Одинокая гора

На следующее утро.

Небо только-только начало светлеть.

Когда первый слабый утренний свет проник сквозь стеклянные окна роскошного зала для приёмов и осветил его, Морган проснулся. Открыв глаза, он увидел зал, погрузившийся в беспорядок. Недалеко, у одного конца стола, двое гномов — Торин и Балин — уже проснулись.

— Доброе утро, Морган, — с улыбкой поприветствовал его Балин.

— Доброе утро, Балин.

Хотя в такой ситуации желать друг другу доброго утра было немного странно.

— Разбуди остальных, нам пора идти, — сказал Балин, хлопая ногой по Бомбуру, который забрался под длинный стол и громко храпел.

— Это просто, — услышав слова Балина, Морган позвал слуг из особняка бургомистра.

Вскоре они принесли таз холодной воды, набранной из Долгого озера. Морган взял таз, набрал из него полный стакан и выплеснул воду в лицо Бофура, который что-то бормотал во сне рядом с ним.

— А-а-а! Кто?! — от ледяной воды Бофур резко вскочил с пола.

— Похоже, у тебя хорошо получается. Тогда оставляю это на тебя, — с улыбкой сказал Балин, после чего вместе с Торином направился к выходу.

Пробудившийся Бофур взглянул на Моргана, затем на таз с холодной водой, потом на пустой стакан в его руке — и его глаза тут же загорелись. Он потянулся к пустому стакану перед собой, налил туда холодной воды и плеснул её в лицо Глоина, лежавшего рядом.

— Кто, чёрт возьми…?!

— А-а-а-а-а!

— Проклятье! Напали орки? Где орки?!

— А, дождь, что ли, пошёл?..

— Кто это сделал?!

В следующие мгновения в роскошном зале для приёмов, благодаря стараниям Моргана и Бофура, раздавались всё новые и новые возгласы негодования и пробуждения.

Когда все участники экспедиционного отряда были разбужены, Торин и Балин вновь появились в зале. 

Под первыми золотыми лучами утреннего солнца, члены отряда покинули резиденцию бургомистра. О событиях прошлой ночи уже успели разнести вести по всему Эсгароту. По обе стороны дороги собралась густая толпа, пришедшая проводить легендарного Короля под Горой. Конечно, среди них было немало тех, кто просто хотел поглазеть, как на шоу. Когда экспедиция в полном вооружении вышла из ворот резиденции, жители, стоявшие вдоль дороги, тут же разразились ликованием. Они ведь прекрасно помнили пылкие слова Короля под Горой прошлым вечером — он обещал принести огромные сокровища и поделиться ими с народом. Как тут было не радоваться простым людям, которые едва сводят концы с концами и всю жизнь борются за выживание на самом дне общества?

— Вау, сколько людей!

— Все эти люди пришли нас провожать?

— Конечно! Ты разве не видишь, как они машут нам руками?

— Все молчите, соблюдайте приличия, не позорьте гномов.

— Естественно! Я никогда не опозорю наш род!

Слушая перешёптывания идущих впереди гномов, шагавших, как на параде, Морган, шедший в самом конце, слегка вздохнул про себя. В его воспоминаниях Кили, раненный отравленной стрелой орков, не смог попасть на корабль — Торин отказал ему из-за опасений, что раненый племянник будет задерживать отряд. Вместе с ним не отправились Фили, Оин, а также Бофур, который попросту опоздал к посадке.

Теперь же, благодаря его вмешательству и влиянию, за исключением трагически погибшего Нори, все остальные были в сборе, и могли отправиться к Одинокой горе. Это заставило Моргана на мгновение задуматься: действительно ли его участие принесло пользу, или, наоборот, повлекло за собой плохие последствия.

Но, независимо от того, было ли его влияние на экспедиционный отряд хорошим или плохим, он сам, в любом случае, за всё это время уже получил гораздо больше, чем ожидал.

Теперь он прибыл в Эсгарот и вот-вот отправится к Одинокой горе, где обитает ужасный дракон Смауг.

Покачав головой, Морган не стал больше об этом думать и медленно пошёл вперёд, следуя за группой гномов. 

Так как это был город на воде, резиденция бургомистра находилась недалеко от пристани. Именно там находилось судно, которое приготовили для отряда. Прошло совсем немного времени, как вся экспедиция добралась. Они увидели лодку, по размеру примерно такую же, как и та, которой раньше пользовался Бард, — она спокойно стояла у причала. На борт также было загружено немало продовольствия и припасов. Гномы начали подниматься на судно. 

В этот момент с другой стороны, на временно установленный у причала подиум, в полном парадном облачении, поднялся толстый бургомистр, в сопровождении своего секретаря. Под аккомпанемент оркестра экспедиционный отряд наконец весь оказался на лодке. Бургомистр под взглядами жителей Эсгарота начал благословлять отряд Короля под Горой.

— Вы уходите с нашими добрыми намерениями и благословениями, — сказал он. - Надеемся, вы вернётесь с обещанными сокровищами и поделитесь ими с нами!

Как только эти слова прозвучали, собравшиеся простые жители тут же закричали от радости. Лодка начала медленно двигаться, и гномы на борту с радостными лицами изо всех сил махали руками окружающим.

— Дядя Морган! Дядя Морган! — в этот момент чётко донёслось до ушей наемника.

