Один бокал, два сердца

Наш медовый месяц продолжился.

Мы сходили в известное святилище. По дороге к храму прогулялись по людным торговым улочкам. Забежали в музей пива на дегустацию.

Похоже, её слова, что от одного бокала она не пьянеет, оказались правдой. После дегустации Си Ын шагала как ни в чём не бывало и на руки не просилась.

Зато в отеле — просилась. Чтобы я обнимал.

В один из дней мы поехали в токийский Диснейленд и накатались на аттракционах.

Ещё у входа Си Ын светилась предвкушением. Вслух не признавалась, но по лицу всё было видно.

— Ты правда как ребёнок.

Я поддел её — и тут же получил сдачи:

— Тогда кем же надо быть, чтобы встречаться, а потом ещё и жениться на ребёнке, а?

— А?

— Заставлять ребёнка надевать костюм горничной и лезть с лапами. Никакого стыда.

— Да это же не…

Со мной она никогда не даёт легко отделаться. Впрочем, если смотреть с другой стороны — значит, подходим друг другу.

После входа улыбка с лица Си Ын не сходила. Радовалась без примеси — как маленькая.

Она раньше рассказывала, что в детстве ходила с родителями в парк аттракционов. Наверное, в глубине души с тех пор ничего и не изменилось.

В другой день мы съездили в онсэн.

Смешанных купален не было, так что наслаждались по отдельности. Замачиваться в тёплой воде среди красивых пейзажей — по-своему тоже приятно.

На выходе Си Ын с освежившимся видом сказала:

— Чувствую, усталость как рукой сняло.

— Правда?

На мой вопрос Си Ын лучезарно улыбнулась:

— Да. Прямо столько сил, будто пару суток спать не буду.

В тот вечер, по дороге обратно в апартаменты, я отчётливо запомнил, какая тёплая у неё была кожа, когда она дремала рядом, прижавшись.

Мы брали такояки «десяток за десятком» у уличного продавца и ели вместе. А ещё просидели два часа в топовом ресторане окономияки.

Сколько раз за эту поездку я слышал её фирменное «М-м~ вкусно!» — уже и не сосчитать.

Наш переполненный радостью и счастьем медовый месяц промчался, и мы вплотную подошли к последнему дню.

Ночь перед вылетом домой, в отеле.

Я вышел из душа, а Си Ын, сидя на кровати, кивнула подбородком:

— Всё собрал?

Я сел рядом и ответил:

— Да. Паспорт, кошелёк — всё при мне. Но, слушай, мы же не рано выезжаем. Можно я утром докину?

— Нельзя.

Си Ын решительно возразила, подняв указательный палец:

— Ещё проспишь и в спешке что-нибудь забудешь. Если есть дела — делай заранее. Откладывать и плодить лишнюю тревогу — плохая привычка.

— Хм.

Сказано чётко. И, главное, совершенно верно — не подкопаешься.

Если искать самое явное различие между нами с Си Ын, то вот оно.

Я по природе неторопливый, она же старается всё готовить вовремя. В жизни второй подход выигрывает с большим отрывом. Пожалуй, пора исправляться.

— Ладно. С этого дня буду готовиться заранее.

— Э-э… да…

Но в голосе Си Ын прозвучала неуверенность. Я скосил взгляд — она опустила глаза.

На мой шёпот: «Что не так?» — Си Ын медленно раскрыла губы:

— Будто отчитала тебя.

— И?

— Сказала — и подумала, что тебе могло быть неприятно.

Она теребила пальцами край одеяла.

Неожиданная забота. Когда она впервые пришла работать горничной, бывало, и злилась на меня. Да и в этом путешествии мелкие перепалки случались.

Но я понимаю. Она ведь заметила про чужой образ жизни. Для кого-то это звучит как отказ от его привычного «я». Многим такое не по душе.

Си Ын, видимо, это осознала — и загрустила.

У меня невероятно добросердечная жена. Я взял её беспокойные пальцы в ладони; Си Ын подняла на меня глаза.

Встретившись с её дрожащим взглядом, я сказал:

— Слушай. Навязывать такое другим… кто-то и правда разозлится. Но не я. Я во многом не дотягиваю — и многому хочу учиться у тебя.

— Правда?

— Конечно. Я даже с картой дорогу найти не могу.

На мою шутку Си Ын хихикнула:

— Опять за своё. Я же сказала — всё нормально.

— Вот. И я говорю — у меня тоже всё нормально. Закрывать глаза на промахи друг друга и учиться у того, что другой умеет. Так и будем дальше.

Я погладил обеими руками её тонкие пальцы и добавил:

— Мы же теперь женаты.

На это Си Ын снова рассмеялась.

Мне даже неловко стало — я ведь серьёзно. Я пояснил:

— Что? Это правда. Может, когда ты была просто горничной — не так. Или даже когда мы просто встречались. А сейчас мы женаты и стали одной семьёй — твои вопросы теперь и мои.

— Да. Всё так. Ты прав.

Си Ын перестала смеяться и тихонько кивнула.

— Мы теперь женаты.

— Ага. Женаты. Нам даже в KakaoTalk пришло сообщение, что регистрацию брака провели.

— Хм…

Она задумалась. Что ещё взвешивает? Пока я играл с её рукой, Си Ын повела плечами — видно, щекотно — и сказала:

— Я поняла.

— Что?

— Что мы теперь женаты.

— Ты до этого не знала?

— Знала, но сейчас поняла, как нам дальше жить.

— «Как дальше»?

— Угу.

Си Ын улыбнулась во весь рот:

— С этого момента я всё за тебя возьму на себя. Ничего не упущу.

