Глава 75.0
Патрик, старший сын маркиза Стефана, вернулся домой после долгого путешествия.
После этого он три года безвылазно сидел в своей комнате, мучительно размышляя, и наконец решился издать автобиографию.
Он лелеял грандиозную мечту поделиться со светским обществом своими впечатлениями от дальних странствий и великими откровениями…
Для аристократов Клетана издание автобиографии имело огромное значение.
Можно сказать, это было так же важно, как дебют юной леди в светском обществе.
Поэтому маркиз Стефан не жалел средств на поддержку сына, который после возвращения из путешествия долгое время никуда не выходил.
— Потратьте сколько угодно денег, но активно рекламируйте автобиографию Патрика!
— Мы разместим рекламу автобиографии молодого господина во всех журналах и, получив разрешение администрации, расклеим объявления на досках в столице!
Но в жизни не все идет по плану.
Не успели высохнуть чернила на страницах, как пришла весть, подобная грому среди ясного неба.
— М-маркиз! Главный книжный магазин столицы отказывается выставлять автобиографию молодого господина!
— Почему?!
— Говорят, вышел какой-то комикс… Из-за этого даже журналы говорят, что вернут уже полученные деньги за рекламу и снимут ее!
— В журнале, где десятки страниц, не нашлось места для одной рекламы автобиографии моего сына?! Это же бред!
— Ну… да.
Несмотря на это, благодаря слезным усилиям дома Стефан, автобиография все же принесла небольшую прибыль.
Ровно столько, сколько было членов семьи у маркиза Стефана.
— Отец, неужели то, что я написал, так ужасно?
— Просто удача была не на твоей стороне, Патрик. Мужчина должен стиснуть зубы и терпеть.
Маркиз Стефан отчаянно пытался утешить расстроенного сына.
На самом деле внутри у него все кипело, но, возможно, правильнее было сказать, что у него не хватило смелости бросить вызов комиксной лихорадке, охватившей все светское общество Империи…
В общем, они утешали себя тем, что просто время было неудачное, но, не успев оправиться от первого удара, столкнулись с новым испытанием.
— Видите этот блеск? Эти шторы из кристального шелка станут козырной картой дома Стефан.
— Вы много трудились, продвигая этот проект, Ваша Светлость!
— Ох, что ты. Это ты, виконт Роберт, намучился, мотаясь на Восточный континент. Ха-ха-ха!
— Это вызовет огромный резонанс в светском обществе.
Но.
[Эксклюзив!]
В домах высокопоставленных аристократов — дешевая кожа монстров? Шокирующая правда о «светонепроницаемых шторах».
Прямо перед началом продаж штор из кристального шелка внезапно появились «светонепроницаемые шторы», и все пошло прахом.
Испокон веков аристократы предпочитали, чтобы в комнатах было светло и солнечно.
Так как же шторы, блокирующие свет, смогли завоевать популярность?
Маркиз Стефан не понимал причины, и сколько бы он ни снижал цены и ни вкладывался в рекламу, шелковые шторы не продавались.
И так… шторы из кристального шелка, подготовленные как козырная карта, так и не увидели света и сгнили на складе.
Слез, пролитых тогда, хватило бы, чтобы наполнить пруд в императорском дворце.
Вспоминая прошлое и глотая обиду, лицо маркиза Стефана ожесточилось.
«Тогда я понес огромные убытки».
А недавнее событие и вовсе было подобно соли на рану.
— Э-это что такое? Что это на моих драгоценных шторах?!
— Ох, это плесень, Ваша Светлость! Шелк — очень деликатная ткань…
— Плесень? Плесень!? А-а-а-а-а!
Черная плесень на белоснежной ткани.
Продать это было уже невозможно, и он остался с огромными убытками — кто бы не затаил обиду в такой ситуации?
А последним ударом по его терпению стал инцидент с так называемой «магической чашкой».
Маркиз Стефан пять лет назад вложил астрономическую сумму в разработку магической чашки, которая сохраняла бы температуру чая.
И при этом ему приходилось кланяться этим заносчивым магам из Башни Магии!
Дальнейшее было предсказуемо…
Он изначально ориентировался только на аристократов, и из-за огромных затрат на разработку цена одной чашки была установлена в пять миллионов Три, в то время как уже вышедшие на рынок термосы и кружки стоили всего 10-20 тысяч Три.
При этом они работали так хорошо, что даже маркиз Стефан тайком использовал ненавистный термос в качестве чашки для вина.
«Не хочется признавать, но если в тебя плеснули помоями, разве будешь стоять и терпеть?»
При мысли о том, что из-за этого проклятого герцога Блейла он понес огромные убытки и чуть не разорился, маркиза Стефана трясло от ярости даже во сне.
«Это еще не конец, герцог Блейл».
Пока на его стороне такая надежная опора, как властитель Империи, наследный принц Лайден!..
Ему нечего бояться.
После переполоха во владениях Блейла меня вызвала императрица, и я приехала в столицу.
Герцог, который собирался ехать со мной, в итоге был вынужден остаться во владениях.
После массовых возвратов светонепроницаемых штор в землях царил хаос, и ему часто приходилось лично наводить порядок.
«Я справлюсь и одна».
Решив, что бесполезно ломать голову, я посмотрела на свое отражение в стене дворца и расслабила напряженные уголки губ.
«В улыбающееся лицо не плюют».
В общем, подождав немного, я наконец встретилась с императрицей, но ситуация оказалась хуже, чем я думала, и я крепко сжала подол платья.
— Юная леди.
— Да, Ваше Величество.
Ее губы, которые всегда мягко улыбались, когда речь заходила о комиксах или мерче, были плотно сжаты.
Явного давления не было, но по одной только перемене в ее отношении я сразу поняла, что встреча будет крайне неприятной.
И, как и ожидалось.
Императрица, пропустив формальное приветствие, сразу выразила свое недовольство.
— Юная леди, вы ведь слышали зловещие слухи, которые ходят по всей Империи?
— Да, слышала.
Я сразу поняла, о каких «зловещих слухах» говорит императрица, и кивнула.
Светонепроницаемые шторы, а теперь и термосы.
Речь шла о дурной славе, которой покрылся мерч, связанный с комиксом.
— Как читатель «О правилах безопасности в герцогском замке, полном призраков», я не могу спокойно смотреть на то, что с ним связаны такие позорные истории.
— …
— Поэтому я хочу, чтобы вы взяли на себя ответственность и выяснили правду.
На это я не могла легко кивнуть.
Я даже не нашла источник слухов, так что не могла давать гарантий.
Видя мою нерешительность, императрица не остановилась и продолжила еще более холодным тоном:
— Если в товарах, созданных при моей финансовой поддержке и доброй воле, есть изъян, кто-то должен понести за это ответственность.
Она не назвала имени, но я понимала, что речь идет обо мне.
И в этот момент я осознала, что слишком привыкла к благосклонности императрицы.
«Я на время забыла, что это история из книги».
Женщина, вызвавшая кровавую бурю, чтобы сделать сына наследным принцем.
Императрица Ориана была тем самым человеком, который выгнал герцога Блейла, потерявшего мать, в его владения, даже не дав ему времени на траур.
В таком случае, я не могла просто отшутиться или отделаться легким оправданием.
— Я сделаю все возможное, чтобы выяснить правду, Ваше Величество.
— Надеюсь на это.
Императрица ответила твердым голосом и резко отвернулась.
По ее виду я поняла, что она всерьез дает мне последний шанс.