Круги по воде, III
Примечание от Sleyca
Второстепенные персонажи, вновь появляющиеся в этой главе:
Марша — S-ранговая Владелица Древкового Оружия, недавно изображала пробку благодаря Джеффи, очень любит тыкать, но считает, что тыкать стоит только других S-рангов.
Игнасио / Сорокопут — S-ранговый Мейстер Ножей, когда в форме, запускает стаю ножей, летающих вокруг, Лекси, Олден и Плеть побили его во время полосы препятствий.
Финлей — S-ранговый Спид-Брутал, из Шотландии, самый быстрый парень в классе, не знал поражений до недавнего времени, когда Марша достала его, пока он пытался защитить товарища по команде.
Тует — S-ранговый Мейстер Дротиков, отличный снайпер, быстро становится близкой подругой Марисель.
Юпитер — S-ранговая Формировательница Жизни, убила Олдена деревом, одолжила немного падуба для боевых целей (это одалживание, если удобряешь его при пересадке!).
Мехди — A-ранговый Брутал Ловкости, очень конкурентен, иногда довольно груб, сосед Кона, кажется, очень хочет побить B-рангов в классе хоть в чём-то, но не может заставить B-рангов в классе волноваться об этом.
Ребекка — A-ранговая Прыгун-Брутал, сама придумала название подкласса, прыгает очень высоко, кажется, дружит с Астрид, не очень хотела быть Бруталом, но её родители не накопили достаточно денег на обмены.
Нджери — A-ранговая Формировательница Воды, хоккей на льду, накормить их Победе!, достала команде временные татуировки в прошлой главе, чтобы отпраздновать.
Эверли — A-ранговая Аджастер, прекрасный ледяной паук по словам её парня, Кона.
Торстен Кляйн — S-ранговый Брутал Ловкости. Был в комитете по собеседованию Олдена, преподаёт Нападение. Его оставили присматривать за автобусом. Интересно, чувствуют ли другие преподаватели вину за это сейчас.
Мост — 8-километровый мост, соединяющий F-город и Апекс.
Точка Немо — Где находится Анесидора. Это океанический полюс недоступности, расположенный дальше от суши, чем любая другая точка на земном шаре.
132
В считанные мгновения все в автобусе заговорили.
— Система, позвони маме!
— Здесь сказано «цунами»?
— Что, во имя Апекса, такое «океаническая аномалия»?
— Гардероб.
— Возможное цунами и есть аномалия!
— Тогда почему оно указано отдельно?
— Напиши моей сестре.
— Экстренная телепортация!
— Открыть гардероб.
— Типа гигантские волны? У нас они вообще бывают?
— Я думал, на Земле нет хаоса!
— Что происходит на Матадеро? Что за атака?
— Гардероб.
— Э… Система? Я просил тебя позвонить маме.
— Я СКАЗАЛ ВСЕМ СЛУШАТЬСЯ! — взревел Торстен Кляйн с места у водительского сиденья. За его спиной дворники ритмично счищали капли дождя с лобового стекла автобуса, а фары и габаритные огни транспорта на мосту ярко светились.
Наступила тишина. Олден, всё ещё стоя на ногах, сжимал свой кожаный браслет-манжету, сильно вдавливая спрятанную под ним ауриаду в запястье. Он смотрел на Гардероб Кролика, желая, чтобы окно выглядело как положено.
Он не глючил, точно. Вкладки были на месте, включая те особенные, которые она добавила. Но ничего нельзя было купить. Магазин был закрыт.
Это отличается от того раза. Когда я попросил Гардероб в тот день, когда Система на Тегунде сломалась, и запрос не прошёл, это выглядело не так.
Просто не даёт мне совершать покупки. Всё остальное нормально.
Тем не менее, внутри него пузырилась тревога.
Отсутствие у тебя функции в интерфейсе не значит, что всё разваливается. Ты на Земле. Давай, сделай «Спокойствие Разума», чтобы ты мог—
— Мы будем в Апексе через несколько минут. Сохраняйте. Спокойствие, — приказал инструктор Кляйн. — Не паникуйте, если ваши звонки не проходят. Мои тоже не проходят. Система, очевидно, сейчас занята. Уверен, скоро мы получим больше информации.
Олден слышал слова. Он понимал их. Он даже верил им. В основном. Но они не помогли остановить сухость во рту или напряжение в груди.
Ему хотелось вылезти в окно и убежать. Ему хотелось залезть под одно из сидений и спрятаться. Ему хотелось, чтобы его призвали, немедленно, куда угодно, где его связь с Системой выглядела бы совершенно, на сто процентов нормальной.
Всё нормально. Кляйн здесь. Этот автобус полон высоких рангов. Есть места и похуже. Успокойся.
Рука поднялась в передней части автобуса.
— Не сейчас, Юпитер. Дай мне закончить. — Кляйн держался спокойно. — Во время чрезвычайной ситуации сохраняйте присутствие духа. Не применяйте свои силы к проблемам, если только это не нужно для вашей или чьей-то ещё безопасности. Обращайте внимание на инструкции властей, Системы, а в отсутствие инструкций от этих двух источников — на меня.
Его взгляд остановился на каждом из них по очереди, спокойный и в то же время пронзительный.
— Я знаю о происходящем не больше вашего. Уверен, информация скоро появится в наших интерфейсах. Если узнаю что-то ещё, сообщу. А пока я ожидаю, что вы будете вести себя так, будто это серьёзное дело, а вы — серьёзные юноши и девушки.
