Разница температур

Шин Чжо Ун, потушив сигарету о стену, медленно направился к Рембрари.

Жнецы, разъярённые его появлением, попытались что-то предпринять, даже если это означало ухудшение собственного положения, но созданная Шин Чжо Уном ледяная тюрьма не ломалась.

Шин Чжо Ун, подошедший ближе, посмотрел на Рембрари, а затем с улыбкой пробормотал:

— Лучше бы мы не были знакомы.

В этот момент за спиной Рембрари зазвонил телефон. Монотонный звонок в тихой, тёмной атмосфере казался зловещим.

Шин Чжо Ун указал на это и улыбнулся.

— Ты не ответишь?

Вместо ответа Рембрари медленно поднял руку и направил её на Шин Чжо Уна.

Пока тот смотрел, не понимая, что происходит, рука Рембрари коснулась его грудной клетки в области лёгких.

— ...?

После этого, когда приятное и освежающее ощущение, возникшее при использовании целительной силы, распространилось по его груди, Шин Чжо Ун нахмурился и озадаченно посмотрел на Рембрари.

Рембрари небрежно убрал руку, отвечая на невысказанный вопрос.

— У тебя лёгкие болят, идиот.

— ...Идиот?

Когда Шин Чжо Ун указал на себя, Рембрари вздохнул, похлопал его по плечу и потянул за рукав, подзывая к себе.

Всё ещё недоумевая, что он задумал, Шин Чжо Ун последовал за Рембрари, который подошёл к качелям, на которых сидел его "пёс", и начал подталкивать его, веля подвинуться.

— Двигайся. Двигайся.

Словно в тумане, "пёс" слез с качелей, а Рембрари сел на его место и похлопал по сиденью рядом с собой, приглашая Шин Чжо Уна устроиться рядом.

— …

Шин Чжо Ун сел рядом с ним, наблюдая за тем, что парень делает. Рембрари начал раскачивать качели ногами, цепи заскрипели. Затем он открыл рот.

— Анчоус. Послушай меня.

Оказавшись на качелях, Шин Чжо Ун замер, покачиваясь в такт движению, затем откинулся на спинку и улыбнулся.

— Давай.

При этих словах Рембрари посерьёзнел и мрачно спросил:

— Похоже, ты поймал Жнецов в попытке спасти меня. Анчоус, как собираешься справиться с последствиями?

— …

— Я благополучно вернулся, так что отпусти их. Твоё место здесь, и нет смысла наживать себе врагов среди них.

Шин Чжо Ун пристально посмотрел на Рембрари, затем поднял руку и медленно потёр ему лоб. Застигнутый врасплох, Рембрари вернул голову в исходное положение и запротестовал.

— Что ты делаешь?

На это Шин Чжо Ун спросил:

— Это всё, что ты можешь сказать?

Рембрари нахмурилась и парировал.

— Есть что-то, что ты хочешь услышать от меня?

Шин Чжо Ун кивнул и посмотрел на него испытующе, а Рембрари склонил голову набок и вдруг расхохотался. Затем он положил руку на спинку качелей и высокомерно вздёрнул подбородок.

— Я знаю, как называют таких, как ты.

— Что?

— Тот, кто ищет ответы на все вопросы!

— ...!

— Если хочешь что-то конкретное услышать, не ходи вокруг да около, а просто скажи. Скажи, какие слова хочешь услышать.

В ожидании ответа Шин Чжо Ун нахмурился и резко спросил:

— Если я из тех, кто хочет знать все ответы, то как называют таких, как ты?

— Остроумным, сообразительным и мудрым!

— Нет. Знаешь, как таких называют? Если выражаться теми странными интернет-словами, которые тебе так нравятся.

— Как?

— Тупицей.

— …

Рембрари уставился на него широко раскрытыми глазами, как у камбалы, а Шин Чжо Ун расхохотался, тряся плечами. Затем он покачал головой и встал с качелей.

— Всё же я рад, что ты вернулся. Даже если тебя похитят, я смогу найти тебя, где бы ты ни оказался.

— Анчоус. Тхэ Ри беспокоилась за тебя.

— Я ничего не сказал, потому что знал, что она будет волноваться.

