Бард

Река за заставой была извилистой и усеянной рифами. Бурный поток неистовствовал, взметая белые волны и стремительно унося всё вниз по течению.

Морган, промокший до нитки, покачивался в своем высоком бочонке, который уже был наполовину наполнен водой. Он пристально вглядывался в бурлящую перед ним реку. 

Внезапно под водой мелькнул бордовый силуэт. Морган резко вытянул руку и мёртвой хваткой схватил его. Вытащив на поверхность, он увидел, что это Бильбо — почти захлебнувшийся, с затуманенным взглядом. 

Увидев, как у хоббита посинело лицо, Морган нахмурился. Он встал в бочонке, положил Бильбо себе на плечо вниз головой, и одной рукой надавил ему на грудь. Достаточно было лёгкого усилия — Бильбо тут же издал громкое:

— Э-э-эх! — и выплюнул огромное количество воды.

Убедившись, что метод работает, Морган повторил движение еще несколько раз. Только когда вода перестала литься, тело хоббита зашевелилось, а изо рта донёсся слабый стон, Морган облегчённо выдохнул: по крайней мере, ему не придётся делать искусственное дыхание. 

Но стоило ему немного расслабиться, как бочонок вдруг начал опрокидываться. Морган поспешно удержал на плече еще не совсем очнувшегося Бильбо, и принялся усиленно грести, стараясь сохранить равновесие на бурной воде. 

Вспомнился недавний прорыв через заставу лесных эльфов и особенно опасный участок реки ниже по течению. Даже ему, закалённому в боях, было не по себе.

Когда их перехватили у заставы, Бильбо нашёл себе лишний пустой бочонок. Но в момент бегства, практически сразу после того, как он с Морганом, Кили и Двалином пересекли ворота, хоббита занесло на рифы. Его бочонок разлетелся в щепки, а сам он мгновенно исчез в водовороте. Морган видел это своими глазами, но в бушующем потоке и сам едва держался на плаву — несколько раз его бочонок полностью уходил под воду, и он хлебнул немало воды. К счастью, он хорошо плавал, и хотя ситуация была опасной, обошлось. 

С тех пор Морган не мог перестать думать о Бильбо. Как только ему удалось выбраться из самого бурного участка, он начал отчаянно искать хоббита. И ему повезло — бордовый пиджак Бильбо оказался на удивление заметным. Благодаря этому он и смог вытащить хоббита из воды.

Но тут в голове Моргана закралась тревожная мысль: а если бы он не успел? Неужели история Бильбо закончилась бы прямо там? 

Не успев погрузиться в размышления, он вдруг вспомнил Нори. Неизвестно, выжил ли тот, но Морган видел, как в него попала стрела — прямо в спину. Шансов почти не оставалось.

Хотя они с Нори и не были особенно близки, за те месяцы, что они провели бок о бок в сражениях, между ними сложилось товарищество. И хоть их дружба не была глубокой, потеря соратника все равно оставляла горечь.

Если же говорить о самых близких ему людях в экспедиции, то первым в этом списке был Гэндальф. Они познакомились раньше всех, и именно волшебник привёл его в отряд. Их взаимное уважение не было тайной для остальных.

Следом шли Бильбо и Кили. 

Бильбо был стойким и добрым по своей природе. Моргану нравились такие люди, независимо от того, есть у них "аура главного героя" или нет. Даже если бы Бильбо ею не обладал, Морган всё равно спасал бы его в трудную минуту и защищал от насмешек гномов. 

Кили — его "ученик поневоле" — выделялся умом, стойкостью и уважительным отношением. Кили и Фили были самыми весёлыми в отряде, и постоянно подшучивали над другими. Но был тот, над кем они никогда не шутили — Торин Дубощит. Помимо него, вторым в списке "неприкасаемых" был сам Морган. Более того, если кто-то и пытался поддеть Моргана, Кили всегда вставал на его защиту. Конечно же, такой ученик вызывал у Моргана искреннюю симпатию.

Далее в круг его близких товарищей входили Фили, Балин, Бофур и Глоин. Остальные гномы оставались скорее просто соратниками.

