Трагедия героя

Глубокой ночью, в поселении на Долгом озере пронзительный шум, доносящийся из оружейной, прозвучал особенно резко.

— Быстро, к оружейному складу!

— Воры!

— Поймать воров!

— Скорее!

— Наконец-то дождались!

— Всем внутрь!

— Никого не упустить!

Кили споткнулся и упал, и оружие, которое он нес, выскользнуло из его рук и грохнулось на пол. В тот же миг темные дома вокруг склада один за другим озарились светом. Снаружи послышались многочисленные голоса и топот — словно все были к этому заранее готовы.

— Бежим! — лицо Торина резко изменилось, он закричал и кинулся к окну, через которое они проникли в здание.

Свист!

Стрела со свистом влетела через окно, просвистела в нескольких сантиметрах от лица Торина и с силой вонзилась в доску над рамой. Он резко остановился, уставившись на стрелу. Его лицо исказилось. Еще шаг — и она попала бы не в дерево, а в него.

Увидев, что путь к окну перекрыт, Бильбо и Бофур тут же бросились вниз, надеясь сбежать через нижний этаж.

Бах! Бах! Бах! 

Внезапно оттуда раздались громкие звуки выбиваемых дверей. Всего за несколько мгновений темный склад наполнился светом множества факелов, озарив его, словно днем.

Вооруженные до зубов солдаты с копьями и длинными мечами в руках стремительно ворвались внутрь. Позади них находились лучники с натянутыми луками, а стрелы были направлены прямо на отряд.

Увидев такое количество вооруженных людей, гномы замерли, не осмеливаясь пошевелиться. Даже Морган не сделал ни шага. Когда Кили упал, он еще подумывал о том, чтобы попытаться прорваться, но теперь в этом не было смысла.

Однако такая скорость реакции стражи Озерного города... это могло означать только одно — они были готовы заранее. Морган не видел других объяснений. 

Да, бургомистр Озерного города и его секретарь Альфред пристально следили за Бардом, и подозревали его в подготовке мятежа. Так как они могли не охранять оружейную, единственное место в городе, где было нормальное оружие? Выходит, отряд Торина попал в ловушку из-за Барда. Морган быстро сложил воедино всю картину.

Конечно, оставалась вероятность того, что Бард, узнав о личности Торина Дубощита, донес на них. Но это было лишь предположение. Морган не верил, что Бард мог на такое пойти. Он ясно помнил: после провалившейся попытки украсть оружие и поимки отряда, Бард пытался убедить жителей Эсгарота, а затем вступил в противостояние с Торином. И, несмотря на последовавшие за этим унижения со стороны толпы, позже он приютил тяжело больного Кили, и помог найти способ его вылечить. Это многое говорило о его характере. Именно поэтому Морган был готов довериться ему.

И если Бард не предатель — остаётся единственная версия: ловушка, расставленная заранее. 

— Идем!

— Быстро!

— Знал же, что этим гномам нельзя доверять!

— Маленькие, бородатые, страшные, как черти!

— Что случилось?

— Боже, что с гномами?

— Говорят, их поймали за кражей оружия.

— Тсс! Тише говори.

— Слышал, гномы убили кого-то!

— Эй, разве они не просто воровали?

На улицах Озерного города, по обе стороны дороги, жители, разбуженные шумом, один за другим выходили из домов, обсуждая происходящее. Развлечений в этом мире всегда не хватало, особенно простым людям. По вечерам у них не было других занятий, кроме как "делать новых людей" — поэтому они рано ложились спать. А тут — настоящее приключение! Да ещё и с участием гномов, которых редко увидишь. Такое громкое событие случалось раз в несколько лет. 

Пока городская стража гнала отряд Торина к дому бургомистра, за ними выстроилась целая толпа зевак. Люди наперебой обсуждали случившееся. Атмосфера была почти праздничной, как на Новый год. Среди этой толпы мелькнула небольшая фигурка — человек, следивший за удаляющейся процессией, с силой вырвался из людского скопления и поспешил домой. 

