Нарушители границы
Люди с незначительным количеством маны, пересекшие нашу границу, подозрительно напоминали солдат с пожиранием, пытающихся проникнуть внутрь страны. Несомненно, они не ожидали, что госпожа Розмайн обладает такой тонкой чувствительностью. О чем только думал этот глупец Трауквал, начиная столь враждебную операцию, когда мы, наконец, начали уменьшать нашу охрану? Он казался вполне довольным божественным превосходством госпожи Розмайн на собраниях по поводу церемонии передачи власти.
Была ли это его глупая попытка избавиться от бремени правления герцогством, которое он считал предателями на протяжении всего своего правления? Или бывшее герцогство Веркшток еще не находилось под его полным контролем? Казалось, что они уже значительно восстановили плодородие своих земель, но, очевидно, что-то все таки он затевал, если прибегнул к таким подлым методам. Такое неуважение приводило меня в ярость, и я видела, что Кларисса была полностью согласна со мной. Видеть ее гнев успокаивало мое сердце.
Когда мы прибыли в зал телепортации, стражники уже были осведомлены и направили нас к кругу, чтобы достичь пограничных ворот Фрёбельтака, которые находились ближе всего к месту пересечения границы.
Круг мог переносить только одного человека за раз, чтобы снизить риск вторжения в замок, хотя теперь это оказалось довольно хлопотно. Корнелиус пошел первым, за ним Матиас, потом я и, наконец, Кларисса. Когда я прибыл и отошел от телепортационного круга, то заметил, что Корнелиус и Матиас уже вели горячий спор со стражей ворот. Очевидно, они осмотрели описанную область со своих ездовых зверей, но поскольку никто из них ничего не почувствовал, а из-за деревьев ничего не было видно, они вернулись, решив, что это ложная тревога.
— Вы, случаем, не намекаете, что Ауб Александрии ошиблась, почувствовав нарушение? — спросил я с самой доброжелательной улыбкой. Нам действительно не хватает компетентных кадров!
— Нет-нет. Ничего подобного. Мы просто пришли к выводу, что будет лучше вернуться к нашим обычным обязанностям охраны, поскольку сами мы ничего не обнаружили и уже ожидали вашего прибытия. Хотя, должен признать, я не думал, что ауб отправит коммандующего рыцарским орденом вместе с главным служащим лично.
— Безопасность наших границ имеет первостепенное значение, не так ли? — сказал я, не дожидаясь ответа. Дураки вроде него, которые следуют приказам только до тех пор, пока знают, что их отругают за их невыполнение, всё равно бесполезны в подобных ситуациях.
Мы оседлали наших ездовых зверей и поспешили к северной границе Блюмефельда. Вскоре мы заметили поляну, которая, кажется, когда-то использовалась проезжающими мимо простолюдинами.
— Кто-нибудь чувствует что-то? — обратился я к своим коллегам последователям, но так как мы все были людьми с высоким уровнем маны, сжатой до максимума, эти нарушители с малым уровнем маны, естественно, не могли быть нами непосредственно восприняты. Следовательно, никто не заявил, что что-то ощущает.
— Тогда давайте решим эту проблему, как сделала бы госпожа Розмайн! О, Анхалтунг из двадцати двух возвышенных богини Света, помоги мне найти глупцов, которые не подчинились Хаосфлихе и Геботурдунг и преступили против госпожи Розмайн. Сними покров Фёрбергена с этих недалеких, лишенных благословения Глюклитата. И пусть Сехевейт позволит мне их увидеть, сколь бы далеко они ни забрались. Через кольцо из меня было вытянуто больше маны, чем я ожидал, и я, внезапно, стал задыхаться от нехватки воздуха.
Неужели госпожа Розмайн испытывала такие же ощущения в подобных моментах? Её, казалось, никогда не тяготило приносить свою ману в дар богам, но, без сомнения, они любили её гораздо сильнее, чем меня.
Когда часть моей посвященной маны обрушилась на подозрительную область, она, кажется, сконцентрировалась в определенном месте примерно в пяти километрах от границы. Я был в восторге! Это был первый раз, когда мне удалось успешно применить этот подход. Хвала богам! Хвала госпоже Розмайн!
– Там, чуть южнее этого небольшого холма, слева от большого дерева, – указал я коллегам-последователям. Корнелий и Матиас уставились на меня, очевидно не понимая, что моя молитва действительно была услышана, тогда как Кларисса смотрела на меня с восхищением.
