Священный айдол
Спец-выпуск и спектакль

Спец-выпуск и спектакль

Священный айдол Том 1.0 Глава 77.0

Это было что-то… на спине? Как отпечаток ладони, а может…

— След от пепла? — предположил Рембрари.

Он вспомнил, как однажды и на плече Мэн У Шина заметил похожий след. Но сейчас перед ним была Им Ю Хан, часто угощавшая его кофе и никогда не раздражавшаяся на него.

Рембрари подошёл к ней и прямо спросил:

— Старшая, вы не стирали свою одежду?

— Я почти не стираю, — смущённо ответила Им Ю Хан. — А что?

— У вас что-то на спине, — указал Рембрари.

Им Ю Хан потянулась за спину, сделала вид, что стряхивает что-то, и спросила своего менеджера, что очень кстати подошла:

— Онни, у меня что-то на спине?

— Что? Нет, нет ничего. Тебе нужно переодеться вот в это прямо сейчас, — ответила та.

Менеджер Им Ю Хан широко раскрыла глаза, развернула свою подопечную к себе и покачала головой:

— Нет, а что должно быть?

Затем она шлёпнула актрису по спине:

— Всё в порядке?

Рембрари нахмурился. Ясно, что менеджер поняла свою ошибку, когда похлопала Им Ю Хан по спине. Но этот чёрный отпечаток не был налипшей пылью, он был как "клеймо", которое невозможно стереть.

Рембрари решил использовать свою божественную силу, чтобы избавиться от пятна, и спросил Им Ю Хан:

— Старшая, можно я похлопаю вас по спине?

— По спине? — Им Ю Хан хихикнула. — Беседы с Ён У действительно странные, — но всё же дала разрешение.

Рембрари быстро собрал в руке свою божественную силу.

— Ты кого там собрался шлёпать, что так руку поднял?

Но прежде чем он успел стереть чёрный отпечаток, Чон У, принёсший тёплую воду для него, подскочил и остановил парня. Это было быстро.

Затем режиссёр позвал Им Ю Хан, и их съёмочные графики больше не пересекались. Из-за несовпадения графиков им обоим пришлось спешно сесть в разные машины, так что Рембрари не удалось коснуться её.

"Что это могло быть?", — ломал голову он.

***

График Рембрари был настолько плотным, что он не мог долго размышлять о следе на спине Им Ю Хан.

На следующий день ситуация не изменилась. Музыкальное шоу анонсировало весенний спецвыпуск с участием популярных айдолов и короткой сказочной пьесой. Ён У пригласили участвовать.

"Music Music" — это шоу, которое в гневе закрыло сцену для выступлений "Wild Animal" после того, как Ён У застыл на сцене и выдал коронное "Я не умею танцевать!". Теперь их предложение было компромиссом: они обещали открыть дорогу для выступлений "Wild Animal" на всех своих сценах.

Чон У, конечно, сразу согласился, и график Рембрари стал ещё плотнее. Более того, дата спец-эфира приближалась быстро, и его вызвали на телеканал в тот же вечер, когда он получил предложение. Рембрари и Чон У были шокированы, но другой менеджер объяснил, что так и было задумано.

— Немного удачи? Вроде того. Если время не подходящее, шоу срывается. Сцена кастинга тоже будет показана. Это не полноценный проект, а скорее полушуточный ситком. Два года назад на рождественский спецвыпуск все популярные айдолы были в зарубежных турах или готовились к концу года. Поэтому кастинг был сложным. Выбрали менее известного айдола, и он внезапно стал хитом.

Позже, наедине с Ён У, Чон У пробормотал:

— О... Кажется, я слышал о том айдоле.

— Ты менеджер айдол-группы, но не знаешь, как организовать спецвыпуск?

— "Wild Animal" туда даже не рассматривались. Я впервые сталкиваюсь с этим, потому посмотрел прошлогодние выпуски.

— Ну и как?

— Как менеджеры и сказали, это будет полушуточный спектакль. Капустник. Это не полноценный проект, как "Дорогое Божество", так что не переживай.

— Смогу ли я хорошо выступить?

— Будет хорошо, если ты сыграешь хорошо, потому что тогда точно найдутся люди, которые не согласятся, что ты плохой актёр для дорам.

Рембрари кивнул и уверенно вздёрнул подбородок. Его актёрская уверенность выросла после съёмок в дораме "Дорогое Божество", так что всё должно пройти гладко.

Отпечаток на спине Им Ю Хан стёрся из его памяти, уступив место новой задаче.

О Чон Син был досадной неожиданностью среди других айдолов, но, поскольку он не вёл себя как придурок уже со второго дня съёмок в храме, всё было в порядке. За время работы с ним больше ничего интересного не случалось.

— О, все пришли?

Дверь открылась, и в комнату вошёл человек с листами бумаги под мышкой. Рембрари его не знал, но некоторые менеджеры и айдолы узнали этого человека в лицо и поклонились. Это был режиссёр О Ки Ён.

