Спасибо, дурак

— Ты поссорился с нашей Си Ын… супружеская ссора?

— Да, так и есть.

— Боже мой. Как это вообще вышло?

Стоило мне ответить, как мама Си Ын тут же начала выспрашивать подробности. Удивление в её голосе чувствовалось даже по телефону.

Был вечер того дня, когда у нас с Си Ын случилась небольшая размолвка. Я ехал с работы домой в такси.

Я понимаю, что такими вещами не делятся на каждом углу. Вопросы между супругами должны решаться между супругами. По возможности подобные дела не должны доходить до чужих ушей.

Но мне очень хотелось рассказать её маме.

Потому что я с опозданием осознал смысл того, что она сказала мне в прошлом году.

Чтобы объяснить это, пришлось начать с причины нашей ссоры. Разговор обещал быть долгим, но и дорога у меня была не короче — так что ничего.

Пока я рассеянно вертел в другой руке принесённую вещицу, я неторопливо пересказал всё, что происходило с дня рождения нашей дочери.

— …И вот так мы и поругались под утро.

— Ох, боже.

Выслушав мой длинный рассказ, мама откликнулась с явным удивлением.

— Понимаю. И что дальше?

— Всё.

— Всё?

— Да.

Я изложил ровно до сегодняшнего утра. После этого мы вернулись в детскую и спали вместе, так что добавлять было нечего.

Немного помолчав, мама сказала:

— Разве ты не говорил, что у вас была супружеская ссора?

— Да. Как я только что объяснил, мы чуть на повышенных тонах поговорили.

— …Ахаха.

Я ответил ровно, а в ответ раздался внезапный смех. Громкий, заливистый — не в её обычных серьёзных красках. Самый настоящий взрыв смеха.

Отсмеявшись, она перевела дыхание. А потом продолжила:

— Какая же пара назовёт это супружеской ссорой?

— Разве?

— Конечно! Это даже не ссора. Так, мелкое недоразумение.

Вот оно как.

Честно говоря, я утром думал примерно о том же. Думал, что едва-едва тянет на «ссору», а, выходит, и рядом не стояло.

Я смущённо откашлялся. Маме это, видно, показалось смешным — она снова посмеялась и сказала:

— В любом случае, похоже, ты как следует понял то, что я говорила про то, что брак — это реальность. Об этом ты и хочешь сказать?

— А, да. Именно так.

— Хо-хо-хо. Понятно.

Мама чуть сбавила тон и продолжила:

— Супружеские ссоры такие. Иногда виноват кто-то один, но чаще это просто столкновение мнений.

— Вот как?

— Да. И в вашем случае тоже никто по-настоящему не виноват, верно? Мой зять беспокоился о Си Ын. Си Ын переживала за мужа. Просто сердца разошлись в такт.

Я молча кивнул.

В конце концов, мой промах был в том, что я не признал её беспокойство, но сказать, что виноват прямо я один, тоже не совсем честно. У обоих под этим стояло желание заботиться друг о друге.

— Если потом поссоритесь, кому-то надо сделать шаг к примирению. Конечно, супружеские разногласия часто «как вода — утекли» и сами рассасываются… но если их копить, однажды рванёт.

— Буду осторожен.

— Будь. Хотя, честно говоря, и у меня с отцом Си Ын крупных ссор-то не бывало. Муж у меня такой мягкий, что все мои претензии принимает.

— Хм.

Страшно, как знакомо это звучит.

В любом случае, теперь понятно, откуда у Си Ын такая мягкая натура. У родителей лад — ругаться почти не из-за чего. Си Ын, видимо, это впитала сама собой.

Мама продолжила:

— И ещё. Как ты, должно быть, понял сейчас — даже когда помогаешь Си Ын, тебе всё равно нужно беречь себя.

Совет, который я уже слышал от мамы. Если бы принял его сердцем тогда, и ситуации этой, может, не было бы. Над чем мне стоит серьёзно задуматься.

— Да, верно.

Я ответил напряжённо, и мама добавила уже совсем серьёзно:

— Никуда от нас не уходи всю жизнь. Следи за здоровьем и оставайся рядом с Си Ын.

В этой короткой фразе явно был вес не из лёгких.

Я ответил с твёрдостью в голосе:

— Я крепко это запомню.

— Хорошо. Слышу, как ты прямо окреп.

Мама, кажется, осталась довольна, и хихикнула.

— Даже если бы наша Си Ын не была такой, иметь ещё и такого доброго зятя — редкость. Может, вы вообще, как мы, и не поссоритесь толком.