– О, мой Бог Тьмы, это было великолепное проявление твоей божественной защиты от Анхалтунг! Пожалуйста, расскажите мне все подробности, каково это быть любимым богами, пусть даже не так сильно, как госпожа Розмайн, сегодня вечером! – Я пообещал, что расскажу. Но сейчас нам нужно было продолжить расследование этих незваных гостей.
Корнелиус взял на себя инициативу, в то время как Матиас находился позади Клариссы и меня, пытаясь удостовериться, что никто не сможет убежать или атаковать, если заметит приближение Корнелиуса. Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы подтвердить их местоположение, которое Анхалтунг показала мне, но когда он вернулся для обсуждения финальной стратегии, он выглядел довольно хмурым.
— Это будет довольно сложно. Там внизу пять взрослых и как минимум двое детей. Дети еще даже не могут ходить. Мы должны действовать осторожно, чтобы всё прошло так, как этого желает госпожа Розмайн. Она ведь особенно чувствительна к детям... — заметил он, не проявляя должного восторга перед безграничным состраданием госпожи Розмайн, Святой Эренфеста и Божественного Аватара. Однако сейчас было не время его упрекать.
— Действительно, если она узнает, что такие маленькие дети погибли, будь они даже нелегальными нарушителями, то потеряет к нам всякое доверие, — добавил я.
— Итак, как ты думаешь, как нам следует действовать дальше? — Корнелиус задумался, но потом вдруг бросил взгляд на Клариссу.
— Мне не хочется спрашивать, но, в худшем случае, если эти пятеро взрослых окажутся на уровне рыцарей низших дворян, можешь ли ты справиться с ними в одиночку, не прибегая к столь жёстким мерам, которые могут поставить под угрозу находящихся рядом детей? Я помню, что тебя когда-то представляли как служащую меча, — он поднял бровь, ожидая, что она подтвердит или опровергнет эти заявления. Впрочем, ответ был очевиден.
— Конечно, я справлюсь с ними — возможно, нам стоит в будущем немного поспарринговать, чтобы ты мог оценить мои рыцарские способности, — она насмешливо посмотрела на него. И не зря. С ней считались даже самые опытные воины.
— Да, именно так я и представлял, Кларисса. Я также предполагаю, что ты уже носишь легкую броню? Тогда, пожалуйста, спустись так, чтобы они могли увидеть тебя с расстояния примерно 50 метров. Оцени их реакцию, прежде чем достанешь штап, а в худшем случае, убери детей из потенциальной зоны боя. Также помни, что указ Местионоры все еще в силе и не позволяет убивать, кроме как в случае самообороны. — Она дала подтверждение, типичное для рыцарей, и четко следовала его указаниям. Мы оставались поблизости, но скрытые под пологом деревьев, готовые вмешаться в любой момент.
Когда она предстала перед непрошеными гостями, их реакция казалась весьма спокойной. Они, казалось, сбились в кучу, увидев, как прекрасная дама спускается с ездового зверя, но нападать не стали. Когда она находилась всего в нескольких шагах, насколько мы могли видеть, она подозвала нас вниз, не проявляя никакой поспешности. Моё любопытство было на максимуме. Неужели она их просто убедила? Как только я увидел их полностью, заметил, что они стояли на коленях.
Все пятеро: три женщины, каждая со свертком в руках, и двое мужчин, стоящих на коленях с пустыми руками в полушаге позади женщин. Я механически проверил их руки на наличие колец воинов с пожиранием, но не смог обнаружить таковых. Из-за того, что женщины держали детей, я не мог разглядеть все их пальцы. Неужели они действительно думали, что я куплюсь на такой простой трюк? Я бросил на них презрительный взгляд.
— Итак, какая ситуация с этими нарушителями? Я вижу, что они, по крайней мере, не стремятся к борьбе. Кто их отправил? — Они казались весьма напуганными мной, но никто не спешил с ответом. Кларисса тогда рассказала мне то, что они сообщили ей ранее.
— Они пришли просить госпожу Розмайн о милосердии, чтобы вылечить своих детей, так они сказали мне. — Я была раздираема между радостью от того, что люди теперь даже идут в паломничество к моей госпоже, и отвращением к мысли о том, что они считают себя достойными, чтобы даже позволить себе просить её о чём-то таком эгоистичном.
— Что с вашими детьми? Взять их в такое путешествие, это значит подвергнуть их жизни опасности. — Я пристально изучал их реакцию, намереваясь поймать их на лжи. Но никто не заговорил.