В это время Бард сидел дома при свете масляной лампы, и размышлял о чем-то с мрачным лицом. Вдруг дверь с шумом распахнулась, и внутрь вбежал Баин, тяжело дыша:

— Папа! Всех тех гномов, которых мы видели днём, поймала стража! Говорят, они пытались украсть оружие со склада! И я видел дядю Моргана! Он был с ними и тоже попал в плен!

Баин выговорил всё на одном дыхании.

С кровати в углу комнаты раздался звонкий голос Тильды:

— Дядя Морган? Брат, ты правда видел дядю Моргана? Где он?

Услышав слова сына, Бард резко вскочил со стула. Он сжал плечи Баина и с тревогой сказал: 

— Оставайся дома и присмотри за сестрами. 

После этих слов мужчина стремительно вышел, с грохотом захлопнув за собой дверь, и скрылся в ночи.

Отряд Торина вели по улицам Эсгарота, окружённый кольцом вооружённых стражников. Люди высыпали из домов, вытягивались на цыпочках, стараясь разглядеть происходящее.

Толпа росла с каждой минутой. На широкой площади перед домом бургомистра царило настоящее оживление, повсюду стоял несмолкаемый гул голосов. Брага подошел к охранникам, стоявшим у дома, и обменялся с ними парой слов. Стражники тут же постучали в дверь. Через несколько секунд створки распахнулись, и наружу вышел сам бургомистр — тучный, усталый, раздражённый, с всклокоченными волосами, в халате, натянутом прямо поверх ночной рубахи. Рядом, словно прилипчивая тень, появился его неизменный помощник — Альфред, закутанный в чёрное, с прищуром и ехидной полуулыбкой.

— Что здесь происходит? Почему этот шум? — бургомистр оглядел собравшуюся перед зданием толпу, а затем перевел взгляд на капитана стражи.

— Милорд, мы схватили гномов, пытавшихся украсть оружие со склада! — с почтением ответил Брага.

— Они пытались украсть оружие? В нашем городе?! — громко повторил бургомистр, с ударением на "нашем", чтобы толпа услышала. — Ха! Тогда они — враги народа! 

Градоначальник снова быстро окинул взглядом площадь, где собралось множество жителей Эсгарота, и мысленно обрадовался. Дело нужно было правильно рассмотреть — это отличный шанс поднять его репутацию среди простого люда!

— Милорд, это шайка отчаянных наемников, готовых на всё! — с холодной улыбкой вставил Альфред, глядя на гномов.

В этот момент его взгляд скользнул дальше, и заметил среди пленных человека, выделявшегося ростом, телосложением и привлекательной внешностью. Того самого человека, который утром был с лодочником Бардом. Того самого, кто осмелился его унизить.

Важную особу из Лихолесья.

И вот теперь этот человек стоял среди гномов и был пленником. Глаза Альфреда мгновенно загорелись. Он тут же наклонился к бургомистру и тихо прошептал:

— Милорд, взгляните — среди них тот самый человек, что с утра порочил ваше доброе имя! Гость из Лихолесья!

Альфред ткнул пальцем в сторону Моргана, но не успел сказать больше, как один из гномов не выдержал. Двалин, не в силах терпеть дальше, вышел вперед, поднял голову и мрачно уставился на стоящих на ступенях двоих, - особенно на того сутулого типа в черном.

— Следи за языком! — холодно бросил он, - ты хоть знаешь, с кем разговариваешь? Мы не наемники, и уж точно не какие-то отчаянные головорезы! — громко, без всякой церемонии, заявил Двалин, указывая рукой на Торина Дубощита. — Вы слышали о Короле под Горой? Он — сын Траина, внук Трора! Торин!

Как только громкий голос Двалина разнесся по площади, в толпе сразу же поднялись оживленные шепотки. Королевство под Горой некогда находилось прямо напротив Долгого озера. Жители города не могли о нем не знать. А истории о королях и знатных семьях всегда пользовались популярностью среди простого люда. Тем более когда речь шла о королевстве, которое было так близко.

Имя Торина, сына Траина, было знакомо немногим жителям Эсгарота. Но вот имя Короля под Горой – Трора – было известно каждому. Поэтому, когда Двалин заговорил, те из жителей, кто знал эти имена, сразу же начали их обсуждать. 