— Не уверен, что я такой уж добрый…

— Ну что ты. Где нам ещё найти такого зятя? Старается всё сделать за нашу Си Ын, лишь бы ей не было тяжело.

Сказав это, мама продолжила уже в игривом тоне:

— И ещё признаётся свекрови, которая в любом споре будет на стороне дочери, что вы с ней поругались.

— А.

И правда.

◎

Когда я открыл дверь и вошёл в прихожую, тени, которая всегда там была, не оказалось.

Си Ын, которая обычно встречает меня после работы, сегодня почему-то не ждала меня.

Вышла на минутку?

Вряд ли у неё могло быть дело в такой час. К тому же Хана ещё слишком мала, чтобы её выносить, — пришлось бы оставить её одну. А Си Ын так не делает.

Если так, оставалось только одно место, где могла быть Си Ын.

Я тихо прошёл и медленно открыл дверь в детскую.

Как и ожидалось.

На супружеской кровати в детской Си Ын крепко спала.

Спала так сладко, что не смогла выйти встретить мужа. Можно было бы и расстроиться в такой ситуации, но я совсем не расстроился. Скорее, порадовался, что не потревожил ей такой нужный отдых.

Я включил торшер в углу комнаты. Потом мягко сел на сторону Си Ын — туда, где обычно ложусь. Принесённую вещицу я по-прежнему прятал за спиной.

Будить её, когда она так глубоко спит, не хотелось. Но и просто уйти, сказав «спи сладко», тоже не хотелось.

Поскольку Си Ын, когда уходит в царство снов, всегда такая милая и красивая, я решил немного на неё посмотреть.

Лёжа на боку, Си Ын будто уснула, глядя на моё пустое место.

Си Ын часто смотрит на меня перед тем, как заснуть. Раз уж и без меня она лежала в ту же сторону, значит, стала привычка.

А может, просто надеялась, что я скоро вернусь.

Её чёрные волосы беспорядочно разметались по подушке. И всё же они выглядели мягкими и неспутанными — спасибо её старательному уходу.

Черты оставались выразительными, даже когда она расслаблена. Длинные ресницы и крошечная родинка скромно у уголка губ — по-прежнему восхитительны.

Её светлая, гладкая кожа сегодня тоже была прекрасной.

Си Ын, как будто «показывая напоказ», блистала красотой без недочётов.

Есть ли на свете мужчина, которому с такой женой было бы не радостно?

Пока я, заворожённый, смотрел на Си Ын, её веки чуть приоткрылись.

Я вздрогнул на миг, но отводить взгляд было поздно. В итоге я просто тихо смотрел на Си Ын, пока она окончательно не открыла глаза.

Наконец проснувшись, Си Ын приоткрыла губы:

— …Ты пришёл?

Голос был сонным.

— Да. Я дома, Дорогая.

— М-м~ Сегодня ты хорошо поработал.

После короткого приветствия Си Ын лениво приподнялась. Села на кровати, зевнула и потянулась.

Похоже, потягивание её немного взбодрило. Голос стал яснее:

— Прости. Я приготовила ужин, но не сервировала. Хотела подать тёплым.

— Правда?

— Да. Я быстро умоюсь и накрою. Подожди чуточку.

— Ничего. Не спеши.

Я и не так голоден. От того, что ужин задержится на пару десятков минут, я не умру. Торопиться незачем.

Я погладил Си Ын по голове, чтобы успокоить. Она улыбнулась полуприкрытыми глазами.

Её улыбающиеся губы медленно разомкнулись:

— Ну? Сегодня?

Я на секунду замялся от внезапного вопроса. Что она имеет в виду? Я переспросил взглядом:

— А? Что?

— …

— Ах.

Тишина и была ответом.

Чуть было опять не забыл сегодня. Вернее, совсем было забыл. Я так засмотрелся на спящую красоту Си Ын, что упустил то, чего после работы упускать не следовало.

— Может, с этого момента ты начнёшь первая?

Спросил я в шутку, но Си Ын покачала головой:

— Нет. Тогда будет выглядеть, будто я этого хочу.

— Что, в общем-то, не так уж и неверно.

— В любом случае — нет.

Вот диктатор.

Ну, если Си Ын не нравится, я тут ничего не поделаю. Похоже, эта обязанность и дальше на мне. Поставлю будильник на время конца рабочего дня, чтобы не забывать.

С этой мыслью я легко коснулся её губ.

Когда я отстранился, уголки губ Си Ын растянулись кверху. Мои, конечно, тоже.

Пока мы молча улыбались друг другу, Си Ын придвинулась ближе и прошептала:

— Кстати.

— Да?

— Что ты всё это время прятал за спиной?

Попался.

