Имя без имени (3)

Вы когда-нибудь признавались в своих проступках? Приходили ли вы когда-нибудь к жертве вашего преступления — того, о котором она знает или о котором даже не догадывается, — чтобы склонить голову и покаяться?

Приведу примеры чуть детальнее.

Кража, совершенная из-за безысходности.

Удар, нанесенный в порыве гнева, который не удалось сдержать.

Или просто досадная ошибка, выросшая из пустяка.

«Грех», знакомый каждому.

Уверяю вас, людей, не способных извиниться даже за такое, не так уж много. Человек с нормальной душой боится затяжного чувства вины гораздо больше, чем мгновенного стыда.

...Но что, если планка греха поднимается выше?

Если вы случайно устроили пожар?

Если по неосторожности сбили человека на дороге?

Если камень, брошенный вами ради шутки, попал кому-то в голову?

И если из-за этого человек умер.

Смогли бы вы и в таком грехе покаяться лично?

......

Грех не материален, но он и не абстрактен. Когда ты вдребезги разрушаешь чью-то жизнь, этот грех обретает слишком отчетливую форму и смотрит тебе прямо в глаза.

Результат был передо мной.

— ...Что вы сказали?

— Именно то, что ты слышала.

Я признаюсь еще раз. Глядя на человека, чье лицо застыло в неверии, я выдавливал слова, словно нанося контрольный выстрел самому себе.

— Всё это время... именно я мучил тебя. И я же бахвалился тем, что спасаю тебя. Это всё был я.

Когда просишь прощения, оправдания — это непозволительная роскошь.

— Я видел, как тебе больно, но не останавливался.

Мои обстоятельства должны быть на втором плане.

— Я просто внушил себе, что с тобой всё будет в порядке.

Настоящее покаяние именно такое.

— В том, что с тобой случилось, виноват только я.

Нет, оно *должно* быть таким.

— ...Прости меня.

Роэль молчала. Она не спешила с ответом, погрузившись в раздумья. Но это не было тишиной. Звуки «современности», доносящиеся отовсюду, беспрерывно врывались в наше пространство, путая мысли.

Минута, пять минут. Прошло десять минут. Это было мучительно долгое время, словно ожидание перед гильотиной.

— Вот как, — наконец заговорила Роэль, приняв какое-то решение. — Я постоянно думала об этом.

Теперь настала её очередь.

— Почему именно я?

Начался рассказ, от которого мы оба до этого бежали.

— Всю жизнь «демоны» для меня были лишь страшными сказками перед сном, и вдруг...

В её голосе чувствовались все те сомнения и муки, которые она вынесла в одиночку.

— Знаете что? Сначала всё было не так уж плохо. Мне казалось, что у меня появился ворчливый, но милый друг. Пусть он постоянно лез в мои мысли и у меня совсем не осталось личного пространства... несмотря на всё это, да. Мне было нормально.

В её глазах отражалось прошлое. Я мог хотя бы примерно догадаться, что это были за воспоминания.

— В какой-то момент причины перестали быть важны. Ведь благодаря вам я стала сильнее, и, честно говоря, жизнь вместе была веселой. Вы знали? Вы — мой первый друг.

Взгляд Роэль медленно опустился. В конце концов она уставилась в пол и с трудом продолжила:

— И когда этот друг перестал быть другом... вы не представляете, как мне было тяжело...

Мне показалось, что она вот-вот расплачется. Это лишь усилило мою вину.

— Я бесконечно отрицала это. Ненавидела, пыталась найти причину. Но так ничего и не узнала. Наверное, я просто не хотела верить. Я не могла поверить, что вы желали мне зла. ...Скажите. То, что вы хотели полностью забрать моё тело — это правда?

Что мне ответить? Сказать «нет»? Или «да»?

Я метался между правдой и ложью.

— ...Нет, конечно, это не может быть правдой.

Я колебался, но это стало ответом. Роэль, утвердившаяся в своей версии, тихо рассмеялась.

— Господин Демон, я хочу вам кое-что сказать.

Роэль, стоявшая в трех шагах, сделала шаг ко мне. Теперь между нами было всего два шага.

— Терять контроль над телом — не самое приятное чувство. Приходится совершать движения, которых ты не хочешь делать.

От этих слов защемило в груди. Не рана, нет. Просто меня «укололи». Но я не отвел взгляда, я слушал.

— А еще... я отчетливо чувствовала эмоции того, кто забрал моё тело.

Поэтому я услышал «кое-что», о чем даже не подозревал.

— Вы думали, я не замечу? Я немного знаю о том, как тяжело было и вам.

Еще шаг. Роэль теперь стояла вплотную. Впервые я видел её так близко.

— Конечно! В последнее время мне было не до раздумий. Благодаря тому, что вы творили одну гадость за другой, я какое-то время вас только ненавидела.

— П-прости...

— И что это вообще было за шоу одного актера? Сколько раз вы меня обманули?

— И за это прости...

— Да, извиняйтесь. Вы обязаны извиняться. Ведь из-за вас я даже хотела умереть.

