Компромисс
— Боже мой...
— Что это за место?
— Я сплю? Или мы все спим?
— Это точно сказочный мир...
Один за другим участники отряда замирали, потрясённые видом перед собой. Перед ними раскинулась огромная долина, окружённая бурной рекой. Вдалеке могучие водопады падали с высоких гор, разбиваясь о скалы и поднимая клубы белого тумана. Осенние лучи солнца преломлялись об эти туманные облака в многоцветные радуги, словно мосты, пересекающие долину. Берега долины были окружены отвесными скалами, а по центру неслась полноводная река, огибая этот сказочный край.
В центре долины возвышались великолепные башенные постройки. Они были выстроены в каскадном порядке, сияя белыми и золотыми оттенками, окружённые садами, фонтанами и площадями.
Это было место, словно сошедшее со страниц сказок. А в самом центре, словно венец всего великолепия, возвышался величественный замок — воздушный сад, не имеющий равных в красоте.
Даже Морган, который знал, куда они направляются, и заранее готовился к подобному зрелищу, не мог скрыть своего восхищения. С момента своего рождения и до сих пор он никогда не видел ничего, что могло бы сравниться с этим местом. Даже в прошлой жизни, когда он из-за своей работы путешествовал по всему миру, ни самые знаменитые архитектурные шедевры, ни природные чудеса не вызывали такого трепета. Он наконец осознал, что подобные легендарные места действительно существуют.
Пока все молча наслаждались видом, только один человек выделялся своим поведением.
Суровый взгляд Торина Дубощита сразу стал мрачным. Как вождь народа гномов рода Дурина и претендент на трон Эребора, он сразу понял, где они находятся. Хотя Торин никогда не бывал здесь, он знал это место по рассказам и книгам. И теперь всё, что говорил Гэндальф ранее, сложилось в единую картину.
Не успел Торин заговорить, как Гэндальф сам нарушил молчание:
— Долина Имладрис. Но обычно ее называют иначе. Кто-нибудь из вас знает?
Морган, оторвав взгляд от завораживающего пейзажа, улыбнулся и ответил:
— Ривенделл.
— Именно! Это Ривенделл, — подтвердил Гэндальф. — Если говорить о самых безопасных и уютных местах всего Средиземья, то этот долинный город не знает себе равных.
Однако Торин уже не мог сдерживать своё негодование:
— Значит, это и был твой план, да? Обратиться за помощью к нашим врагам?
Гэндальф, ожидая подобной реакции, спокойно ответил:
— Здесь нет врагов, Торин Дубощит. Единственная враждебность в этом месте — это та, которую ты сам приносишь.
Слова волшебника звучали настолько уверенно и веско, что весь отряд замолк, наблюдая за напряжённой беседой.
Торин, сдерживая раздражение, сделал глубокий вдох и холодно произнёс:
— Ты думаешь, что эльфы благословят наше дело? Нет, они будут мешать нам всеми силами!
- Конечно, будут, - спокойно ответил Гэндальф. - Но у нас есть вопросы, которые нужно решить.
- Торин, мы до сих пор не разгадали секрет на карте. Ты понимаешь, что это значит.
Как только Гэндальф договорил, Торин замолчал.
Да, карта скрывает тайны, ведущие в глубины Одинокой горы, что является для него самой самой большой головной болью. Торин однажды даже злонамеренно предположил - а вдруг Гэндальф знал всё с самого начала и специально обманывал его?
Однако когда Торин прикоснулся к ключу, открывавшему вход в Эребор, он отбросил эти подозрения.
Заметив молчание Дубощита, Гэндальф воспользовался моментом и продолжил:
- Торин, у нас нет еды, нет лошадей, у нас вообще ничего нет, Бомбур и Бофур ранены, а снаружи повсюду орки.
- Если мы не придем сюда, куда мы можем пойти?
- Если мы хотим добиться успеха, нам нужно действовать с умом.
- С уважением и... немного обаяния. Тебе ничего не нужно делать, я сам займусь переговорами.
Выслушав Гэндальфа, Торин долго молчал, а затем с неохотой выдавил:
- Хорошо.
Дубощит в конце концов уступил, хотя в душе он тысячу раз не хотел этого делать.
Но Гэндальф был прав. После того как экспедиция потеряла временный лагерь, у них не осталось ни еды, ни лошадей. За пределами лагеря сновали орки, соратники были ранены, а команде нужен был отдых. И самое главное — секрет карты нужно было разгадать.
Торин не мог придумать другого способа, кроме как согласиться с предложением Гэндальфа.
Как и сказал Гэндальф, иногда нужно действовать с хитростью. Это приключение слишком важно, чтобы терпеть неудачу, даже если для этого придётся обратиться за помощью к врагам — эльфам. Если это приведёт к успеху, значит, оно того стоит.
Когда Торин принял это решение, он снова взглянул на прекрасную долину впереди, от которой у многих перехватывало дух, и она показалась ему уже не такой уж и отвратительной.
Экспедиция продолжила путь. Впереди всех шёл Гэндальф. Морган шёл следом за ним. Бильбо шёл за Морганом.
Для Бильбо в этом отряде, кроме Гэндальфа, с которым он был в хороших отношениях, ближайшим товарищем был человек по имени Морган. Хотя гномы относились к нему в целом нормально, из-за их периодических насмешек и поддразниваний Бильбо чувствовал себя не очень хорошо.
Он знал, что гномы согласились включить его в отряд только благодаря Гэндальфу. И защита на протяжении всего пути тоже существовала исключительно благодаря волшебнику. Бильбо всё это прекрасно понимал.
Презрение гномов вызывало у него гнев, и он с каждым мгновением все больше хотел доказать им свою состоятельность.
Как однажды сказал волшебник в его доме в Шире, Бильбо хотел доказать, что он не хуже своих предков, и показать Гэндальфу, что его вера в него не была ошибочной. Поэтому Бильбо, который в начале путешествия мог испугаться дикого кабана, уже взял в руки короткий меч, чтобы сражаться с орками, когда их настигли в лесу. Это был огромный прогресс.
Только вот никто не заметил этого, так как ситуация тогда была слишком напряжённой.
Если говорить о тех, с кем Бильбо хотел бы подружиться в отряде, помимо Гэндальфа, это, конечно, был бы Морган. На это были причины.
Во-первых, Гэндальф советовал быть ближе к Моргану.
Во-вторых, из-за характера Моргана. Бильбо никогда не видел в его глазах или словах ни тени насмешки, презрения или раздражения. Поэтому Бильбо чувствовал, что может сблизиться с ним.
-Морган, ты упоминал, что бывал здесь раньше? - Бильбо ускорил шаг, чтобы идти рядом с наемником, и задал вопрос как бы между делом.