Смешивание еще одного юреве
Хотя этот урок по смешиванию юреве не являлся технически частью курса для кандидатов в герцоги, а относится к общей программе, однако студентов шестого года обучения, являющихся кандидатами на звание герцога, объединили в отдельную группу для проведения этого занятия.
Сначала я удивилась, услышав об этом, но, войдя в комнату и увидев оборудование для смешивания размером с ванну, сразу поняла, почему количество участников на каждом занятии было ограничено. В противном случае просто не хватило бы места для всех.
Как только я заметила розовые хвостики Ханнелоры в одном из углов комнаты, я сразу направилась к ней и встала рядом с ней.
— Как приятно снова видеть тебя на занятии, Ханнелора, — поприветствовала я ее с широкой улыбкой. Лицо Ханнелоры тут же засияло.
— Розмайн, я тоже рада. Я не была уверена, освободят ли тебя от этого занятия, ведь ты уже прошла все курсы для кандидатов в герцоги.
— Ну, нельзя сказать, что я раньше не занималась смешиванием юреве, но я не возражала против этого занятия, ведь запасное юреве никогда не помешает, — подумала я вслух. Ханнелора, похоже, немного смутилась от этого замечания.
— Но сейчас действительно неудачное время. Запасное юреве, смешанное всего за сезон до твоей церемонии звездного сплетения потеряет часть своей эффективности. — Её румянец, когда она это говорила, заставил меня тоже покраснеть. Ааа, я не могу ей сказать, что это не будет проблемой!
— Ах, но вы обручены почти два года, так что, возможно, оставшееся различие незначительное? — Ханнелора слегка запнулась, но решила продолжить разговор на эту тему. Я почувствовала, как моя голова закипает, и огляделась по комнате, заметив, что пока мы беседовали, Вильфрид и Ортвин тоже вошли и теперь наблюдали за нами с легким смущением на лицах.
— Здравствуйте, господин Ортвин и господин Вильфрид, — приветствовала я их с натянутой улыбкой, отчего Ханнелора тоже повернула голову.
— Извините, что прерываю вашу беседу, — пробормотал Вильфрид. Я лишь ещё раз покачала головой.
— Нет-нет, всё в порядке. Вы ничего не прерывали. Пока мы неловко улыбались друг другу, нас спас профессор Гундольф, начав урок. Обсуждать изменения цвета при брате совсем не входило в мои сегодняшние планы.
Профессор Гундольф подробно объяснил характеристики, которые отличают уровни качества между различными видами юреве, подчёркивая важность правильного выбора подходящих и сбалансированных ингредиентов.
Прежде чем разрешить нам приступить к смешиванию, он потребовал от каждого представить классу свои ингредиенты, описать степень их чистоты и емкость маны, а также указать, какого качества юреве мы намерены изготовить. Это было необходимо, чтобы расширить горизонты всех участников в отношении возможных материалов и продемонстрировать исследования, которые мы провели в подготовке к занятию.
Я была поражена разнообразием ингредиентов, доступных по всему Юргеншмидту и собранных другими кандидатами в герцоги.
— Госпожа Розмайн, какие ингредиенты вы принесли для этого урока и какого качества юреве собираетесь приготовить?
— Мой весенний ингредиент — это яйцо катценвельса. Затем у меня есть магический камень шрекеншупфера, добытый из особенно буйного экземпляра, в качестве летнего ингридиента. Плод рюэля для осени, а для зимы я взяла... э, сердце подземного магического растения, которое называтеся швейнетруфель. Думаю, из этого должно получиться нечто высокого качества, — объяснила я, указывая на ингредиенты.
Профессор Гундольф бегло осмотрел первые три магических камня, но его внимание привлек швейнетруфель.
— Я никогда раньше не слышал об этом магическом растении, госпожа Розмайн. Можете ли вы поместить это сердце на ваш идентификационный инструмент? — спросил он, указывая на мой инструмент, который показывал свойства ингредиентов, размещенных на нем.
Кстати, этот инструмент был создан по указаниям Фердинанда, но не им, и даже не мной. Он отказался создавать его специально для меня, решив, что это слишком утомительно. Это ясно дало мне понять, что мне не следует пытаться делать его самостоятельно.
Хартмут буквально умолял меня поручить ему какое-нибудь задание по смешиванию. На протяжении нескольких недель он задавал вопросы, о том, чем мог бы помочь. В какой-то момент мне просто захотелось чтобы он отстал. Поэтому я спросила, не желает ли он изготовить для меня магический инструмент для анализа ингридиентов, и он мгновенно согласился, даже не зная всех деталей.
