Эльфийская королева

Чирик-чирик.

Маленькая птица с белоснежными крыльями сидела на подоконнике, глядя на владыку Элронда, и тихо мелодично щебетала. Тот, услышав её пение повернулся, и на его лице заиграла улыбка.

— Гэндальф, не хочешь пройтись со мной? — сказал он, отпивая глоток янтарного фруктового вина из изящного бокала.

— Конечно, это будет честью для меня, — ответил Гэндальф с улыбкой, отправляя в рот маленькое изысканное пирожное и тщательно пережёвывая.

Тем временем в маленьком саду возле комнат отряда всё ещё продолжался пир. Гномы с удовольствием уплетали мясо и пили вино, громко пересыпая вечер шутками. Морган сидел у костра, держа во рту прекрасную дубовую трубку, медленно выпуская кольца дыма. Эта трубка конечно же была подарком родом из Ривенделла. 

Два дня назад когда Морган, как обычно, упражнялся в стрельбе из лука в тихом уголке сада, он встретил владыку Элронда. Морган, конечно, не поверил, что Элронд оказался там совершенно случайно. 

Владыка, увидев навыки парня, был искренне впечатлён его мастерством. Ранее благодаря своему умению вести беседы и оставлять благоприятное впечатление Морган уже успел завоевать расположение эльфийского лорда. Теперь же его выдающиеся навыки стрельбы окончательно укрепили эту связь.

Их беседа получилась непринуждённой и приятной. Перед уходом Элронд спросил, не нужно ли Моргану что-нибудь. Наемник, не раздумывая, попросил трубку.

Вечером того же дня эльфы доставили ему изящную дубовую трубку отличного качества. Раньше, из-за своей работы Морган никогда не курил и употреблял алкоголь крайне умеренно. Но в этом мире, где у него была уникальная поддержка системы, он уже мог позволить себе расслабиться. 

Табак для трубки он конечно выпросил у Гэндальфа. Ранее волшебник, пользуясь своим положением друга Элронда, сумел раздобыть множество первоклассного табака. Морган завидовал этому и решил воспользоваться моментом и попросить трубку у самого Элронда.

Но вернёмся к происходящему.

Гномы пили, ели и громко шутили. 

Сейчас, сидя у костра, Морган наслаждался моментом. С другой стороны, Балин тихо переговаривался с Торином Дубощитом.

— Эльфы согласились помочь? — спросил Балин.

— Гэндальф ещё ничего не говорил, — покачал головой Торин.

— Уже седьмой день. Если бы они собирались помочь, то давно бы это сделали, — заметил Балин с лёгкой тревогой в голосе.

— Я понимаю, — ответил Торин, опустошив свой бокал, после чего молча поднялся и отошёл в сторону.

Морган, обладая усиленными чувствами благодаря системе, услышал весь их разговор, несмотря на шум вокруг. 

Отряд уже неделю гостил в Ривенделле. Хотя Морган был уверен, что они скоро отправятся дальше, точного времени он не знал. Услышав разговор Балина и Торина Дубощита, Морган понял, что гостить в Ривенделле осталось недолго.

Наемник затянулся трубкой и задумчиво посмотрел на ярко-жёлтые языки пламени, пляшущие перед ним. Внезапно он обернулся и заметил исчезающий силуэт Торина Дубощита. В голове мелькнула мысль - зная упрямство Торина, Морган предположил, что если тот решит уйти, их отряд не задержится надолго. 

По воспоминаниям из сюжета, Торин ушёл без прощания, и причиной чему стал разговор между Гэндальфом и лордом Элрондом, подслушанный гномом. Именно недовольство Элронда этим походом и самим Торином задело гордость последнего, и он, не попрощавшись ни с Гэндальфом, ни с эльфами, решил уйти.

«Неужели это произойдёт сегодня ночью?»

«Та самая ночь, когда Торин услышал тот разговор?»

Морган, раздумывая над этим, не смог усидеть на месте. В системе его прогресс в исследовании мира шёл очень медленно. Он не хотел упускать ни одной возможности, чтобы продвинуться дальше. Даже если он ошибётся, ничего не потеряет.

Приняв решение, Морган тут же поднялся и быстрыми шагами отправился в том направлении, куда ушёл Торин Дубощит.

Где-то в глубине Ривенделла Гэндальф в серой мантии шёл по извилистой тропинке рядом с лордом Элрондом, и они о чём-то разговаривали. Элронд недовольно заметил:

— Гэндальф, тебе следовало раньше рассказать мне о вашей цели.

Гэндальф поспешил ответить:

— Я собирался это сделать. Я ждал подходящего момента очень долго.

— Кроме того, ты должен верить, что я знаю, что делаю.

Элронд сурово спросил:

— Ты действительно уверен? Дракон спал сто семьдесят лет. Что, если твой план провалится? Что, если дракон пробудится?

Гэндальф возразил:

— А что, если у нас всё получится?

— Если гномы вернут себе гору, наши позиции на востоке станут гораздо крепче.

Элронд покачал головой:

— Это слишком рискованный шаг, Гэндальф.

Гэндальф продолжил настаивать:

— Бездеятельность куда опаснее. Торин — король Эребора. Почему ты так боишься?

Эти слова заставили Элронда остановиться. Он резко развернулся и серьёзно произнёс:

— Ты забыл? Их род проклят. Его дед сошёл с ума. Его отец страдал той же болезнью.

— Ты уверен, что Торин не станет таким же? Гэндальф, это не в нашей власти. Судьба Средиземья также не в наших руках.

Гэндальф слушал старого друга, понимая, что в этот вечер убедить его не удастся. Оставалось только озвучить решимость гномов.

— Они отправятся к горе, с нашей помощью или без неё. Они намерены вернуть свой дом!

— Торин не считает, что ему нужно спрашивать чьего-либо разрешения. Если честно, я тоже так думаю.

Гэндальф шёл за Элрондом и громко высказывал точку зрения гномов, надеясь изменить хоть что-то. Когда они достигли павильона на вершине горы, Элронд внезапно остановился и посмотрел на старого друга:

— Ты говоришь разумные вещи, но просить разрешения тебе нужно не у меня. С этими словами Элронд отошёл в сторону. В тот момент Гэндальф увидел под светом мягкой луны фигуру женщины. Её облик, словно окружённый эфемерным сиянием, излучал неземную красоту и изысканность.