Перед семестром

После окончания сезона дождей август принёс с собой лишь самые обычные дни. В отличие от июня, насыщенного мелкими делами и суетой, этот месяц тянулся лениво и размеренно.

Зато именно поэтому мы и успели пережить вместе куда больше.

Сперва мы обошли все места, о которых говорила Си Ын.

Будто желая наверстать упущенное, Си Ын тянула меня то туда, то сюда — «поиграть» и повеселиться.

Мне самому с ней безмерно хорошо. Так что я не отказал ни в одной просьбе и ходил везде вместе с ней. Мы смотрели на рыб в океанариуме, а ещё сходили на керамику и крутили глину.

В итоге это оказался месяц, в который я проводил на улице больше времени, чем когда-либо в жизни.

Мы также навестили маму Си Ын в больнице вместе с моими родителями.

Разумеется, это был не просто обычный визит… скорее нечто вроде «семейной встречи».

Мы ведь и так уже пообещали друг другу жениться. Особенно мои родители и мама Си Ын — как и ожидалось, быстро нашли общий язык, так что неловких моментов не возникло.

Кроме этого, мы просто оформили учебные планы, стараясь набрать как можно больше общих предметов.

Период вышел на редкость спокойным, но, пожалуй, именно поэтому он был искренне приятным.

Счастливые дни не могут длиться вечно. Любой праздник однажды заканчивается. Но именно конечность праздника делает его ещё слаще. А после перерыва у меня всё равно будут бесчисленные моменты рядом с Си Ын.

В канун начала занятий я повторял это себе, чтобы унять накатившую тоску.

Похоже, Си Ын уловила это по моим глазам. Устроившись у меня на коленях, она покосилась и спросила:

— С тобой что?

— В каком смысле?

— Вздыхаешь как-то слишком уж тяжело.

— Я?

— Ты не замечал?

На удивление, правда не замечал. Я молча кивнул, и Си Ын фыркнула:

— Не хочешь обратно в универ?

— А кто хочет?

— Ещё как хотят.

Вот как.

Правда, я об этом не думал, но Си Ын и правда может радоваться новому семестру. Ей, должно быть, тоже наскучило сидеть дома. Возможно, с началом учёбы регулярные «выходы в люди» ей будут только в плюс.

И именно поэтому я не ждал нового семестра. Когда я снова вздохнул, Си Ын сжала мой рот большим и указательным пальцем, вытянув губы «уточкой».

— Говорят, вздохами счастье распугиваешь. Хватит.

Оставив это предупреждение, она убрала пальцы. Я вяло возразил:

— Люди, которые часто вздыхают, просто выглядят так, будто счастье их покинуло. Если бы физический запрет на вздохи менял судьбу…

— Ты что, и дальше будешь придираться?

— Больше не вздохну, клянусь.

Если так продолжу, рискую вообще перестать дышать. Решил притормозить.

В знак раскаяния просто молча прижал к себе Си Ын.

Она только что вышла из душа — тело невероятно тёплое и пахнет так приятно.

У Си Ын плавные линии, словно у произведения искусства, но когда держу её вот так, она кажется маленькой и хрупкой. Удивительное чувство.

Вскоре Си Ын подняла на меня взгляд:

— Слушай, насчёт нас.

— Да?

— Мы же… женимся, да?

Вопрос как гром среди ясного неба.

— Да.

После моего короткого ответа Си Ын пару раз моргнула своими большими глазами и спросила:

— Можно я расскажу об этом друзьям?

— А.

Я об этом не думал. Точнее, мне было не о чем думать — у меня же нет друзей.

Хотя, погодите, один друг у меня всё-таки есть. А с прошлого семестра ещё и тот младшекурсник, который зовёт себя «соседом по задней парте». Так что совсем уж никому сказать — неправда.

И что делать?

— Думаю, можно рассказать.

— Точно?

Си Ын наклонила голову.

— Ага. Мы же всё равно всем расскажем.

Наши отношения уже не секрет, так почему скрывать подготовку к свадьбе? Позже ведь всё равно будем рассылать приглашения. Прятать до этого момента — выглядело бы странно.

Я так и думал, но Си Ын всё равно выглядела нерешительной. Почесав щёку, сказала:

— Хм… как-то неловко.

— Почему?

На мой вопрос Си Ын натянуто улыбнулась:

— В нашем возрасте замуж выходят редко.

— В эпоху Чосон и в средней школе женились.

— Мы сейчас в эпохе Чосон живём?

Ну, тут она права.

Си Ын всего двадцать. В наше время, когда возраст брака всё откладывается, это действительно необычно. Мне двадцать один — тоже рановато по нынешним меркам.

— Впрочем, какая разница? Если люди любят друг друга и всё складывается, можно пожениться и рано.

— Это да, но…

Си Ын на мгновение съёжилась и потом сказала:

— Ладно. Расскажу, когда начнётся семестр и всё уляжется.

— Хороший план.

Мне казалось, что не стоит так уж принимать героический вид, но если ей так спокойнее — спорить не стал.

Во время разговора я вспомнил ещё одну тему. Взглянув Си Ын в глаза, сказал:

— Кстати, я обещал угостить Со Хе обедом.

Щёлк — в меня впился острый взгляд. Я и ждал такого. Поспешил оправдаться:

— На всякий случай: мы договорились на троих.

— Можете поесть и вдвоём.

— Ладно. Тогда вдвоём.

Плечи Си Ын вздрогнули, будто её ударило током.

С лёгкой улыбкой в уголке губ я добавил:

— Зачем говорить «вдвоём», если не хочешь этого на самом деле?

