Встреча с Зентом Эглантиной
— Ты уверен, что не хочешь брать с собой Экхарта? Я понимаю, что у Юстокса более важная задача, но я никогда бы не подумала, что Экхарт покинет тебя в такой ситуации, — с любопытством спросила я, глядя на Фердинанда, пока он сопровождал меня в зал телепортации замка. Похоже, это его разозлило, так как я увидела его самую сияющую и чарующую улыбку. А-а-а!
— Поскольку каждому из нас разрешено взять с собой только одного рыцаря, а хотя бы один должен поддерживать видимость, что Штраль как командующий рыцарским орденом защищает своего ауба в присутствии Зента, это было действительно неизбежно, моя дорогая Розмайн. — Он улыбался мне так опасно, что я задрожала.
— Если ты так настаиваешь на том, чтобы вернуть его мне, тогда тебе всего лишь нужно представить мне троих твоих новых рыцарей сопровождения, Фердинанд, — я ответила на его атаку своей, или, по крайней мере, попыталась, но он был слишком хорош в этом.
— Я сейчас работаю над этим. Думаю, что уже нашёл двух подходящих кандидатов, так что вскоре ты сможешь провести с ними собеседования. Однако третий ещё не прошёл полную проверку. Подождите. Он действительно серьёзно над этим работает? Может, для него это сейчас главный приоритет — вернуть мне Штраля для моей же защиты, а не его? Я слишком низко поставила ставку, и правда будут ли три новых последователя достаточно, чтобы заменить умения Штраля? Но я не могу отступить от своих слов, раз Фердинанд уже начал работать над этим. Но Фердинанд уж точно не возьмёт некомпетентных последователей только чтобы обмануть меня. Хотя бы эта мысль меня успокоила.
— В таком случае, я с нетерпением жду встречи с ними. Я пристально ему улыбнулась, но он, как обычно, не показал никаких признаков смущения.
Мы прибыли в зал телепортации, где нас встретили Лизелета, Лазфам и Хартмут. Корнелиус и Штраль уже были с нами, так что нам не хватало только служащего для Фердинанда. Однако в этот момент он объявил, что все уже собрались. Я вопросительно посмотрела на него, но не осмелилась задавать вопросы, чтобы не привлекать слишком много внимания к отсутствию Юстокса. Ситуация с Тули по-прежнему оставалась непредсказуемой, поэтому мы решили, что лучше оставить его рядом с ней.
Фердинанд ответил на мой взгляд неразличимой улыбкой. Впрочем, Хартмут и так был достаточно компетентен за двоих.
Как только мы прибыли в дворянскую академию, мы сразу направились в комнату для собраний, указанную в письме. Не имело смысла сидеть в пустом общежитии, поэтому мы запланировали наше прибытие так, чтобы пропустить этот шаг из обычного графика дворян. К моему удивлению, у дверей комнаты для собраний уже стояли стражи, что указывало на то, что Эглантина тоже прибыла раньше. Это была беспрецедентная любезность со стороны зента по отношению к встрече с аубом, но я была признательна, что она не собиралась тратить наше время на бессмысленное проявление силы.
Когда мы вошли и обменялись длинными дворянскими приветствиями, Фердинанд опустился на одно колено, а я осталась стоять. До сих пор было странно не поклониться Зенту, учитывая, что дворянский этикет вбивался в меня годами, но мне нужно было поддерживать статус Божественного Аватара Местионоры. По крайней мере, Эглантина почти сразу же позволила Фердинанду встать, чтобы мы могли перейти к встрече.
К моему удивлению, они тоже пришли с минимальным количеством сопровождающих.
— Госпожа Розмайн, господин Фердинанд, я чрезвычайно благодарна, что вы смогли присоединиться к этой встрече в этот благоприятный осенний день, дарованный Шуцерией, Богиней Ветра, — начала Эглантина, прежде чем активировала блокирующий звук магический инструмент, охватывающий всю область, за исключением наших и их сопровождающих. Один из рыцарей-шмилов был в пределах его действия, но так как они являются неразумными магическими инструментами, никто на них не обращал внимания.