Разумеется, это бросалось в глаза. С момента, как она проснулась, и до сих пор я держал одну руку за спиной.

К тому же каждый раз, когда Си Ын шевелилась, что-то тихо шуршало. Она быстро поняла, что я что-то прячу.

Но, кажется, что именно — она пока не догадалась. Уже хорошо. Это маленький сюрприз, который я приготовил для Си Ын. Было бы досадно, если бы разгадала раньше времени.

— Ну…

Я уклончиво ответил, и глаза Си Ын сузились:

— Быстро говори.

— Подожди. Я нагнетаю интригу.

— Что? Брось. Мне любопытно. Покажи быстро.

Тут Си Ын попыталась заглянуть мне за спину, покачивая корпус из стороны в сторону. Я, разумеется, двигался в такт. В итоге её обзор я полностью перекрыл.

Вскоре Си Ын остановилась, будто сдалась. Губы обиженно вытянулись — похоже, ей не нравилось, что я скрываю непонятно что.

Хмыкнув, я сказал:

— Чуть подожди. Если подсмотришь — будет некрасиво.

На это Си Ын фыркнула, а потом:

— Но ты же и так всегда красивый?

— …

— Хе-хе.

Си Ын издала нарочно «надоедливый» смешок, будто желая, чтобы я непременно его услышал. Видя её «довольную» улыбку, я и сам немного вспыхнул.

Я молча покраснел от неожиданного комплимента. Вообще-то, можно было бы и порадоваться. Такая реакция на похвалу — это как раз в духе прежней Си Ын.

Смысл тянуть дальше? Вдруг Хана проснётся — и всё зря. Нам ещё умыться и поесть, так что лучше вручить скорее.

Я вынул руку из-за спины.

В тот же миг глаза Си Ын распахнулись.

— …Цветы?

— Да.

Я ответил, протягивая растерянной Си Ын пёстрый букет.

— Подарок. В честь нашей утренней супружеской ссоры… или как это назвать.

— Чтобы это отмечать?

— Отмечать тут нечего.

Улыбнувшись, я продолжил объяснение:

— Я весь день на работе чувствовал себя виноватым. Хотел как лучше, а вышло чересчур бесчувственно. А перед уходом с работы увидел цветочный. Вот и купил.

Дарить цветы я заранее не планировал. Просто увидел магазин. Или романтичнее сказать — судьба.

Совпадение это или судьба, но в этом подарке было моё сожаление перед Си Ын.

Я подал букет вперёд. Это означало: «прими мои чувства».

Будто телепатия сработала, Си Ын взяла букет обеими руками. И стала рассматривать под разными углами.

Может, из-за светильника он не казался таким ярким, как на улице.

Потом Си Ын ещё как следует его изучила. Посмотрела с разных сторон, поднесла к носу вдохнуть аромат.

Так прошла изрядная пауза. Кто со стороны глядел бы — подумал, она с каждым цветком разговаривает.

Насмотревшись, Си Ын подняла взгляд:

— Да. Спасибо.

Ответ прозвучал суховато, без эмоций.

Реакция вышла пресной. Я думал, она обрадуется сильнее. Это было немного неожиданно.

Спрятав смущение, я спросил:

— Цветы не нравятся?

— Хм-м~ Нет. Нормальные.

Даже на осторожный вопрос Си Ын лишь без выражения покачала головой. Не похоже, что врёт, но и особой радости на лице не видно.

Может, надо было взять букет побогаче.

В конце концов Си Ын слезла с кровати. Всё так же держала букет обеими руками.

— В любом случае, иди умойся. Я накрою на стол.

— Эм, хорошо.

Небольшой осадок остался, но что поделать. Это всё моя слабость в выборе подарков. Брал наобум — неудивительно. В следующий раз подумаю, что Си Ын по душе.

Спрятав разочарование, я встал с кровати и встал рядом с Си Ын.

Выходя из детской, мы разошлись — она на кухню, я в ванную.

И тут в кармане коротко завибрировал телефон.

Тех, кто мне пишет, немного. Неужели срочно по работе? Надеюсь, не просят вернуться.

С этой мыслью я достал телефон.

На экране — уведомление о сообщении в KakaoTalk

Кто бы это мог быть? Я сразу нажал, чтобы прочитать.

Стоило увидеть текст, как я невольно усмехнулся.

Вот оно как.

Да, я — новичок-муж и новичок-отец.

Но, похоже, и Си Ын — жена, которой ужасно неловко выражать чувства.

Улыбаясь, я перечитал сообщение ещё раз:

[Си Ын: Огромное спасибо. Балбес.]

...Какая у меня честная жена.