Урок готовки

– Ла-ла-ла…

Пронзительное пение защекотало мне уши.

Источником звука была Си Ын, стоявшая прямо передо мной.

Одетая в просторную футболку и короткие джинсовые шорты, она притопывала ногами в пушистых тапочках в такт своему пению.

Сегодня мы проснулись в одной постели и решили пропустить завтрак — пообедаем позже.

Я наблюдал, как Си Ын готовит нам еду.

Это стало чем-то вроде ежедневного ритуала.

Казалось, Си Ын действительно наслаждалась процессом.

С момента, как мы обменялись предложениями руки и сердца, прошла почти неделя — а её хорошее настроение всё ещё не угасло.

С тех пор как она вернулась домой, она часто улыбалась и даже бросалась в мои объятия при малейшем поводе.

Сейчас все было так же, напевая и исполняя маленький танец, любой сказал бы, что она выглядела счастливой.

– Похоже, тебе весело.

Си Ын ответила немедленно, не оборачиваясь.

– Агась, в последнее время, я очень счастлива.

– Хм, настолько?

Си Ын склонила голову набок.

– Это разве странно?

– Я не привык этому.

– К чему?

Си Ын резко обернулась, ее брови были нахмурены.

Некоторое время назад Си Ын заявила, что "Будет иногда честной", и она действительно держала свои слова.

Но для меня Си Ын по-прежнему оставалась сварливой особой, так что вполне естественно, что я к этому еще не привык.

Если бы я сказал это вслух, кто знает, что потом оказалось бы в моей тарелке.

– Извини.

Я извинился с горькой улыбкой, и Си Ын отвернулась со звуком "Хмф".

– Ты бы предпочел, чтобы я снова стала такой же колючей, как раньше?

Ее голос все еще звучал расстроенно.

На самом деле, мне тоже очень нравится эта сторона Си Ын, когда она смущается и продолжает менять тему, я не могу удержаться и хочу дразнить ее дальше.

С другой стороны, когда Си Ын открывает свое сердце, ничего не скрывая, я чувствую себя счастливым и радостным, мне хочется обнять ее, зная, как сильно она меня любит.

Я ответил небрежно:

– Мне нравится и то, и другое, но если бы мне пришлось выбирать, я бы предпочел, чтобы ты была честна со мной.

– Пф, ходячее недоразумение…

Пробормотала Си Ын в ответ.

Мне нравится, когда она честна, но в данном случае она снова пыталась скрыть свое смущение.

Она очень противоречивый человек.

– В любом случае, если тебе нравится моя честность, не говори таких вещей... мне нужно много смелости, чтобы держать планку “честности” с тобой.

– Хорошо, прости.

Я со смешком извинился.

Си Ын пыталась измениться ради меня, я не должен критиковать ее усилия.

Руки Си Ын снова начали энергично двигаться, она начала напевать с самого начала, ее ноги снова начали отбивать ритм.

Она действительно выглядела счастливой.

Пока я наблюдал за ней, мне вдруг кое-что пришло в голову.

– Если так подумать, разве мы не договаривались как-нибудь приготовить что-то вместе?

На мой вопрос Си Ын издала звук "Ах~".

– Точно, когда ты приготовил мне… эм… ну… что-то похожее на острую свинину, обжаренную во фритюре.

– Да. 

Это была не просто что-то похожее на острую свинину обжаренную во фритюре, — это была острая свинина, обжаренная во фритюре.

В любом случае, Си Ын, казалось, совершенно забыла об этом, впрочем как и я.

Пережив столько всего за такое короткое время, мы забыли о данном вскользь обещании.

Си Ын сбавила обороты и повернулась ко мне лицом.

Она пристально посмотрела на меня с намеком на улыбку, и ее глаза внезапно заблестели, когда она заговорила:

– Может, приготовим что-нибудь вместе сегодня вечером?

– Сегодня вечером?

– Агась.

Си Ын выразительно кивнула.

Я не возражал, и я действительно хотел научиться готовить.

Однако мысль о том, что я могу приготовить что-то, что лишь отдаленно напоминает обычную еду, меня не очень привлекала.

– Точно?

Когда я обеспокоенно спросил, Си Ын ответила с доброжелательной улыбкой:

– Все будет в порядке.

– Правда?

– Да, вечером мы плотненько пообедаем.

– Не уверен, что все будет в порядке…

◎

# В тот же вечер.

Мы с Си Ын стояли у раковины.

Поскольку мы дали обещание, рано или поздно нам придется это сделать, а мои кулинарные навыки вряд ли значительно улучшатся в ближайшие несколько месяцев. 

Именно поэтому я решил, что лучше согласиться с предложением Си Ын.

Перед нами были различные продукты – овощи, сырое мясо и рис.

Си Ын сказала, что сама решит, что я буду готовить, поскольку она ходила за покупками одна, я понятия не имел, какое блюдо буду готовить.

Глядя на ингредиенты, я примерно представлял себе, что к чему.

