Что задумала Кориэль?

Мир Синто

Люцифер, Бариэль и Афродита только что вернулись в Синто и уже собирались войти в Чёртов Дворец, когда Тянькун выбежала встречать их.

«Приветствую, господин! Добро пожаловать из вашего путешествия», — поклонилась она вместе с другими слугами, затем подняла голову и достала письмо, передавая его Люциферу. «Это письмо доставил младший бог из греческого мира. Сказал, что оно от изначальной богини Геи», — сообщила она, отдав письмо.

Люцифер взял письмо. «Можешь идти. Я позову тебя, когда понадобится помощь», — сказал он, и Тянькун удалилась вместе со слугами. «Интересно, что заставило её написать мне так рано».

«Есть только один способ узнать — открой его, брат», — сказал Бариэль, гадая, кто эта Гея и какие у неё отношения с братом.

«Ты прав, брат», — сказал Люцифер, открывая письмо.

Люцифер, я пишу, чтобы сообщить, что война между Зевсом и его отцом вот-вот начнётся. Но ты говорил не предупреждать слишком рано, а только когда война уже начнётся. Однако кое-что случилось, и мне пришлось написать. Видишь ли, две твои сёстры по имени Кориэль и Амиэль находятся здесь, в греческом мире, и прибыли на Олимп задолго до нас. Пришлось заключить сделку с Амиэль, которая была там в тот момент, чтобы нам разрешили остаться. А теперь я слышала, что Кориэль также связалась с Никс — кем-то, кого боятся во всей Вселенной. Я не знаю, что происходит, но нам нужно твоё присутствие здесь. Только ты можешь со всем этим разобраться. Гея.

Люцифер вздохнул, прочитав содержание письма, и повернулся к Бариэлю. «Я думал, ты сказал, что Кориэль всё ещё в аду. Так какого чёрта она делает здесь и общается с местными?» — спросил он, ведь Бариэль говорил, что Кориэль осталась в аду после их ухода. А теперь выяснилось, что её там не было, и, судя по всему, она даже завела себе подругу. «А я-то думал, она ленивая».

Сказав это, Люцифер вошёл в Чёртов Дворец, размышляя о дальнейших действиях.

Тем временем Бариэль подобрал брошенное Люцифером письмо и прочитал его с шокированным видом. «А я-то думал, она должна быть ленивой. Как у неё нашлось время заводить друзей? Она должна спать», — сказал Бариэль, передавая письмо Афродите, которая смотрела на него с недоумением.

Прочитав письмо, Афродита отшвырнула его и посмотрела на Бариэля. «Разве Кориэль не должна быть спящей красавицей? Ты же говорил, она в аду. Так что она здесь делает?» — спросила она то же, что все.

Причина такого удивления в том, что Кориэль, архдемон/архангел и грех лени, всегда была ленивой — ещё до того, как стала владычицей лени. В Раю она не утруждала себя ничем, кроме сна и ещё раз сна, что заставляло других архангелов и ангелов жаловаться на неё Отцу. Но Он не обращал внимания, просто закрывая на это глаза.

Однако Кориэль это не понравилось — она считала, что шёпот и сплетни, летающие по Раю, мешают её драгоценному отдыху. Поэтому она всегда придумывала план, чтобы заставить всех ангелов, говоривших за её спиной, замолчать. И то, что она сделала, было тем, о чём никогда не следовало говорить. Именно тогда все поняли — с ней лучше не связываться.

Так что когда Люцифер предложил идею восстания против Отца, она согласилась, зная, что они не преуспеют, и Отец не уничтожит их, а отправит прочь, сбросив в другую реальность, чтобы она могла наслаждаться тишиной. И, как она и ожидала, так и случилось — она вместе с мятежными архангелами была низвергнута в ад, где ей даже дали грех, соответствующий её натуре.

Она рассказала всё это Бариэлю, который, в свою очередь, передал Люциферу. Тот уже знал из воспоминаний своего предшественника, что Кориэль всегда на сотню шагов впереди друзей и врагов, она непредсказуема, поэтому и держал её всё это время рядом.