Я была уверена, что позже он пожалел о своей поспешности, но больше он не беспокоил меня несколько месяцев, прежде чем наконец представил свое творение. Он признался, что привлек Клариссу для помощи в этом деле, но конечный результат оказался великолепным. Даже Фердинанд оценил его как "очень хороший".
Я быстро наложила вашен, чтобы не осталось никаких раздражающих загрязнений, и поместила швейнетруфель. Белый, похожий на луковицу объект, явно выражал яркую привязанность к жизни и земле, без следа других элементов.
— Ого, это редкость иметь такой ингредиент, который охватывает оба зимних элемента в равной степени. Я полагаю, он прекрасно подойдет для вашего юреве, госпожа Розмайн, — оценил он, и я была рада, что он доволен моим выбором. Кто бы мог подумать, что магическое растение, описанное в этой забавной и нелепой книге из Иммердинка, окажется настолько полезным ресурсом?
Затем он подошел к столу Ханнелоры, и было очевидно, что она тоже выбрала высококачественные ингредиенты.
— Ты сама охотилась на этого ватшеншлагера, Ханнелора? Я слышала, что они невероятно надоедливые с этими отрастающими лапами, которые всегда целятся в лицо своих врагов, — сказала я после того, как профессор Гундольф снова удалился, чтобы проверить процесс смешивания, которому мы должны были следовать.
К моему удивлению, когда я задал вопрос, щеки Ханнелоры стали цвета её волос.
— Ой, э... нет. Мне это в подарок досталось, — тихо ответила она, а я понимающе ей улыбнулась.
— Ах, подарок от него? То, что это его можно использовать для спасения в аварийной ситуации — это, несомненно, романтично, — сказала я, вспоминая один из романов Эльвиры, где особенно пылкий рыцарь убивал магических животных по всей стране, чтобы покорить свою возлюбленную, даря ей ингридиенты для смешивания.
— Ты тоже так думаешь? — спросила она, с очаровательным выражением лица. Я, слегка наклонив голову, кивнула в ответ.
— Абсолютно. По правде говоря, кроме рюэля, все эти магические камни я тоже получила от Фердинанда. Потом я слышала, что ему пришлось трижды использовать вашен, прежде чем он почувствовал себя достаточно чистым после сбора швейнетруфеля. Похоже, там было много грязи, — я хихикнула, слегка отрешенно глядя вдаль.
Юстокс был так преисполнен желанием поделиться этой историей, что Фердинанду пришлось заставить его замолчать используя камень посвящения имени. Поэтому я так и не услышала всю историю этого сбора до конца.
— Поразительно, что он все еще так ухаживает за тобой, когда вы оба так заняты управлением целым герцогством, — она хихикнула, и я в каком-то смысле должна была с ней согласиться. Однако сбор для моего личного смешивания был делом, в котором он позволял участвовать только моим собственным рыцарям и себе, и никому другому.
— Итак, теперь мне нужно окрасить все это, — сказала я, представляя, как закатываю рукава. Однако в ответ получила лишь недоверчивый взгляд от Ханнелоры.
— Ты не подготовилась к этому занятию, Розмайн? Тогда ты не сможешь закончить сегодня. Лицо подруги было полно беспокойства.
— Разве это не заставит тебя отклониться от традиции заканчивать все занятия максимально быстро? — спросила она меня. Но я только покачала головой в ответ.
— Было бы расточительно держать магические камни с такой вместимостью уже заполненными, Ханнелора. Удобно держать их пустыми на случай, если вдруг срочно понадобится слить ману, — объяснила я, но она лишь слегка покачала головой.
— В последний раз я столкнулась с этой проблемой, когда мой питомец, ручной вольфаниэль неожиданно умер. Но, полагаю, у тебя гораздо больше маны, которую нужно держать под контролем всё время, — пробормотала она, и я с трудом удержала улыбку. Ты просто лучше умеешь сдерживать свои эмоции, Ханнелора. Как настоящая благородная леди.
Я начала с моего весеннего ингредиента и вскоре пожалела о своем замысле. Я не учла, что могу взяться за этот урок, не будучи полностью заряженной маной. Но только вчера вечером я вложила огромный объем в основание Александрии. Если я хотела завершить урок сегодня, мне нужно было принять одно из весьма неприятных зелий восстановления. Легкие зелья тут не помогут. Фу.
