Глава 39.0

— «Подведем итоги»?.. — с недоумением переспросила Эйприл.

Видя ее чистые, невинные глаза, Каиан почувствовал, как его только что принятое решение на мгновение пошатнулось, но тут же сжал кулаки, беря себя в руки.

На самом деле, в словах Эйприл о том, что она уходит, не было проблемы. В конце концов, в особняке герцога с ней договорились обращаться как с гостьей, а не как с заложницей.

Но слова о "независимости" почему-то раздражали его.

Он не мог понять, почему.

Может, потому, что он понесет убытки, если эта странная женщина, которая воротит нос от любой работы, но при этом обладает выдающимися способностями, уйдет?

Или, может, он боялся, что, если ее пребывание во владениях раскроется, это приведет к неприятному конфликту с Солтом?

Или, может, он просто хотел и дальше получать выгоду, которую приносила Эйприл?

Нет, дело было не в этом. Все это не имело значения.

Конечно, когда Эйприл только появилась, он, по правде говоря, считал ее обузой, нарушившей его планы.

Но с какого-то момента ему стало забавно наблюдать, как она суетится. А когда она запиралась в комнате и не выходила, ему становилось любопытно, чем она там занимается.

А иногда, видя, как она, хотя и сама была не в том положении, чтобы о ком-то заботиться, изо всех сил старалась помочь как можно большему числу людей... он испытывал сложные чувства.

Каиан не мог дать точное определение ни одному из тех чувств, что он испытывал, глядя на Эйприл.

Но одно он знал наверняка.

В этот самый момент.

Что ее уход из пространства, которое они делили, его категорически не устраивал».

— Именно. Подведем итоги.

— Н-но... разве я что-то не подсчитала?..

«Конечно, нет».

Он понимал, что это была откровенная придирка...

Но обещание обращаться с ней как с "гостьей", а не как с пленницей, было дано честью дома Блейл. И он не мог его нарушить.

В конце концов, оставался лишь один — пусть и подлый, но самый верный способ ее удержать.

* * *

— Первый месяц, пока ты была здесь недобровольно, было бы правильно, если бы мы покрывали все расходы. Но разве со второго месяца ты не осталась во владениях герцога добровольно?

— Да?

Мне послышался звук заводимого мотора грабежа средь бела дня.

«С чего вдруг такие разговоры?»

Герцог, сохранив легкую улыбку, начал давить на меня.

— Теперь, когда у принцессы появился постоянный доход, я думаю, она в состоянии оплатить накопившиеся счета за проживание и питание.

«Погодите-ка».

«Накопившиеся счета за проживание и питание?»

Я захлопала ртом, будто услышав что-то невероятное.

Однако ситуация развивалась стремительно, независимо от моей воли.

— Со второго месяца и до сего дня. Принцесса добровольно жила и питалась в самом роскошном здании во владениях Блейла. Более того, разве ты не ела блюда и десерты, приготовленные самым дорогим поваром во владениях, не пропуская ни одного приема пищи?

«Н-нет, ну... с этим, конечно, не поспоришь».

«Или я должна была голодать?!»

Чем дольше говорил герцог, тем более землистым становилось мое лицо.

— И даже платья, украшения, предметы первой необходимости... Ты ведь и сама прекрасно знаешь, насколько дороги вещи, которыми пользуются в высших аристократических кругах.

— !..

— Если выставить счет за все это, выйдет не меньше десяти миллионов Три в месяц, а если прибавить гонорары художников, то получится около восьмидесяти миллионов Три.

«Что? Восемьдесят миллионов Три?!»

— А еще плата за недавно нанятого телохранителя…

— П-подождите.

«Дело было не только в том, что я была в шоке от суммы, которая превосходила все мои ожидания. К этим расчетам было не подкопаться.

Более того, они были на удивление убедительны.

А судя по серьезному, нет, даже фанатичному выражению лица герцога, он явно не собирался отступать».

— Вы... вы же сказали, что будете обращаться со мной как с гостьей?..

— С гостьей.

Мой голос, по сравнению с началом разговора, стал гораздо тише. Герцог, стоя передо мной, с высокомерной и неторопливой грацией погладил подбородок.

— Что ж, вычтем один месяц, когда ты была гостьей. Сколько там получается?

Я тут же принялась считать.

«Даже если вычесть один месяц, это семьдесят миллионов Три. Если я отдам все свои авторские отчисления и деньги, заработанные на шторах, может, и наскребу...»

«Но тогда о независимости можно забыть».

«К тому же, для удобства работы мне нужно было жить в центре владений Блейла.

А центр владений?

Безопасность по ночам, чистые, ухоженные улицы, близость к торговым кварталам... Учитывая все это, это был местный «Каннам» — самый дорогой и престижный район Сеула.

И если вспомнить, сколько сейчас стоят земли в Каннаме, то результат...»

«Я ни за что не смогу... накопить на особняк в центре, выплачивая по десять миллионов Три каждый месяц».

«Даже если бизнес пойдет очень хорошо, на это уйдет... минимум три года.

...три года?!»

Моя радужная мечта о независимости разбилась вдребезги от одной фразы герцога.

«Это же просто муравьиный ад».

«Но и жить у кого попало я тоже не могла».

«На мгновение в голове всплыло лицо госпожи Рейни, но я тут же вспомнила, что у нее на попечении пятеро кроликоподобных детишек, и мысленно покачала головой».