Но теперь она оказалась здесь, и он об этом не знал. И хуже всего — она подружилась с Никс, которая тоже была занозой в заднице.

Но он — Люцифер Утренняя Звезда, Дьявол. И он знал, что Кориэль не метит на его титул, а что-то задумала с Никс. И ему очень хотелось бы знать что. А значит, пришло время вернуться в греческий мир и навестить сестёр.

«Приготовьтесь, мы возвращаемся в греческий мир», — сказал Люцифер, и его голос донёсся до ушей Бариэля и Афродиты, которые были снаружи и размышляли о планах Кориэль.

«Что ж, думаю, скоро мы получим ответы», — сказал Бариэль Афродите, зайдя внутрь, выбрав себе комнату и оставив там сувениры из владений асов, прежде чем выйти и увидеть, что Люцифер, Афродита и Тянькун уже ждут его.

«Поехали», — сказал Бариэль, подойдя к ним, и все они телепортировались из мира Паньгу.

Нефритовый Небесный Дворец

«Хм, это было быстро. Я думал, он задержится подольше, прежде чем уйти», — сказал Шан-ди, сидя на троне на совещании со своим двором, почувствовав, как присутствие Люцифера исчезло вскоре после его прибытия.

«В чём проблема, император Шан-ди?» — спросил один из придворных, увидев, как тот на мгновение задумался во время встречи.

Шан-ди очнулся и улыбнулся. «Нет, не о чем беспокоиться. Что вы говорили ранее?» — спросил он, подумав про себя: [Должно быть, случилось что-то срочное, раз он уехал сразу. Интересно что, и надеюсь, это задержит его там надолго.]

«Бог-король Ра просил нас присоединиться к нему и миру кельтов в походе против Дьявола», — сказал тот же придворный, вернув внимание Шан-ди в зал.

«Нет, мы не присоединимся. Я не хочу больше проблем, чем можем выдержать. А если спросят причину, скажите, что у нас собственный кризис», — сказал Шан-ди, думая о существах, приходящих из Тёмного домена — места, скрытого от его глаз.

Эти существа шпионили за ними годами, создали свою собственную систему, взятую у него, и теперь хотят иметь слово в его дворе. Но он не может их допустить, не зная их истинных намерений.

«Да, император».

Мир Греков

После успешного спасения гекатонхейров и циклопов весь греческий мир погрузился в хаос, поскольку Бог-король перевернул всё вверх дном в поисках своих детей, чтобы избавиться от них, пока те не стали проблемой.

«Вы уже нашли их?» — сидя на троне, спросил он Океана, отвечавшего за всё, связанное с поиском его детей, а также его дочери Метиды.

Океан глубоко вздохнул. «Мы обыскали всё и каждый раз приходили к нулю. Не думаю, что они вообще ещё в этом мире. Ты спрашивал мать? Она должна помочь», — сказал Океан.

Кронос фыркнул, услышав вопрос о матери. «Думаю, у матери нет намерений помогать нам. Она отреклась от меня, и у неё есть на то право, ведь я не сдержал свою часть сделки. А теперь мои дети сделали то, чего она всегда хотела. Неудивительно, если она уже помогает им», — сказал Кронос, даже не глядя на братьев.

Гиперион, Кой и Япет тоже были здесь, ломая головы над тем, где же скрываются их сёстры и дети Япета — Прометей и Эпиметей, которые, предположительно, выбрали сторону матери в мятеже.

Кой, словно осенила идея, поднял голову и посмотрел на Кроноса. «Во всех наших поисках мы всегда упускали из виду одно конкретное место из-за его гостеприимства. Но что, если они прячутся именно там, и в этом месте больше, чем кажется? Что, если мы видим лишь то, что они хотят нам показать, и попали в их ловушку? И вы все знаете, о каком месте я говорю», — сказал Кой с торжествующей улыбкой.

Интерес Кроноса возрос — он тоже подумал об этом месте и вспомнил, что у Реи есть подруга по имени Адамантиа.

«Ты имеешь в виду остров Крит».