Слишком сильно

# Повествование от лица Си Ын

— Точно. Тебе ведь грустно, что месяц не увидишь Старшака Хви Мина!

Наболтав вслух что-то бодрое, Со Хе тихо кивнула.

Когда я спросила: «У тебя что-то случилось в последнее время?», она просто ответила: «Давно не видела мужа». Казалось, она всё понимает.

Наверное, знала, что Хви Мин уехал в учебный центр. Неужели они переписывались за моей спиной?.. Нет, Хви Мин таким не займётся. Скорее всего, она просто увидела его статус в KakaoTalk.

Мне не хотелось показывать, как я приуныла, раз уж мы так давно не виделись. Но разве Со Хе меня насквозь не видит?

Мы сидели за уличным столиком кафе недалеко от моего дома. Напротив друг друга, у каждой — по чашке горячего какао.

Сидеть взаперти — только сильнее разгонять одиночество. К тому же мои друзья заканчивали четвёртый курс и готовились к выпуску. Когда этот период пройдёт, в последний раз мы встретимся на вручении дипломов.

Так что я решила повидаться с как можно большим числом однокурсников, пока Хви Мин в отъезде.

Пока я об этом думала, Со Хе сама вышла на связь. Сказала, что звонит по дороге домой после финальных экзаменов.

Я как раз собиралась вывести Хану на прогулку. Посчитав это удачным случаем, я назначила короткую встречу — вот мы и сидим.

Скрестив руки, Со Хе с лёгкой улыбкой сказала:

— Бросил свою старшую и укатил куда-то. Старшак Хви Мин. Ай-ай-ай, какой плохой мужчина!

Тон у неё был нарочито преувеличенный, будто она меня подбадривала. Я ответила слабой улыбкой:

— Знаю. И правда плохой. Что мне делать, если скучаю?

— Ахаха.

Со Хе коротко, но с горечью, рассмеялась и добавила:

— Старшая Си Ын. Когда вы были с Старшаком Хви Мином, вы же были такая холодная. А со мной — сразу честно?

— А, нет. Это…

Попала в точку. Я закатила глаза в поисках возражения, но ничего не нашла. В конце концов сдалась и сделала глоток какао.

Со Хе тоже отпила своё. Наверное, учитывая мою хмурость, продолжать меня поддевать не стала.

Через минуту она поставила чашку и сказала:

— Хм-м~ Вы двое так хорошо ладите. Я думала, вы навсегда слеплены вместе. Я ведь и Старшаку Хви Мину говорила, да? Чтобы он был хорошим мужем и жил с вами счастливо до старости.

Несколько месяцев назад, когда я ещё ходила с Ханой. Когда Со Хе навещала нас дома, у дверей она оставила вот такой напутственный совет.

Я молча кивнула, и Со Хе продолжила:

— А теперь вы расстались из-за реальных обстоятельств. Тут неудивительно грустить.

— Думаешь?

— Конечно. Вы рано поженились, да ещё и ребёнок. Вы любите друг друга так, что не терпите разлук, правда? Что странного, что тебе худо, когда вы не видитесь?

Со Хе говорила участливо, утешая. …Хотелось бы уточнить насчёт «не терпите разлук», но на этот раз я решила пропустить.

И всё же я не уверена.

Другие пары тоже так себя чувствуют? Когда приходится временно расстаться по независящим причинам, всем ли так тяжело?

Есть ведь такое понятие — «викенд-пара». У кого работа далеко, и по будням почти нет шансов встретиться. Так что вместе — только по выходным… Я так это понимаю.

И это не всё. Даже обычным парам, живущим вместе, иногда приходится надолго расставаться, если муж уезжает в командировку.

Иными словами, не видеть какое-то время лица друг друга — довольно рядовая история.

И все такие пары испытывают ту же боль, что и я?

Или это я драматизирую?

От переполнявших чувств я невольно выдохнула. Тёплое облачко растворилось в воздухе.

Говорят, эта зима относительно тёплая. Но, похоже, холода, от которых виден пар, нам всё равно не избежать.

— Если тут так холодно, в учебном центре, наверное, ещё холоднее.

Со Хе прыснула от моего бормотания. Чуть-чуть вроде как подтрунивала.

Потом добавила:

— Си Ын, ты уж слишком сильно полюбила старшака Хви Мина, да?

— М-м.

«Слишком сильно»… пожалуй, это точное выражение.

Наверное, я «слишком сильно» люблю Хви Мина уже довольно давно.

Может быть, слишком на него опираюсь — до того, что впадаю в хандру, когда его нет.