Я вздохнула и потянулась за зельем на поясе. Его безобидный зеленый цвет никак не передавал невероятно отвратительный вкус. Но я не могла позволить себе не быть первой в классе. Как иначе я смогу пережить презрение Фердинанда?
О, Зехвайт, прости меня за то, что я не молюсь тебе чаще!
Я не обратила внимания на малый шар маны, который устремился к потолку.
Ханнелора уже находилась на первом этапе смешивания и усердно помешивала смесь, но при этом подняла свой взгляд на меня.
— Все в порядке, Розмайн? Ты не заболела, раз у тебя в руке зелье? — спросила она с явным беспокойством в глазах, прежде чем снова сосредоточиться на своем юреве.
— Ах, я вчера просто вложила слишком много маны в основание Александрии и забыла оставить достаточно в резерве для сегодняшнего занятия. Это лишь последствия моего собственного поступка, и теперь мне придется выпить это ужасное зелье восстановления, — задумчиво посетовала я, прежде чем осознала, что произнесла, и замерла на месте.
— Ужасное? — переспросила Ханнелора с натянутой улыбкой, не отводя взгляд от своего котла.
— Прошу прощения за оговорку. Вкус принесен в жертву ради максимальной эффективности. Зелье действительно мощное, как и ожидалось, но обычно я использую его только в крайнем случае. — Я бросила гневный взгляд на зелье в руке, открыла флакон и опустошила его. Удушье и кашель, которые последовали за этим, привлекли внимание профессора Гундольфа. Ах!
— Госпожа Розмайн, все в порядке? Кто-то испортил ваши зелья? Следует ли мне позвать вашего слугу, чтобы провести полную проверку? — Его поведение было примерным, и именно поэтому оно казалось крайне неловким.
— Премного благодарю за вашу заботу, профессор, все в полном порядке. — Профессор, казалось, не был убежден, но все же ушел, чтобы помочь другому студенту, у которого был какой-то вопрос. Фух.
— Это выглядело так, будто ты отравилась, Розмайн, — тихо заметила Ханнелора с тревогой, бросая свой летний ингредиент в котел. Потому что на вкус оно было как яд.
— О, о-хо-хо, прошу прощения за то, что отвекла тебя, Ханнелора. — Я заметила, как она кивнула и снова сосредоточилась на смешивании. Зелье уже действовало, поэтому я немедленно принялась за окрашивание оставшихся ингредиентов и встала рядом с собственным котлом, размером с ванну. Я понимала, что буду ощущать усталость в руках несколько дней после всего этого перемешивания.
Но как только колокол возвестил о конце занятия, я завершила юреве. Я позвала Лизелету, чтобы она перенесла его в мои покои в общежитии с помощью телепортационных кругов. Они были предоставлены в основном только для этого класса и стали настоящим облегчением практически для всех.
Пока я восхищалась удобством и уверенными движениями Лизелеты, за моей спиной послышалось легкое покашливание.
— Госпожа Розмайн, поздравляю вас с тем, что вы, как всегда, с первого раза завершили занятие. Могу ли я воспользоваться этой возможностью, когда Дрефангуа переплела наши нити, для того чтобы выступить в роли Ордошнелли? — Я обернулась и увидела, что Ортвин подошел ко мне, в то время как его сопровождающий занимался его завершенным юреве.
— Конечно, господин Ортвин. Сегодня у меня нет других запланированных дел, так что я свободна провести с вами несколько мгновений, прежде чем отправлюсь в библиотеку, — сказала я с любопытной улыбкой. Интересно, о чем он хочет поговорить?
— Это весьма успокаивающая новость, госпожа Розмайн. Я хотел бы узнать, свободны ли вы через три дня для участия в чаепитии на пятом колоколе. Моя сестра Адольфина проявляет большой интерес к силе благословений Вулканифта среди своих подданных и уже отправила образец их ремесла в общежитие Древанхеля. Было бы жаль не доставить его предполагаемому получателю, — объяснил он, и я с трудом сдержала смех. Так, значит, он хочет избавиться от огромной коробки с ручным насосом в его общей комнате? Понятно!
— Через три дня, на пятом колоколе? — подтвердила я, стараясь вспомнить, не занята ли я в это время. Однако Лизелета опередила меня.
— Ваш график свободен в это время, госпожа Розмайн, — сообщила она мне после того, как свернула телепортационный круг, чтобы его можно было легче вернуть. Я кивнула и улыбнулась ей. Адольфина была не единственной, кто проявлял интерес к оценке работы её кузнецов. Мне это тоже было интересно.