— Радость от этой встречи взаимна, — заверила я её, поддерживая свой лучший дворянский облик. Было все еще странно говорить с ней о чем-либо, кроме дел. Но было также странно обсуждать только дела. Я скучала по той наивной дружбе, которую ощущала в первые два года нашего знакомства.
— Для нас честь, что звездное сплетение двух скромных подданных Зента так заранее заслужило ваше внимание — добавил Фердинанд с довольно привлекательной улыбкой, которая, к счастью, не была обращена ко мне. Анастасий, казалось, уловил скрытый смысл его слов и слегка нахмурился.
— Я полагаю, что время проведения вашего звездного сплетения будет крайне важно для предстоящей конференции герцогов. Традиционно ваши нити должны быть сплетены в первый день конференции, и это действительно удобно, так как позволяет господину Фердинанду пользоваться полными правами на участие в качестве члена герцогской пары Александрии. Однако это может повлиять на ваше собственное участие, госпожа Розмайн, — Эглантина взглянула на меня с неопределённым выражением лица и натянутой улыбкой. Анастасий выглядел так, будто уже не хотел участвовать в этом обсуждении.
— Почему это? Я сейчас Ауб Александрия и останусь таковой после официальной церемонии. — Я недоумённо посмотрела на неё и положила руку на щёку.
— Это не повлияет на неё, — подтвердил Фердинанд, обворожительно улыбаясь, но его улыбка была устрашающе прекрасной. Меня пробила дрожь, когда я увидела его выражение сбоку. Что происходит? Было невероятно, что Эглантина не сдалась под этим адским сиянием мгновенно.
— Ауб Александрия, полагаю, вы знаете о традиции, согласно которой новобрачные женщины остаются вне поля зрения общественности на несколько дней после их звёздного сплетения. Я моргнула, глядя на неё.
— Неужели как Ауб я должна следовать этой традиции? — Фердинанд сохранил молчание и лишь усилил свою улыбку. Я явно что-то упускала. Определённо, я здесь что-то упускала.
— Я не пытаюсь сказать, что вам нельзя будет появляться на публике после вашей церемонии звездного сплетения. — Эглантина, казалось, тщательно подбирала следующие слова.
— Однако, обычно жене предоставляется некоторое время, чтобы её мана успокоилась, — объяснила она бесстрастно, глядя то на меня, то на Фердинанда.
— Хотя я с нетерпением жду нашей церемонии звёздного сплетения, трудно представить, что это так взволнует меня на несколько дней, что я не смогу контролировать свою ману. — Разве такое часто случается с новобрачными?
— Зент Эглантина, я должен попросить вас остановиться. — Взгляд Фердинанда был смертельно опасным. Я приложила все усилия, чтобы не дрогнуть слишком заметно, и, судя по выражению лица Анастасия, он чувствовал то же самое.
— Из-за нежелательного влияния остатка божественной маны, я постоянно слежу за изменениями её цвета и управляю этим с помощью зелий. Для неё не будет необходимости находится вне поля зрения общественности, так что, пожалуйста, не утруждайте себя подобными мыслями. — Мне просто хотелось сбежать из этой комнаты для собраний. Температура упала градусов на десять. Эглантина, кажется, хотела что-то сказать в ответ, но Анастасий оказался быстрее.
— Хорошо, прекрасно. Это упрощает дело, мы не будем это учитывать, — поспешно подтвердил он, но его жена не согласилась.