Си Ын посмотрела на меня и сказала:

– Сегодня мы будем готовить жареный рис.

– Жареный рис?

Как я и ожидал.

– Да, я выбрала то, что не слишком сложно, я планирую просто помогать тебе.

– Почему?

– Потому что в противном случае мне придется самой все делать.

– Это правда.

Я согласился с легким смешком.

Жареный рис был одним из блюд, которые Си Ын часто готовила для меня.

Однажды я спросил, было ли это ее любимое блюдо, но она покачала головой. Вместо этого она ответила: "На самом деле ты не любишь овощи, но с жареным рисом ты ешь все подряд.".

Не то чтобы я был особо капризен в еде.

В любом случае, жареный рис был одним из основных блюд в меню Си Ын, и он был очень вкусным. Если бы я научился готовить его так же хорошо, как она, это было бы огромным подспорьем в будущем.

 Я улыбнулся Си Ын, демонстрируя свою твердую решимость.

– Я сделаю все, что в моих силах.

Си Ын улыбнулась так, словно находила меня милым.

– Хорошо, жду с нетерпением.

– Не жди этого с нетерпением.

– Тогда я буду волноваться.

– Это тоже не очень хорошо.

В общем, так начался мой кулинарный конкурс.

Си Ын, которая сказала, что будет только помогать, на самом деле придерживалась именно этой роли. Готовя очередное блюдо, она поглядывала на меня и только давала указания, что готовить дальше.

Это не сильно отличалось от просмотра видеоролика на YouTube.

Я не был уверен, что приготовление с Си-Ын поможет. Я боялся, что в итоге у меня получится еще одно чудовище, которое лишь отдаленно напоминает жареный рис.

Ну-ка посмотрим… Должен ли я добавить соль?

Все приправы были разложены на моей стороне, к счастью, мне не пришлось бы беспокоиться о том, что Си Ын встанет у меня на пути, когда я буду за ними тянуться.

Убедившись в этом, я потянулся за солонкой... 

Си Ын мягко схватила меня за запястье.

Сбитый с толку, я обернулся и увидел, что Си Ын держит меня за запястье, продолжая помешивать на сковороде.

– Внезапно захотела меня потрогать?

– Даже если так, то что такого?

Си Ын слегка улыбнулась и сказала:

– То что ты собирался взять - был сахар.

– Ах.

Я чуть не приготовил невероятно сладкий жареный рис.

Си Ын без тени упрека просто направила мою руку к нужному контейнеру. 

На вид соль очень похожа на сахар, но крупинки крупнее.

Когда я взял контейнер, Си Ын, вытянув указательный палец, объяснила:

– Сначала лучше обжарить мясо во фритюре, чтобы всё готовилось одновременно.

Потом можно заняться рисом — даже если ты будешь его приправлять позже, неплохо сделать это чуть заранее. И помни, не переборщи с солью, ладно? Это вредно для здоровья.

– Ладно.

После того, как я выполнил поставленные задачи, Си Ын похвалила меня, сказав: "Молодец". Это заставило меня почувствовать себя маленьким сыном, помогающим своей матери, что несколько деморализовало.

– Теперь нарежь лук.

Си Ын дала следующее указание.

Лук уже был очищен, лук для жарки с рисом следует нарезать мелкими кубиками, я уже несколько месяцев наблюдал как готовит Си Ын, я, по крайней мере, знал об этом.

Я схватил нож дрожащими руками, и старался резать лук медленно.

Сначала я подумал что лучше будет сделать вертикальные надрезы с небольшими промежутками, затем я бы сделал горизонтальный надрез. 

Конечно, это было легче сказать, чем сделать.

Я работал ножом криво, и лук быстро разваливался, я был на грани того, чтобы вздохнуть от своих жалких умений.

Приготовление пищи - такая сложная задача, я знал об этом, но, попробовав это, осознал это еще острее.

Я взглянул на Си Ын, сидевшую рядом со мной.

Когда она пробовала бульон ложкой, она выглядела как опытная хозяйка.

Си Ын с юных лет приходилось готовить самой, если бы ее семья была состоятельной, она могла бы, по крайней мере, купить вкусной еды на улице, но она не могла сделать даже этого.

Хотя она и улыбается, когда я хвалю ее стряпню, при мысли об этом у меня разрывалось сердце.

Поэтому я не хотел вечно полагаться на Си Ын в приготовлении пищи.

Кроме того, после того, как у нас появятся дети, ей будет слишком тяжело справляться со всей работой по дому, чтобы облегчить нагрузку Си Ын, мне нужно было постепенно освоить работу по дому. 

И вдруг…

– Ай…

Этот звук вырвался у меня рефлекторно.

Ощущение покалывания в кончике пальца, за этим последовало жгучая боль, затем в поле моего зрения попала красная жидкость.

Задумавшись во время готовки, я случайно порезал палец.

– Ты в порядке?...

Спросила Си Ын с открытым ртом.

– Я в порядке.