— Тогда с нетерпением буду ждать встречи с вами через три дня, господин Ортвин, — подтвердила я. Он почти сразу извинился и ушёл. Как приятно с его стороны учитывать мое время в библиотеке.
Эхехехе! Наконец-то у меня свободный день, и я могу посетить библиотеку!
Все всегда предупреждали меня, что на шестом году в академии очень много предметов, но я не ожидала, что мне потребуется столько времени, чтобы наконец-то получить первый свободный день.
Я поручила задачу регистрации первокурсников в библиотеке Летиции, поэтому тогда у меня даже не было возможности ощутить аромат этого рая. Но теперь у меня было два колокола свободного времени, пока другие шестиклассники посещали занятие для освежения знаний об именах богов для ритуала божественной защиты, который я уже завершила. Я быстро вернулась в общежитие Александрии, чтобы собрать своих последователей. Лизелета любезно отправила ордонанц Филине, чтобы узнать, доступна ли она.
— Францискус, пожалуйста, не стесняйся посвятить это время собственным занятиям. Тебе не обязательно сопровождать меня в библиотеку, я буду там всего лишь читать, и шмилы вполне справятся с моей защитой, — предложила я, но он покачал головой.
— Это невозможно, госпожа Розмайн. Корнелиус настаивал на том, чтобы вас всегда сопровождали рыцари, особенно если вы решили посетить библиотеку, — ответил Францискус, и я слегка наклонила голову в недоумении.
— Но почему? Разве охрана в библиотеке не самая скучная часть твоих обязанностей? Быть в библиотеке и не иметь возможности читать — это, наверное, самое мучительное из всех испытаний. Я никак не могла понять, почему Корнелиус не позволил ему сделать исключение.
— Госпожа Розмайн, он настойчиво заботился о том, чтобы ваше время для чтения не прерывали посторонние. Шмилы, к сожалению, не могут справиться с такой деликатной задачей, — объяснил Францискус с легкой нервозностью, и я слегка покраснела.
— Он так сказал? О, Корнелиус... — я была поражена его внимательностью. Как замечательно, что он настолько заботится обо мне, что специально распорядился охранять мое время для чтения. Я весело захихикала от радости.
— Ну, возможно, это немного чрезмерно, но его рассуждения вполне обоснованны, — заключила я с искренней улыбкой.
— Тогда отправляемся? — спросила я. Родерик, у которого также был свободный день после сдачи экзамена, присоединился к нашей небольшой группе вместе с Лизелетой. Мехтильда и Хелена выглядели печальными, потому что не могли посетить библиотеку вместе со мной, и я чувствовала их сожаление.
— Пожалуйста, не огорчайтесь слишком сильно. Скоро у вас будет достаточно свободного времени, чтобы насладиться величием библиотеки дворянской академии, — попыталась я их утешить, но они все равно нахмурились. Я прекрасно понимала, каково это — завидовать тем, кто идет туда, когда сам не можешь пойти.
— Постарайтесь и сдайте свои экзамены как можно быстрее.
— Мы постараемся, госпожа Розмайн. Было бы позорно для вас задерживаться дольше, чем необходимо для завершения наших экзаменов, — ответила Мехтильда, её глаза сверкали. Как приятно видеть, что и другие стремятся посетить библиотеку!
— Время читать, Розмайн? — спросил Шварц, когда я проходила через дверь. Я, рассеянно погладив его по лбу, передала ему немного маны.
— Да, мой дорогой, но сначала позволь мне немного прогуляться по библиотеке. Я так скучала по ней! — объяснила я шмилу с широкой улыбкой.
— О, госпожа Розмайн, как всегда рано в библиотеке, — поприветствовала меня профессор Соланж, когда я сделала несколько шагов к её столу. Её образ доброй бабушки идеально подходил к этому месту.
— Профессор Соланж, рада видеть вас в добром здравии, — ответила я, замечая, что рядом с ней находится Вайс, добавляющий несколько строк к уже длинному списку.
— Вижу, вы усердно работаете, — похвалила я Вайса и похлопала его по плечу, одновременно подзаряжая его.
— Работаю, работаю, — подтвердил Вайс, продолжая писать. Автоматизированная система ведения записей, которую я разрабатывала, могла бы здесь пригодиться. Я мысленно отметила, что после завершения работы нужно будет протестировать ее в библиотеке дворянской академии.
Едва слышный кашель Францискуса прозвучал единственным предупреждением, прежде чем ко мне обратились откуда-то из-за спины.