Смерть Нори не только вызвала у Моргана тяжелые чувства, но и изрядно озадачила. С самого начала путешествия, несмотря на множество отличий от его воспоминаний, основные события все же происходили так, как он их помнил.

Тогда как Нори мог погибнуть здесь?

В оригинальной истории в этом эпизоде раненым должен был быть Кили — и то всего лишь стрела в ногу.

Теперь Морган присматривал за Кили, и тот был цел и невредим. Зато Нори получил смертельное ранение. Морган не мог этого понять. 

Еще больше вопросов вызывало то, зачем Нори вообще отправился на заставу? Особенно после того, как Кили уже активировал механизм, открывавший решетку водного пути. Он же не нарочно пошел умирать, верно?

Все это казалось нелогичным.

— Кхе-кхе... кхе... 

В этот момент с его плеча раздался слабый кашель. Бильбо, наконец, приходил в себя.

Морган тут же поставил его на ноги, похлопал по пухлым щекам и спросил:

— Ну что, живой?

Хоббит медленно открыл глаза, посмотрел на него и хрипло прошептал:

— Где... мы?..

— Где-где... конечно, ещё на воде! А ты что, хотел проснуться на дне реки? 

Убедившись, что Бильбо пришёл в себя, Морган усмехнулся и указал на бурное течение вокруг. Затем он хотел помочь хоббиту закрепиться снаружи бочонка, как это было до того, как они преодолели заставу эльфов. Но, взглянув на его побледневшее лицо, не смог заставить себя опустить его в воду.

— Ладно, давай поменяемся. Ты – в бочку, я – наружу.

Не дожидаясь реакции Бильбо, Морган схватился за края бочонка и выпрыгнул в воду, а затем помог хоббиту спуститься с плеча внутрь бочонка.

Бильбо некоторое время молчал.

Когда Морган, плывя рядом, начал осторожно направлять бочонок ближе к берегу, хоббит наконец сказал:

— Спасибо тебе, Морган... Ты уже второй раз спасаешь мне жизнь, если считать тот случай в Туманных горах.

Морган рассмеялся:

— Ты уже отплатил мне однажды, так что счет не изменился, - видя, как хоббит нахмурился, он пояснил, - сегодня ты нашёл ключи, открыл камеры и помог нам сбежать из дворца эльфов. Это же твоя заслуга.

Бильбо смутился, затем улыбнулся и покачал головой:

— Это другое. Это то, что я должен был сделать. Мы же товарищи.

Морган тоже покачал головой:

— А спасти тебя — это то, что должен был сделать я. Мы же товарищи, разве не так?

Бильбо был упрям:

— Нет, это не одно и то же.

— Одно и то же, — спокойно возразил Морган.

— Всё равно не одно и то же, — с тем же упрямством повторил хоббит.

Увидев, что спорить бессмысленно, Морган махнул рукой:

— Ладно, не будем спорить. Если хочешь меня отблагодарить — то когда я как-нибудь загляну в Шир, угости меня самым вкусным обедом и лучшим вином.

Глаза Бильбо тут же загорелись:

— Это само собой! Как только наше путешествие закончится!

Морган усмехнулся:

— Тогда давай пригласим и Гэндальфа. 

Бильбо кивнул с улыбкой:

— Это было бы прекрасно.

Чем дальше они плыли, тем шире становилась река, и течение постепенно успокаивалось.

Морган, плывя снаружи, толкал бочонок с Бильбо вперёд. Примерно через полчаса он заметил впереди три покачивающиеся бочки. Вглядевшись, он понял, что это были Кили, Фили и Глоин. 

Ещё через час, пятеро путешественников в четырёх бочках наконец увидели впереди мелководье.

На берегу стояла группа гномов, размахивающая руками.

— С вами всё в порядке? — первым вышел навстречу Балин. Он окинул взглядом промокших Моргана, Бильбо и остальных. 

Наемник покачал головой:

— Всё в порядке. Орки нам не страшны.

Балин усмехнулся:

— Я так и думал.

Оказавшись на суше, Морган быстро огляделся. Гномов было двенадцать. Не хватало одного.

Нори. Он уже открыл рот, чтобы спросить, когда раздался голос Торина:

— Раз все в сборе, нужно двигаться дальше. Орки всё ещё могут нас преследовать, мы не можем терять времени.

