Мне очень нужно спросить
Люэради наблюдала за местом, где стояла госпожа Розмайн во время вступления профессора к практическому экзамену, и размышляла, был ли сейчас удачный момент подойти к ней. Ведь у них было так мало совместных занятий. Люэради хотела установить контакт на занятии по смешиванию у профессора Хиршуры на прошлой неделе, но это была тщетная попытка. Смешивание оказалось слишком сложным, чтобы не уделять ему все внимание, и госпожа Розмайн снова превзошла все цели курса всего за одно занятие и больше не собиралась возвращаться к нему.
Она понимала, что могла бы обратиться к госпоже Филине за помощью в организации встречи, но считала абсолютно неуместным устраивать целое чаепитие вне сезона общения, когда ей было нужно задать всего лишь один вопрос.
К сожалению, она заметила, что другой студент шестого года, облаченный в александрийскую мантию цвета ночного неба, пристально изучает её. Вероятно, это новый рыцарь сопровождения, поскольку в предыдущие годы он не был рядом с ней. Теперь, когда ей стало ясно, что её интерес был замечен, надежда обратиться к госпоже Розмайн практически исчезла. Как только преподаватели начали проецировать слова молитвы на стену, госпожа Розмайн направилась к магическому кругу, оказавшись тем самым вне досягаемости.
Люэради не спешила и повторила молитву несколько раз про себя, чтобы быть уверенной, что не ошибётся. Когда она решила встать в очередь для тех, кто был готов приступить к молитве, она заметила, что госпожа Розмайн ещё не вернулась. Поскольку Люэради была лишь служащей высшей дворянкой среднего герцогства, ей предстояло ждать, пока все, кто был выше её по рангу, не закончат. Она задумалась, удастся ли ей поговорить с госпожой Розмайн после ритуала. Останется ли она, чтобы дождаться, пока её последователи завершат свои молитвы?
Люэради понимала, что если она сейчас начнет настойчиво сосредотачиваться на именах всех Богов и их подчиненных, то рискует запутаться. Поэтому она решила вспомнить, почему именно ей поручили организовать встречу с Аубом Александрии.
— Господин Вайтшау, могу ли я попросить вас просмотреть эту рукопись, чтобы определить, подходит ли она для публикации? — Мужчина средних лет посмотрел на нее со сложным выражением лица. Ей казалось невероятной удачей назначить встречу с главным служащим Ауба Йоссбреннера, даже если она продлится всего лишь четверть колокола.
— Кто написал эту рукопись? — спросил он, уставившись на стопку бумаги перед собой, словно пытаясь оценить, сколько усилий потребуется для этого.
— Это моя работа, господин Вайтшау, — сказала Люеради, с гордостью выпятив грудь. Она гордилась своим лучшим произведением.
— И как именно вы собираетесь это опубликовать? — спросил он, не изменив выражения лица с начала встречи.
— Я хотела бы, чтобы герцог Йоссбреннер на следующей конференции герцогов передал заказ печатными мастерским Эренфеста, чтобы они могли напечатать эту рукопись.
— Госпожа Люэради, не думаете ли вы, что немного переходите границы? — Он вскинул бровь, и она заметила лёгкие признаки недовольства на его лице, но это её нисколько не смутило.
— Господин Вайтшау, я не одна желаю наладить такое сотрудничество. Сейчас несколько дам активно пишут свои собственные истории, горя страстью к Грамматурату. Может быть, я перехожу границы, предлагая план действий для Ауба Йоссбреннера, но вы должны осознавать, какое огромное влияние уже оказало развитие печати и как важно для Йоссбреннера выразить явное желание участвовать в её распространении!
— А почему вы не предлагаете начать переговоры непосредственно с Александрией? Конечно, волны будут больше там, где запускает всё в движение сама изобретательница растительной бумаги и печатного станка. — Господин Вайтшау сузил глаза, но выражение недовольства исчезло с его лица.
— Я уже установила контакт с госпожой Муриеллой, которая активно участвует в печатной индустрии Эренфеста. Более того, их печатная индустрия сейчас опережает Александрию на несколько лет. Александрия всё ещё восстанавливается после войны с Ланценавией и располагает ограниченными ресурсами для развития печатной индустрии. Делать ставку на печатные мастерские Эренфеста — более безопасный выбор, поскольку у них уже устоявшийся рабочий процесс.