Где были пластыри? Когда я уже собирался отправиться на их поиски, Си Ын опередила меня.

Мгновение спустя Си Ын вернулась с пластырем в руке.

Ее брови были нахмурены, а губы слегка выпячены, на ее лице были явные признаки беспокойства.

– Дай мне свой палец.

– Ладно…

Когда я вытянул кровоточащий палец, Си Ын промокнула рану влажной салфеткой и аккуратно наложила пластырь, ее движения были аккуратными.

– Ты точно в порядке?

– Да, точно.

– Как ты умудрился порезаться? Ты так медленно резал.

– Я на мгновение задержал на тебе взгляд.

– Не шути так, это опасно.

Решительно заявила Си Ын деловым тоном, она редко проявляла свой неподдельный гнев.

Я стал причиной её беспокойства — мало того что плохо готовил, так ещё и умудрился отвлечься и пораниться.

Мне стало стыдно.

– Извини.

Я ответил уныло.

Но это было не то, чего хотела Си Ын.

Си ын поднесла мой поврежденный палец к губам... и нежно поцеловала его…

– Будь осторожен, я беспокоюсь о тебе.

– Да, прости, что заставил тебя волноваться.

Услышав мои слова, Си Ын слегка улыбнулась и сказала:

– Все в порядке, я не сержусь, все совершают ошибки.

Ее тон был беззаботным, хотя это и была полностью моя вина, она утешала меня, она невероятно добра ко мне.

Си Ын продолжила:

– Я ведь всё равно всегда буду готовить для тебя. Разве тебе действительно нужно учиться? Может, ты и хочешь научиться, но… если тебе будет больно, стоит ли оно того?

Голос Си Ын затих.

– Мне кажется неправильным всегда полагаться на тебя, я должен, по крайней мере, уметь готовить простые блюда.

– ...Но я же твоя домработница?

Спросила Си Ын, наклонив голову. 

Я усмехнулся и ответил:

– Через несколько месяцев ты уже не будешь просто моей “горничной”, я хочу быть мужем, который умеет хотя бы немного готовить для своей жены.

Си Ын уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

Она выглядела немного растроганной, что заставило меня почувствовать себя достаточно неловко, чтобы отвести взгляд.

Через мгновение Си Ын одарила меня ободряющей улыбкой.

– Хорошо, тогда давай продолжим.

– Да, впредь я буду осторожнее и не допущу ошибок.

– Что ж, тебе определенно не стоит снова резать руку.

Сказав это, Си Ын добавила тихим голосом:

– Даже если ты допустишь пару ошибок… если я смогу помочь тебе, я уже буду счастлива.

– Правда?

– Правда.

С этими словами Си Ын вернулась к раковине.

То, как Си Ын открыто выражает свои чувства, просто восхитительно, в этот момент я снова понял, насколько это в ней особенное.

◎

Наконец, приготовление было завершено.

Передо мной стоял жареный рис, приготовленный моими собственными руками. Рядом — суп с рыбным пирогом, сделанный Си Ын. Точно такие же блюда стояли и перед ней, на другой стороне стола.

Си Ын скрестила руки на груди и внимательно осмотрела блюдо с жареным рисом, затем взяла ложку и поднесла ее ко рту.

Это был напряженный момент. Смогу ли я в этот раз избежать комментария вроде: «Что-то похожее на жареный рис»?

Тщательно прожевав и проглотив блюдо, Си Ын расплылась в широкой улыбке.

– Ммм, очень вкусно.

Точно такая же реакция была у нее, когда она ела еду, которую готовила сама.

Кажется, сегодняшний день удался, я вздохнул с облегчением.

– Да ну, неужели вкусно?

– Попробуй сам.

Я набрал полную ложку жаренного риса и отправил ее в рот.

– Ну и как?

Хм.

Проглотив весь рис, который был у меня во рту, я ответил:

– Самый обычный.

Это была моя честная оценка.

Я всегда считал, что не слишком разбираюсь во вкусах, но это блюдо оказалось не таким уж вкусным. Наверное, мой вкус стал слишком избирательным после того, как я так долго ел стряпню Си Ын.

Си Ын склонила голову набок и сказала:

–Разве? Я подумала, что это вкуснее, чем то, что готовлю я.

– Нет уж.

Это определенно преувеличение, я отрицательно покачал головой.

Си Ын слегка улыбнулась и сказала:

– А, может быть...

Затем она добавила со смехом в голосе:

– Это потому, что ты сделал этот рис для меня?

– ...Что ты имеешь в виду?

– Ахаха, ты уже весь красный.

– Не правда.

Я фыркнул в ответ.

Если мое лицо и покраснело, то, скорее всего, потому, что я стоял перед плитой, что было для меня необычно, и уж точно не потому, что я был смущен.

Подумав об этом, я положил себе еще ложку жареного риса.

Что было еще страннее, жареный рис, попавший мне в рот, оказался немного сладковатым на вкус.

Я не мог понять, почему у него такой вкус.