Рабсус и Са Гам Джэ

У Ён У, побледнев, сжал кулаки и спрятался в тени у стены.

— Эй, Ён У?

Когда Рембрари поприветствовал его, парень вздрогнул и отступил на полшага. Он тут же вернулся на прежнее место, но его встревоженное лицо выглядело таким хрупким, что сразу было понятно: сейчас действует не Владыка Демонов.

— Что привело тебя сюда?

У Ён У, дрожащий, как испуганный олень, случайно съевший острый ттокпокки, заставил Рембрари добродушно улыбнуться.

— Ты похож на оленёнка.

У Ён У открыл рот, чтобы что-то сказать, но снова закрыл его, услышав слова Рембрари, и его лицо исказилось от гнева. Хрупкое выражение мгновенно исчезло. Вернувшись к своему обычному раздражительному состоянию, айдол резко развернулся, скрежеща зубами.

— Я, должно быть, сошёл с ума! Разговариваю с таким психом, как ты!

Рембрари быстро последовал за ним.

— Не ходи за мной!

У Ён У пошёл быстрее, и Рембрари тоже ускорил шаг. Когда он перешёл на бег, Рембрари последовал его примеру.

Пока они бежали, словно наперегонки, люди вокруг доставали телефоны, чтобы их сфотографировать.

Когда Рембрари начал улыбаться и отвечать им, У Ён У впереди покраснел и, не выдержав, потянул его за руку.

— Стыдно же, иди сюда! Я с ума так сойду!

У Ён У отпустил Рембрари только тогда, когда они добрались до места, где стены были разрушены и валялись на земле. Здесь почти не было прохожих, возможно, потому, что дорога была неровной, а местность — опасной.

У Ён У, не сводя глаз с полуразрушенного дома, в котором виднелись внутренние помещения, снова потянул Рембрари за руку.

— Зачем ты за мной увязался?

— Ты расстроился из-за того, что я сказал, что ты похож на оленёнка?

— А разве я должен радоваться этому, придурок?

— Но ты не можешь отказаться от ленивца.

— Он мне не нужен!

Когда У Ён У снова стал раздражительным и колючим, Рембрари пожал плечами и спросил:

— Зачем ты вообще ко мне пришёл?

Парень, что до этого кричал, внезапно успокоился и встал, почтительно сложив руки.

Рембрари склонил голову набок, а У Ён У нахмурился и молча уставился на обрушившуюся стену.

— Ты боишься, что тот, кто внутри, услышит наш разговор?

Внезапно с разбитой стены с глухим стуком упал небольшой осколок. У Ён У вздрогнул и оглянулся. Там, словно король этого места, восседал кот.

Даже после того, как кот поднялся и скрылся за стеной, Ён У не мог отвести от него глаз и бормотал себе под нос.

— Нет. Он не может следить за каждым моим движением двадцать четыре часа в сутки.

— Да неужели? Тогда зачем ты пришёл? Почему молчишь?

— …

— Ён У?

Когда Рембрари поднял указательный палец, парень снова встрепенулся, отступил на шаг и выругался.

— Ты опять пытаешься ткнуть меня пальцем в глаз?

— Я пытался привести тебя в чувство. Что ты хотел сказать?

Рембрари был раздражён тем, что У Ён У не хочет отвечать, но тот всё равно колебался. Затем из кармана его брюк донёсся жужжащий звук, айдол тихо выругался, достал телефон, нажал на кнопку и пробормотал.

— Время вышло.

— Время чего?

— Я ухожу.

С этими словами У Ён У развернулся и убежал. Рембрари хотел было броситься за ним, но на этот раз не стал. Его задели слова "время вышло".

"Есть ли какое-то время, когда Владыка Демонов не может видеть глазами У Ён У?"

* * *

Суперновичок, который сразу же занял верхние строчки музыкальных чартов, как только выпустил свой дебютный альбом из одиннадцати песен, был у всех на слуху. Но несмотря на то, что он новичок, мало кто, кроме тех, кто с ним знаком, мог бы сразу узнать этого певца.

Однако Са Гам Джэ когда-то работал в LLL Entertainment, поэтому он воспользовался этим, чтобы без труда встретиться с генеральным директором Имом и попасть в штаб-квартиру.

— Я впускаю тебя, Гам Джэ, хоть и не знаю зачем... Не знаю, зачем я тебя впускаю.

Генеральный директор Им Сон Иль нахмурился и что-то проворчал, но всё же провёл картой по считывающему устройству, и Са Гам Джэ вошёл вслед за ним.

— О? Гам Джэ?

— Ты возвращаешься?

— Как давно мы не виделись, Гам Джэ!

Сотрудники компании, узнавшие Са Гам Джэ, поздоровались с ним, когда он проходил мимо. Жнец тоже поздоровался с каждым из них и, как ни в чём не бывало, вошёл в кабинет генерального директора.