— Хорошо. Я могу представить эти предложения Аубу, если сочту твой манускрипт достаточно хорошим, чтобы он стоил потраченных усилий.
Три недели спустя она получила вызов от Ауба Йоссбреннера.
— Люэради, прошу вас объяснить ваш манускрипт. Ауб Йоссбреннер не стал тратить много времени на светские разговоры после обмена приветствиями и позволил ей подняться. Ее улыбка застыла.
— Ауб Йоссбреннер, это романтическая история, подобная тем, что сейчас популярны во всей дворянской академии. Но, в отличие от большинства опубликованных историй, которые сосредоточены на пересказе любовных историй студентов прежних поколений с измененными именами и мелкими деталями, моя история описывает воображаемую романтическую историю между Богиней Местионорой и Богом Эруахлереном. Мне кажется, их сферы прекрасно взаимодействуют. Я вообразила, как они могли влюбиться друг в друга.
Ее ауб смотрел на нее прищурив глаза.
— Люэради, никто не примет такое слабое оправдание, особенно когда Божественный Аватар Местионоры все еще посещает дворянскую академию. Ее бывший наставник и учитель, ее личный Эрвахлерен, должен будет соединиться с ней церемонией звездного сплетения, когда она станет совершеннолетней.
В этот момент Люэради была на грани слез, но ее дворянское воспитание пришло на выручку, и она удержалась.
— Возможно, история была вдохновлена некоторыми ими, однако сама по себе она полностью вымышленная. Я уже поговорила с госпожой Муриеллой из Эренфеста, которая заверила меня, что добавление фразы вроде "Эта история является вымыслом. Любое совпадение с реальными людьми — чистая случайность." устранит любые основания для жалоб.
Но Ауб Йоссбреннер не выглядел убеждённым. Он поднял бровь и, безрадостно улыбнувшись, посмотрел на собравшихся.
— Тогда вы, несомненно, не испытаете трудностей в получении именно такого рода подтверждения от Ауба Александрии. Покажите ей свой манускрипт, включая эту строку и спросите её, не против ли она его публикации. Если у неё не будет возражений, я свяжусь с Эренфестом, чтобы они напечатали его для нас. Но вы ясно должны дать понять, что обращаетесь к ней как частное лицо с личной просьбой. Йоссбреннер не будет беспокоить Александрию по этому вопросу. Это ваша личная ответственность, и вы примете её ответ без возражений, даже если Ауб Александрия потребует уничтожить этот манускрипт. Это приказ. — Он ещё на мгновение пристально посмотрел на неё.
— Поняла, — было всё, что она могла ответить. Осознание того, что ослушаться собственного ауба невозможно, давило на неё. Оставалось лишь молиться, чтобы госпожа Розмайн приняла манускрипт.
Госпожа Розмайн вернулась к остальным ученикам с нейтральной улыбкой, поприветствовала своих последователей и вдохновила госпожу Ханнелору прилагать все усилия для получения новых божественных защит. Она обдумывала свои дальнейшие шаги. Стоило ли сейчас подойти к ней? Или следовало дождаться момента, когда её рыцарь будет занят молитвой? Она заметила, как тот вновь сосредоточился на Люэради, после возвращения своей госпожи. Какой момент будет наиболее удачным?
Профессор Хиршура, казалось, обсуждала что-то с госпожой Розмайн. Вероятно, она интересовалась ее результатами. Но, постойте, как так получилось, что и профессор Гундольф, и она остались с другими учениками, пока Розмайн молилась — кто тогда следил за ней? Госпожа Розмайн передала ей лист бумаги, и профессор Хиршура погрузилась в его чтение, после чего они продолжили обсуждение.
— Госпожа Люэради? — Голос прозвучал с её стороны, застав её врасплох. Она наклонила голову, чтобы увидеть, кто к ней обратился, и удивилась, увидев госпожу Филину.
— Госпожа Филина, как приятно с вами поговорить, — начала она, хотя чувствовала себя словно пойманная на месте преступления.