— …Хмф.

Си Ын резко отвернулась и издала такой звук.

В последнее время она стала куда честнее, но иногда всё ещё говорит не то, что думает. Это мило, но я боюсь однажды воспринять всерьёз и неправильно понять.

Я крепче обнял её, а Си Ын завозилась, пытаясь выбраться. Разжимать объятия я не собирался — наоборот, сжал ещё сильнее.

— Она многое сделала для нас. Хотелось бы отплатить. Никакого второго дна.

— …Знаю. Для тебя все женщины — просто женщины, кроме меня.

Ну, вообще-то я вижу в них женщин, но… явно не момент, чтобы вслух это уточнять. Ума у меня уже хватает такое при себе держать.

Пока я молчал, Си Ын теребила прядку и сказала:

— Я и не отказываю. Я и сама благодарна Со Хе. К тому же, я слышала: если пара сошлась благодаря чьей-то помощи и потом женится, тому человеку дарят подарок.

— Правда?

— Ага. Так что обед можно считать частью «подарка».

— Хорошо. Договорюсь на начало семестра. Втроём.

— …Ладно.

Ответив, Си Ын перестала крутить волосы.

В этом было что-то тёплое — я невольно улыбнулся. Ревнивая девушка — это чертовски мило. Вновь убедился сегодня.

Как назначить встречу? После того как взял у Со Хе совет перед предложением, мы не переписывались. Не знаю, будем ли брать одни и те же предметы.

Но Со Хе, кажется, из тех, кто примчится сразу, стоит только написать. Так что не переживаю.

Посмотрел на часы в углу монитора — уже час ночи.

Пора спать. Завтра первая пара у меня в 10:30. У Си Ын предметы другие, но у неё примерно так же. Ради нормального режима, который я пообещал Си Ын, надо раньше ложиться.

— Спать?

Я ослабил объятия, и Си Ын поднялась.

— Угу.

И, разумеется, пошла не в свою комнату, а к моей кровати.

Это не была ни шалость, ни попытка пококетничать — стало чем-то совершенно естественным. С середины каникул мы спим и просыпаемся в одной постели, так что всё логично.

Выключив свет, я лёг рядом.

Я устроился ближе к Си Ын, которая уже лежала лицом ко мне. Кожа едва соприкасалась, но через эту точку касания разливалось тепло.

— Спокойной ночи.

— Угу. И тебе.

— Ага.

После короткого обмена фразами я закрыл глаза.

Теперь я привык спать с Си Ын. Более того, без неё уже как-то не по себе. Си Ын говорила, что когда ей было одиноко, она обнимала плюшевую игрушку. Теперь я лучше понимаю это чувство.

Да и дело не только в сне. Разве мы не проводили каникулы почти всегда вместе?

Если не считать тех дней, когда Си Ын, заново влюбившись в меня, держала дистанцию, и того времени, когда я слёг с простудой. В остальном мы почти жили в одной комнате.

Ту неделю, что провели по домам, мы длинно болтали по телефону — как будто и это короткое расставание было обидно. Мы были вместе в доме Си Ын, у моих родителей, а ночью спали в одной постели.

Грустно, что такие счастливые каникулы кончаются, но я решил не мучить себя сожалениями.

В конце концов, впереди у меня десятилетия с Си Ын.

— Хаа…

Но Си Ын вздохнула так, будто ей всё-таки жаль.

Я небрежно заметил:

— Вздохами счастье распугиваешь.

— Знаю.

— Если знаешь, чего тогда вздыхаешь?

— Говорят, подавлять вздохи ещё вреднее для здоровья.

Аргументация у неё поменялась по сравнению с днём. Настоящий маленький диктатор. Но у меня сил спорить с королевой не было — только губы поджал.

— О чём-то переживаешь?

— Нет. Не переживаю.

— Тогда?

Си Ын снова вздохнула и сказала:

— Мне не нравится, что начинаются занятия.

— Не нравится?

А ведь говорила как будто наоборот… Хотя, если вспомнить, Си Ын этого прямо не произносила. Это я додумал.

Значит, ей тоже не по душе начало семестра. Неожиданно.

— Почему?

На мой вопрос Си Ын чуть помедлила и пробормотала:

— Подумала, что с завтрашнего дня у нас будет меньше времени друг с другом…

— Что?

Я расхохотался от такого ответа.

Говорят, пары со временем становятся похожи. Неужели мы подумали об одном и тоже?

— У нас несколько общих пар.

— Да…

Голос Си Ын стал тише. Понимает, но чувство досады от этого не исчезает.

Я шевельнул рукой и переплёл пальцы с её пальцами. Её тонкие пальцы мягко скользнули между моими.

Я прошептал:

— Тогда давай и в универе держаться вместе. Если у меня пара закончится раньше — подожду тебя. Будем обедать вместе, а перед парами гулять по кампусу.

Сказав это, я слегка улыбнулся и добавил:

— Это не «мы порознь», а «мы вместе, просто в разных местах». Думай об этом так.

Почти софистика, но сердце человека — в восприятии. В таком деле эмоции важнее логики, верно?

Помолчав, Си Ын тихо хихикнула:

— Обещаешь?

— Конечно.

Услышав мой ответ, она сжала мою руку крепче, а затем, словно болтая, сказала:

— Хочу, чтобы семестр поскорее начался.

— И я.

— Но ты же только что говорил, что не хочешь.

— Передумал.

— Что-о?

Си Ын засмеялась, развесёленная моим ответом.

И так…

Мы встретили новый семестр...