Рука Роэль медленно потянулась ко мне. Она коснулась моей руки и сжала её. Я почувствовал её тепло.

— Если бы вы сказали об этом раньше, всё было бы иначе.

Её рука была теплой.

— ...Ты.

Мне не нужно было слышать слов. Я чувствовал — эта девушка, держащая меня за руку, думала о «прощении».

— Ты не ненавидишь меня?..

— Ненавижу. Как я могу не ненавидеть?

— Тогда почему!..

— Хм, ну, не знаю.

Я помню. Я слишком отчетливо помню Роэль, которая в отчаянии просила убить её. Причина этого отчаяния стоит прямо перед ней. Преступник, причинивший боль, сопоставимую со смертью, находится здесь.

Я не должен получить прощение так легко.

— ...Глупый, — Роэль вздохнула. — Я не прощаю вас легко. Я же сказала? Я знаю, что вам тоже было больно.

— Но этого недостаточно...

— Знаю. Есть слишком много вещей, которые этим не объяснить. Поэтому я хочу услышать всё.

Меня мутило. И в этот момент голос Роэль стал совсем близким.

— Расскажите мне, почему вам пришлось так поступить.

Последний шаг.

— Я хочу простить вас.

Роэль отпустила мою руку.

*Хвать.*

Её хрупкое тело прижалось ко мне. Она обняла меня так крепко, что стало трудно дышать, и уткнулась лицом мне в грудь.

Это было объятие.

— П-подожди.

— Сами понимаете, мне сейчас очень тяжело, ясно? Все жалобы потом.

Голос звучал по-настоящему устало, поэтому я не стал спорить.

Да и вообще, это было смешно. Я — тот, кого прощают, — пытаюсь отчитать её за это прощение?

Ставя точку в моих сомнениях, Роэль произнесла:

— Вы до сих пор не поняли?

Её лицо наконец выглядело спокойным.

— С самого начала... достаточно было всего одного слова.

***

Сначала она хотела разозлиться.

Спросить: «Зачем вы это сделали?» Сказать, что ненавидит. Что во всем виноват он.

У неё долго не было объекта для ненависти, и в этот раз она собиралась выплеснуть всю накопившуюся горечь.

Но Роэль была человеком, который плохо умел ненавидеть. Из-за своего простого от рождения характера она легко прощала всё и всегда искала повод для оправдания, а не для злобы. Её натура была слишком доброй.

Так случилось и в этот раз. Вместо того чтобы кричать, Роэль решила сначала выслушать.

Демон говорил с самоиронией. И пока он говорил, он страдал.

Когда его лицо искажалось, когда он задыхался под гнетом вины — Роэль невольно всё поняла.

*Вы тоже этого не хотели.*

*Те чувства, что я ощущала когда-то, не были ошибкой. Это была правда.*

«Надо же, вы всё-таки не такой плохой человек».

Она успокоилась. Слишком легко поверила в его искренность.

— ...Нет, конечно, это не может быть правдой.

Поэтому она и рассмеялась.

Возможно... возможно, она не могла проявить к нему открытую ярость всё это время именно потому, что до последнего ждала объяснений.

Да, с самого начала. С самого начала этого было достаточно.

Он может думать, что она «легко» простила его, но на самом деле...

Она и не ненавидела его с самого начала.

«Но формальное прощение всё же необходимо».

Этот мужчина — просто сказочный дурак. Сколько ни говори ему, что всё в порядке, он не поверит. У Роэль была целая гора вопросов, поэтому она решила немного «отложить» окончательное прощение.

Сначала она всё выслушает. А потом обнимет его еще раз. Может, даже заставит встать на колени — это было бы забавно. Что бы там ни было, сейчас она хотела слушать.

Они двинулись с места.

— Это и есть ваш дом?

— Наверное?..

— Что значит «наверное»?

— Я плохо помню.

— Вы и правда дурачок.

— У меня свои обстоятельства.

— Вы и о них расскажете?

— ...Придется.

— Тогда ладно.

Длинный узкий коридор. Ряды железных дверей, прижатых друг к другу. Роэль с любопытством наклонила голову, рассматривая незнакомую обстановку.

— Странное поместье. И почему здесь так много комнат?

— ...Это не поместье. И это не комнаты.

— Ой, значит, это всё — один дом?..

— В каком-то смысле.

— Врете. Как люди могут жить в таком месте?

— Ты хоть и аристократка, но не груби так, а то проблем не оберешься.

— Да какая разница. Мой род всё равно окончательно разорен.

*Пик-пик-пик-пик.*

*Пи-бип!*

*Скрип...*

— О, открылась.

— Ч-что это? Магическое устройство? Как вы открыли запертую дверь без ключа?..

— Заходи пока.

— Внутри тоже всё так странно. Как я и заметила снаружи — всё вижу впервые!

— Еще бы. Это ведь другой мир.

Роэль Гриффис официально ступила в «современность».

— Ну что, продолжим наш разговор?