— Но, Анастасий, если она не возьмёт перерыв после звёздного сплетения, люди подумают, что они вовсе не любовная пара, как утверждается официально. Всё ещё важно учитывать, какое сообщение они отправляют остальным аубам. — Ох. Значит, вот о чём она думала. Почему она всегда думает о нашей зиме?Что с ней не так? По крайней мере, в этот раз я не хотела провалиться сквозь землю от стыда. То, что я чувствовала, было больше похоже на гнев. В этот раз я просто хотела, чтобы она провалилась сквозь землю и исчезла.
— Эглантина, перестань беспокоиться о нашей зиме. — Оставив все формальности и отбросив благородный фасад, я надеялась ясно передать серьёзность своего настроения.
— Розмайн, ты только что–?! — Анастасий вскочил и тяжело оперся на стол в мою сторону. Я заметила, как уши Пикфейна дернулись, и все наши рыцари-охранники напряглись.
— Успокойся, глупец. — Фердинанд пристыдил его. Анастасий убрал руки со стола и снова сел на свое кресло, обводя взглядом лица наших последователей и осознавая, какой тревогой их наполнили его действия.
— Я не приказывала ей своим маной. Сделав это я могла бы убить ее довольно быстро, учитывая, насколько эти мысли преобладают у неё. Я просто хочу, чтобы она прекратила. — Эглантина выглядела ошеломленной тем, что мы говорим о ней, как будто ее не было в комнате, но мое терпение в этом отношении уже истощилось. Я глубоко выдохнула и собралась, чтобы продолжить разговор.
— Думаю, у вас есть другое предложение по поводу даты, Зент Эглантина? — Я вновь приняла свой благородный облик и снова невинно улыбнулась ей.
— Последний день конференции герцогов, очевидно, не подходит, ведь вы хотите, чтобы он был рядом с вами в качестве вашего супруга на этой конференции, как мне кажется, — начала Эглантина, и Фердинанд неуверенно кивнул.
— Поэтому я подумала провести официальную церемонию звездного сплетения в последний день турнира герцогств. В этот день вы окончите обучение и официально станете совершеннолетней, так что звездное сплетение станет возможным. Никто не будет ожидать вашего присутствия где-либо после этого, а скорейшее проведение звездного сплетения также поможет создать впечатление брака по любви у других герцогств. — Я подняла бровь, глядя на нее, а затем вопросительно посмотрела на Фердинанда.
— Думаешь, это будет нормально принято дворянским обществом Юргеншмидта? — Он приложил пальцы к вискам, обдумывая мой вопрос.
— Трудно сказать. Признаюсь, мне нравится мысль о скорейшем проведении нашей церемонии звездного сплетения, но такая церемония на турнире герцогств может не соответствовать твоим ожиданиям, Розмайн. — Он посмотрел на меня с извиняющимся выражением, но я не понимала его опасений.
— Мне всё равно, кто будет присутствовать и как украсят зал, Фердинанд, важно лишь то, что мы с тобой будем официально связаны вместе. — Легкий румянец выступил на моих щеках, но я не отвела взгляд до тех пор, пока его уши не приобрели розовый оттенок. Мне казалось, что он был согласен со мной. Я широко ему улыбнулась.
— Значит мы устроим нашу церемонию звездного сплетения на целый сезон раньше, — заявила я, и он кивнул.
— Как пожелает мой Ауб. — Его обаятельная и грозная улыбка, которую я видела мгновение назад, теперь сменилась искренней, но менее убедительной в глазах окружающих. Эглантина, к моей радости и, судя по всему, к радости Анастасия тоже, больше не комментировала свои мысли.
— Поскольку это теперь улажено, могу ли я спросить о настоящей причине этой встречи, Зент Эглантина? Всё это можно было обсудить в письме. — Его пронзительный взгляд пробивал защиту Эглантины, и она явно была этим обеспокоена. Я и сама даже не задумывалась, что обсуждение нашего звездного сплетения было всего лишь предлогом.
— Я хотела попросить вашего совета по крайне конфиденциальному вопросу. — Фердинанд насторожился, и у меня появилось предчувствие, о чём она собирается говорить.