— Больше никакого перевода, — тихо сказал голос.
Это был Игнасио, который выглядел неловко, признавая, что не всё понял из речи Кляйна. Испанский был его первым языком, и, если Олден правильно помнил, он также говорил на хинди.
— Даже перевод теперь не работает? — сказал Мехди. — Выглядит не очень.
— Он не сломан, — решительно сказал Олден. — Система просто занята. Она не сломается.
Мехди повернулся к нему с приподнятыми бровями.
— Кто-нибудь возьмёт на себя Игнасио и переведёт для него? — спросил Кляйн.
— Я сделаю это! — сказала Юпитер, вскакивая с места. — Но, инструктор, разве нам не стоит развернуться?
Прежде чем Кляйн успел ответить, она продолжила:
— Мы почти у среднего маркера, но до F-города немного ближе. И там больше безопасных гаваней, не так ли? Разве в конце этого моста не должно быть здание, которое служит убежищем на случай чрезвычайной ситуации?
— Да! — сказал Мехди, поднимаясь на ноги. — Моя семья живёт рядом. Моя мать вечно жалуется, какое оно уродливое. Как крепость без окон. Нам нужно туда!
Раздались возгласы согласия от нескольких человек.
Кляйн покачал головой.
— Мы уже движемся на север. В Апексе тоже есть убежища, если понадобится. Также нужно думать об ответственности быть… ну, есть и другие причины двигаться в этом направлении. Главная в том, что Система указала нам быстро добраться до возвышенности, а разворот автобуса на Мосту создаст проблемы с движением и в конечном счёте замедлит нас.
— Другие люди, похоже, этого не знают, — сказал Кон, наклоняясь над Эверли, чтобы выглянуть в окно.
Когда его внимание привлекли к этому, Олден понял, что это правда. Звуки гудков и крики людей заполняли промежутки между завываниями сирен. На Мосту было четыре полосы — две на север, две на юг. Велосипедисты и пешеходы, двигающиеся ниже определённых скоростей, могли использовать Мостовую Тропу — беговую дорожку, проходящую чуть ниже уровня проезжей части с западной стороны моста, как полку.
Позади инструктора Кляйна движение, которое было довольно плотным, но всё ещё устойчиво текло в обоих направлениях, теперь менялось. Мотоциклы и мопеды поворачивали повсюду, и маленькая чёрная машина на одной из южных полос внезапно рванула вперёд.
Финлей выругался. Тует издала испуганное «иип». За мгновение до того, как машина должна была столкнуться с потоком двухколёсного транспорта впереди, она поднялась над землёй и перелетела через другие транспортные средства, предположительно благодаря навыкам или заклинаниям водителя или пассажира, так как она не выглядела сделанной Мастером.
По крайней мере, не выглядела сделанной Мастером, который знал, что делает.
Машина едва не задела головы ближайших водителей. Некоторые из них даже пригнулись. Олден резко обернулся, чтобы посмотреть, как она набирает достаточную высоту, чтобы её шины задели крышу городского автобуса.
— Вот такая глупость, — произнёс инструктор Кляйн, указывая на машину, — именно того поведения, которого я ожидаю, что вы все избежите. Этот человек явно не умеет управлять летающим транспортным средством, поэтому не должен им управлять. Если он не убьёт себя или кого-то ещё, он истощит свою магию. Он создаст хаос для всех вокруг себя.
Автобус CNH уже замедлялся из-за меняющегося движения. Теперь он дёрнулся, когда тормоза полностью остановили его. Олден покачнулся на ногах.
Прежде чем кто-либо успел прокомментировать тот факт, что они остановились, начали поступать новые сообщения Системы.
[Консультация о катастрофе: Все оповещения о катастрофах остаются в силе.]
[Глобальная консультация: В связи с чрезвычайной ситуацией, затрагивающей район и население, находящиеся под юрисдикцией Трипланетного правительства, несущественные услуги Контракта на Земле приостановлены. Запросы информации будут обработаны после возобновления нормальной работы.]
[Консультация о катастрофе: Местные усилия по смягчению последствий продолжаются. Квота экстренной телепортации для Анесидоры увеличена, но все личные запросы на телепортацию будут игнорироваться. Ваш приоритет телепортации будет назначен в ближайшее время и может быть изменён в любой момент.]
[Обновление о катастрофе: Атака на Матадеро — Подтверждена]
[Оповещение о катастрофе: Океанические Аномалии — Неминуемо]
— Какого чёрта происходит на Матадеро? — пробормотал Мехди.
Матадеро. Я должен был поехать туда завтра.
О нет.
Олден посмотрел на Хаою, сидевшего на месте прямо за ним у окна. Его тёмно-карие глаза были устремлены на пространство перед носом. Олден не мог сказать, смотрит ли он на свой интерфейс или на спинку сиденья. Его лицо — обычно такое весёлое, всегда такое выразительное, даже когда выражение было ложью ради его же шуток — было пустым.
— Хаою, — тихо сказал Лекси, — я уверен…
— В чём ты уверен? — спросил Хаою, не глядя на него.
Он сказал это не резко. Его голос был таким же пустым, как и лицо. Но все затаили дыхание, вся группа съёжилась, как будто он набросился на Лекси вместо этого.
По всей Анесидоре сирены достигали тихой впадины своего воя и снова взлетали к крещендо.
Через минуту после того, как автобус остановился, все ученики уже выбрались со своих мест и столпились у передней части, пытаясь лучше рассмотреть происходящее через лобовое стекло. Звуки шагов Торстена Кляйна по металлической крыше внезапно исчезли.
