Саурон

Глубокой ночью, в Эсгароте.

Луна, изогнутая в форме серпа, была скрыта завесой туч. Ночь становилась всё мрачнее.

На окраине города, на крышах домов, бесшумно появились фигуры — группа вооружённых орков, в тяжёлых доспехах с шипами. Один из них, высокий и свирепый, окинул взглядом погружённый в сон город, и холодным голосом приказал: 

— Вперёд. Найдите гномов.

По его команде остальные орки начали быстро и ловко карабкаться по крышам, скользя в тени. Это был отряд Больга, сына великого вождя орков Азога. Два дня назад они уже устраивали засаду на отряд Торина Дубощита. Правда, через некоторое время, на берегу озера орки потеряли следы экспедиции. После изнурительных поисков и обходного пути, они наконец добрались до Эсгарота. 

Хотя орки старались действовать тихо, такое количество всё равно создавало шум. Да и вообще, осторожность — не самая сильная сторона орков. 

В одном из домов, где ещё горел свет, старшая дочь Барда, Сигрид, и младшая, Тильда, возились на кухне, готовя себе поздний перекус. Баин, их брат, сидел неподалёку, старательно мастеря стрелы. Снаружи послышался странный шум. Сигрид оживлённо сказала: 

— Это, наверное, папа вернулся. Я пойду посмотрю. 

Она поспешила к двери, распахнула её — и замерла. На улице стояла густая тьма, не было видно ни души. Она огляделась вокруг и уже собираясь вернуться, как случайно подняла глаза — и увидела на крыше напротив ужасного, уродливого монстра. Тот смотрел прямо на неё.

— А-а-а! — вскрикнула Сигрид, захлопнула дверь и бросилась обратно.

— Нас заметили, — прохрипел орк на крыше, доложив своему командиру.

Больг даже не повернул к нему голову:

— Убей её.

А затем громко и зло бросил остальным оркам:

— Действуйте быстрее! Мы должны найти этих гномьих ублюдков!

Подчиняясь приказу, один из младших командиров собрал несколько орков и направился к освещённому дому.

— Что случилось? — испуганно спросил Баин.

— Сигрид, что такое? — подхватила Тильда.

— Быстро! Прячьтесь! Я… я видела монстров, страшных, ужасных! Они на крыше! — задыхаясь, выпалила Сигрид, пытаясь укрыться с Тильдой под обеденным столом.

Баин побледнел, но быстро взял себя в руки:

— Какие монстры? Ты уверена?

— Да! Чудовища! Их много! Все на крышах! — Сигрид судорожно объясняла, оглядываясь и подтягивая к себе младшую сестру. 

Баин, услышав слова сестры, сразу бросился к своей кровати. Он схватил короткий лук, подаренный ему отцом, взял колчан со стрелами, которые сам же изготовил, и поспешил обратно к столу. 

Как раз в этот момент с крыши донёсся отчётливый звук. Сигрид вздрогнула всем телом и тихо прошептала:

— Это… это точно они. Монстры.

— Не бойтесь. Папа скоро вернётся! — Баин сам дрожал от страха, но старался сохранять спокойствие. Он положил стрелу, натянул тетиву и попытался успокоить сестёр. 

БАХ!

Внезапно входная дверь с грохотом вылетела от сильного удара снаружи. В проёме сразу показались два уродливых монстра. Под столом Сигрид и Тильда в ужасе закричали.

Баин, стоящий за деревянным столом, оцепенел от страха. Его пальцы дрогнули — стрела сорвалась и… точно поразила в глаз первого ворвавшегося орка. Тот рухнул замертво. Второй орк, размахивая чёрным коротким мечом и яростно вопя, тут же ворвался внутрь.

Сигрид и Тильда под столом плакали и кричали, а Баин поспешно выпустил ещё одну стрелу. Выстрел был неточным — стрела пролетела мимо нападавшего, но угодила в голову еще одному орку, который появился в дверях. Тот сразу рухнул.

Передний орк бросился на Баина. Снова натянуть лук мальчик не успевал — так что он схватил деревянный табурет и со всей силы ударил.

Бах! 

Табурет угодил прямо по голове. Орк пошатнулся… и рухнул.

Но тут у двери вновь показались двое орков — они спрыгнули вниз с крыши, ревя и толкаясь.

Свист.

Глухой удар.

Оба орка упали, сражённые одной стрелой в голову. 

— Папа! — воскликнули Сигрид, Баин и Тильда, решив, что их отец вернулся.

Но на пороге появилась незнакомая фигура. Высокая, стройная эльфийка с белоснежной кожей, в зелёном длинном плаще и коричневых кожаных доспехах. Её лицо было холодным и прекрасным, а заострённые уши отчётливо виднелись из-под капюшона. Она мельком взглянула на троих детей и уже собиралась развернуться, чтобы уйти.

