Глава 53.0
— М-м…
Я, неотрывно смотревшая в пол, осторожно подняла голову.
— Итак, мне любопытно, что ты ответишь, юная леди.
Добродушная с виду улыбка императрицы сегодня казалась особенно зловещей.
Наверное, стоит радоваться, что она хотя бы не выказывает открытой враждебности — спасибо моим усердным стараниям «прокачать» ее благосклонность.
Да, это покои императрицы.
Рано утром я получила известие, что меня ищет императрица, и тут же примчалась.
Почему? Потому что весть о том, что я запускаю термосы в массовое производство, разнеслась по всему миру.
Конечно, я сама намеренно распустила этот слух, чтобы максимально сбить «премиальность»…
«Но я и не думала, что это так сильно заденет чувства тех, кто владеет эксклюзивным мерчем».
Я ожидала некоторого недовольства, но и представить не могла, что императрица вызовет меня немедленно.
В напряженной, скованной атмосфере я крепко сцепила руки и начала:
— Прежде всего, я как раз размышляла, как лучше объяснить Вашему Величеству эту ситуацию, которая может привести к недоразумению.
— По-твоему, эта ситуация — мое недоразумение? И как же ты собираешься меня в этом убедить?
Причину недовольства императрицы можно было понять, даже не спрашивая.
Императрица повсюду хвасталась своим мерчем и носила термос на все светские рауты.
Для императрицы, привыкшей пользоваться только эксклюзивными, созданными специально для нее вещами, эта ситуация, должно быть, выглядела как вызов ее авторитету?
«Я заварила эту кашу, мне ее и расхлебывать».
Изучив ее лицо и примерно оценив ситуацию, я продолжила:
— Во-первых, то, что сейчас производится во владениях герцога, — это не термос герцога-призрака.
— Не понимаю, о чем ты.
От моих слов императрица слегка нахмурилась и повысила голос:
— Я видела рекламные объявления во всех журналах и специально отправила человека разузнать. Говорят, сотрудничество с Магической Башней идет полным ходом…
«Она даже человека отправила, чтобы это выяснить. Я и так знала, но до чего же она неизменно дотошная…»
Я отогнала посторонние мысли и подтвердила ее слова.
— Да, Ваше Величество, мы действительно производим термосы во владениях герцога.
— Юная леди, ты сейчас в игры со мной играть вздумала?
Прежде чем ее терпение лопнуло, я снова начала, смягчив тон:
— Вовсе нет. То, чем владеете вы, Ваше Величество, и еще сто преданных читателей, — это эксклюзивная чаша герцога-призрака, а то, что производится сейчас, — лишь заимствует ее функцию.
— Заимствует функцию?
— Да. Начиная с дизайна, это, по сути, совершенно другая вещь, не имеющая ничего общего с той, что у Вашего Величества.
Но, похоже, мои объяснения о разнице между лимитированным мерчем и серийным производством ее не убедили — выражение ее лица не смягчилось.
«Что ж, тогда придется применить план "Б"».
Я перевела дух, а затем преувеличенно тяжело вздохнула и жалобно произнесла:
— На самом деле, Ваше Величество, из-за мошенников, наводнивших столицу, «Замок призраков» оказался на грани того, что читатели от него отвернутся.
— Что это значит? Я тоже слышала, что в столице процветает мошенничество с термосами. Но какая связь между этим и тем, что читатели отвернутся?
— Чем больше будет пострадавших, тем сильнее упадет любовь читателей к этому произведению.
— И что? Тот, кому оно нравится, все равно будет любить его.
А вот и нет.
Я быстро покачала головой.
— Произведение, от которого отвернутся многие, потеряет шанс получить признание, и в таком случае возрастет вероятность таких проблем, как прекращение выпуска или остановка серии.
«Конечно, вероятность такого исхода была, наверное, ноль целых одна десятая процента, но я не стала уточнять, насколько она мала».
Возможно, поэтому? Лицо императрицы резко потемнело, словно она услышала худшую из новостей.