— Использовал один из своих отпечатков заклинаний, чтобы подняться выше, — сказал Мехди.
Инструктор оценивал ситуацию с движением. Меньшие транспортные средства всё ещё двигались, лавируя между стоящими машинами, автобусами и фургонами.
— В ближайшее время лучше не станет, да? — Голос Кона был напряжённым. — Может даже стать хуже. Мы все пытаемся выбраться, но, должно быть, есть люди в Апексе и F, которые сейчас направляются к мосту, потому что хотят пересечь его. Они будут пытаться добраться до домов или семей…
— Его, вероятно, уже закрыли, — сказал Лекси.
— Это не значит, что его закрыли до того, как на него попало ещё больше транспорта, — ответил Кон. — Он мог забиться от конца до конца.
Сирены завыли совсем недавно. Всё происходило быстро, но ощущалось таким медленным. Слово «неминуемо» врезалось в глаза Олдену. Он развернул последнее оповещение о катастрофе и заморозил его там, вместо того чтобы смахнуть. Это было доказательством того, что Система здесь и работает; он хотел этого доказательства даже больше, чем ясного обзора.
Она не могла сказать нам, насколько неминуемо? Не могла определить океанические аномалии хотя бы немного?
Его мозг подкидывал ему образы демонизированных рыб, плывущих по морю, врезающихся в опоры моста, пробивающих в них дыры, превращающих их в песок.
Прекрати. Если бы Система имела в виду демонов, она бы сказала «демоны». Не то чтобы она не знала этого чёртова слова.
И хаоса здесь пока не было. Олден был начеку во многих смыслах, активно прислушиваясь, ожидая первого прикосновения чего-то чуждого его существованию.
Его не было. Даже того более смутного ощущения наблюдения, вторжения в частную жизнь, которое он чувствовал, когда хаос коснулся его впервые.
Мир вокруг него сейчас казался нормальным. Его собственное тело и разум были тем, что становилось всё более чуждым.
Я ненавижу это.
У него болела грудь. В ушах звенело — шум в ушах, которого у него больше не было. Его мысли быстро метались от планирования к демонам и трупам и наблюдению за тем, как собственные участки плоти превращаются во что-то гротескное—
Успокойся, чёрт возьми!
Самоприказ не сработал.
Ты можешь осознавать, что сходишь с рельсов всё дальше, и не иметь возможности остановиться. Твоя голова может напоминать тебе, что ты обычно способен на логическую оценку, может пытаться провести логическую оценку, в то время как какой-то раненый зверь внутри тебя разрывает каждое рациональное представление, прежде чем оно успеет набрать силу.
Я так сильно ненавижу это.
Он задавался вопросом, выглядит ли он странно в дополнение к странным ощущениям. Он просто тихо стоял в задней части группы, пока остальные смотрели в лобовое стекло. Хаою был рядом с ним. Эверли была прямо перед ним, стояла на цыпочках и пыталась рассмотреть.
Он предположил, что для них он выглядит нормально. Как будто он внимательно слушает их разговор о Кляйне, оповещениях и людях на мосту, которые начинают вести себя плохо.
Мужчина только что бросил свою машину на шоссе и ушёл пешком. Одноклассники Олдена спорили. Спор был актуален для следующих нескольких минут его жизни, и он хотел слушать, но улавливал лишь отдельные предложения, которые перемалывались в водовороте его мыслей.
Мне нужно немедленно сделать «Спокойствие Разума». Я рад, что Кибби с Алис-арт’х. Алис-арт’х защитит её, что бы со мной ни случилось. Цунами? Вода будет холодной. Теннар выплюнула кровь, когда умерла. Должен ли я бежать? Если люди бросают машины, нет смысла оставаться в автобусе. Должен ли я доверять Кляйну, что он знает, что делает? Возьми сумку; она полна всех твоих вещей. Получила ли тётя Конни глобальную консультацию на свой телефон? Затем выяснить, считается ли поверхность моста элементом земли для моей черты. Придёт ли помощь? Должен ли я бежать? Отец Хаою может быть мёртв. Разве цунами обычно не вызываются землетрясениями?
Где-то в этом потоке нежелательного мусора Олден знал, что были хорошие мысли, которые привели бы к полезным действиям. Но его способность расставлять приоритеты, казалось, была сильно повреждена.
Он вдыхал носом и выдыхал ртом.
Итак, оказывается, что я не могу справиться с тем, что мой интерфейс внезапно лишился некоторых привычных функций.
Это не должно было шокировать. Глючная Система была ярким предупреждающим знаком о Тегунде. Отказ Системы ознаменовал конец его старой жизни и начало его истории ужасов. Если что-то и должно было особенно сильно нажать на его кнопки паники, почему не это?
На каком-то уровне он был заинтригован тем фактом, что мог распознать, что с ним не так, распознать, что реагирует плохо, и всё равно не мог это преодолеть.
На гораздо более насущном уровне он боялся, что перейдёт от панических мыслей к полному и абсолютному безумию. Или неподвижности. И тогда Кляйн оставит его здесь одного, чтобы он не задерживал функциональных людей.
Бросить слабака. Принести его в жертву демоническим рыбам.
Почти уверен, что это не один из моих разумных страхов. Мне нужно успокоиться. Как мне успокоиться?
Мне нужно немедленно сделать «Спокойствие Разума».