Пока я терялась в этих мыслях, Хана, сладко дремавшая в коляске, чуть шевельнулась.

Я заглянула, не замёрзла ли, но дальше движений не было. Спит себе уютно, как дома.

Даже в погоду, когда видно пар, лежит вот так комфортно. Это всё-всё коляска, дорогая и тёплая?

Вот ещё за что надо благодарить Хви Мина.

Перед отъездом в учебный центр он сказал, что устроит праздник. Наша первая годовщина свадьбы, Рождество и Новый год, которые мы не сможем провести вместе. Решил отметить всё разом.

Благодаря ему мой день рождения в этом году стал особенно щедрым.

Он украсил дом цветной бумагой, где-то раздобыл гелий и надул шары, подготовил большой торт, раннюю ёлку и даже токкук, который я сварила.

Кто-то другой, наверное, посчитал бы это странным.

А для меня это был невиданной силы восторг. Смешанные удивление и счастье, которые словами не описать.

Перед Ханой я даже сама прыгала от радости, как ребёнок.

В году было ровно два дня, когда мама показывала слёзы.

Один — годовщина смерти папы. И другой — мой день рождения.

В мой день мама обнимала меня и плакала, извиняясь, что не может отпраздновать как следует.

Когда моя обычно сильная мама рыдала, я терялась и водила глазами.

Накануне дня рождения хотелось крепко зажмуриться, залезть под одеяло… и проспать больше суток.

Так что для меня, у которой с днями рождения связи толком не было, такой благословенный праздник — первый.

Хви Мин это знает. Я сама объяснила ему прошлой зимой.

К тому же он сказал, что, вместо того чтобы уехать на месяц, отметит сразу несколько дат. Я расплывчато ожидала, что он готовит какие-то дорогие подарки.

Поэтому недели за три до дня рождения я дала Хви Мину подсказку.

— Дорогой.

— Что?

— До моего дня рождения около трёх недель.

Стоило мне это сказать, как глаза Хви Мина округлились.

— Так. Есть что-то, что ты хочешь? Говори. Я приготовлю.

— А, нет. Не об этом.

Опасаясь, что ему будет неловко, я широко рассмеялась и сказала:

— Подарок не нужен.

— Что?

— Ты и так всё покупаешь, если мне что-то нужно. А особо я ничего не хочу. Всё хорошо.

От моих слов глаза у Хви Мина стали ещё больше. Рот приоткрылся, как будто он удивился — даже смешно. Я подняла пальцем его подбородок, тогда он губы и сомкнул.

А потом снова разжал:

— Хм. Тогда вместо подарка — давай вместе выберем коляску?

— Коляску?

— Ага. Хана потихоньку доросла до коротких прогулок. И тебе будет удобно, пока я в учебке. Всё равно покупать, так что хорошо бы сейчас, заодно как раз и «в честь дня».

— Хм-м~

Я согласилась сразу. Если это подарок для нашей Ханы — и Хви Мин, и я готовы щедро отнестись.

К тому же это необходимая вещь на несколько лет вперёд. С его предложением купить уже сейчас я согласилась.

Эта самая коляска, на которой Хана сейчас едет, — и есть подарок, который он оставил.

Благодаря ей и Хана, и я можем выйти даже в зимний день без лишних трудностей.

Правда, как же мне повезло с мужем.

Я задумалась и не заметила, как улыбка расслабила лицо.

Тем временем Со Хе уже подсела ближе. Казалось, она рассматривала коляску так же внимательно, как и я.

— Ребёнок такой милый, Старшая! Имя… Хана, да?

— Да. Ли Хана. Ей чуть больше ста дней.

— Хм-м~ Она стала куда милее, чем на фото, что вы мне присылали!

Она даже тихонько захлопала, хваля. Те фото были из послеродового центра — получается, почти новорождённая. Тогда тоже была милая, но теперь, конечно, куда как.

— Старшая.

— Да.

Со Хе хихикнула, а потом, не отрывая взгляда от внутренностей коляски, продолжила:

— Хане тоже, наверное, грустно, что папу не видит, да? Поэтому маме нужно держаться бодрее.

— Да. Пожалуй…

Когда я пробормотала озабоченно, Со Хе повернулась ко мне и сказала:

— Я не смогу заменить Старшака Хви Мина, но если вам будет одиноко — пожалуйста, пишите мне в любое время! Я сяду на поезд и примчусь! И я хочу ещё раз попробовать вашу еду!

Она решительно хлопнула ладонью по груди.

Будто старалась приободрить меня, обессиленную.