— Э…

Не это я имел в виду.

Пока я мялся, Си Ын свободной рукой провела по моей щеке.

— Это реалистичнее, чем ждать, что ты станешь пунктуальным.

— В этом… есть логика.

— И ещё — мне ты нравишься таким, какой есть. Не изменённым мной.

— Правда?

— Да.

Си Ын прижалась к моей руке:

— Я ведь всё это время любила тебя именно такого.

Голос у неё был сладкий.

Слова «любила тебя таким, какой ты есть» — щекочут где-то внутри. Приятное покалывание.

В общем, логично. Если бы Си Ын вдруг стала такой же, как я, — на всё махала рукой и сидела дома… Наверное, я бы всё равно её любил, но ощущалось бы иначе.

Пазлы совпадают, когда у них схожие рисунки или цвета.

Но чтобы соединиться, одному кусочку нужно выступать там, где у другого — выемка.

Возможно, нам — похожим и разным — не нужно меняться друг ради друга.

Я наклонился к уху Си Ын и прошептал:

— Я много чему научился за этот медовый месяц.

— Например?

— Да так, по мелочам.

— Что за ответ…

Несмотря на уклончивость, Си Ын засмеялась и тёрлась лбом о мою руку.

Но это правда. За эти дни я как будто узнал много.

В самолёте сюда я понял, что не обязательно строить из себя крепкого орешка.

Смотря на Токио сверху, осознал, как сильно я изменился благодаря Си Ын.

Едя вместе, понял, что и я привнёс большие перемены в жизнь Си Ын.

И сегодняшний день — не исключение.

Вернёмся домой — и, возможно, я стану ещё на шаг ближе к тому мужу, которого Си Ын заслуживает.

А потому сейчас бы уже лечь спать.

— Поспим?

Си Ын кивнула, не отрываясь от моей руки.

Потом отстранилась, легко потянулась и юркнула под одеяло. Я тут же занял пустое место рядом.

Нажал выключатель у кровати — в комнате стемнело.

Оставалось закрыть глаза и встречать завтра… но от мысли, что это последняя ночь нашего медового месяца, сон не шёл. Я долго ворочался.

В такие моменты у нас, кажется, всегда телепатия. Похоже, Си Ын тоже не спала.

— Спишь?

— Нет.

Как я и думал.

— Почему не спишь?

— А ты, значит, спишь — и спрашиваешь?

— Если бы спал, разве спросил бы?

— Что за логика…

Си Ын фыркнула, потом:

— На душе всё смешалось. Так классно отдохнули. Мысль, что обратно — и грустно.

— Если грустно — давай приедем ещё. Или, может, в следующий раз — в другую страну?

— Мне везде хорошо.

— Тогда можно и дома посидеть?

— И дома хорошо.

Вот не знаю. Сейчас она так говорит, а дома через пару дней разве не захочется куда-нибудь выбраться?

Да и что. Я пойду туда, куда захочет Си Ын. Она согласилась со мной жить обычной жизнью — мне несложно взять на себя хотя бы это.

— Вернёмся — и через пару дней уже новый год.

По словам Си Ын я мысленно посмотрел на календарь. И правда, год-то заканчивается.

— Верно. Меньше недели осталось.

— Уборку генеральную сделаем?

— К Новому году?

— Да. И одежду разберём.

— Давай. Я тоже помогу. Хотя не уверен, что сильно помогу.

— Поможешь. Просто стой рядом и наблюдай.

— Это правда помощь…?

Скорее всего, стоять столбом у меня всё равно не выйдет. Как минимум вынесу макулатуру и пластик.

Пока я об этом думал, Си Ын будто вспомнила:

— Ой, а вернёмся — мне же и костюм горничной надеть надо. Пятница уже прошла.

Я как раз хотел по этому поводу сказать.

— Эй.

— А? Что такое?

— Больше не обязательно надевать костюм горничной.

Си Ын замешкалась. Видно, пыталась понять, к чему я это.

— Почему?

— Ну… мы же теперь женаты. Значит, можно и без этого.

— Но ты говорил, что раз в неделю надо.

— На секундочку, я такого не говорил.

Я его просто купил на эмоциях и попросил примерить. Это Си Ын сказала, что будет носить регулярно.

В любом случае, теперь-то можно и без костюма, верно? Я добавил ещё пару доводов:

— Мы женаты. Такие наряды — как будто ролевые игры…

— Тебе не нравится, как я в костюме горничной?

— Наоборот, слишком нравится. Ты в нём такая красивая и милая, что у меня голову сносит.

— Тогда какая проблема?

— Просто… как-то…

Чувство тонкое, не сформулируешь. В итоге и тон вышел расплывчатым.

Немного подумав, Си Ын сказала:

— Ладно. Но если передумаешь — скажи. Если когда-нибудь отчаянно попросишь увидеть жену в костюме горничной, я надену в любой момент.

— Этого не случится.

— Почему? Может, попросишь меня надеть его ночью.

— Вот это уже точно ролевые игры.

— Ну и что? Мы же теперь женаты.

Си Ын игриво щебетала.

И правда. Раз мы женаты — стесняться нечего. Вдруг иногда захочу увидеть её в другом образе — просто попрошу.

— Я засыпаю. Давай спать.

Си Ын, похоже, и вправду клевала носом. Я ответил шёпотом:

— Спокойной ночи, дорогая.

— И тебе, дорогой.

— Снись мне.

На это Си Ын тихонько хихикнула и прошептала:

— И ты мне.

Так и закончилась последняя ночь нашего медового месяца.