Глава 70.0

— Т-то есть… я вас беспокою?

— Ты платишь за проживание, так что это естественно, что я о тебе беспокоюсь...

А, вот в чем дело?

Я погладила грудь, стараясь унять бешено колотящееся сердце, и уставилась в чашку.

Если я сейчас подниму голову, он увидит, как я покраснела.

Не в силах выдержать эту странную, затягивающую атмосферу, я в конце концов сделала вид, что мне все равно, и рассмеялась:

— Х-ха-ха, но не стоит так переживать из-за десертов!

Мне же показалось, что он тоже немного покраснел?..

Герцог тоже, слегка потерев лицо, быстро вернул себе обычное выражение.

Это произошло так быстро, что я уже начала сомневаться, не привиделся ли мне его румянец.

Вернув самообладание, он покачал головой.

— Это слуги настоятельно просили кондитера. Сказали, чтобы он постарался особенно.

— Что-о?

От его дальнейших объяснений у меня отвисла челюсть.

Оказывается, после того как я потеряла сознание, все вокруг начали следить за каждым моим шагом — от температуры воды для умывания до каждого ингредиента в моей еде.

Это была настоящая гиперопека!..

— Но меня удивляет, что ты даже в такой ситуации думала о работе…

Слушая его, я дернулась, как пойманный воришка.

— А, это… я просто читала письма и случайно!..

— Похоже, придется приказать убрать из твоей комнаты все, что можно читать.

— Нельзя!

От такого абсурдного заявления я невольно повысила голос. На самом деле, я и так много терпела.

Я хотела посмотреть, как идет работа над комиксом, но меня выгнали, сказав, что теперь у нас есть новый сценарист, баронесса Фаврон, и чтобы я не вмешивалась.

Помимо этого, стоило мне куда-нибудь сунуться, как люди пугались и разбегались.

Из-за этого я во время своего «отдыха» чувствовала себя изгоем, хотя меня никто не изгонял.

У меня было столько дел, что я не могла вернуться к тем временам, когда была счастлива, просто лежа в кровати, а меня лишали даже этого!

— Прости, но…

Понимал ли он мои чувства или нет, но герцог жестко отрезал:

— Разве не странно, что, читая письма, ты думала о строительстве стены во владениях?

— Э-э, ну…

Конечно, если судить только по этому, алгоритм моего мозга и вправду был сбоящим.

Но…

Поняв мое молчание по-своему, герцог кивнул с видом «ну вот видишь».

— Хорошо, что ты и сама это признаешь.

— Дело не в этом!..

— Лиам.

Лиам, который, оказывается, все это время ждал поблизости, тут же шагнул вперед.

— Да, господин.

— Немедленно убери из комнаты принцессы все, что можно читать.

Лиам, поправив очки на носу, бросил на меня взгляд.

— Понял. Старшая горничная и все остальные будут рады.

Хочется верить, что он не специально, но вид у него был донельзя ехидный, так что я стиснула зубы…

Да почему все будут рады-то?!

Меня несправедливо обвиняли, и этому должен быть предел.

Тяжело дыша, я вскочила с места.

— Я пойду!

— Не пойдет.

— Что?

— Пока слуги усердно убирают твою комнату, было бы вежливо доесть ванильный флан, который кондитер готовил в поте лица, не так ли?

А, точно.

Это я часто говорила герцогу.

Что вкусный десерт нужно съедать до последней крошки, вылизывая тарелку — это вежливость.

— Принцесса. Ты же не собираешься нарушать свои собственные слова?

— Э-э, ну…

Подавленная его безупречной логикой, я снова плюхнулась на стул.

И отправила в рот остатки флана. Самое обидное, что флан был до слез вкусным.

Герцог заговорил, когда тарелка была почти пуста.

— Недавно я увеличил бюджет кухни на тридцать процентов.

Я, держа ложку во рту, оторвала взгляд от тарелки и посмотрела на него.

К чему он это говорит?

— Шеф-повар на эти дополнительные средства закупает ингредиенты для всевозможных укрепляющих блюд.

Тук.

Я замерла, ухватив мелькнувшую мысль.