Внезапно Олден понял, что говорил себе сделать «Спокойствие Разума» «немедленно» почти с тех пор, как завыли сирены. В течение нескольких секунд он знал, что должен. Он просто…
Разгильдяйство.
Сделай «Спокойствие Разума», что бы ни случилось. Прямо сейчас. Сделай это.
Он отшатнулся от группы к задней части автобуса по причинам, которые могли показаться разумными только панике-разгильдяю. Мол, невежливо начинать декламировать свою поэтичную артонанскую речь посреди группы людей, которые разговаривают. Следи за манерами, Олден.
Он закатил на себя глаза и остановился у последнего ряда сидений, лицом к заднему окну, покрытому дождевой плёнкой. Его руки дрожали. Они почти перестали, когда он начал их использовать.
Ловкость. Она была сделана частью его существа. Руки Олдена должны были двигаться хорошо, и вот они делали это за него.
Словесная цепочка была такой знакомой.
Три месяца назад я делал это в машине с Кибби.
Три месяца назад он был спокойнее, столкнувшись с почти неминуемой смертью. После того, как он переживёт это, ему придётся разобраться, почему его психическое состояние сейчас хуже, чем тогда.
Олден закончил цепочку. Когда прозвучал последний слог, почувствовалось, будто кто-то снял верхний слой его паники и выбросил его.
Спасибо.
Он внезапно вспомнил, как один из парней на «Взаимодействии с неожиданным» спросил, зачем «жертвовать своей остротой», используя эту цепочку.
У этого парня просто недостаточно остроты. Моя острота настолько высока, что я могу позволить себе поделиться.
Он помедлил, затем начал накладывать её снова. Сейчас она, вероятно, сработает для него дважды, исходя из того, что говорил Лют. Олден выполнял цепочку последовательно, не расплачиваясь по ней во время поездки на Тегунде. Попытка наложить её, когда она уже активна, для усиления эффекта, — это другое дело. Но это была очень «здоровая» цепочка. Он много практиковался, его форма была идеальной, и он был Призванным.
К его облегчению, это сработало. Его острота притупилась ещё немного.
Теперь новая.
Он сплёл руками узоры цепочки, которую использовал сегодня раньше. Господство над своим телом было бы крайне желательно. Но когда он дошёл до конца, ничего не произошло.
Я произнёс её намного быстрее, чем обычно. Нервы. В этом ли была проблема?
Это была гораздо более мощная цепочка. Более короткий срок возврата. Сложнее в наложении. Она была менее знакома ему, и он уже держал за неё долг. Возможно, Олден просто не мог снова призвать её со всеми этими факторами, работающими против него.
Он вытер вспотевшие ладони о переднюю часть рубашки.
Меня тянет на тройное «Спокойствие Разума».
Вместо этого он опустил руки. Он был достаточно спокоен, чтобы понять, что это желание, вероятно, было преувеличением. Он хотел сосредоточиться сквозь своё напряжение, а не зайти так далеко, чтобы безмятежно позволить гигантской волне унести его в море.
И я сейчас примерно в нужном эмоциональном месте.
Сирены всё ещё вызывали у него тревогу. Он боялся. Но он больше не был настолько тревожен и напуган, что не мог решить, что делать.
Сумка.
Он направился к своему месту и схватил сумку. Его палец провёл по медальону на застёжке, и он почувствовал знакомый укол власти, опознающей своего владельца.
Хорошая сумка.
У него было два дождевика в упаковке, сфера воздержания, карабин и сто футов (~30 м) туго скрученного паракорда. Это были обычные вещи, с которыми он играл во время перерывов в последнее время. У него даже не было модного выживального шнура, который он использовал сегодня на физкультуре, потому что думал, что идёт в торговый центр развлекаться, чёрт возьми, и он не поменял свои повседневные припасы на апокалиптические.
Апокалиптические припасы должны были попасть в его апокалиптическую сумку через несколько месяцев, когда его должны были призвать. Чтобы он мог быть официантом на коктейльной вечеринке, который чересчур подготовлен.
Я думал, что я слишком параноик. Ха! Очевидно, я недостаточно параноик.
У него также был его планшет артонанского производства, стилус, пачка бумаги для оригами и один из тех протеиновых батончиков с тестом для печенья — полностью раздавленный, потому что он был отвратительным, и он просто оставил его на дне сумки, чтобы над ним надругались.
И, наконец, куча лавандовых саше. Он недавно начал осуществлять план по размещению своих излишков этих вещей в местах, где бедные, обделённые лавандой люди могли бы их оценить. Чтобы избавиться от них без чувства вины. Если некоторые классы и туалеты в кампусе внезапно запахнут лучше, чем другие, кто-нибудь будет возражать?
Он выгреб саше и бросил их в заднюю часть автобуса.
Не умереть из-за того, что меня утяжелили лишние несколько унций сушёных цветов.
Он подумал о том, чтобы выбросить другие вещи, но для большинства из них он мог придумать применение, поэтому не стал.
Конечно, он не мог придумать много применений, которые были бы актуальны, если бы он упал в океан. Возможно, он мог бы надуть дождевик и использовать его как плавсредство или что-то в этом роде.
Единственными другими вещами, которые у него были, была его одежда. Зелёная клетчатая рубашка, футболка под ней, мигающий проверяющий в переднем кармане джинсов. Он засунул руку в карман. И действительно, его неизвестная Противоположность весело связывала в ответ на его предыдущие цепочки.
Олден секунду смотрел, как светится Камень Противоположности, затем снова убрал его.