Когда он закрыл дверь, генеральный директор Им снял с себя тонкое пальто и повесил его на стул, спросив:

— Что привело тебя сюда? Ты правда пришёл, потому что хочешь вернуться на работу?

Не успел Са Гам Джэ ответить, как директор положил руки на спинку стула и нахмурился.

— Почему мне всегда хочется нанять тебя, когда ты приходишь? Ты был одним из худших работников, которых я когда-либо встречал! — высказал Им Сон Иль, но, похоже, был готов снова взять Са Гам Джэ на работу, если тот попросит.

Однако Гам Джэ махнул рукой.

— Я пришёл сюда не за работой.

Он пришёл к Рабсусу, но на этот раз не для того, чтобы пристально за ним наблюдать. Он просто хотел проверить, связана ли странная сила, которую ощутили в песне Рабсуса, с Владыкой Демонов.

— Зачем тогда?

— Я пришёл взять автограф у новичка Рабсуса.

Генеральный директор Им подошёл к ящику, чтобы достать конфету, но тут же нахмурился и обернулся.

— Что? Ты столько лет притворялся, что рад меня видеть, а теперь говоришь, что пришёл за автографом?

— Да.

— Мог бы просто сказать, что пришёл поздороваться.

Генеральный директор Им, ошарашенный, сухо рассмеялся, но, видя, что Са Гам Джэ молча стоит с отсутствующим видом, махнул рукой.

— Ладно, бери свой автограф и уходи. Фух, ты меня нервируешь. Я даже видеть тебя не хочу.

— Вообще-то я пришёл поздороваться.

— Хватит! Пошёл вон!

* * *

Получив разрешение генерального директора Има, Са Гам Джэ в сопровождении одного из сотрудников благополучно добрался до певца.

— Он здесь.

Сотрудник подошёл к передней части комнаты, где тот репетировал, и указал на стеклянную стену. Несмотря на звукоизоляцию, оттуда доносились приглушённые звуки фортепиано.

Са Гам Джэ прищурился и посмотрел сквозь длинное прямоугольное стекло. Рабсус с безучастным выражением лица нажимал на клавиши. Даже в приглушённом звуке песня звучала очень грустно.

— Он репетирует, чтобы сыграть и спеть на автограф-сессии.

— У него не очень хорошо получается.

— Это просто подарок фанатам.

Когда сотрудник повернул дверную ручку, Рабсус перестал играть и обернулся.

Несмотря на то, что они никогда не работали вместе, он должен был понять, что перед ним мрачный Жнец, но Рабсус никак не отреагировал, увидев Са Гам Джэ.

— Эм, Рабсус, это господин Гам Джэ, он раньше работал в нашей компании. Он сказал, что хочет получить твой автограф на память, и я привёл его сюда. Ничего страшного?

Когда Рабсус кивнул, сотрудник быстро достал принесённые с собой бумагу и ручку и протянул их ему. Однако вместо того, чтобы сразу поставить подпись, Рабсус щёлкнул ручкой и спросил:

— Я хочу поговорить с этим человеком. Вы не могли бы оставить нас наедине?

— О? Вы знакомы?

Сотрудник широко раскрыл глаза, переводя взгляд с Са Гам Джэ на Рабсуса и обратно, затем улыбнулся и подтолкнул Гам Джэ.

— Надо было сказать об этом раньше!

Как только сотрудник ушёл, радостная атмосфера была нарушена звуком резко захлопнувшейся двери. Рабсус, до этого сохранявший спокойствие, пнул ногой стул от пианино, и бросился к гостю.

Словно ожидая этого, Са Гам Джэ отклонился в сторону, уворачиваясь от атаки. Почти одновременно в их руках появились клинки. Один видимый и один невидимый.

Два клинка столкнулись, разлетевшись снопом искр. Они продолжали сталкиваться, и вместе со звуком искр то вспыхивали, то гасли огни.

Са Гам Джэ прищёлкнул языком, уклоняясь от клинка, с которым было сложно справиться из-за его прозрачности. На первый взгляд глаза Рабсуса выглядели нормально, но как только начался бой, склеры мгновенно почернели.

— Мне было интересно, куда ты отправился после того, как покинул подземный мир. Ты объединился с Владыкой Демонов?

Вместо ответа Рабсус яростно взмахнул клинком, а Са Гам Джэ открыл дверь и вышел.

Он поступил так, потому что нашёл ответ и ему больше не нужно было сражаться, но этот поступок оказался весьма эффективным. Рабсус, выдававший себя за певца, не смог последовать за ним.

Жнец одной рукой поправил развязанный галстук и заглянул в комнату. Рабсус тоже убрал клинок и пристально смотрел на него.

— Думаю, лучше не просить автограф?