— Розмайн, пожалуйста, воздержитесь от передачи маны шмилам. Мне понадобился почти год, чтобы стать их владельцем.
— Ой, точно. Кто-то другой должен был их заряжать, а не я.
Я убрала руку и, приняв извиняющееся выражение лица, повернулась.
— О, Анастасий, какая приятная неожиданность видеть вас здесь. Неужели вы всё-таки поддались обаянию библиотеки? — произнесла я с широкой и искренней улыбкой, но натолкнулась на нахмуренное лицо.
— Должен признать, трудно спорить о ценности этого места, — уступил он и позволил глазам скользнуть к потолку — или, возможно, ко второму этажу. Значит, его интересовала библиотека только потому, что Эглантина рассказала ему о пути к основанию, который она скрывает? Как это разочаровывающе.
— Миледи, время читать? — Шварц потянул за рукав Анастасия, и у меня внутри поднялось чувство жалости. Быть мужчиной и владельцем Шварца и Вайса оказалось настоящим испытанием.
— Позже, Шварц. Пожалуйста, вернись к своим обязанностям, — приказал он, и черный шмил мгновенно отскочил прочь.
— Вы здесь ради чего-то конкретного, Розмайн, или просто почитать? Почему он так скептически относится к моим мотивам? Конечно, главной моей целью было чтение в этом раю, дарованном богами!
— Я хотела найти время, которое профессор Солианж могла бы посчитать подходящим для нашего ежегодного чаепития любителей книг, прежде чем собиралась провести блаженный день за чтением. Ааа, одна лишь перспектива уже так успокаивает мою душу.
— Ах, то чаепитие. Кажется, после подобных мероприятий всегда имеются последствия, — прокомментировал он с легким прищуром, но я не осталась в долгу.
— Анастасий, пожалуйста, не приписывайте неудачные совпадения этим собраниям, благословленным Граматуром, Местионорой и Кунцзил, — я слегка упрекнула его. Однако от моих слов отшатнулся скорее Францискус, чем он. Горькие истины иногда требуют, чтобы их произносили вслух. Францискусу придется привыкнуть к этому быстрее, чем ему хотелось бы.
— Кстати, вы теперь главный библиотекарь библиотеки дворянской академии, Анастасий? — спросила я, слегка наклонив голову. Но он лишь покачал головой в ответ.
— Нет, я всего лишь... наблюдатель. Профессор Соланж остаётся главным библиотекарем, пока мы не найдём кого-то, кто сможет занять эту должность. Однако нехватка кадров по-прежнему остаётся серьёзной проблемой, — заметил он, и я кивнула.
— Но с вашим авторитетом, я полагаю, ни одна книга не останется невозвращённой к концу года. Я высоко ценю вашу помощь библиотеке, — признала я с искренней благодарностью, что, казалось, поставило его в неловкое положение.
— Не стоит обращать на это внимания, Розмайн, — заявил он, когда я внезапно вспомнила о чем-то крайне важном.
— Анастасий, вы тоже возьмёте на себя роль наблюдателя в библиотечном комитете? После нашего с Ханнелорой выпуска я не уверена, как он сможет продолжать свою работу, — подчеркнула я. Однако Анастасий, похоже, не осознавал всей серьёзности проблемы.
— Разве не все, чем вы занимались — это поддерживали Шварца и Вайса своей маной? Поскольку я взял эту заботу на себя, ващ коммитет больше не понадобится, — возразил он, но я только сверкнула на него взглядом. Ему действительно повезло, что я всё ещё испытывала недостаток маны после приготовления юреве, иначе в этот момент он мог бы стать жертвой моего подавления.
— Тут всё гораздо сложнее, Анастасий, — надулaсь я. По крайней мере, теперь он выглядел неуверенно.
— Почему бы вам не присоединиться к нашему чаепитию любителей книг, чтобы лучше понять значимость комитета? — предложила я, и он нерешительно кивнул.
— Отлично, тогда давайте выберем дату, — сказала я. Однако согласование времени с профессором и консортом Зента заняло время, и подходящую дату удалось найти только через две недели.
Я попросила Лизелету немедленно разослать приглашения Хильдебранду и Летиции, а затем погрузилась в новую книгу. Ах, этот аромат был поистине божественным!
Следующие три дня пролетели быстро, пока я сдавала мои экзамены. Когда прозвучал пятый колокол, я направилась в зал для чаепитий Древанхеля вместе с небольшим числом своих последователей. Особенно выделялась Мехтильда, она явно с нетерпением ожидала встречи, поскольку я не раз замечала, как она нервно потирает диптих, который я подарила ей, когда она поступила ко мне на службу.