— Ты в порядке?
Шёпотом спросил Хаою. Он отделился от остальных, которые…
О, ладно. Так вот что происходит.
Они смотрели на Кляйна, который был далеко впереди них. Он парил высоко над движением, цепляясь за один из созданных заклинанием эффектов, которые он иногда использовал, чтобы быстро менять положение в спортзале. Заклинания создавали невидимые блоки, до которых мог дотронуться только он. Он мог наложить их довольно много, но они держались совсем недолго.
У инструктора был мощный фонарик в свободной руке.
Память Олдена на мелкие детали последних нескольких минут была не очень хороша, поэтому он не знал, взял ли Кляйн свет из автобуса или схватил его у машины на земле. Он то включал, то выключал его там.
Азбука Морзе? Мы уже дошли до этого.
— Я в порядке, — сказал Олден Хаою. — Я привёл себя в порядок с помощью словесных цепочек, во всяком случае, в состояние, близкое к порядку. Ты заметил, наверное? Ты…
Ты в порядке?
Возвращать вопрос в данном случае казалось неправильным. В их глазах мигали уведомления Системы, которые говорили, что отец Хаою находится под атакой.
— Вверишь ли ты мне мою сумку? — спросил он вместо этого.
Хаою кивнул, но затем сказал:
— Это требование делает твой навык намного менее полезным. Это странно. Если бы с тобой никого не было, ты бы был беспомощен.
Он всё ещё говорил слегка не своим голосом. У Олдена сложилось впечатление, что он потерял один или два личных фильтра.
— Я знаю. — Он решил не комментировать нехарактерную прямоту замечания. — Я много думал об этом. Что делает Кляйн?
— Мы не уверены.
Ответ пришёл секундой позже в виде огней, загоревшихся в воздухе впереди них. Сигнальная ракета зашипела. Большой луч света передавал свою азбуку Морзе. Иллюзия светофора горела красным. Все они были размыты дождём.
Олден посмотрел в задние окна и увидел вереницу подобных сигналов, взлетающих в воздух позади него. Не все из них он понял. Кто-то был в воздухе там, просто беззаботно размахивая светящимися палочками.
Но основная масса информации была ясна.
— Движение остановилось повсюду, — сказала Марисель в тишину.
Кляйн спускался с насеста, направляясь обратно к ним.
Похоже, мы будем бежать, — подумал Олден.
Инструктор вернулся к автобусу с высокой молодой женщиной, которая вела велосипед. Олден и большинство остальных встретили их на тротуаре, их вещи уже были в руках.
— У нас есть план, — сказал Кляйн, звуча недовольно. — Это Ди из нашей университетской программы. Аджастер. Дальнобойные взрывные заклинания.
— Очень полезно сейчас. — Ди помахала им всем.
— Она пойдёт с нами. Финлей… — Он уставился на спидстера. Финлей выглядел слегка безумным. Все выглядели. — Ты можешь безопасно добраться самостоятельно?
Финлей дёрнул головой вверх.
— Да?
— Не обязательно.
— Нет, я могу! Я могу добраться обратно в кампус или куда скажет Система. Без проблем.
— Тебе нужно остерегаться людей, которые ведут себя как идиоты. Ещё больше, чем обычно, — предупредил Кляйн.
— У меня всё будет нормально.
— Тогда иди. Прямо в Апекс. Не останавливайся, пока не окажешься в безопасном месте.
— Да! — Финлей встретился взглядом с Олденом на мгновение. — Эм… удачи?
— Удачи, — сказал Олден.
Все повторили это голосами, демонстрирующими широкий спектр эмоций от застывших от нервов до нарочито бодрых.
— Увидимся в школе. Скоро! Очень скоро, — сказал Финлей.
Он сорвался с места.
— Перестань оборачиваться, чтобы смотреть на нас! — закричал ему вслед Кляйн. — Смотри вперёд!
— Можно мне пойти? — Тует крепко сжимала свою ярко-жёлтую сумочку. Там хранился её футляр с дротиками. — Одна из моих сестёр живёт на стороне Апекса с моими племянниками. Ей может понадобиться помощь. Я не устала. Я доберусь.
Кляйн взглянул на её обувь. На ней были балетки.
— Ладно. Если у тебя будут проблемы, просто остановись и подожди нас. Теперь, для остальных, вот что мы сделаем.
Он попросил их бежать небольшими группами.
— Не толпой. Достаточно близко друг к другу, чтобы если у кого-то возникнут проблемы, вы это заметили. Не бросайте своего самого медленного участника группы настолько далеко позади, чтобы не могли с ним воссоединиться.
Кроме этого, они должны были бежать так быстро, как могли безопасно.
Они отправились в путь, причём студентка университета замыкала шествие на велосипеде, оставаясь на связи с Кляйном через инфогарный телефон. Как только она указала, что инфоснаряжение всё ещё позволяет осуществлять местные звонки и сообщения с задержкой, Кляйн попросил одолжить часы у Мехди, который был единственным человеком в автобусе, у кого был кусок технологии Информатора.
Затем он оставил их себе.
Он преподнёс это так, будто собирался подержать их всего секунду. Не думаю, что он хотел, чтобы это так прозвучало. Но держу пари, Мехди раздражён.
Инструктор бегал в десять раз больше, чем все остальные, часто перепрыгивая через пустующие машины, пока двигался вверх и вниз по мосту, пытаясь одновременно следить за прогрессом и безопасностью всех своих учеников.