— Свяжись с Тхэ Ри и скажи ей, что ты сидел дома.

Поскольку Шин Чжо Ун снова уставился на него, Рембрари слегка толкнул качели и спросил:

— Что опять?

— Тебе правда нечего мне сказать?

— Не стоит убивать людей и призывать мрачных Жнецов.

— ...И это всё?

— Ты многого хочешь, да?

— …

В конце концов Шин Чжо Ун указал глазами на "пса" и спросил:

— А про это?

— Зачем ты его перевязал?

— ...!

Люди склонны предсказывать, что скажут другие, основываясь на том, что они видели и пережили. Шин Чжо Ун не был исключением.

Он всегда предвидел и готовился к реакции Рембрари, основываясь на средней реакции тех, кто раскрыл его секрет. Учитывая его необычную натуру, он был готов к необычной реакции.

Однако Рембрари постоянно превосходил его ожидания. Нет, это было настолько неправдоподобно, что казалось, будто он не просто промахивается, а бьёт себя щеткой по макушке.

"Спрашивать, зачем перевязан "пёс" после того, как увидел его?.."

Но пока Шин Чжо Ун пребывал в замешательстве, Рембрари был занят своими делами.

— Скорее освободи мрачных Жнецов.

Шин Чжо Ун почему-то был недоволен его поведением и не хотел отпускать Жнецов, поэтому Рембрари коснулся льда, сковавшего их, но быстро убрал руку, добавив:

— Если будешь продолжать в том же духе, может случиться что-то очень плохое.

— А если я их отпущу? Эти ребята снова попытаются тебя похитить?

— Всё в порядке, такого больше не повторится.

— Почему? Они пообещали, что больше не будут тебя похищать?

— Раньше я был неосторожен и меня поймали. Теперь, если будет хотя бы намёк на похищение, я сам с этим справлюсь.

Из разговора с Йом-рой Рембрари узнал, что "Величие Бога" не действует на Богов. Однако это, в свою очередь, означало, что оно действует на всех, кроме существ божественного уровня, таких как Йом-ра, Редрин, Люмена или Владыка Демонов.

"Однако есть исключения, например, Клодт. Он же говорил, что Владыка Демонов так часто излучал подобную энергию, что он привык к ней и научился её терпеть? Как раздражает. Значит, среди его подданных таких много... Подумаю об этом позже, когда останусь один".

Рембрари снова начал уговаривать Шин Чжо Уна отпустить мрачных Жнецов. Тот был очень недоволен, но в конце концов неохотно взмахнул рукой.

Лёд, сковавший Жнецов, начал таять на глазах. Однако даже после того, как они выбрались из морозной ловушки, их промокшая одежда не давала им сдвинуться с места. Они не сводили глаз с Шин Чжо Уна, опасаясь его.

— Идите. Вон отсюда, быстро!

Рембрари, не в силах больше на это смотреть, в отчаянии ударил кулаком по столу, и только после этого Жнецы выстроились в ряд, открыли дверь из подвала и строем начали подниматься по лестнице.

"Не понимаю, почему они просто не исчезнут".

Глядя на эту аккуратную цепочку выходящих из подвала Жнецов, Рембрари тихо пробормотал что-то себе под нос и взглянул на профиль Шин Чжо Уна.

Мужчина смотрел на вход в подвал, плотно сжав губы и с недовольством во взгляде.

"Вокруг дома была ледяная цепь, по которой, казалось, текло электричество. Поэтому они уходят пешком?"

* * *

Когда инцидент был улажен, Рембрари и Шин Чжо Ун тоже вышли на улицу. Рембрари думал, что Са Гам Джэ будет его ждать, но его нигде не было видно, как и других Жнецов.

Заинтересовавшись, куда он пропал, Рембрари проверил телефон и увидел имя Гам Джэ в списке пропущенных. Похоже, ему по какой-то причине пришлось уйти, и он связался с Рембрари, но, когда тот не ответил, ушёл, оставив сообщение.

На всякий случай Рембрари проверил сообщения, и, как и ожидалось, там было сказано: "Меня срочно вызвали, поэтому я ушёл. Позвоните мне, если не сможете вернуться".

— Как ты сюда добрался?

— Я приехал на машине.

