Зима с тобой

— Бр-р, как же холодно…

Один послеобеденный день.

Мы пообедали дома и уже выходили в универ, когда Си Ын, распахнув дверь раньше меня, пробормотала это.

— Мёрзнешь?
— Ты услышал? Это я сама себе.
— Твой голос я и с другой стороны Земли услышу.
— А тебе вообще нельзя быть от меня так далеко.

Отбрила ловко. Ну да, словарного запаса ей не занимать.

Впрочем, она права. Я ведь сам себе пообещал — держаться к ней как можно ближе.

Ладно, к делу.

Если вдуматься, и правда зябко. Сквозняк из приоткрытой двери обжигал удивительно ледяным ветром.

Сейчас уже конец ноября. Неудивительно. Пусть ноябрь обычно считают осенью, говорят, что в конце месяца календарная зима «стартует». Значит, не поздняя осень, а ранняя зима.

Я потянулся и коснулся её плеча. Сквозь одежду тело ощутимо прохладное.

— Если мёрзнешь, давай пальто накинем. Время есть.

Мне и без пальто терпимо — в таком виде дойду.

Но Си Ын как-то говорила, что у неё раз в несколько месяцев случается сильная простуда. По срокам как раз «крутится» где-то тут.

Си Ын подняла на меня глаза, закрыла дверь и ответила:

— Пожалуй, да.

Аккуратно сняла обувь и шагнула обратно. Потом быстро-быстро — не в свою, а в мою комнату.

Странно.

Зачем в мою? Её вещи-то — у неё. Или она уже так привыкла жить у меня, что автоматом сворачивает ко мне?

Ответ вскоре вышел сам.

Через минуту Си Ын открыла дверь уже в моём пальто.

— Моё пальто захотела?

С усмешкой спросил я; Си Ын мягко улыбнулась:

— Не то чтобы. Просто в прошлый раз в нём было так тепло. Если ты всё равно не наденешь — одолжи ненадолго.

— Да не жалко. Только подружки не подумают ли чего, что на тебе моё?

— Да они даже не поймут, что оно твоё.

Верно. Я уже не «прозрачный», но за каждой вещью на мне никто не следит.

Си Ын встала рядом, подняла ворот, снова распахнула дверь — в нас опять ударил холод.

Но теперь из её уст вылетело другое:

— Тепло.

— Тепло?

— Ага. Будто кто-то обнимает.

— Ну это не я. Кто тебя обнимает-то?

На мои слова Си Ын одарила меня таким ледяным взглядом, что стало холоднее, чем от ветра.

Сказал-то в том же духе, что и она минутой раньше, а реакция — противоположная. Несправедливо.

Но даже такая непредсказуемая Си Ын для меня — только прелесть.

Я, улыбаясь, похлопал её по спине; она хихикнула и вышла. Я — следом.

◎

Пожалуй, самая полезная статья студенческой платы — это отопление.

Лекционный зал, куда мы добирались сквозь холод, был приятно тёплым. Из-за этого один за другим начинали клевать носом укутанные студенты.

Си Ын, лучшая на кафедре, к сонливости не сдаётся. В её аккуратном конспектировании, где ни слова мимо профессора, даже чувствовалась решимость.

Хотя финальные приготовления к свадьбе выматывают… Во многом она потрясающая.

А я… уснул, глядя на неё.

Вот же несчастный бойфренд.

Дорога домой после пары.

Шли рядом, как обычно.

Казалось, зима уже пришла. Ветви деревьев стали почти голыми. Будто вчера ещё бродили по кампусу под осенней листвой — а теперь и с земли её почти нет. Время летит.

— Похоже, уже зима, — сказала Си Ын, будто прочитав мои мысли.
— Ага. Скоро и декабрь.

— Декабрь…

Си Ын шепнула, будто смакуя.

Неудивительно, что «декабрь» звучит особенным. Наша свадьба — в декабре. Очень особый месяц для Си Ын… да и для нас обоих.

Есть ещё одна причина, почему декабрь — особенный.

Я обронил как бы между прочим:

— У тебя ведь день рождения в декабре, да?

Си Ын удивлённо распахнула глаза:

— Ты знал?

— Конечно. Ты сказала на том ужине после группового проекта. Ты, может, и забыла… а я — нет.

— Это я помню… Я-я просто не помню, как ты меня на спине носил.

Смутилась, запинаясь: похоже, тот «детсад» у неё в биографии — вечная ахиллесова пята.

Скрестив руки поверх моего пальто, Си Ын фыркнула:

— Вообще-то удивительно. Человек, который забыл «сотый день», вдруг помнит мой день рождения.

— После того «сотого» я завёл список всех наших дат. Чтобы больше не забывать.

— М-м. Молодец.

Встала на носочки и потрепала меня по голове. Как щенка какого-то воспитывает.

— И?

— Что — «и»?

На её внезапное «и?» я уставился вопросительно; Си Ын, чуть помедлив, продолжила:

— Ты… подготовил подарок?

— А.

Я понял, к чему клонит.

Си Ын не из тех, кому нужны дорогие вещи. Ей и письмо от руки — счастье. Значит, спрашивает не ради «большого подарка».