Бах!

Два орка проломили крышу, рухнув прямо в комнату. Едва поднявшись на ноги, они с криками бросились на детей. 

Эльфийка сделала шаг назад, ловко натянула тетиву — стрела тут же поразила одного из нападавших. Затем она мгновенно убрала лук, выхватила короткий меч и шагнула вперёд.

Один удар меча – и последний орк в доме мертв. После этого эльфийка бросила взгляд на стоящих в стороне троих детей, лица которых были бледны от страха, и, немного поколебавшись, всё же спросила:

— Вы видели группу гномов?

Увидев свою прекрасную спасительницу, глаза Сигрид и Тильды загорелись, и они уже собирались ответить... Как вдруг у двери раздался голос:

— Видели. Они отправились к Одинокой горе.

Бард, произнося это, внимательно рассматривал своих детей, и увидев, что с ними всё в порядке, с облегчением вздохнул.

— Папа! — радостно воскликнули дети.

Тильда тут же вырвалась из объятий сестры и бросилась к отцу.

Эльфийка снова спросила:

— Тогда вы видели того человека, что был с гномами?

— Человек из отряда гномов? Дядя Морган? — тут же переспросила Тильда.

— Ты про Моргана? Конечно, видели! Он ушёл с гномами к Одинокой горе, сегодня утром, — добавил Бард, опуская на землю младшую дочь и с благодарной улыбкой глядя на эльфийку.

Воительница, получив ответ, больше ничего не сказала — лишь слегка кивнула Бардy, развернулась и направилась к двери.

— Спасибо, что спасла моих детей! — крикнул ей вслед Бард.

Она на миг застыла… но так ничего и не ответив, быстро скрылась во тьме.

Это, конечно же, была Тауриэль — та самая, что пустилась в путь за своим возлюбленным.

Следуя за Морганом, она пришла в Эсгарот. Но эльфийка снова опоздала. Морган уходил от нее всё дальше и дальше.

— Тауриэль! 

Леголас, только что спустившийся с небольшого здания, заговорил:

— Куда делась та группа орков?

— Они всё ещё впереди.

— Тогда пошли!

В развалинах Дол-Гулдура небо было мрачным, все вокруг затянули густые тучи. Здесь будто не существовало ни дня, ни ночи — всё время царила тьма.

— Быстрее!

Гэндальф с посохом в руке бежал по узкой тропе, усеянной шипами, ловушками и смертельными опасностями. За ним мчался низкорослый Траин. Чуть позади неслась группа орков, верхом на серых варгах. Во главе их был огромный крепкий орк — Азог.

— Поймайте их!

— Убейте! 

Азог, возглавляя преследование, размахивал своей секирой-молотом и кричал, указывая на убегающие фигуры впереди. Один за другим свирепые варги вырывались из тёмных троп и бешено бросались на бегущих Гэндальфа и Траина. 

— Быстрее! — крикнул Гэндальф.

Увидев, что Траин начинает замедляться, он схватил гнома за руку и большими шагами бросился к каменному мосту впереди.

Ещё чуть-чуть… почти добрались!

Наконец, вырвавшись из тёмной тропы, Гэндальф с Траином тут же обернулись. Маг взмахнул посохом в сторону возвышающегося чёрного шпиля.

Бум! 

Ярчайший сгусток белого света внезапно вспыхнул на верхушке посоха Гэндальфа. Осязаемая магическая волна света стремительно распространилась к зданию наверху.

Бах!

Там, где проходила волна, камень трещал, рушился и разлетался на куски. Всего один вздох — и весь шпиль рухнул вниз.

Гэндальф и Траин поспешно бросились вперёд, перебежав по каменному мосту. 

Бум-бум-бум!

Огромные обломки с грохотом падали, разбивая мост. Большая его часть рухнула прямо у беглецов за спиной. В этот момент преследовавшие их варги и всадники-орки только добрались до края. Увидев Гэндальфа и Траина на другой стороне, Азог взревел от ярости:

— Тебе не уйти!

Но Гэндальф, тяжело дыша, уже тянул Траина дальше.

Они пробежали мимо развалин шпиля и добрались до последнего моста, ведущего прочь из Дол-Гулдура. И вдруг — гигантская энергетическая буря ударила им навстречу. 

Гэндальф рывком притянул к себе Траина, поднял посох — и с его вершины распространился светлый полупрозрачный купол, накрывший их обоих. Щит дрожал, содрогался, но держал натиск.