Когда мы прибыли, я была удивлена числом женщин-последовательниц, собравшихся вокруг Ортвина. Только треть из них были мужчинами, и это были те, кого я помнила, видя рядом с ним на протяжении многих лет. Однако все дамы казались мне незнакомыми. О, ну нет, опять они боятся реакции Фердинанда?
Я подняла бровь, взглянув на Ортвина, прежде чем мы начали обмениваться долгими, дворянскими приветствиями. Он начал первым, несмотря на то, что был из герцогства более высокого ранга, потому что я уже была Аубом.
— Господин Ортвин, кажется, у вас появилось много новых последовательниц. Ваши старые последователи куда-то делись? Не все из них ведь закончили обучение, верно? — спросила я с легкой ноткой подозрения в голосе, и к моему большому удовлетворению, он проявил лишь слабое смущение.
— Ах, прошу прощения. Эти служащие прибыли из провинции моей сестры Адольфины им было крайне любопытно, как это изделие будет воспринято, — объяснил он, но я не могла полностью довериться его словам.
— О, но они должны понимать, что я не могу вынести свой вердикт сегодня. Мне необходимо мнение моих кузнецов, чтобы оценить качество этого изделия. Однако, если это вызвано лишь любопытством, а не какой-то излишней заботой о моем женихе, тогда я приму ваше слово, господин Ортвин, — заявила я с легкой насмешливой улыбкой. Его смущение только усилилось.
— Это было бы совершенно неуместным, госпожа Розмайн. Это просто совпадение, так как моя сестра Адольфина особенно стремится поддерживать служащих женщин, а тема нашей встречи представляет огромный интерес для её провинции.
— Какая интересная идея от госпожи Адольфины. Считайте меня заинтригованной. Я позволила ему отвлечься на рассуждения о нашем чае и закусках, прежде чем мы приступили к основной теме нашей встречи.
— Госпожа Розмайн, прошу вас принять эту посылку от моей сестры Адольфины. Её кузнецы пришли в восторг от качества чертежей и возможности испытать свои навыки. На данный момент они установили несколько ручных насосов в деревнях её провинции. В этой коробке находится последняя версия, которую они посчитали достойной вашего внимания, ведь ваше имя выгравировано рядом с именем разработчика, — пояснил Ортвин, указывая на довольно большую коробку, которую несли его два последователя.
— О, как замечательно, — воскликнула я, сцепив руки, когда они открыли крышку, чтобы показать мне содержимое. Если они уже установили несколько таких насосов, это означало, что они работоспособны. Тем не менее, я все еще хотела услышать мнение Йоханна и Зака о их работе, чтобы понять, насколько хороши эти кузнецы.
— Моя сестра Адольфина также хотела, чтобы я отметил, насколько она впечатлена таким хорошо продуманным механизмом, который может быть полностью реализован простолюдинами, пусть и высококвалифицированными кузнецами, — продолжил Ортвин, и моя улыбка стала еще шире от этих слов.
— Невероятно, не правда ли? Не использовать простолюдинов в полной мере — такая расточительная практика для всей страны, — заметила я, размышляя о великих делах, которые уже совершили мои Гутенберги.
— Это похоже на вывод, к которому пришла моя сестра Адольфина. Она интересовалась, как более эффективно использовать своих подданных... — он замолчал на мгновение, но я всё же уловила его мысль.
— Эхехехе, могу поспорить, это привлекло её внимание. Но за подобные сведения всегда приходится платить.
— Вы можете передать ей, что я с нетерпением жду новой встречи на конференции герцогов этой весной, — ответила я, приняв безупречно вежливое дворянское выражение лица. Ортвин, похоже, не ожидал более конкретного ответа. Остаток нашей встречи мы посвятили легким беседам об оставшихся занятиях и краткому анализу того, где и как мы можем улучшить наш танец посвящения.
Примечания:
Катценвельс — слово "wels" означает сом по-немецки, к нему я добавил "katze" (кот).
Шрекеншупфер – это название образовано от немецкого слова, обозначающего кузнечика (Heuschrecke), и части слова "hüpfer" (прыгун), тут присутствует игра слов в части "schrecken", что также может быть переведено как "ужас".
Швейнетруфель — название происходит от трюфельной свиньи (trüffelschwein).
Ватшеншлагер — региональное немецкое слово, образованное от «пощечина» (watsche) и «удар» (schlagen), что вместе означает «дающий пощечины».