— Это правда?
— Да. Конечно, можно было бы счесть это обычной проблемой мошенничества, но… я считаю, что ради читателей, любящих это произведение, нельзя закрывать на это глаза.
Я не стала упоминать, что это было сделано и для тех читателей, которые, не имея возможности заполучить лимитированный мерч, хотели владеть хотя бы чем-то похожим.
«В конце концов, подлинник был только у ста человек, включая императрицу».
Мои дополнительные объяснения, похоже, немного смягчили императрицу, и она медленно откинулась на спинку кресла, выпрямив спину.
Вскоре она, слегка поджав губы, довольно сурово произнесла:
— В этом есть смысл. К тому же, если проблема мошенничества бросает тень на репутацию «О правилах безопасности в герцогском замке, полном призраков», ее нужно решать быстро.
И, не дав мне и слова вставить, тут же добавила свое решение:
— Я займусь этой проблемой.
— Что? Как?..
Но у императрицы, похоже, уже был собственный план. Может, поэтому она даже не услышала моего вопроса…
«Она ведь хорошо со всем разберется?»
В итоге, хотя меня и вызвали с такой грозной миной, я, получив вежливый приказ удалиться, поплелась прочь из дворца.
Итак, после всех этих перипетий я получила известие, что производство термосов почти завершено.
Я еще раз перечитала письмо из Магической Башни и, подперев подбородок, погрузилась в раздумья.
— У-у-ум.
«Сколько ни думаю, выпускать еще раз термос герцога-призрака, который был заявлен как лимитированный, — это значит сильно задеть чувства тех, кто уже владеет этим мерчем».
То есть… я не могла сделать исключение для таких, как барон Фаврон.
«Здесь нет развитого интернета, так что никто бы и не узнал, но обещание есть обещание…»
Однако открыто игнорировать его мне не позволяла совесть.
Почему? Потому что барон Фаврон промотал все состояние, и ему еще нужно заботиться о больной жене.
Я, на всякий случай, распорядилась тайно проверить, не мошенник ли он, но результат был ожидаемым.
Его финансовое состояние, из которого, сколько ни тряси, не выпало бы ни пылинки, было лучшим доказательством того, насколько честно он жил.
— «Я слышал, что термос отлично сохраняет тепло. Я просто хотел купить его, чтобы суп для моей жены не остывал…»
Я повалилась на заваленный стол и тяжело вздохнула.
Так не хочется больше ломать голову до боли в мозгах…
«Неужели нельзя помочь ему как-то иначе?»
Кто-то, может, и упрекнет меня в ненужной жалости.
Но с моей чувствительностью современного человека двадцать первого века было очень трудно отвернуться от того, кто попал в беду прямо у меня на глазах.
«Я в начальной школе была ребенком, который усердно участвовал в сборах помощи нуждающимся».
В любом случае, сейчас было ясно одно: выпускать термос в том же дизайне нельзя.
Я сидела, подперев подбородок, и молчала, как вдруг мой взгляд упал на листы с эскизами.
«Похоже, нынешний дизайн не слишком подходит для еды, а не только для напитков».
Если он нужен для хранения еды для больной жены, он должен быть как минимум больше, чем тот, что сейчас в продаже.
И ручка бы не помешала.
— !..
И в этот момент меня осенила неплохая идея.
«Если сделать так, чтобы не только напитки, но и еда сохраняли тепло, они не остынут и полдня. Может, тогда подойдет другой термос [1]?»
[1] Термос (보온병, боонбён): в ориге в первом случае использовалось слово «томбло» (텀블러), которое подразумевает кружку-термос в основном для напитков, а зедсь — «боонбён» — это классический термос, часто используемый и для еды (вроде супа).
К тому же, вообще-то, термос появился раньше, чем кружка-термос.
Я медленно выпрямилась и села ровно.
Опять все пошло шиворот-навыворот, но, похоже, термос в этом случае будет куда эффективнее кружки.
Я с легкой улыбкой на губах взяла бумагу и перо и начала писать новое письмо.