своей электронной книге.
— О, да, у тебя нехватает действительно интересных страниц, — прокомментировал он с соблазнительным тоном, расправляя пальцы по страницам своей книги и медленно, но верно перенося их содержимое в мою.
На этот раз я следила за его пальцами, затаив дыхание, чтобы не упустить момент, когда он перенесет их на страницы моей собственной книги.
На этот раз я не просто задохнулась; по моему телу пробежала дрожь, которую я впервые испытала прошлым вечером.
— Фердинанд... — произнесла я, чувствуя, как дыхание становится тяжелым.
— Да, дорогая? — спросил он невинно, моргая, словно был озадачен моей неожиданной реакцией.
Он знал, что это случится!
— Не мог бы ты немного ускориться? Я не уверена, сколько еще смогу удержаться, чтобы не наброситься на тебя, — проговорила я сквозь сжатую в улыбке челюсть, и он ответил, попросив у меня следующую страницу для добавления.
— О, этот магический круг. Интересный выбор. Я всегда задавался вопросом, почему Бреннварме так имеет такое сильное влияние в нем... — начал он, но прекратил свое поддразнивание, заметив мое лицо. С понимающей ухмылкой он скопировал страницу и убрал свою Книгу Местионоры.
— Розмайн, это займет целую неделю, если твой предел — три страницы за раз, — весело заметил он. Я потянулась, чтобы закрыть его дразнящие губы поцелуем и наконец заставить его замолчать.
— Нашел чем пугать меня, — ответила я с усмешкой. Он обнял меня, перевернувшись так, что теперь я оказалась под ним.
— Всё, что угодно моей Богине Света, — согласился он и осыпал меня поцелуями.
— От нас ожидают, что мы встанем, чтобы позавтракать, Розмайн, — прокомментировал Фердинанд, но перспектива покинуть постель казалась наихудшей из всех возможных.
— Ах, может быть, стоит сначала принять ванну, — пробормотала я, замечая, какой липкой кажусь себе от пота.
— И, возможно, переодеться, — добавил Фердинанд, осматривая ночной халат, который с вечера вчерашнего дня валялся на полу. Рядом лежало мое нижнее белье.
— Я хотел спросить еще вчера, но тогда более важные дела потребовали моего внимания, так что я забыл, — начал он снова с дразнящей улыбкой. Я поспешно выбралась из кровати, прежде чем осознать, что снова не могу устоять перед его чарами. Теперь, когда я осознала необходимость, мне очень хотелось этой ванны.
— Да, Фердинанд? — спросила я, делая первые шаги к ванной комнате.
— Цвет твоего нижнего белья — это тайна, которую мужчины открывают только в брачную ночь, или это нечто особенное лишь для меня? — спросил он с ушами, которые были почти такими же красными, как обсуждаемое нижнее белье.
— Только для тебя ну или для нас. В мире грез существовала традиция носить красное нижнее белье в важные дни, чтобы привлечь удачу. И было весьма кстати, что красный цвет здесь считается женственным, — объяснила я с широкой улыбкой.
— Понятно. Значит, я, вероятно, самый удачливый человек в Юргеншмидте, — заключил он, и я вынуждена была согласиться.
— Женат на самой удачливой женщине в Юргеншмидте, — подтвердила я с веселым настроением и направилась к ванной комнате.
— Давайте пока прикажем принести завтрак сюда, — предложила я, и он издал звук, который я приняла за согласие.
Мне потребовалась целая неделя, чтобы закончить свою Книгу Местионоры, как и предсказал Фердинанд, учитывая мой слабый самоконтроль.
Я не возражала, ведь эта неделя выдалась исключительно захватывающей.
В какой-то момент мы даже нашли время прочитать те две другие истории из книги матери, и я начала задумываться, не попробовать ли мне самой написать что-нибудь этакое.