Это заставило Олдена задуматься, почему они не бегут все в более плотной группе, чтобы Кляйн мог лучше их защищать. Его мозг, всё ещё ведущий себя как мудак даже под воздействием двух цепочек «Спокойствие Разума», подсказал ему мнение, что это делается для уменьшения риска полного уничтожения. Если мост рухнет под одной маленькой группой, по крайней мере остальные выживут.
Тогда почему бы нам всем просто не бежать по отдельности? — задался он вопросом.
Чтобы, когда придут демоны, вы могли отбиваться вместе, — сказал его мозг.
Вероятно, правда была в чем-то подобном, плюс Кляйн пытался сбалансировать свои собственные желания держать весь класс под своей защитой с некой холодной логикой, которая гласила, что более быстрых детей не следует заставлять сдерживаться ради более медленных в опасной ситуации.
Передняя группа — Марша, Игнасио и Ребекка — вскоре ушли так далеко, что Олден не мог их разглядеть среди остановившихся машин и других бегущих людей. Вторая группа — Хаою, Лекси, Мехди и Кон — была достаточно далеко впереди, что он подумал, что было бы глупо менять группу и догонять их, хотя часть его жаждала сделать именно это.
Это случилось, Бо. Ты был прав. Я хочу, чтобы что-то было землёй, а оно не является.
Мост, казалось, был сделан из приятных землеподобных веществ, с которыми Олден обычно хорошо ладил. Если предположить, что это действительно бетон и сталь с Земли, а не похожие материалы из другого мира — всегда возможный вариант на Анесидоре, — он мог бы бегать по нему при большинстве обстоятельств. Но он парил над глубокой водой, чудо инженерии. Ни травинки, растущей из трещины.
По сути, Мост был слишком тесно связан с элементом объектов, чтобы его черта движения могла с ним взаимодействовать. Интересно, смог бы с ним работать очень сильный Формирователь Земли.
Неважно. Я не могу.
Олден был самым быстрым членом задней группы, но он всё ещё был достаточно медленным, что если бы он ускорился, чтобы присоединиться к парням впереди, он был бы тем, кто их задерживает. Поэтому он бежал с Марисель, Эверли, Юпитер и Нджери.
Юпитер попросила Систему использовать её очки основы для улучшения обоняния. Олдену придётся спросить её, зачем она сделала такую вещь, когда они выберутся из этого.
Они бежали около трёх минут. Дождь был не сильным, но на вершине моста было так ветрено, что его нос и щёки немели. Или, может, это от холода. Он был благодарен за свои дождевики.
Один всё ещё был надёжно спрятан в его вверенной сумке на случай, если понадобится броня позже. Он носил другой, чтобы оставаться сухим. Капюшон был откинут, так как он не держался, пока он бежал, но пластик хорошо сохранял тепло в других местах.
В данный момент у него не было сохранения ни на чём. Поскольку черта не работала бы здесь, на мосту, чтобы ускорить его, он экономил магию. Он не знал, что ему придётся делать с ней до конца ночи.
Управление ресурсами.
Он был зол, что движение остановило автобус, но в то же время рад, что мост не был полностью пуст. Это место могло быть ещё более жутким, чем сейчас. Океан простирался по обе стороны от них. Там было так темно, и Олден был так ослеплён яркими уличными фонарями, которые выстраивали мост, что не мог многое разглядеть.
Огни от лодок и кораблей. Вертолёт пролетел сразу после того, как они начали бежать. Апекс мерцал впереди него.
Зачем они построили его так далеко от F?!
Может, они действительно планировали когда-нибудь прилепить между ними ещё один городской остров и назвать его Центральным, как однажды пошутил Константин. В форме полумесяца, чтобы соответствовать теме.
Шины завизжали, и Олден огляделся.
Он не заметил источник звука, но впереди Хаою внезапно крикнул и бросился на бок минивэна. Лекси выдернул Кона с дороги, когда мототрик* на юг вылетел со своей полосы на их, используя разрывы между застывшими машинами. Олден остановился, прижимаясь к багажнику купе на случай, если водитель трика сделает что-то ещё неожиданное.
*Мототрик — трёхколёсный мотоцикл (с коляской или без); возможно, спортивный трёхколёсный автомобиль.
На шлеме человека была светящаяся синяя полоса, которая сочеталась с подсвеченными колёсами. Когда он прорычал мимо, едкие капли воды слетели и забрызгали его дождевик.
— Надеюсь, ты врежешься в выбоину и умрёшь! — крикнул Мехди достаточно громко, чтобы его голос перекрыл ветер. На нём было то же чёрное пальто до колен со стилизованным бронзовым львом на спине, которое он носил на вечеринке Кона. Оно выглядело довольно круто, когда они стартовали, лёгкая ткань развевалась вокруг него, пока он бежал. Теперь он просто выглядел промокшим.
Движение внутри машины, к которой Олден прижимался, привлекло его внимание, и он понял, что мальчик и девочка смотрят на него с заднего сиденья. Самый маленький помахал ему фигуркой супергероя и сказал что-то, что было заглушено стеклом. По звуку можно было подумать, что он говорит по-русски.
Водитель машины обернулся, чтобы поговорить с детьми. Большинство людей сейчас покидали свои машины, но Олден пробежал мимо нескольких занятых транспортных средств. Интересно, думали ли они, что пробка рассосётся. Или предполагали, что мост подходит под определение «возвышенности». Он был построен так, чтобы под ним могли проходить лодки.