— Госпожа Люэради, вы хотите пообщаться с госпожой Розмайн? Кажется, ваш пристальный взгляд вызывает у господина Францискуса беспокойство. Может, просто присоединитесь к нам? — Госпожа Филина улыбнулась, но в её глазах мелькнуло незамеченное прежде стальное спокойствие. Вдруг она поняла, что её поведение выглядело слишком подозрительным. Этот удар озарения был жестоким, оставив её без выбора. Она поняла, что избежать своей судьбы больше не получится, и решила поставить все на кон.
— О, госпожа Филина, как это мило с вашей стороны так заботиться обо мне. Мне ужасно жаль, что я вызвала такое беспокойство у её рыцаря сопровождения. Но это правда, что у меня есть вопрос, который я хотела бы задать лично госпоже Розмайн. Она ведь не будет против? Пожалуйста, скажите "нет". Нет, пожалуйста, скажите "да"!
— Поскольку госпожа Розмайн намерена подождать, пока мы повторим наши молитвы, она останется в этом зале на некоторое время. Нет проблемы, если вы останетесь с нами, — произнесла госпожа Филина, улыбнувшись ей с большей уверенностью, чем когда-либо.
— В таком случае, я с благодарностью приму ваше приглашение, госпожа Филина, — подтвердила Люеради и проследовала к госпоже Розмайн. Её рыцарь-охранник смотрел на неё, прищурившись, и она старалась держаться на некотором расстоянии от его госпожи, чтобы не вызвать ненужных сцен.
— Кажется, что Дрефангуа сегодня с игривостью переплетала наши нити для этой счастливой встречи, назначенной суровым судом Эйвилиба, госпожа Розмайн. Я глубоко польщена её усердием, — начала Люеради. Госпожа Розмайн ответила ей взаимным приветствием.
— С момента нашей последней встречи у меня сложилось впечатление, что вы, возможно, хотели поговорить со мной больше, госпожа Люеради, поэтому нынешняя возможность кажется мне крайне удачной, — сказала она с выражением спокойствия и учтивости, что обрадовало Люеради. Она не видела ни следа гнева или разочарования. Но, возможно, это была всего лишь великолепная маска.
— Прошу меня извинить, если это доставило вам какие-то неудобства. Но, госпожа Розмайн, вы правы в том, что я обращаюсь к вам с просьбой, поскольку вы работаете на переднем крае полиграфической индустрии, — начала объяснять Люеради свои обстоятельства. К её великому облегчению, госпожа Розмайн начала с более открытой улыбкой воспринимать её слова.
— О, какая интересная тема для разговора. О чем вы хотите узнать? Герцог Йоссбреннер поручил вам исследовать возможность создания типографий и мастерских по производству бумаги в его герцогстве? — Она наклонила голову с доброжелательным любопытством.
— Это не так, госпожа Розмайн. Я здесь по личному делу и говорю только от своего лица, — уточнила она, как велел её герцог.
— Я прошу вас прочесть рукопись книги, которую я намерена издать через печатные мастерские Эренфеста. — Люэради могла бы поклясться, что в тот момент госпожа Розмайн засияла. Блеск в её глазах явственно усилился.
— Новая книга? И вы хотите, чтобы я прочла её первой? О, с удовольствием поддержу новых авторов в любое время! — воскликнула она с энтузиазмом, который Люэради никогда бы не ожидала увидеть у ауба. С облегчением вздохнув, она едва не засмеялась оттого, как этот отклик снял с неё напряжение.
— Я вам бесконечно благодарна, госпожа Розмайн. Если вы не против, я передам её господину Родерику немного позже сегодня.
— Да, пожалуйста! Улыбка госпожи Розмайн была настолько обворожительной, что Люэради почувствовала себя почти захмелевшей. Она задумалась, почему вообще боялась говорить с ней об этом. Все знали, что госпожа Розмайн обожает книги. Конечно, ей понравится, если её попросят прочитать рукопись!
Прошло более одного удара колокола, прежде чем она смогла повторить свои молитвы. К её великому удивлению, ей удалось получить ещё два благословения. И Грейфехан, и Граммататур благословили её. Да будет слава им обоим!
Примечания:
Вайтшау = weit (дальний) + schauen (глядеть), в сущности, искаженная версия слова "прозорливость".