Перед встречей с "Саран"
Я поставил крошечную кроватку, потом вкатил на своё место тумбу на колёсиках. Хорошо, что заранее всё промерил: размер подошёл идеально. Встала впритирку, и это почему-то неимоверно порадовало.
Я выпрямился, а Си Ын протёрла мне лоб влажной салфеткой.
— Спасибо за труд. Правда, так счастлива, что у меня такой хороший муж.
— Пустяки.
Я улыбнулся и с удовольствием принял её заботу.
На этом мы закончили оформлять детскую для Саран.
— Девочка.
На прошлой плановой проверке врач сказал это, водя датчиком по животу и разглядывая УЗИ.
Я и сам смутно догадывался. Начитался всяких «народных способов», да и врач раньше уже намекал, называя малышку «прекрасной принцессой».
Но одно дело — предполагать, и совсем другое — услышать подтверждение.
Дочка. Наверняка будет очень похожа на Си Ын. Одна мысль об этом растягивала рот в глупую улыбку. Недаром придумали выражение «дочколюб-папочка».
— Роды могут начаться чуть раньше, — добавил врач. — Избегайте нагрузок, соберите тревожный чемоданчик и будьте готовы приехать, как только начнутся схватки.
От того, что «совсем скоро» вдруг стало ощутимо близким, меня накрыла волна чувств.
За несколько недель до срока у Си Ын начались перемены.
Ей часто не хватало воздуха. Аппетит упал — за столом она брала уже не две, а полторы порции. Лежать и переворачиваться стало тяжеловато.
Врач сказал, что это обычные признаки позднего срока, но было видно — ей всё трудней.
Си Ын наконец перестала отнекиваться и уступила мне часть хозяйства.
Стирка и уборка целиком переехали на меня. По дороге с работы я заезжал за продуктами. С готовкой деваться было некуда — просил её только подсказывать простые меню.
День встречи с Саран приближался.
Нужно было закончить приготовления к появлению нового члена семьи.
Сегодняшняя расстановка мебели стала финальным штрихом.
— Вообще-то, — бухнулся я на пол и сказал: — Мы подготовили всего… очень много.
— Угу.
Си Ын, сидевшая на большой кровати, тихо согласилась.
Я огляделся.
Детская кроватка рядом с нашей. Мобиль под потолком и разбросанные по комнате подушки. Комод, набитый «малышковым» — от подгузников до термометров, смеси и бутылочек. Большие наклейки на стенах.
Купили всё необходимое. Мебель — только с закруглёнными углами. Обои выбирали, изучив состав красителей. Проветривали, чтобы выветрить запах нового.
Я поднял глаза и встретился взглядом с Си Ын.
— Мы вообще всем этим воспользуемся?
— Кто знает. Говорят, дети растут очень быстро. Что-то можем и не успеть.
— Тогда всё лишнее выбрасывать?
— Не обязательно.
— Нет?
В ответ Си Ын коротко улыбнулась:
— Родим второго — и вопрос решится сам собой.
— М-м…
Даже тяжело перенося беременность, она умудряется такое говорить. Любовь к детям у Си Ын просто безмерная.
А я… не настолько уверен.
— Тебе же в университет возвращаться после родов? Бесконечно откладывать не получится.
Мысль лежала на поверхности. Семестр или год отпуска — окей. Но второй ребёнок сразу — уже сложнее. Академка не резиновая.
Выслушав мои длинные доводы, Си Ын мягко улыбнулась:
— Я пошутила. Вернусь, когда Саран немного подрастёт. …Вместе с тобой.
Я тоже улыбнулся:
— Не обязательно под меня подстраиваться.
— Ещё что! Если не с тобой — то и не пойду вовсе.
— Вот это говорит бывшая староста кафедры… — расхохотался я, и она — вместе со мной.
То есть без меня ей и впрямь «нечего делать» в универе? От образцовой отличницы такое слышать удивительно.
Си Ын, не убирая улыбки:
— В общем, план такой. Так что после родов будь осторожнее.