Вывод один: проверяет меня.

С того дня, как поймала меня за измерением её пальца, Си Ын периодически подкидывает такие вопросы. Будто полностью раскусила, что я намерен сделать предложение с кольцом.

Каждый раз я уводил разговор. Сюрприз уже давно «накрылся», но очень уж хотелось делать вид, что нет.

— Надо будет… скоро подготовить.

Моё унылое актёрство прозвучало — Си Ын коротко встретилась взглядом и:

— Ладно. В этот раз поверю.

То есть она и так всё поняла.

Это первый её день рождения, который мы отметим как пара. Хотелось подарить то, что не забудется.

Как раз пришло сообщение, что кольцо через пару дней будет готово. «Идеально», — решил я: сделаю предложение в её день рождения… Вот только, похоже, удивления не выйдет.

— Знаешь…

Пока я думал, Си Ын добавила:

— А?

— Я с детства не очень любила свой день рождения.

— Правда?

Си Ын молча кивнула и продолжила:

— Я же говорила: пока папа был жив, ещё ничего… А потом в семье было туго.

— Говорила.

— Поэтому на дни рождения мама всё время работала. Даже если была свободна — на подарки не хватало. Возвращалась домой, говорила: «Си Ын, прости, что ничего не смогла на твой день рождения», — и… обнимала меня и плакала.

Сжалось сердце; я не удержал вздох.

Си Ын, выдавив улыбку, продолжила:

— Мне-то было нормально. Даже если без торта — суп из водорослей мама всегда варила. Подарков не ждала… Просто не хотела видеть, как мама грустит.

— Ты была хорошей дочерью.

— Да?

Си Ын легко прислонила голову к моему плечу и сказала:

— Так что я всё думала: пусть мой день рождения скорее проходит… а лучше вообще не приходит. И зиму, в которую он попадает… тоже не любила.

— Хм…

Мы с семьёй тоже жили небогато. Но на маленький торт средства находились.

А у Си Ын и этого часто не было. Отец ушёл рано, потом и мама слегла. Не до «праздников» ей было.

Вот такой у Си Ын путь.

А я, её парень, — не знал.

Смешанно кивнул.

Си Ын пару раз ткнула меня пальцем в щёку и, уже шутя, сказала:

— Но знаешь… этот день рождения я почему-то жду.

— Ждёшь?

— Ага. Даже не представляю, что за подарок ты готовишь…

Опять говорит так, будто «всё знает». Серьёзность уже сменилась озорством.

Строго говоря, знает лишь, что я делаю кольцо. С чего она решила, что я запланировал именно в день рождения?

Наверное, я и правда плохой актёр. Или у Си Ын радар на максималках.

В любом случае — не беда. Девушка, которая раньше не любила ни зиму, ни свой день рождения, теперь его ждёт. Ну и ладно, если она кое-что «просекла».

Даже без сюрприза — это всё равно предложение. И Си Ын его примет счастливо.

— Жди. Не разочарую.

Я сказал уверенно; Си Ын хихикнула и тут же:

— Точно можно ждать?

— По крайней мере, не оплошаю.

— Уверенно звучит.

— В меру.

— На уверенность не похоже.

«Ху-ху-ху» — рассмеялась Си Ын.

Смех был настоящий — радостный. Совсем не тот, что с натяжкой минутой раньше.

Пока я довольный смотрел на неё, на макушку упало что-то холодное.

Поднял голову — с неба летели белые хлопья.

— Вдруг пошёл снег. Это ведь первый в этом году?

Си Ын удивилась. В прогнозе снега не было, но он внезапно начался. Настоящий «неожиданный первый снег».

— Ага, первый.

— Не зря с утра так зябко. Видимо, к снегу и стыло.

Похоже на то. В принципе, по времени уже и должен был пойти.

Си Ын раскрыла ладони, словно ловя снежинки.

Разумеется, они таяли, едва касаясь её кожи. Ещё недостаточно холодно, чтобы ложиться ковром.

Но Си Ын всё равно улыбалась так ярко, глядя на первый снег, как ребёнок, увидевший его впервые.

Я мягко смахнул капельки с её волос и сказал:

— Похоже, зиму ты не так уж и ненавидишь.

Си Ын подняла на меня взгляд:

— Раньше — ненавидела.

— Значит, любишь просто снег?

— Нет. Как можно отделить снег от зимы? Раньше и снег не любила.

С учётом того, как она сияла секунду назад…

Я хотел поддеть, но Си Ын опередила:

— Но знаешь…

Улыбнулась широко:

— С этого года, кажется, смогу полюбить.

Вот что она сказала.

День рождения, который она раньше не ждала, и зиму, которую не любила, — теперь и ждёт, и готова полюбить.

Я даже представить не мог всей глубины её чувств за этими словами.

Не найдя подходящего ответа, я просто взял её руку и спрятал в карман своего пальто.

Мягкость и тепло её ладони сразу отозвались в моей.

Её пальцы шевелились в кармане — щекотно до невозможности.

Похоже, эта зима будет теплее любой другой.