Навыки переговорщика Бенно

Рано утром на его стол легло письмо от господина Хартмута. Бенно задумался, сможет ли он когда-либо привыкнуть к тому, что они появляются из ниоткуда. До сих пор они каждый раз его шокировали. Когда он прочитал письмо, он задался вопросом, откуда больше исходит его обычное чувство тревоги: от ожидания содержания или от способа доставки. Хотя он предполагал, что господин Хартмут может снова попросить его рассказать о Пожирании с точки зрения простолюдина, он не ожидал, что его вызовут объяснить все группе простолюдинов, которые в настоящее время находятся под домашним арестом за незаконное проникновение в герцогство с детьми-пожирателями.

Почему все думали, что у него есть хоть немного свободного времени для чего-то подобного?! И всего за два дня до события. Он никогда не думал, что станет скучать по дворянскому этикету, который позволял подготовиться заранее. По крайней мере, Лутц в последнее время почти вернулся в строй, поскольку Тули больее не находилась в такой опасности, как три недели назад. "Он должен быть в состоянии управлять магазином вместе с Марком," — размышлял Бенно, вынужденно обновляя свое расписание в соответствии с пожеланиями господина Хартмута.

Когда он прибыл через два дня на встречу, Бенно удивился, что эти простолюдины находились под домашним арестом в одном из лучших трактиров Александрии. Казалось, что они арендовали весь шестой этаж трактира, так как, когда он пришел и, как ему было велено, прямо поднялся по лестнице, его встретил скучающий Лауренц, стоящий на страже у входа на последний этаж.

— Привет, Бенно, спасибо, что помогаешь нам, — непринуждённо поздоровался с ним Лауренц, в то время как Бенно мгновенно опустился на колено и предложил вежливое и длинное дворянское приветствие, которое Лауренц затем повторил.

— Так странно видеть тебя в этой одежде и с такими волосами. Что, ты обычно наряжаешься, чтобы навещать дворян? — поддразнил он Бенно, намекая на его стандартный облик простого торговца, прежде чем вспомнить, что сейчас он на работе.

— Пожалуйста, просто следуй по лестнице. Там есть нечто вроде общей комнаты, где тебя ждут. Я бы предпочёл, чтобы вы все воздержались от криков, так как Матиас в одной из комнат отдыхает после смены. Ну, Бенно и не собирался будить какого-то дворянина от сна, даже если он был одним из последователей Розмайн.

— Понял, — сказал он, поднимаясь по последним ступеням. Когда он вошёл в общую комнату, все взгляды обратились к нему. Они выглядели достаточно скептически, но в то же время с надеждой. Когда Бенно поприветствовал группу, они, по крайней мере, ответили ему подобающим образом, что стало для него облегчением. Нет ничего сложнее, чем убедиться, что люди понимают ситуацию, если они не отвечают.

— Прошу, скажите мне, насколько вы понимаете ситуацию, в которой вы сейчас находитесь, — обратился он к ним после некоторых дополнительных любезностей и представлений.

Но то, что они рассказали ему, заставило его захотеть кричать. Он сосредоточился на своем обещании не разбудить господина Матиаса в соседней комнате, слушая невероятную историю, которую плели люди перед ним. Это был рассказ о том, как они отправились в паломничество к госпоже Розмайн, которая благодаря своему сострадательному сердцу спасет их детей от проклятья, наложенного на них. Бенно лишь стиснул зубы, пока они не закончили свою длинную хвалу Розмайн, почти не сказав ни слова о Пожирании, от которого страдали их дети.

— Вы все глупцы, если думаете, что это происходит на самом деле, — он сверкнул на них взглядом, желая выпустить гром своих эмоций, но снова сдержал себя.

— Пожирание нельзя излечить, даже с помощью магии. Пожирание — это сама магия, бушующая внутри тела простолюдина, который совершенно не может с ней справиться, особенно, когда это такие маленькие дети, как ваши. Единственный способ выжить для них — это высвободить эту магию безопасным образом. И поскольку магия прочно находится в руках дворян, вам невероятно повезло, что вы до сих пор встретили лишь последователей госпожи Розмайн. Обычно детей с Пожиранием забирают у родителей и превращают в рабов, чтобы высасывать их магию. Это ужасно распространено в дворянской культуре и их бы ожидала судьба, худшая чем смерть. Понимаете, насколько опасно это для ваших детей? Вам действительно нужно чудо, но политическое, — Бенно значительно повысил голос в конце своего выступления, хотя он и не собирался этого делать. Остальные смотрели на него с широко раскрытыми глазами. Одна из женщин первой пришла в себя.