— Буду достаточно осторожен. Если ты меня не спровоцируешь.
Сказал не думая — а Си Ын тут же приподняла брови.
— Как это — «осторожен»? В постели ты у нас вообще…
На полуслове она прижала палец к губам.
Я вопросительно кивнул, а её взгляд сполз на пол.
— …Саран слушает. Давай без таких разговоров.
— Да. Ты права.
Это точно не из курса раннего развития.
Сменим тему на здоровую. Похоже, она подумала о том же: хлопнула в ладоши и завела новое.
— Кстати, мне сегодня писала Ина.
— Та Ина?
— Угу. Они с твоим другом… женятся следующей весной.
— Что? Правда?
Новость застала врасплох, и голос сам подпрыгнул. Си Ын невозмутимо продолжила:
— Скорее всего в апреле. Сказала, если будут вопросы по подготовке, обратится.
— Хм. Странно, почему не мне?
— Потому что ты всё равно не знаешь ответов.
Точно сказано.
Удивление быстро сменилось пониманием. Они же собирались пожениться сразу после выпуска. Самое время и начать.
Надо будет им потом написать — поздравить, даже если с подготовкой я бесполезен.
В общем, жениться после вуза — рановато.
— Хотя кто бы говорил, — фыркнула Си Ын.
— Э-э…
Мы-то поженились прошлой зимой — на год раньше. Комментатор из меня так себе.
Си Ын погладила округлившийся живот:
— И почти сразу забеременели. Как мы можем оценивать чужие темпы?
— Верно. Они вообще ещё со школы вместе.
— Вот именно.
Кто мы, чтобы судить? Познакомились прошлой весной, летом начали встречаться, зимой поженились и быстро… дальше понятно. Оглядываясь, темп поражает.
На фоне друзей всё выглядит ещё контрастней.
Женился в 22, в 23 стану отцом. Такое нечасто встретишь.
Чем больше сравниваешь, тем более неловко. Я зачем-то кашлянул, а уголок рта сам пополз вверх. У Си Ын, похоже, ощущение было схожее — она трогала родинку у губ и криво улыбалась.
— Мы слишком быстро?
Я взглянул на неё, и Си Ын, проводя пальцами по волосам, ответила:
— Быстро. Но не думаю, что это плохо. А с точки зрения ребёнка, может, даже лучше.
— Да. Бывший начальник говорил похоже: с браком — позже, а вот с детьми — раньше, иначе сил не хватит.
Про первый год ходят легенды: «кормёжка каждый час» как норма.
Сон — в клочья, психика — на пределе. Чем старше, тем тяжелее переносить.
Если позволяют условия и закрыть глаза на чужие взгляды, рано становиться родителями не так уж и плохо.
Я потянулся:
— Впрочем, поздно уже рассуждать — Саран скоро появится.
— Ага. Если переживать, надо было раньше.
Мы оба хмыкнули. Раз уж дошли досюда — остаётся только хорошо пройти дальше.
Я кивнул на комнату:
— Раз детскую доделали — остаётся ждать, когда Саран решит выйти.
— Да. Как только она захочет — так и выйдет.
— Дети сами решают?
— Это фигура речи, — сощурилась она. Я ведь тоже пошутил.
Си Ын оглядела комнату целиком.
Я — вслед за её взглядом. Комната для Саран. Пространство, доверху наполненное вещами и мелочами, пропитанное заботой. Улыбка сама напрашивалась.
Закончив круг, её взгляд снова вернулся ко мне.
— Хотя знаешь…
Склонила голову, будто её что-то смущало.
— Если мы будем спать втроём… нам вообще нужна отдельная детская?
— В каком смысле?
Я не уловил мысль. Тоже наклонил голову. Си Ын вытянула указательный палец:
— Подумай. Если мы будем спать все вместе, зачем отдельная комната? Наша кровать широкая — можно там и спать.
— Да?
— Да.
Она уверенно кивнула и постучала тем же пальцем по кровати.