«Так что же делать?»

— Принцесса.

— Да?

На этот раз его голос прозвучал мягче.

— Когда ты собираешься оплатить счета? Насколько я знаю, ты уже получила доход за этот месяц.

— Д-да, это так, но…

«Хнык-хнык...»

«Неужели вот так, средь бела дня, меня обдерут как липку?»

Но пути к отступлению не было. Если бы я могла что-то возразить, я бы сделала это уже сто раз.

В конце концов, я мысленно признала поражение и выбросила белый флаг.

— Я... я заплачу до завтра.

«Мои денежки, мое будущее!»

Пока моя душа в реальном времени страдала, лицо герцога оставалось безмятежным.

— Отлично. И еще одно.

— Да.

— Срок контракта — шесть месяцев.

— Шесть месяцев... контракта?

Он, войдя во вкус, плавно продолжил:

— Наш шеф-повар сказал, что ему нужно разом закупить ингредиенты на шесть месяцев для десертов, которые ты часто заказываешь. Так что будет справедливо, если и ты заключишь контракт на аренду жилья на шесть месяцев.

— А... да.

Мой мозг, уже ограбленный, не мог придумать никаких возражений.

Так был заключен еще один невыгодный контракт.

— Если за четыре месяца до окончания срока не поступит уведомление о расторжении, контракт автоматически продлевается. На этом у меня все.

«Контракт на шесть месяцев с уведомлением за четыре...»

«Это вообще законно?»

Но я, совершенно обессиленная, могла лишь стоять и кивать.

Убедившись в моем унылом согласии, герцог повернулся, чтобы уйти, но у самой двери снова обернулся.

— Принцессе. Знаешь, что будет, если слово «бедность» [1] прочитать наоборот?

[1] Бедность (가난, Канан)

— «Нан-га»? [2]

— Да. Это ты [3].

[2] Нан-га (난가): Созвучно с корейским «Это я?».

[2] Игра слов: Герцог играет на созвучии слов. 가난 (канан - «бедность») наоборот читается как 난가 (нан-га), что звучит идентично вопросу 난가? (Нан-га? - «Это я?»). Герцог отвечает: «Да. Это ты».

Щелк.

— А?..

Только спустя долгое время после того, как дверь закрылась, до меня дошло, что он просто издевался надо мной.

Но когда запоздалый гнев наконец вырвался наружу, было уже поздно.

* * *

— Выходи замуж за графа Равиоли.

Приказ короля Берги прозвучал как гром среди ясного неба.

— А-Абамама?

Плюх.

Лемея, которую с утра вызвали во дворец и которая до этого момента непрерывно зевала, не выдержала шока и рухнула на колени.

«Не может быть».

«Неужели помолвка с этим уродом, графом Равиоли, была не просто для того, чтобы подразнить Лайдена?»

«В тот момент ее железная уверенность в этом рассыпалась в прах».

Лемея, прекрасно знавшая, что приказы короля не меняются, начала умолять отчаянным тоном:

— Я... я еще не готова. Мы ведь только недавно обручились! К тому же, я должна заниматься государственными делами…

— Вот именно.

«Государственные дела, будь они прокляты!»

Берга, чье терпение окончательно лопнуло, вскочил с места.

— С тех пор, как ты приложила руку к государственным делам, у меня только прибавилось работы по разгребанию последствий!

Сначала он думал, что Лемея справится.

Он пытался ее подбадривать, прикрывал ее.

Но теперь у Берги не осталось ничего, кроме разочарования и гнева на свою единственную дочь.

— Ты хоть знаешь, сколько чиновников уволилось за это время? Лорд Руберик, которому недавно исполнилось шестьдесят, говорят, вообще слег!

Тяжелый вздох гулко разнесся по залу, ударив по ушам Лемеи.

— И все из-за того, что они разгребали то, что ты натворила!

От этого жгучего упрека глаза Лемеи наполнились слезами.

— А-Абамама-а…

Она использовала свою красоту на полную, состроив самое жалкое лицо, но сейчас, похоже, и это не действовало.

Берга с ледяным лицом повторил свой приговор:

— Так что просто выходи замуж.

— Я не могу выйти за него!

«Можно ли быть настолько неразумной?»

Берга наконец взорвался яростным ревом:

— Ты смеешь ослушаться приказа отца?!

— Наследный принц Клетана возьмет меня в жены!

— Лемея Солт!

Только теперь Берга воочию увидел те иллюзии, в которых жила Лемея.

Он даже не представлял, с чего начать, чтобы вернуть ее к реальности.

— Наследный принц — не тот, кому можно доверять.

— Он прекрасный человек! И к тому же, он красивый!

— Что? Ты совсем из ума выжила?

Берга взревел, на его шее вздулись вены.

— Ты хоть знаешь, какие темные слухи ходят за спиной у наследного принца! Говорят, он связан с темными магами. За ним тянется такой шлейф, что страшно становится!

— Это все клевета! Его Высочество не мог такого сделать!

— Ты что, и вправду не понимаешь, что он уже занес меч над нашим Солтом?!

Но, встретившись взглядом с дочерью, король понял, что уже слишком поздно.

— Уведите принцессу. Запереть ее до самой свадьбы и заставить заниматься уроками для невесты.

— Что? Абамама! Абамама!

Дверь захлопнулась за спиной Берги, проигнорировавшего вопли Лемеи. Но в его лице, когда он остался один, не было ни капли облегчения.