Если ехать поездом — далёкая дорога. Она и оплаты не ждёт. И передо мной выслуживаться ей ни к чему. А всё равно говорит такие слова.

Благодаря такой доброй младшей мы с Хви Мином смогли стать одним целым.

Её вправду надо считать благодетельницей на всю жизнь.

— Спасибо.

Я поблагодарила, а Со Хе хихикнула и сказала:

— Со следующего года я буду на четвёртом курсе. Стараюсь подать хороший пример как старшая.

— Понятно. Тогда спасибо, Старшая.

На мой игривый ответ Со Хе горделиво повела плечами.

◎

Потом мы с Ханой вместе вернулись домой.

Хана проснулась по дороге, но, к счастью, не плакала и не капризничала. Видимо, у неё тихий и спокойный темперамент, как у папы.

Поставив коляску в кладовку и войдя в детскую, я услышала, как Хана радостно смеётся. Благодаря тёплой одежде слоями и качественной коляске она, похоже, совсем не замёрзла. Выглядела куда бодрее меня.

— Хана, тебе понравился вид на улицу?

— У!

Будто пытаясь ответить, Хана выдала этот звук.

Как можно быть такой милой? Я улыбнулась: — Молодчинка, Хана.

Несколько дней назад Хана начала гулить. Конечно, это бессмысленные звуки, но для меня все они что-то означали. Вот только что мне отчётливо послышалось «Да!»

Неужели наша Хана правда гений?

Потом, когда Хви Мин вернётся, скажу ему, что сегодня Хана ответила на мой вопрос…

…О чём я думаю?

Прошло всего несколько дней с тех пор, как Хви Мин уехал в учебный центр. До его возвращения ещё долго.

И хотя я это прекрасно понимаю, иногда внезапно ловлю себя на мыслях о нём.

«На ужин приготовлю то, что любит Хви Мин».

«Сегодня увидела интересную новость — надо будет рассказать, когда он придёт».

«Сегодня Хана была такая очаровательная, надо будет потом рассказать…»

И только после этого доходит, что Хви Мина нет, — и меня накрывает неимоверная тоска.

Сердце переполняет скука.

Больше всего я жалею о том дне, когда проводила Хви Мина.

Мне пришлось провожать его из дома.

Изначально я хотела поехать до самого учебного центра. Но тащить Хану так далеко невозможно. Для такой малышки это слишком тяжело.

Понимая это, Хви Мин виду не подал, что ему жаль.

Хана расплакалась, увидев папу с его новообретённой бритой головой, так что в итоге провожала только я. И даже тогда Хви Мин отшутился, что ничего не поделаешь.

— Я вернусь.

Сказал Хви Мин, махнув рукой.

Я фыркнула без причины:

— Ладно. Иди быстрее. А то опоздаешь.

— Всё нормально. Времени ещё полно. Это ты меня заставила собраться заранее, ворча.

— То есть это я виновата?

— Я очень благодарен. Было бы плохо, если бы опоздал.

— Хмпф.

Мы обменялись обычными шутками и сдержанными улыбками.

Скоро после этого Хви Мин открыл дверь и вышел. Пока подъезжал лифт, он не сводил с меня глаз и махал рукой.

И с той самой секунды, как Хви Мин исчез из поля зрения… меня начало давить.

Я-то говорила умные речи, мол, насмотрюсь на него до пресыщения. А месяц без его лица? Как это выдержать?

Сейчас я вижу Хви Мина во всём. Как пережить оставшееся время?

Боль не думала стихать.

— Хана, ты скучаешь по папе?

Я шевельнула губами с одиноким сердцем. И Хана снова издала: — У… Будто приглушённое гуление — словно понимает, о чём я.

Погладив Хану, я прошла в спальню.

Там взяла большого плюшевого медведя и вернулась в детскую.

Я обняла медведя всем телом. Мягкость окутала меня, и на миг стало похоже, будто меня кто-то держит.

Но этого было мало.

Когда Хви Мин гладит меня, обнимает, трёт ладонью спину, шепчет на ухо, целует. Тепло, дыхание, прикосновения — ничего из этого не вернулось.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

Хви Мин говорил, что я раскрасила его пустой альбом.

Но, может быть, и со мной так же.

Мой альбом, раскрашенный в бесчисленные цвета.

Почему-то… весь прокрасился в цвет Хви Мина.

Похоже, я и правда слишком сильно полюбила Хви Мина.

До такой степени, что без него теперь толком не живу.

— Возвращайся скорее, дурак.

Пробормотала я, уткнувшись лицом в плюшевого медведя.

Разумеется, ответа не последовало.