Ори тихо вмешался:

— Мы... можем взять Нори с собой? 

Торин твердо ответил:

— Нет. Это замедлит нас.

Ори недовольно нахмурился:

— Но мы не можем просто оставить его…

Все взгляды невольно обратились в сторону отмели.

Морган обернулся — и только теперь заметил чьё-то тело, укрытое двумя старыми плащами. До этого он подумал, что там просто сушатся вещи...

Балин тяжело вздохнул:

— Надо похоронить его. Прости, Ори. Никто из нас этого не хотел.

Дори, старший брат Нори, медленно кивнул:

— Да, мы все не хотели этого...

— Тогда давайте похороним его.

Объединив усилия, гномы вырыли неглубокую могилу на отмели. У них не было инструментов — все оружие, отобранное у орков, было потеряно в реке, — поэтому им пришлось копать землю руками, камнями и обломками дерева. Они уложили тело Нори в могилу и засыпали землёй. Бильбо принёс с луга дикие цветы.

Первым к могиле подошёл Дори. Тихо, почти шепотом, он сказал:

— Прости, брат... Пока мы не можем забрать тебя домой. Но когда мы доберёмся до Одинокой Горы... я вернусь за тобой.

Он бережно положил цветы на могильный холм, выложенный камнями.

Ори подошёл вторым. Смотря на могилу брата, он прошептал:

— Я буду по тебе скучать.

После этих слов его глаза налились слезами, и он не смог больше сдерживаться.

За двумя братьями остальные члены отряда выстроились в очередь, но уже без особых церемоний. Каждый подходил к могиле, говорил несколько слов и оставлял цветок в память о Нори. Когда очередь дошла до Моргана, он тихо произнёс:

— Это великое путешествие, и все мы — смельчаки. Ты — один из нас. Спи спокойно, брат.

Сказав это, Морган бережно положил цветок на холмик.

Последним подошёл Торин Дубощит. Сказал несколько слов, оставил цветок — и церемония прощания была завершена.

Вскоре отряд, ведомый Торином, двинулся дальше. Перед уходом Морган ещё раз взглянул на одинокую, простую могилу.

Осенний ветер шевелил цветы, и лепестки, уносимые порывами, медленно взмывали в небо, чтобы рассеяться по свету.

Они продолжили путь вдоль берега. Прошло больше получаса, и острый глаз Фили заметил нечто впереди. Он взволнованно воскликнул:

— Смотрите, там что-то есть!

Все посмотрели в ту сторону — и вскоре увидели небольшую пристань. А главное — там стояла лодка.

— Лодка! Это же чудо!

— Теперь нам не страшны те орки, что идут по следу!

— Доберёмся до Озерного города!

— Нам везёт!

— Да, наконец можно не бежать без остановки!

— Я ужасно голоден!

— И я! В Озёрном городе наемся досыта!

— А я выпью хорошего эля и съем жареную оленину!

— Проклятье, теперь я ещё голоднее!

— Пошли!

— Быстрее! 

Воодушевлённые гномы ускорили шаг. Они возбуждённо переговаривались, приближаясь к цели. Когда все подошли ближе, стало видно, что лодка пуста. Это известие только усилило радость гномов. Фили и Кили побежали вперёд и первыми добрались до пристани, уже готовые запрыгнуть в лодку...

Внезапно раздался свист, и стрела с глухим стуком вонзилась в деревянный настил прямо перед Фили.

Глоин резко обернулся и увидел позади человека с натянутым луком. Не колеблясь, он поднял подобранную ранее деревянную дубинку, готовясь атаковать.

Свист!

Вторая стрела со свистом рассекла воздух — и вонзилась прямо в дубинку. Меткий выстрел насквозь пробил ее, - а ведь толщина деревяшки была около двух пальцев!

Глоин замер, ошеломлённый.

Человек с луком хладнокровно предупредил:

— Попробуй снова — и следующий выстрел уже не будет предупреждением.

При этом он по-прежнему держал тетиву натянутой. И смотрел не столько на Фили, Кили и Глоина, сколько на стоящих за их спинами остальных гномов. И на одного человека среди них.