Когда буря утихла, Гэндальф и Траин с опаской подняли головы. Перед ними возвышалась огромная чёрная тень — больше десяти метров в высоту, с когтями и щупальцами, как из кошмара. В тот же миг Гэндальф ощутил, как невообразимое зло распространилось из её центра во все стороны. Пространство вокруг помутилось, из тени потянулись зловещие чёрные миазмы. 

— Здесь нет света... — холодный, пустой, хриплый голос прозвучал изнутри чудовища, пробирая до костей.

Увидев этот мрак, лицо Гэндальфа резко изменилось. Он выставил посох вперёд, заслоняя Траина собой. А тот, лишь мельком взглянув на чёрную тень, начал дрожать всем телом, не в силах себя контролировать.

— Нет света, который мог бы победить тьму, маг…

Жуткая тень, извиваясь и скалясь, продолжала изрыгать злобные слова.

Траин вцепился в руку Гэндальфа, тело его дрожало от ужаса, и он срывающимся голосом прошептал:

— Он пришёл… он и правда пришёл…

Гэндальф с трудом продолжал удерживать посох, сражаясь изо всех сил. Даже несмотря на то, что чёрная тень впереди вовсе не атаковала, а просто появилась перед ним — Гэндальфу уже приходилось прилагать огромные усилия, чтобы устоять на месте.

— Передай Торину...

В этот момент, будто осознав свою неминуемую участь, Траин внезапно посмотрел на стоящего рядом Гэндальфа и громко сказал:

— Передай Торину, что я его люблю!

— Пожалуйста… ты можешь сказать Торину, что я его люблю? — повторил он с дрожащим лицом, волнуясь. 

Гэндальф взглянул на него и, продолжая сдерживать нарастающее давление, твёрдо ответил:

— Ты сам ему это скажешь.

Но не успел он договорить, как из тени раздался гулкий, ледяной голос:

— У тебя не будет такого шанса.

В следующее мгновение тень взметнулась вверх, увеличившись на десятки метров, и с невообразимой скоростью рванулась к Траину.

Гэндальф лишь успел распахнуть глаза — гном с жутким криком был схвачен тенью и мгновенно исчез во мраке.

— Нет! — с яростью закричал Гэндальф. Он шагнул вперёд и со всей силы взмахнул посохом.

Ярчайший белый свет разросся вокруг него и с оглушительной мощью ударил по чёрной тени. Мгновение — и тень была пригвождена сиянием к каменной стене, сотрясаясь, будто готовясь взорваться.

Но это длилось всего миг. 

Тень завыла, и вдруг с яростным рёвом вспыхнула всплеском гнева. Чёрный туман хлынул вверх, взметнувшись на десятки метров, и с сокрушительной силой обрушился на световой барьер Гэндальфа.

— Хаа… — задыхаясь, с побледневшим лицом, Гэндальф стиснул зубы, высоко подняв посох, удерживая защитный купол.

Но тот дрожал, сжимался, с каждой секундой теряя силу. Деревья, обломки моста, даже сам каменный мост — всё разлеталось в щепки в этом столкновении света и тьмы. Магические волны грозили смести всё на своём пути.

— Хаа… — Гэндальф, охваченный болью, из последних сил сдерживал схлопывающийся барьер.

И вдруг чёрная мгла стремительно сжалась, собравшись в единый сгусток — и рванула вперёд.

Бах!

Белый щит лопнул, Гэндальфа подбросило в воздух и с силой швырнуло оземь. Но, вопреки ожиданиям, чёрная тьма не продолжила атаку. Она отхлынула назад. И в следующий миг — прямо в центре сгущённой тьмы вспыхнул глаз, излучающий бесконечное пламя. Глаз начал расти, и в одно мгновение превратился в человекоподобную фигуру, пылающую огнём, лицо и пол которой невозможно было различить.

Увидев этот огненный силуэт в центре чёрной тени, Гэндальф сразу вскочил с земли, обеими руками вновь поднял посох, чтобы сопротивляться разрастающемуся ужасающему злу, заполнившему всё вокруг. Но если с чёрной тенью он ещё как-то мог бороться, то перед этим существом, окутанным бесконечным пламенем, посох в его руках тут же рассыпался в пепел.

Сам Гэндальф был с лёгкостью поднят вихрем чёрного тумана, швырнут оземь, а затем отброшен на десятки метров назад, врезавшись в чёрную стену, покрытую шипами.

Полностью лишённый сил, он был прижат к стене, не в состоянии сопротивляться, и лишь с болью смотрел на приближающуюся огненную фигуру в центре чёрной тьмы, постепенно обретающую чёткие очертания — фигуру, облачённую в чёрные доспехи.

И тогда с его губ сорвалось имя:

— Саурон…