Са Гам Джэ, указывая пальцем на ручку и бумагу, валявшиеся на полу, тут же развернулся.

Рабсус последовал за ним к двери, но вместо того, чтобы догнать, прислонился к стене и скрестил руки на груди.

Нажав на кнопку лифта, Са Гам Джэ взглянул на него через плечо. Удивительно, но на лице Рабсуса играла улыбка.

Когда дверь со звоном открылась, Жнец повернулся к нему спиной, чтобы войти, но как только его нога коснулась пола лифта, вслед полетела прощальная фраза, смешанная со смехом:

— Мы ещё встретимся, мрачный Жнец.

* * *

— А? Ты уже уходишь?

Когда Са Гам Джэ спустился в вестибюль на первом этаже, сотрудник, который ранее проводил его в репетиционную к Рабсусу, заметил его, разговаривая с другим коллегой.

— Да. Увидимся в следующий раз.

"Ты что, снова придёшь за автографом?", — угрюмо подумал мужчина, но не подал виду и ответил кивком.

Са Гам Джэ мягко улыбнулся, кивнул и вышел из штаб-квартиры, свернув в безлюдный переулок. Он собирался вернуться в подземный мир, но, оказавшись в переулке, прислонился к стене и пошатнулся.

— ...?

Он коснулся рукой прохладной стены и несколько раз моргнул. Понять, что происходит, было непросто. У такого мрачного Жнеца, как он, не могло быть ортостатической гипотензии или анемии.

Са Гам Джэ быстро замотал головой, почувствовал на себе чей-то взгляд и поднял голову. В окне виднелась тень. Кто-то смотрел на него сверху.

Встретив взгляд Жнеца, тень небрежно махнула рукой, развернулась и исчезла внутри.

Са Гам Джэ примерно прикинул, где находится окно. Похоже, это была та самая репетиционная.

Он закрыл глаза и нахмурился. Мрачная и печальная мелодия фортепиано, едва различимая за пределами звукоизолированной комнаты, звучала у него в ушах, словно слуховая галлюцинация.

"Рембрари", — подумал Са Гам Джэ и тут же покинул место.

* * *

— А как насчёт здания рядом с тем, где Кокко проводит автограф-сессию? Может, там?

— Это частная резиденция...

— А что, если мы попросим их ненадолго уйти?

— Думаешь, они уйдут?

— А что, если мы устроим автограф-сессию перед зданием, где Кокко проводит автограф-сессию? На улице.

По мере того как Рембрари говорил, выражение лица Шин Чжо Уна становилось всё более недовольным.

Когда кто-то торопливо позвонил в дверь, Рембрари уставился на карту, которую Чжо Ун вывел на планшет, а затем перевёл взгляд на входную дверь.

Мастер Лев, находившийся на кухне, в мгновение ока телепортировался к двери и открыл её.

— Рембрари.

Тем, кто появился в дверях, был неожиданно Са Гам Джэ в чёрном костюме.

— Удели мне минутку. Мне нужно подлечиться.

Жнец, который выглядел слишком здоровым для того, кто нуждается в лечении, сел напротив Рембрари и снял галстук, положив его рядом с собой.

— Где болит?

Рембрари, которому показалось странным, что Жнец просит о помощи, хотя, судя по всему, не получил видимых травм, спросил, в чём дело, и Гам Джэ указал пальцем на свою голову.

— Я сходил к тому парню, Рабсусу, и, кажется, он что-то сделал. Не знаю, что именно, но мелодия фортепиано, которую он играл, не выходит у меня из головы.

— Фортепиано?

Когда Рембрари переспросил, Жнец кивнул и тихо выругался раздражённым голосом.

— Он даже играет плохо, но этот неуклюжий звук всё равно звенит в ушах. Чёрт возьми.

— Зачем ты ходил к Кокко?

Не успев договорить, Рембрари спокойно поднял руку. Но в тот момент, когда он уже собирался коснуться головы Са Гам Джэ, зазвонил телефон.

— Одну минуту.

Рембрари взял телефон и ответил на звонок.

Са Гам Джэ вздохнул, как будто дело не терпело отлагательств, и наконец заметил Шин Чжо Уна, который смотрел на него.

Президент Шин встретил взгляд Гам Джэ с улыбкой, но в его глазах читалось недовольство. Жнецу тоже не нравился Шин Чжо Ун, который превратил его коллег в ледяных статуй, поэтому оба нахмурились и уставились друг на друга.

Мастер Лев не знал, что делать: продолжать наблюдать за ними или войти в комнату и закрыть дверь, ведь он и так уже достаточно на них насмотрелся. Атмосфера быстро накалилась.

Эту напряжённую атмосферу нарушил голос Рембрари, прозвучавший мрачнее обычного.

— Что ты имеешь в виду? Ты не можешь использовать "Чудо"?