— Я собрала все семь табличек и завершила свой штап. Теперь я могу исполнить своё обещание богам, но я не могу рисковать исчезнуть на целый сезон, как это сделали вы, госпожа Розмайн. — Значит, теперь она была готова получить настоящий Грутрисхайт. Это заняло у неё больше времени, чем я ожидала, но она всё же сдержала своё обещание. Я кивнула с пониманием, в то время как Фердинанд казался погружённым в размышления.
— Я полагаю, что значительная часть времени, проведенного Розмайн в Саду Начал, была необходима для её роста, а не для получения мудрости, — заключил Фердинанд после некоторых размышлений.
— Я согласна с Фердинандом. Для тебя все может пройти значительно быстрее, ведь ты уже знаешь многое из содержания Груртрисхайт, так что передача знаний может завершиться куда быстрее, чем это произошло у меня. — Она вновь сосредоточила своё внимание на мне.
— Но это лишь ваше предположение, верно? Вы ведь на самом деле этого не знаете, — она казалась подозрительной в отношении моих слов, что меня раздражало.
— Нет, я этого не знаю. Может случиться так, что если ты отправишься в Сад сейчас, то не вернешься вовремя к конференции герцогов через шесть недель. Если хочешь перестраховаться, начинать только после неё. Но тогда тебя может не быть на месте во время обряда посвящения в дворянской академии через восемь недель после конференции герцогов. Есть ли вообще хороший момент, когда можно просто исчезнуть на целый сезон? — Даже когда я задавала ей этот вопрос, ответ уже был очевиден. Никогда не было такого длительного времени, чтобы отсутствие Зента можно было не заметить.
— Можно всегда симулировать беременность, — предложил Фердинанд с хитрой улыбкой, за что тут же удостоился недовольного взгляда от Анастасия.
— Это действительно может сработать, — согласилась Эглантина, чем заслужила сердитый взгляд от своего супруга.
— Как именно это могло бы сработать? — спросил он, но мне показалось, что на самом деле он не хотел получить от нее ответ.
— Ну, если это займет больше времени, чем до конференции герцогов, то мы просто притворимся, что я беременна. Надеюсь, что я вернусь спустя всего несколько недель, и тогда мы просто сделаем это реальностью, потому что мне больше не придется справляться с таким количеством маны. — Она широко улыбнулась ему, в то время как я смотрела на нее в полном изумлении. Фердинанд покраснел и звонко прочистил горло, напоминая Эглантин, что они здесь не одни.
— Ах, да, спасибо за ваш ценный совет, я уверена, мы найдем решение, — провозгласила она, слегка краснея. Затем она деактивировала блокирующий звук магический инструмент.
— Думаю, на сегодня все. Если хотите, можете присоединиться к нам на экскурсии по недавно высаженным садам, которые могут радовать студентов даже зимой. Теперь, когда она жила здесь круглый год, казалось, что она предприняла кое-какие шаги, чтобы ещё больше улучшить обстановку. Я улыбнулась ей и согласилась. Мне действительно было интересно, как она привносит сюда свой особый подход.
Внезапное движение у окна привлекло моё внимание, когда мы направлялись в сад. Фердинанд мгновенно вытащил свой штап, заметив мою реакцию, и все остальные тут же последовали его примеру, увидев действия Фердинанда.
— Штраль, проверь окно, — приказал он, приближаясь ко мне и обнимая меня за талию своей свободной рукой, притягивая в защитные объятия. Тем временем Корнелиус осматривал обстановку вокруг. Хартмут, Лизелета и Ласфам отошли назад и выстроились плотным строем. Они также направили свои штапы в сторону окна. Пикфейн, Шарман и Либенсворт никак не отреагировали. Они остались на своих заранее определённых позициях, готовые к контратаке и созданию защитного щита Шуцерии.