— Они ничего не говорили об этом. Мы провели десять дней в пути, но ничего подобного они не сказали. Госпожа Кларисса постоянно убеждала нас верить в госпожу Розмайн, и что она спасёт наших детей, — женщина была больше чем просто потрясена. Бенно в уме проклял госпожу Клариссу. Эта женщина явно была бедствием, когда дело касалось госпожи Розмайн.

— Ну, формально она не солгала, но вы должны понять, что, хотя магический камень для отбора маны может быть легко предоставлен по слову госпожи Розмайн, опасность быть использованными любым дворянином, который не так заботится о простолюдинах, как она, очень реальна. Пережить Пожирание — это одно. Избежать эксплуатации и не быть растоптанными — это совсем другое. — Его взгляд скользнул от одного взрослого к другому, затем остановился на детях у них на руках.

— И всё это вдобавок к обвинениям во незаконном проникновении в Александрию, — скривился Бенно.

— Мы этого не знали! — довольно громко возразил один из мужчин. Бенно опасался, что это может разбудить господина Матиаса, поэтому попытался жестами показать, чтобы тот говорил тише.

— Мы этого не знали. Жители деревень у границы говорили нам, что они постоянно пользовались этим маршрутом, и никого это, похоже, не волновало. Я не понимаю, что мы здесь сделали не так. Бенно испытал внезапное желание приложить кулак к голове этого мужчины, но успешно сдержался.

— Незнание закона и тот факт, что других раньше не преследовали за то же самое, не делает это законным. И особенно это не имеет значения, понимаете ли вы свою вину, когда имеете дело с дворянами. Бенно сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем продолжить.

— Ваши дети не считаются обычными простолюдинами. Они так называемые пожиратели. И их пересечение границ в любом месте, кроме официальных пограничных ворот, является тяжким преступлением. Поскольку вы их сопровождали, вы фактически являетесь соучастниками. Они были ошеломлены такой точкой зрения.

— Почему они держали нас в неведении о том, насколько всё плохо? Они говорили, что присматривают за нами, чтобы защитить нас... — другая женщина казалась совершенно подавленной. Бенно уже мог себе представить, какие благородные эвфемизмы использовались, чтобы создать такое впечатление.

— Бьюсь об заклад, они сказали что-то вроде этого, подразумевая, что защищают вас от самих себя. Если бы вы подняли бунт во время поездки на карете, вы бы лишились всякой надежды на положительное решение по вашему делу. Сохраняя вас спокойными, они сохраняли вас в безопасности. Поскольку здесь необходимо было разобраться с множеством деталей, я полагаю, они не хотели связывать себе руки. И вам, между прочим, тоже, и это в буквальном смысле. Вам невероятно повезло, что именно личные последователи госпожи Розмайн нашли вас, и вы даже не понимаете этого. Любой другой дворянин был бы для вас не просто огромным риском. — Они сглотнули, осознавая подтекст его слов.

— Так как же это всё закончится? — решился спросить человек, который ещё несколько минут назад был в самом сильном гневе.

— Я ожидаю, что вашим детям, а возможно, и вам вскоре предложат контракт от госпожи Розмайн. Настоятельно рекомендую его подписать, вы не получите лучших условий для спасения и защиты ваших детей, чем от неё. Ожидайте, что это будет магический контракт. Я не советую нарушать какие-либо условия контракта, так как это приведёт к мгновенной смерти. Я видел это однажды, и это заставило меня поклясться никогда даже не думать о нарушении. Это невероятная магия правосудия, вы не сможете от неё скрыться, так что не пытайтесь. — Бенно был непроницаемым, вспоминая тот случай из своей юности, который навсегда врезался ему в память.

— Вы хотите, чтобы мы подписали что-то, что приведёт к мгновенной смерти, если мы нарушим условия? — Мужчина недоверчиво смотрел на Бенно.

— Да, контракт с госпожой Розмайн будет наполнен добрыми намерениями, я полагаю, что он просто ограничит ваших детей таким образом, чтобы избежать потенциальных лазеек, которые иначе оставят их уязвимыми для эксплуатации. Если вы не подпишете его, даже если она простит ваше незаконное проникновение, ваши дети либо погибнут очень скоро, либо будут порабощены другим дворянином, который не будет столь благожелателен. Ваши дети могут подписать только один контракт пожирателя — контракт с госпожой Розмайн будет значить, что они будут защищены от любых других контрактов, которые фактически поработят их. — Они обменялись взглядами друг с другом.

— Вы говорите это, даже не увидев её условий? — заговорила женщина, которая до этого момента не произнесла ни слова на собрании.

— Как сказала бы госпожа Кларисса: 'Верьте госпоже Розмайн, и она спасет ваших детей'. На этом Бенно оставил их для неизбежной частной беседы и направился обратно в свой магазин. Когда он успел стать советником по делам Пожирания и проповедником святости Розмайн?