— Потом, может быть, будем укладывать малышку здесь одну. А пока — я могу спать с ней. Если ты останешься «лишним»…
— …тебе это не нравится? — спросил я с лёгкой хитринкой.
Глаза Си Ын округлились, голос стал торопливым:
— Нет-нет, дело не в этом…
И запнулась.
Я-то знаю. Си Ын ни за что не «устала бы» спать рядом со мной.
Она обожает устраиваться у меня в объятиях или держать за руку. Даже сейчас, когда двигаться сложно, ей всё равно нужен «рядом».
Значит, ответ простой.
— Ты просто жалеешь меня?
— …Да.
Шёпотом.
Вот оно.
— Со мной всё будет в порядке.
— Нет, не будет. Тебе тоже нужно беречься.
Она чуть насупилась и строго посмотрела:
— Говорят, первые недели малыш постоянно просыпается и плачет. Я могу дома подстраивать сон под неё, а ты должен ходить на работу.
— В обед подремлю.
— Всё равно…
Си Ын прикусила губу.
Кровать тихо скрипнула.
Я понял её замысел. Она отлично представляет, что ждёт в начале. И не хочет меня туда втягивать, раз уж мне ещё и в офис.
И в самом деле — если она кормит грудью, её присутствие незаменимо. Мой — не особо.
Но причина, по которой мне так хочется спать здесь вместе, до смешного проста.
Я поднялся с пола и подошёл. Си Ын, кажется, удивилась, проследила глазами. Я сел на край кровати.
Положил ладонь на её руку.
Она чуть нахмурилась — не поняла, к чему я.
Я тихо сказал:
— Потому что это наш ребёнок.
— Потому что — наш?
— Угу. Ребёнок, рожденный из нашей любви. Даже если пользы от меня будет чуть-чуть, я хочу хотя бы спать вместе.
— «Рождённый из нашей любви…»
Она повторила, будто пробуя слова на вкус.
Я сжал её пальцы.
Это не про особое геройство. Я знаю, что многие отцы первые недели ночуют отдельно, пока всё не устаканится. И это — нормальная, разумная стратегия.
Я просто хочу быть рядом. С Си Ын. И с малышкой.
Смогу менять подгузники. Когда молока будет не хватать — разведу смесь. Хоть так.
В итоге — ничего плохого ни для неё, ни для меня.
Похоже, Си Ын поняла. Ответ был простым:
— Ладно.
Она положила голову мне на плечо:
— Только, дорогой… если будешь валиться с ног — сразу в другую комнату. Твоё здоровье для меня тоже важно.
— Не переживай. Как только начну клевать носом — так сразу.
— Хмф.
Си Ын фыркнула, вытянула указательный палец.
Я уставился — что дальше? — и она принялась тыкать мне в щёку своим длинным тонким пальцем.
Будто предъявляла претензию.
С чего вдруг? Я сидел смирно и посмотрел на неё боковым зрением. Си Ын, чуть игриво:
— Это я потому делаю, что знаю: ты не такой.
— Ах вот оно что.
Конечно, она меня раскусила.
Как я усну, когда Си Ын одна мучается с малышкой? Даже если меня выгнать — буду ломиться обратно.
Притворяться бессмысленно. Си Ын меня читает. Ложь и правду отличает безошибочно.
Пока я думал, она продолжила.
— Правда…
И, ласково щекоча щёку:
— Я так счастлива, что у меня такой хороший муж.
Комплимент уже звучал сегодня.
И ответ — тоже заранее известен.
— Пустяки.
Си Ын улыбнулась — будто именно этого и ждала.
На этом мы завершили приготовления к встрече Саран.
Мебель и мобили, игрушки и термометры. Подгузники, смесь и бутылочки.
В этой комнате, где всё кричало «детская», не хватало только самого ребёнка.
Радость и предвкушение, ответственность и немного тревоги…
Со смесью из сотни чувств, которую даже не перечислить, я просто позволял дням течь.
И вот, в начале сентября
у Си Ын начались схватки.