Эглантина и Анастасий смотрели на нас с неуверенностью в глазах, но их рыцари-охранники также приблизились для их защиты. Казалось, Анастасий подумывал скопировать поведение Фердинанда, но был прерван докладом Штраля прежде, чем успел что-либо предпринять.
— За окном две... птицы. Они явно магические, но это не ордонанцы. — Штраль не покидал своего места перед окном, и потому я не могла взглянуть на них.
— Я хочу их увидеть, сделай шаг в сторону, Штраль, — сказала я, за что получила еще более крепкие объятия от Фердинанда.
— Только потому, что они выглядят как птицы, это не значит, что они безопасны, Розмайн. Я ощутила, как он дышит мне в шею, и немедленно отказалась от этой идеи.
— Тогда могу ли я попросить тебя проверить этих птиц, Фердинанд? Но он явно колебался покинуть меня даже на секунду. Эглантина, кажется, заметила это и вместо этого отправила своего рыцаря осмотреть загадочных птиц. Он прочитал «гетайльт» и приблизился к Штралю.
— Они, кажется, что-то чирикают. И если позволите добавить, они поют просто божественно, — доложил он с передовой.
При упоминании слова «божественно» Фердинанд притянул меня к себе так близко, что это стало действительно больно.
— Фердинанд, если ты не возьмешь себя в руки, сработает один из защитных амулетов, — мягко упрекнула я его. Я точно не знала, на каком уровне неудобства они принимают это за нападение, но учитывая, что мне пришлось сделать амулеты для моих Гутенбергов менее чувствительными, чтобы их не активировало случайное столкновение, мне казалось, что он уже почти достиг этого порога. Он, видимо, согласился, так как немного ослабил свою железную хватку.
— Прости, — прошептал он в мои волосы, и мне понравилось, как его дыхание ощущалось так близко ко мне.
— Можешь разобрать, о чем они чирикают? — Фердинанд был так же неуверен, как и вся наша группа, как лучше всего действовать в этой ситуации поступить.
— Одна из них поет что-то вроде «лили-ли», — произнес Штраль, вслушиваясь в их голоса за окном.
— Другая поет что-то вроде «тюю-тюю». И они странно синхронизированы. Всегда получается «лили-ли тюю лили-ли тюю лили-ли» — вот так. — Рыцарь Эглантины казался озадаченным, как это может нам помочь, и мне понадобилось больше секунды, чтобы понять, что он только что сказал. Но затем это совершенно потрясло меня до глубины души.
— Хвала Ордошнелли! — Я встала в молитвенную позу, оставаясь в объятиях Фердинанда, и моя мана пошла из кольца в небо и оттуда к птицам. Со взволнованными лицами Штраль и рыцарь Эглантины заявили, что птицы исчезли в этот самый момент. Теперь не осталось места для сомнений.
— Зент Эглантина, прошу прощения, но я не смогу присоединиться к вам для экскурсии, как мы планировали. Это, скорее всего, было посланием от самой Ордошнелли, что я должна немедленно вернуться в Александрию. Пожалуйста, разрешите мне покинуть вас. Она смотрела на меня с недоумением, но Анастасий быстро опомнился и, сжав её руку, вернул её к реальности.
— Похоже, что Дрефангуа и Ордошнелли сегодня спешат плести наши нити судьбы, так что мы не будем этому противиться. Да свяжут они наши нити вместе в скором времени. Эглантина отпустила нас с оставшейся части встречи, и мы поспешили назад в общежитие Александрии. Корнелиус казался всё ещё сбитым с толку, Фердинанд выглядел очень сердитым, а на лице Хартмута была фанатичная улыбка.
Как только мы добрались до общежития, Фердинанд положил в мою руку блокирующий звук магический инструмент.
— Что это было за сообщение от Ордошнелли? — Почему он не смог его понять? Возможно, он был слишком отвлечен самим её участием. Поэтому я рассказала ему, что услышала.
— «Тули». Птицы пытались сказать «Тули».