В этот момент Торин, представленный Двалином, шагнул вперед. 

— Мы — гномы Эребора, — твердо сказал он. - И мы здесь, чтобы вернуть себе утраченное королевство!

Он вышел на передний край площади и окинул толпу решительным взглядом. 

Нужно сказать, что Торин Дубощит действительно выглядел довольно внушительно. Он был высоким — конечно, по меркам гномов. Крепкое телосложение, благородные черты лица, решительный взгляд — по его внешности и осанке сразу можно было понять, что он не простой гном.

Как только эти слова прозвучали, а собравшиеся лучше разглядели Торина, шепотки в толпе стали еще громче. Даже бургомистр и Альфред, стоявшие наверху лестницы, слегка опешили, ведь речь шла о некогда богатейшем и могущественнейшем Королевстве под Горой. Даже в изгнании его монарх был намного значительнее и влиятельнее, чем жалкий бургомистр Озерного города и его приспешник. А Торин Дубощит, помимо всего прочего, обладал еще и выдающейся харизмой. Годы испытаний сделали его не только сильнее, но и научили искусству убеждения.

Поняв, что люди слушают его, Торин продолжил свою речь, вложив в нее еще больше страсти:

— Я помню Озерный город в дни его славы и процветания! Тогда здесь стояли несметные флотилии кораблей. Кораблей, доверху груженные шелками и драгоценными камнями! Тогда город не выглядел так, как сейчас — запущенным, разрушенным, словно покинутое всеми пристанище! Этот город был торговым центром Севера!

Громкий голос Торина Дубощита разносился над площадью. Жители Долгого озера – бедные, страдающие от нужды – сразу почувствовали, что его слова находят отклик в их сердцах. Они вспоминали прежние времена. И теперь, слушая речь Торина Дубощита, они оживились еще больше, а толпа загудела от волнения. 

— Я снова зажгу огонь в великих кузнях гномов! Из царских залов Эребора потекут неисчислимые сокровища! Я верну городу его богатство и былое величие!

Последние слова Торина прозвучали особенно убедительно, как обещание. 

Толпа уже не просто тихо обсуждала, а начала громко выражать свое одобрение, как вдруг чей-то голос резко разрезал гул людских голосов:

— Смерть! Ты принесешь только смерть!

Этот внезапный, резкий крик тут же притушил радостное оживление толпы. Он прозвучал откуда-то с края площади. Услышав этот голос, Морган лишь тихо вздохнул. Бард все-таки явился, как и было в его воспоминаниях об этом событиях.

Морган решил не вмешиваться. В этой ситуации он оставался в выигрыше, да и остановить происходящее все равно было невозможно.

Вскоре все увидели, как Бард выходит из толпы и направляется к краю площади. Он посмотрел прямо на Торина Дубощита и громко сказал:

— Смерть! Смерть, драконье пламя и разрушение! Это все, что вы принесете нам! Если вы разбудите дракона, вы погубите всех нас! Вы погубите Эсгарот! 

Бард стоял напротив Торина, не отводя от него взгляда, и его голос звучал твердо.

Хотя этот человек и появился неожиданно, срывая его выступление, Дубощит знал, что его предыдущие слова уже успели пробудить в сердцах простых людей надежду, алчность и мечту о богатстве. Теперь оставалось лишь поддерживать и подогревать их жадность, а заодно убедить в этом и правителя Эсгарота. 

— Вы можете его послушать, но я даю вам слово! - Торин окинул собравшихся величественным взглядом и продолжил, - если я одержу победу, то поделюсь с вами несметными богатствами Одинокой горы! У вас будет золото и серебро! И даже если город будет разрушен — вы сможете построить его заново. Десять раз, если потребуется!

Его слова прозвучали, как гром, как королевский указ. Толпа взорвалась ликованием. 

Все забыли, зачем они изначально собрались здесь. Им ведь не о чем было волноваться. Они ничего не теряли, зато могли получить богатство. Так почему бы не радоваться и не ликовать? 

Но тут в толпу снова плеснули холодной водой.