Он поднял голову, стал искать глазами источник звука, и вскоре нашёл его среди толпы. Это была младшая дочь Барда, Тильда. Рядом с ней стоял её брат Баин. Морган с улыбкой помахал Тильде рукой. Увидев, что "дядя" отозвался, Тильда радостно засияла — она была в полном восторге. Морган посмотрел на Баина, стоящего за ней. Заметив взгляд парня, Баин, чьё лицо до этого оставалось спокойным, тоже улыбнулся.

— Передай от меня отцу, что мне жаль, — громко крикнул Морган Баину.

Из-за слишком громких криков толпы он не был уверен, услышал ли его Баин, он лишь увидел, как дети изо всех сил махали ему руками.

Под звуки радостных возгласов лодка медленно отплыла от пристани, покинула Эсгарот и направилась к величественной, заснеженной горе впереди.

Бард, услышав слова сына, на мгновение застыл в раздумьях. На самом деле, несмотря на то, что прошлой ночью он перенёс такую сильную обиду, он не стал винить Моргана. Потому что ещё утром, по дороге к Барду домой, парень рассказал ему о своей профессии. Он — наемник, и у него контракт с гномами. А раз он был наёмником, выполняющим поручение заказчиков, как он мог изменить их решение — особенно если заказчиком был сам Король под Горой? К тому же, Морган помогал ему и даже поссорился с Альфредом. Они хорошо побеседовали, да и отношение парня к его детям — сыну и дочерям — было доброжелательным. В сердце Барда Морган уже давно стал другом. Теперь, услышав извинения, переданные через сына, Бард лишь с горькой улыбкой покачал головой. Он вспомнил слова, которые Морган оставил ему перед уходом гномов: "Я не могу их остановить."

Теперь, думая об этом, он понимал, что наемник действительно не мог их остановить. А учитывая тот факт, что приход гномов неизбежно разбудит дракона... Бард невольно начал волноваться за Моргана.

В то же время, в руинах Дол-Гулдура. 

Небо было мрачным и пасмурным. Бесконечные тучи, словно чёрный занавес, тяжело окутывали Дол-Гулдур, превращая день в ночь.

— Быстрее, быстрее!

Две фигуры — одна высокая, другая низкая — мчались по тёмным, полным ловушек и терновников развалинам.

— Сюда!

Низкая фигура ловко вела за собой высокую в сером плаще, петляя по опасным руинам.

— Быстрее! Мы должны быть быстрее! Оно их ждёт! Они объединились!

— Кто с кем объединился?

— Этот дракон и орки.

— Мы должны как можно скорее донести эту весть!

Низкая фигура быстро говорила, уводя за собой высокую в сером вперёд. Но стоило им только выскочить из узкой тропы, как внезапно из-за поворота вылетел ужасающий высокий орк с бледной кожей и зловещим лицом — и с яростью обрушил топор-молот на грудь бегущего впереди низкорослого.

БУМ!

Раздался глухой удар, от которого сжалось сердце. Фигура была отброшена на десятки метров, и врезалась в массивную стену полуразрушенного здания. Высокий силуэт в сером плаще сразу же подбежал, взмахнул посохом, отбросив бледного орка, а затем поспешно поднял тяжело раненного спутника.

— Всё в порядке, друг мой?

— Ещё не умер, Гэндальф...

Высокий силуэт в сером — конечно же, это был пропавший Гэндальф. А низкий, весь в грязи, - ни кто иной, как гном Траин, сын Трора, отец Торина. А зловещий, высокий и мускулистый орк — кто же, как не Азог Разрушитель?

— Старик... Ты опоздал! — злобно усмехнулся Азог, подходя ближе.

С этими словами он снова бросился в атаку, размахивая своим оружием. Гэндальф взмахнул посохом — из его верхушки внезапно вырвался яркий белый свет. Мощная вспышка магической энергии взорвалась — Азога отшвырнуло на несколько метров. Гэндальф, держа посох, подошёл и строго крикнул:

— Где твой хозяин!?

Азог с искажённым лицом снова вскочил и яростно бросился в атаку.

БУМ!

Из посоха Гэндальфа вновь вырвалась ослепительная вспышка, снова отшвырнув Азога на несколько метров.

— Где он!? — повторил Гэндальф с нажимом.

Азог, отброшенный уже дважды, не стал сразу нападать, а начал медленно обходить мага по кругу. Он пристально смотрел на него и тяжёлым голосом ответил:

— Мой хозяин... вездесущ!

С этими словами он взревел, подняв голову к небу.

В следующий миг...

— Ррррааа!

— Ауууууу!

Громкое рычания и вой раздались из глубин развалин неподалёку. Гэндальф не удержался и взглянул вниз. И только тогда он увидел: в руинах, ярус за ярусом, всё пространство было забито до отказа — там кишели бесчисленные орки и свирепые варги, рычащие и дерущиеся друг с другом.

— Всё кончено... — прошептал он.

В тот же миг, пока Гэндальф был отвлечён, Азог снова, с искажённым лицом, бросился вперёд, размахивая топором.

На Долгом озере лодка, заполненная четырнадцатью членами экспедиционного отряда, быстро плыла в сторону заснеженной горы.

Время шло медленно. Утренний туман ещё не рассеялся.

Наконец, небольшое судно причалило у подножия горы. Когда все участники ступили на твёрдую землю...

Одинокая гора оказалась так близко, как никогда раньше.