— Где машина?

— Где-то в районе перевала Сачхон.

— Дворецкий тебе сказал?

— Шин Чжо Ун, отвези меня домой.

В любом случае, похоже, не было необходимости звонить Са Гам Джэ, поэтому Рембрари попросил Шин Чжо Уна.

Тот молча вывел совсем другую машину из гаража и сел за руль, а Рембрари устроился на пассажирском сиденье и достал пакетик с засахаренными кусочками манго.

— Можно я поем?

— Делай что хочешь.

Шин Чжо Ун почти ничего не говорил, а Рембрари сосредоточился на еде, так что какое-то время в машине было тихо.

Проехав около получаса и решив, что они уже довольно далеко, Шин Чжо Ун на мгновение остановился на светофоре, нервно постучал по рулю и вдруг выпалил:

— Не говори Тхэ Ри.

— Ты имеешь в виду историю о Жнецах?

— Об отрубленной голове.

Рембрари посмотрел на пальцы Шин Чжо Уна, которые не могли усидеть на месте, достал кусочек манго и цокнул языком.

— Вот почему не стоит делать то, о чём нельзя рассказать. Разве ты обычно так не делаешь?

— Конечно, нет. С чего бы мне такое делать?

— Вот как? — с пониманием произнёс Рембрари, а Шин Чжо Ун взял из пакета с закусками кусочек манго, положил его в рот и снова взялся за руль.

Вскоре после этого он опять остановился на светофоре и ещё раз предупредил:

— И про пса тоже не говори.

— "Пса"?

— Про того, с бинтами.

— Не волнуйся. Я не из тех, кто распространяет слухи о чужих… фетишах. Более того, Анчоус, ты…

Машина резко затормозила, когда Шин Чжо Ун нажал на педаль тормоза. Голова Рембрари мотнулась вперёд, а затем назад и с глухим стуком ударилась о подголовник кресла.

Рембрари опешил и уставился вперёд, а затем обратился к Шин Чжо Уну с протестом.

— Ты что, разучился водить?

— Нет, — тихо, с трудом выговаривая, ответил Шин Чжо Ун.

— Если нет, то почему так резко тормозишь?

— Дело не в этом. Пёс. Человек в бинтах. Это не то, о чём ты подумал. — с этими словами он помрачнел, словно разозлился, и опустил стекло. — Я удивлялся, почему ты ничего не говоришь. О чём ты вообще думаешь?

— Зачем ты опустил стекло? Ты вообще умеешь водить?

— Я так расстроен, так расстроен.

— А меня расстраивают твои навыки вождения.

Шин Чжо Ун открыл рот и посмотрел на Рембрари, но вскоре покачал головой и снова завёл машину. К счастью, они не стали затягивать с отъездом и вскоре оказались перед домом Рембрари в хорошем школьном районе.

— Спасибо, что подвёз. И спасибо, что попытался меня найти, хоть и странным способом.

Рембрари, попрощавшись, вышел из машины, но Шин Чжо Ун не знал, что ему ответить.

Однако, быстро покинув машину, Рембрари не стал заходить в дом и принялся неловко расхаживать взад-вперёд перед автомобилем. Затем он внезапно подошёл к машине Шин Чжо Уна со стороны водителя и постучал в окно.

Заинтересовавшись, в чём дело, мужчина опустил стекло, но Рембрари почему-то с трудом открыл рот.

— Не знаю, стоит ли мне это говорить, но я чувствую, что должен.

Его поведение явно отличалось от того, каким оно было в машине. Может, он нарочно притворялся, что спокоен, и вёл себя как обычно?

Шин Чжо Ун немного занервничал, спрашивая:

— Что?

Тем не менее, пока Рембрари колебался, он спокойно улыбнулся и по-доброму добавил:

— Всё нормально. Скажи мне. Даже если ты решил, что больше никогда не хочешь меня видеть, я приму это.

— Эм… тогда я скажу.

Рембрари поколебался, затем просунул руку в окно и проверил, надёжно ли заперта машина.

— ...?

Увидев растерянный взгляд Шин Чжо Уна, он убрал руку и прошептал с виноватой улыбкой:

— Я немного помял твою машину.

— ...!