— Н-неужели из-за меня?

Он же не хочет заставить меня чувствовать себя виноватой?

Что, несмотря на скидку на проживание, мне предоставляют отличный сервис?

К счастью, герцог, словно прочитав мои мысли, тут же опроверг это.

— Я хочу сказать, что это был не мой приказ.

— ?..

— Шеф-повар запросил увеличение бюджета на тридцать процентов, и я, обсудив это с помощниками и сочтя запрос обоснованным, просто выделил средства.

Значит, все эти укрепляющие блюда и прочее — это не приказ герцога, а их собственная инициатива?

— Похоже, все беспокоятся о принцессе.

Честно говоря, я догадывалась.

Бонита заботилась обо мне больше обычного, и даже помощники, с которыми я перекинулась всего парой слов, при встрече подбадривали меня.

Госпожа Рейни принесла мне плед, который связала сама, сказав, что это для меня.

Даже художники, заваленные работой, нарисовали огромный пейзаж во всю стену и подарили мне, пожелав скорейшего выздоровления.

А Иан.

Мой занятой телохранитель, который обычно работал на полставки из-за основной работы и которого я иногда вообще не видела, в последнее время почти всегда стоял у моей двери, стоило мне ее открыть.

Если ты не совсем слепой, любой бы заметил, что окружающие беспокоятся.

Но что меня действительно удивило, так это то, что обо мне заботились даже те люди, с которыми я толком и не разговаривала.

Я думала, так ведут себя только Бонита и те, с кем я часто вижусь.

— Я слышал, что в этом особняке нет никого, кто бы не был обязан принцессе.

— Я… я ничего такого не делала? Я даже имен их не знаю…

— Может, ты сделала что-то для их семей. Например…

Фермеры, которые боялись пропустить сбор урожая из-за затянувшегося строительства плотины.

Женщины, которые не могли найти работу и страдали от косых взглядов.

Сезонные рабочие, скитавшиеся по огромному континенту в поисках заработка.

Люди, которые получили прямую или косвенную помощь благодаря оживлению экономики во владениях Блейла…

После этого краткого, но весомого объяснения герцог добавил:

— И я тоже считаю принцессу важным человеком.

Услышав это, я могла бы смутиться и повысить голос или отшутиться.

Но почему?

Сила красивого лица?

В тот момент я почувствовала, как эти слова странным образом глубоко запали мне в сердце.

---

Поздней ночью в королевском замке Солта царила странная тишина.

Берга, сидевший в полутемном зале с бокалом вина, с озабоченным лицом спросил:

— Где Лемея?

— Все еще не выходит из комнаты.

— Тц.

«Наверное, до сих пор ноет, требуя отменить свадьбу».

Но сейчас у него не было сил утешать непутевую дочь.

Свадьба, которую он хотел провести как можно скорее, теперь была отложена на неопределенный срок.

— Ситуация… серьезная?

— Прошу прощения… да, Ваше Величество. Говорят, сотни жителей приграничных районов уже покинули свои дома.

Все началось с ошибки Лемеи.

Мелкая проблема… которую он поначалу думал решить, понеся небольшие убытки.

Но, вопреки его ожиданиям, начавшийся голод разросся так, что его уже было не остановить. Даже если опустошить всю казну Солта, этого было бы недостаточно.

А когда к этому добавилась эпидемия, ситуация стала катастрофической.

— Кх-х…

В конце концов у Берги вырвался горький смешок.

В этой ужасной ситуации соседние страны, как одна, заняли пассивную позицию в вопросе торговли продовольствием.

Его подозрения, которые он гнал от себя, надеясь, что это не так, очень скоро подтвердились.

— Как я мог не замечать этого, пока кавалерия Империи Клетан не подошла к самому носу?

Наследный принц Лайден, чтобы укрепить свою власть, решил проглотить и Солт.

Рука короля, сжимавшая бокал, задрожала.

— Если отправить Лемею, сможем ли мы тронуть сердце наследного принца?

— Я думаю, стоит попытаться, Ваше Величество.

— Отправьте посла…

Над Солтом, ненадежным, как лодчонка в шторм, сгущались тучи войны.