— Если вы не хотите отвечать, я предположу худшее, — осмелился бросить им вызов я. Почему они были готовы говорить с Клариссой, а не со мной? Что они замышляли?
— Я требую немедленно показать ваши руки, — приказал я, прищурившись. Они поспешно подчинились, женщины начали быстро перекладывать младенцев в своих объятиях, чтобы я мог видеть их пальцы. Ситуация становилась все страннее. Но они все равно не ответили ни на один из моих вопросов, хотя только что доказали, что прекрасно меня понимают.
Когда я уже собирался достать свой штап и просто связать их световыми лентами, Корнелиус положил руку мне на плечо и предложил немного отступить и позволить Клариссе заняться дальнейшими распросами, так как они явно были слишком напуганы мной. Я неохотно согласился и отошел немного дальше от них. Там я все еще мог видеть и слышать их, но было очевидно, что они теперь будут взаимодействовать с Клариссой.
— У них жар. Он то приходит, то уходит, но всегда бывает очень сильным. К тому же, появляются высыпания. Никто не мог помочь нам, поэтому мы подумали, что Святая Эренфеста, которая жалеет даже сирот, — их последний шанс. — Они не подняли глаз с коленопреклонённой позы. Одна из женщин даже плакала, в то время как другая объясняла. Но иммитировать слёзы — легко, меня трудно убедить просто так.
— Кто вас сюда прислал? — Кларисса повторила один из моих вопросов. На этот раз они действительно ответили. Ответил один из мужчин. В самом деле возмутительно, что минуту назад они проявляли неуважение ко мне.
— Никто нас не присылал, госпожа. Мы услышали слухи, которые распространяются по всему герцогству, и решили прийти сюда сами. — Теперь он тоже был близок к слезам. Могут ли они действительно говорить правду? После лет моих усилий вполне возможно, что слухи дошли до простолюдинов других герцогств.
— Почему вы не воспользовались пограничными воротами? Вместо этого теперь вас считают злобными нарушителями, незаконно проникшими на территорию. — Я не мог видеть её лица, но знала, что она им задает жару. Ох, как я люблю эту женщину!
— Нам сказали, что это обычный путь для простолюдинов, чтобы пересечь границу — они подняли глаза и обменялись взглядами друг с другом. Если они притворялись, то делали это очень умело.
— Это не так. Особенно для тех, у кого есть пожирание. Кто из вас этим страдает? С кем вы подписали контракт? Я не потерплю лжи. — О, она была великолепна в этом. Пугающая, но не подавляющая.
Разве это было лишь потому, что она женщина? Или она превосходила в умении, которое я считал доведённым мною до совершенства среди всех последователей госпожи Розмайн? Однако, сейчас простолюдины снова замерли в молчании, казалось, не в силах ответить. Неужели она перегнула палку? Когда я подошел к ним ближе, женщина, которая плакала, подняла глаза, полные отчаяния.
— Миледи, у меня есть только контракты, которые я подписала с гильдией купцов, ранее Веркштока, теперь Блюмефельда. Я не знаю, что вы имеете в виду под пожиранием. Если у меня оно есть, я об этом не знаю, — начала она кричать, всё ещё со слезами на глазах, и ребёнок на её руках тоже начал плакать. Мать опустила глаза, чтобы успокоить его, но её глаза расширились от шока.
— Не-ет! Что же теперь случилось? Почему твоя кожа... — Я понял это в тот же момент, что и Кларисса. Но так как она была ближе к ним, она преодолела расстояние быстрее, чем я.
В мгновение ока она прижала магический камень к лицу младенца, что немедленно заставило пузырение прекратиться. Все взрослые потрясенно смотрели на нас, так как мы бросились вперёд, будто нападая на мать и её страдающего ребёнка. Но как только они заметили, что ребёнок успокоился, а мать подтвердила, что опухлость, сыпь и температура значительно уменьшились, они уставились на нас с недоверием в глазах.
– Упоминалось о трёх людях с пожиранием, и трое детей больны... – Я обменялся взглядом с Корнелиусом.
– Она точно захочет их спасти... – вздохнул он и потёр виски. Я всем сердцем согласился. Такая уж моя госпожа Розмайн!
Примечания:
Анхалтунг - богиня советов
Хаосфлихе - бог опеки
Геботурдунг - богиня порядка
Фёрберген - бог сокрытия
Глюклитат - бог испытаний