Я рад, что Кляйн не захотел сидеть на месте.
Они были в километрах от берега в обоих направлениях, а Система говорила всем избегать морской воды. Если что-то случится с мостом, вокруг не будет ничего, кроме морской воды. Олден хотел быть достаточно близко к Апексу, чтобы проплыть остаток пути в бурных волнах, и он предполагал, что в этих условиях он вообще не сможет далеко уплыть.
Так что оставалось только бежать.
Нджери и Марисель подбежали к нему и остановились, чтобы посмотреть, на что он смотрит. Маленький мальчик помахал фигуркой и им.
— Я не видел здесь других детей, — сказала Марисель. — Не намного младше нас. Он одного возраста с одним из моих братьев.
Так поздно ночью, даже в выходные, большинство маленьких детей будут дома в постели. Мальчику было около пяти-шести. Девочка ненамного старше.
— Должны ли мы предложить…? — Олден замолчал.
О боже, хаос.
— Вам нужна помощь? — кричала Марисель через заднее окно.
Если здесь произойдёт коррупционный инцидент, что случится с детьми?
Они не были Призванными. Но большинство из них станут. И если закрепление было тем, что защищало уязвимых людей от хаоса…
Пассажирское окно опустилось.
— Они скоро телепортируются! Очень скоро! — сказал водитель, прогоняя их всех вперёд рукой. — Идите! Идите!
Бурление в животе Олдена утихло. Облегчённый более чем одним способом, он снова отправился в путь.
Система перемещает детей в безопасное место в первую очередь.
Отец просто ждал с ними, пока это произойдёт. Система работала. Всё будет нормально.
Олден и его группа преодолели почти половину пути, когда появились новые обновления Системы.
[Обновление о катастрофе: Океанические аномалии могут произойти в вашем месте в ближайшее время.
Покиньте плавсредства. Двигайтесь вглубь материка. Волноподобные вторжения воды остаются возможными. Анализ вероятных исходов всё ещё продолжается.]
Прежде чем Олден успел строить догадки о том, что всё это значит, он получил следующее уведомление.
[Приоритет телепортации назначен: 8 мин 59 с
Ваш приоритет может быть изменён. Для вашей безопасности рекомендуется продолжать движение к убежищу.
Отклонение телепортации не рекомендуется.]
ДА! — подумал Олден. Да, да, да. Система телепортирует мою задницу в безопасное место через восемь минут. Надеюсь, она перенесёт меня обратно в Иллинойс.
Он был не единственным счастливчиком. Поднялся общий шум от его одноклассников и других людей на мосту. Несколько радостных возгласов.
И по крайней мере один возмущённый крик: «Час и восемнадцать минут!?» от парня, стоявшего перед своей машиной с зонтиком.
Это действительно кажется очень долгим.
Парень, несомненно, доберётся куда-то безопасно на своих двоих задолго до этого, так? Если он действительно будет двигать ими, а не стоять на месте.
Система понижает ваш приоритет, если вы не прилагаете усилий?
Это была странная мысль, и казалась маловероятной, но на всякий случай Олден собирался продолжать двигаться вперёд с усилием.
Кляйн приближался к нему для одной из своих проверок, бегая между машинами и иногда перепрыгивая через них.
— Я в порядке, — крикнул Олден.
Обычно это было всё, что инструктор хотел услышать. Он не переставал двигаться с тех пор, как они покинули автобус, но теперь он пошёл рядом с Олденом, и у Олдена внезапно возникло странное впечатление, что Кляйн бежит в замедленной съёмке, хотя они оба двигались с одинаковой скоростью.
Он так много носился повсюду, что я забыл, что он может двигаться медленнее.
— Ты можешь ускориться? — спросил Кляйн.
— Да. — Олден бежал, но это был очень комфортный бег.
— Наш хвост здесь становится длинным. Передняя группа далеко впереди. Я перенесу некоторых людей вперёд, к следующей группе. Вы с Ди будете в задней части пару минут. Она одолжит тебе велосипед, чтобы ты догнал нас. Отдашь его Юпитер, когда доберёшься до неё. Ди догонит пешком.
— Я сделаю это.
Он облегчённо вздохнул. Он знал, что они двигаются с нормальной скоростью; они обгоняли многих людей, которые шли пешком в том же направлении. Но он всё равно хотел побыстрее убраться с этого моста.
По иронии судьбы, я, вероятно, буду телепортироваться как раз в тот момент, когда достигну финиша.
У него не было с этим проблем. Он попрощается с этим местом и поприветствует безопасность любым способом, который произойдёт первым.
— Не волнуйся о своём назначении телепортации, — сказал Кляйн.
— Ладно.
— Приоритеты всё ещё корректируются.
Я не хочу, чтобы мой приоритет корректировался, если это произойдёт в неправильную сторону.
— Есть большая вероятность, что мы доберёмся до подходящего места до того, как телепортация станет доступна. Я знаю пару мест, — сказал Кляйн. — При необходимости я отклоню свою. Никого не бросят одного.
Что-то в этом звучало не так. Прежде чем Олден успел понять, что именно, инструктор исчез. Через несколько секунд он пронёсся мимо с Юпитер, которая, похоже, сильно тряслась больше, чем было комфортно.
Думаю, он пытался быть добрым ко мне? Олден сдержал желание закричать на женщину на мопеде, которая чуть не сбила его сзади. Сказал мне, что никого не бросят. Он думает, что мой таймер длиннее, чем у него.