— Почему мы должны тебе верить? - гнусавый голос Альфреда пронзил воздух, как ржавый клинок. - Почему мы должны верить твоим обещаниям?

Толпа замерла.

— Мы ничего о тебе не знаем! Кто здесь может поручиться за твою честь, за твое слово?

Как только эти слова прозвучали, площадь мгновенно погрузилась в тишину.

Да, это хороший вопрос. Любой мог заявить, что он король. Почему бы сразу не заявить, что ты, например, бургомистр Озерного города?

Толпа ждала. Все взгляды были устремлены на Торина Дубощита. Если он не найдет подтверждение своим словам, все, что он выстраивал, рухнет в один миг. И тогда не только он, но и вся его компания окажется в тюрьме. 

Но такого рода поручительство мог дать не каждый. Гномы не годились. Кто мог поручиться, что они не сговорились между собой?

На площади было всего двое, чье слово могло бы сработать.

Морган, как человек, мог поручиться за Торина Дубощита, и окружающие люди наверняка поверят ему. 

И Бильбо. Бильбо — хоббит. Зачем хоббиту лгать о личности гнома?

Учитывая, что Бильбо в воспоминаниях Моргана поручился за Торина, наемник не был заинтересован в том, чтобы делать это самому. Кроме того, он ясно помнил, как Торин повел себя позже. 

Когда Смауг был убит, Бард просил убежища и золото, обещанное Торином жителям Озёрного города. Возможно, сейчас Дубощит действительно хочет поделиться частью сокровищ с жителями. Но после того, как гномы успешно заняли гору и получили доступ к сокровищам, Торин изменился. Морган не хотел быть поручителем человека, нарушившего свое обещание. Пусть Бильбо позаботится об этом. Именно он должен был сделать этот шаг.

На площади царила тишина и безмолвие, но терпение толпы быстро таяло. Еще мгновение — и они начнут требовать ответов. И вот тогда раздался голос:

- Я! Я могу поручиться за Торина!

Бильбо вышел из толпы и встал перед площадью. Он собирался продолжить, когда услышал нерешительный вопрос Альфреда: 

- А разве ты не гном?

- Нет, я хоббит. 

Вокруг сразу же послышались голоса обсуждающих людей. 

- Кто такие хоббиты? 

- Хоббиты — это полурослики. 

- А кто такие полурослики? 

- Хоббитов также называют полуросликами. Кажется, они живут в Шире, далеко на западе. 

- Видел когда-то в книге. Первый раз вижу живого полурослика. 

- Кажется, он ничем не отличается от гномов. 

- Нет, разница есть. Смотри, у него нет бороды. 

- Думаю люди все равно красивее. 

- Конечно.

Постоянная болтовня вокруг подтвердила личность Бильбо. Альфред лишился дара речи, а Бильбо громко продолжил: 

- Я проделал долгий путь с этими гномами и испытал много опасностей. Я знаю характер Торина. Если он даёт обещание, он его обязательно сдержит.

Как только Бильбо закончил говорить, подтвердив личность Торина Дубощита, все на площади тут же зааплодировали. Крики радости становились все громче и громче. 

Наблюдая, как ситуация все больше выходит из-под контроля, Бард не мог больше ждать. Он снова обратился к людям: 

- Пожалуйста, выслушайте меня!

Бард занимал важное место в сердцах жителей города. Когда он так настойчиво говорил, окружавшие его люди быстро затихали. 

- Вы все забыли, что случилось с Дейлом? Вы забыли его жителей, которые были погребены в пламени дракона? 

Слова Барда сразу же потрясли сердца людей вокруг него, которые поначалу были в восторге. Да, дракон Смауг все еще спит в сокровищнице под Одинокой горой. Прибытие гномов наверняка разбудит дракона. 

Сейчас Дейл давно разрушен, и Озерный город — самый близкий населенный пункт к Одинокой горе. Кто знает, не уничтожит ли пробудившийся дракон это место так же, как он уничтожил когда-то Дейл.

- Из-за чего погибли все те люди? Из-за неимоверный амбиций Короля под Горой! Он был так ослеплен своей алчностью, что не видел ничего вокруг! 

После слов Барда окружающие его жители немного успокоились. Такая перемена немедленно заставила Торина измениться в лице. Он действительно не ожидал, что какой-то лодочник заговорит об этом. 

Бургомистр был против того, чтобы Бард пользовался такой популярностью и поддержкой толпы, поэтому он быстро вмешался: 

- Ну, не нужно обвинять друг друга! Давайте не забывать о том, что это Гирион - твой предок, Бард, не смог убить дракона! 

Когда бургомистр закончил говорить, жители вокруг него снова начали обсуждение. Торин и другие гномы в шоке смотрели на лодочника. Неудивительно, что когда они были в доме Барда, его сын так яростно защищал давно погибшего короля. Оказывается, и Баин, и его отец потомки Гириона. 

Пронырливый Альфред тут же поддакнул бургомистру. Его голос прозвучал слащаво, но с расчетливой твердостью:

- Да, Гирион выпускал стрелу за стрелой, но каждая из них пролетала мимо. Это всё вина твоего предка!

Если слова правителя Эсгарота лишь перенесли обвинения с Трора на Гириона, предка Барда, то добавленный комментарий Альфреда заставил людей винить уже самого Барда.

Кто заставил Гириона быть предком Барда?

Кто заставил Гириона не убить дракона?

Кто заставил жителей Озерного города ослепнуть от предрассудков, алчности и жадности?

- Да, это всё вина Гириона!

- Если бы он смог убить дракона, всё было бы иначе!

- Если бы он убил дракона, жители Дейла не погибли бы, и мы не оказались бы в опасности!

- Это всё вина предка Барда!

- ...

Гул голосов разнёсся по толпе, проникая прямо в уши Барда. Он слышал, как его обвиняют соседи, друзья, коллеги, - люди, с которыми он прожил всю жизнь. Барда, которого всегда знали как спокойного, сильного, несгибаемого человека, внезапно охватило волнение. Его глаза резко покраснели, и даже слёзы начали блестеть в уголках глаз.

Морган тихо вздохнул.

Простолюдины обычно довольно добрые, но в то же время очень невежественные. В этот момент наемник вдруг понял, почему в его воспоминаниях Смауг был убит именно Бардом. Мужчине слишком долго пришлось нести груз прошлого, он жил в тени собственных предков. Бард получил шанс сделать то, что не смог Гирион, и воспользовался этим. Он жаждал признания.

Внезапно Морган подумал: "Да пусть уже Барду достанется этот дракон." 

Бард стоял в начале площади, с покрасневшими глазами, полными слёз, окружённый людьми, которые еще минуту назад были друзьями, а теперь – его судьями. Но даже под градом обвинений он не отступил. Он шагнул вперёд, остановившись перед Торином Дубощитом. Его голос был полон гнева:

- Ты не имеешь права войти в эту гору!

Но Торин лишь покачал головой и мягко ответил:

- Ты ошибаешься. Только у меня есть это право.

Правитель Озерного города и Альфред всего парой фраз изменили ход событий. Теперь Дубощит, который был пленником, внезапно стал самым желанным человеком для жителей Эсгарота. Торин был всего в шаге от победы. Осталось заручиться поддержкой только одного человека. Самого бургомистра.

Гном шагнул вперёд, посмотрел на толстого градоначальника, стоящего на возвышении, и произнёс:

- Именем Короля под Горой, я даю слово правителю Эсгарота. Ты готов помочь мне исполнить моё обещание? Ты хочешь разделить несметные богатства рода Дурина?

В этот момент все взгляды обратились к бургомистру. Морган, находившийся чуть в стороне, посмотрел на него и заметил, как алчные глаза правителя заблестели, а в голове быстро завертелись мысли. Он понял – всё решено. Вопросов больше нет.

И действительно, в следующее мгновение толстый бургомистр широко раскинул руки и громко воскликнул:

- Конечно! Я согласен!

Как только эти слова прозвучали, площадь взорвалась ликующими криками. Толпа пришла в восторг.

Морган повернул голову и увидел Барда. Тот закрыл глаза, а по его щеке скатилась слеза.