Так ли это? Нет, он также думает, что мы будем в безопасном месте до того, как закончится обратный отсчёт. Ни за что мы не сойдём с моста и не доберёмся до устойчивого к хаосу, устойчивого к наводнениям убежища за восемь минут.
Значит, мой таймер короче, чем у него, так?
Это имело смысл, если Система шла по принципу «сначала низшие ранги». Но тогда почему Торстен Кляйн думал, что будет наоборот?
Инструктор вернулся за Эверли, Нджери, затем Марисель. Когда Ди подъехала, чтобы отдать Олдену велосипед, он спросил:
— Какой у вас таймер телепортации?
— Двадцать пять минут. Всё время меняется, не так ли? Не волнуйся об этом сейчас, — сказала она, слезая.
Она начала передавать ему велосипед, но остановилась, положив руку на руль, и посмотрела на море через разрыв в застывшем южном потоке машин. Её тушь оставляла полосы на светло-коричневой коже щёк, а на спине мокрой рубашки был логотип, рекламирующий закусочную, где Олден в прошлые выходные заказал гигантскую гору хешбраунов с луком.
Он уставился на свой таймер. Он не изменился ни на секунду. Он неуклонно отсчитывал время.
— Вы видели…? — спросила Аджастерша, хмурясь.
Олден отвёл взгляд от времени, чтобы проследить за её взглядом. Пролетал ещё один вертолёт, и маленькая фигурка, едва различимая на фоне облаков, которая могла быть человеком в полёте.
— Что? — спросил он, повышая голос из-за шума лопастей вертолёта и ветра.
— Неважно, — сказала она. — Давай доставим тебя—
Огни одного из кораблей внезапно погасли.
Олден не мог видеть судно, которому принадлежали огни. Оно было слишком далеко, и темнота за сияющим Мостом была слишком непроницаема. Но это могла быть яхта — что-то развлекательное, вероятно, а не рабочее судно. Он смотрел прямо на него, потому что огни переливались всеми цветами радуги, и это выделялось на фоне других объектов в том направлении.
— Вы видели, как лодка исчезла? — спросил Олден.
— Может, у них… отключилось электричество, — сказала она. — Давай не будем стоять на месте.
Олден закинул ногу на велосипед. Когда его кроссовка коснулась земли с другой стороны, мост содрогнулся под его ногами. Это была не сильная дрожь, но мост до сих пор был твёрдым и неподвижным.
Его руки сжали руль. Его пульс, и так уже частый, перешёл на новую передачу.
Они оба посмотрели друг на друга.
— Не думаю, что это было отключение электричества, — сказал Олден.
Мост содрогнулся снова. Огни другой лодки, гораздо меньшей, мчащейся к Апексу, погасли.
Клянусь, она только что ушла под воду, но разве лодки могут тонуть так быстро?
— Велосипед! — крикнула Ди. — Поехали!
Он рванул с места. Она побежала. Вокруг них люди, которые ждали в машинах или выбрали более неторопливый бег, чем группа подростков-высокоранговых, тоже начали бежать.
Дверь фургона распахнулась прямо перед Олденом, и он чуть не потерял контроль над велосипедом, объезжая её.
Чёрт, чёрт, чёрт, я не хочу упасть в Тихий океан с кучей обломков.
Продолжался ли мост дрожать? Он не знал. Может, на велосипеде это будет ощущаться иначе.
Ветер свистел в ушах. Кто-то кричал по-китайски. Сзади раздался резкий удар — должно быть, столкновение машины с другой машиной.
А затем пришла вода.
Это не было цунами. Это даже не было «волноподобным».
И гигантской, голливудской убийственной волны, которую рисовал его мудацкий мозг, определённо нигде не было видно.
Олден видел магический феномен своими глазами и не смог его понять, пока уже не оказался во власти.
Океан, пузырясь и кружась потусторонне, выползал на бетонные барьеры, образующие края моста. Он полз по полосам движения и спиралями поднимался по столбам фонарей. Был глубиной в дюйм, два, фут* в мгновение ока. Олдену удалось спрыгнуть с велосипеда вместо падения, но бежать было некуда.
*Фут ≈ 30 см.
Он бросился на капот ближайшей машины, едва осознавая, что другие делают то же самое вокруг него.
А затем мост просел.
Он закричал, когда машина ненадолго исчезла из-под него, а затем он снова грохнулся на капот, глядя на мерцающий свет какого-то смелого дрона или далёкой звезды, пока вода снова не начала вести себя как вода. Она внезапно отхлынула от всех опор, поддерживающих Мост, с мощным грохотом.
Масса жидкости отпустила фонарь над головой Олдена. Столько воды собралось там всего за несколько ударов сердца, что когда она упала на него, это было скорее ударом, чем брызгами.
Мост почти чувствовался так, будто раскачивается. Или, может, он просто дезориентирован. Кто знает?
Он слышал по крайней мере один громкий треск, разорвавший ночь.
Падаю ли я? Мы тонем?
Ему казалось, что прошла вечность, прежде чем он понял, что ни то, ни другое не происходит в данный момент. Согласно его таймеру телепортации, прошло всего несколько секунд.
[Обновление о катастрофе: Океанические Аномалии — Подтверждены]
Думаю, это не совсем отражает то, что только что случилось, — подумал Олден. Думаю, «цунами» тоже было плохим описанием.
Он сполз с машины и плюхнулся в воду по щиколотку, которая стекала по мостовой.
Думаю, океан только что попытался съесть Мост.