— Один, два, три, четыре, пять… Все здесь, — пересчитал режиссёр. — Пожалуйста, позаботьтесь о нас. Давайте постараемся изо всех сил.

Он тепло поприветствовал присутствующих и добавил с ухмылкой:

— Как я говорил, не смотрите прямую трансляцию. Ваши пальцы на руках и ногах сведёт от напряжения.

Затем он раздал айдолам листы бумаги. Это был грубо скреплённый набор из примерно двенадцати страниц, и когда Рембрари пролистал его, он заметил, что там был весь текст пьесы. Странно, но диалогов почти не было.

— Почему так мало диалогов?

Это отличалось от сценария "Дорогое Божество", и он удивился, показывая сценарий Чон У, который тоже выглядел озадаченным. К счастью, остальные айдолы и менеджеры тоже выразили замешательство.

— Мы расскажем историю, которую вы все знаете. "Белоснежка". Вы все знаете её, верно?

"Кто это? Из какой страны эта Белоснежка?", — поднял бровь Рембрари. К его удивлению, со всех сторон раздалось: "Да, да, да...".

— Я намеренно оставил только часть реплик, чтобы подчеркнуть индивидуальность каждого героя.

Чон У остановил Рембрари, пытавшегося задавать вопросы, шикнув: "Нет!". Режиссёр О Ки Ён продолжил:

— У нас есть сценарий с основными репликами. Пожалуйста, сверьтесь с ним и допишите свои. Представьте, что вы оказались в этой истории. Как бы вы заговорили? Если хотите использовать диалект, пишите на нём. Если хотите создать тихую и решительную атмосферу, сократите количество слов. Если хотите сделать сцену живой, пишите энергично.

Рембрари и другие актёры замерли в недоумении. Режиссёр О Ки Ён ухмыльнулся и отпустил менеджеров. Казалось, они пытались помешать своим вмешательством в сюжет, пытаясь избежать критики подопечных, а не проявляя их индивидуальность.

Чон У сопротивлялся, но понимал, что остаться в комнате ему не получится. Перед уходом он подошёл к режиссёру и попросил:

— Господин режиссёр, У Ён У не знает "Белоснежку". Не могли бы вы ему объяснить сюжет?

— Он не знает "Белоснежку"? — удивился режиссёр.

Он выглядел ошеломлённым, но потом улыбнулся и сказал:

— Ничего страшного. Весь сюжет кратко прописан в сценарии.

Однако в глубине души режиссёр не поверил Чон У.

"Как можно не знать такую известную сказку? Этот парень же не из другого мира залетел?"

Он решил, что менеджер говорит не о самой истории, а просто пытается лучше понять интерпретацию режиссёра. Из-за этого Рембрари пришлось узнавать сюжет через её адаптацию, ориентированную на айдолов и их фанатов.

Рембрари взял сценарий и начал читать.

Сюжет был таким:

--- В королевстве родилась прекрасная принцесса. После смерти королевы-матери король привёл в замок новую жену. Она казалась спокойной и утончённой, но на самом деле была страстной танцовщицей. Когда новая королева волновалась, она танцевала перед зеркалом и спрашивала: "Зеркало, зеркало, скажи, кто на свете лучшая танцовщица?". Зеркало всегда восхваляло её: "Королева — лучшая!"...

"Что это за королева? Я не знаю, какая это страна, но раз так сказано в сценарии...ладно."

--- Однако, по мере того, как принцесса росла, начал появляться новый мастер танца. У принцессы был природный талант к танцам. И вот, наконец, настал день беды. Принцесса, увидев, как королева танцует перед зеркалом, не смогла сдержать жгучего желания и прокралась в комнату королевы, чтобы станцевать брейк-данс. В тот же вечер зеркало предало новую королеву. "Зеркало, зеркало, кто лучшая из танцовщиц в мире?". Зеркало ответило: "Принцесса – лучшая!".

--- Новая королева, потрясённая, приказала дровосеку убить принцессу. Она верила, что если принцесса умрёт, то она вновь станет неоспоримой мастерицей танца. Однако дровосек, уведя принцессу в лес, чтобы убить её, был так впечатлён её пением, что в конце концов отпустил девушку. Она оказалась ещё и талантливой певицей.

--- Когда дровосек вернулся и солгал о том, что убил принцессу, новая королева, найдя его привлекательным, взяла его в любовники.

"Что?... Не понимаю..."

--- Выжившая принцесса убежала в лес и наткнулась на домик семи гномов. Она съела всю их еду и уснула на кровати. Семь гномов были в ярости из-за вторжения принцессы. Однако, когда принцесса помогла им починить крышу, которая оказалась слишком высокой для гномов, они были так тронуты, что позволили ей присоединиться к своей семье. И жили они долго и счастливо, пока не возникла проблема. Зеркало сообщило новой королеве, что принцесса жива.

--- Разгневанная королева, расставшись с любовником-дровосеком, отправилась разобраться с принцессой. Она вызвала принцессу на танцевальный батл один на один, и гномы выступили в роли судей. Однако гномы были на стороне принцессы, поэтому их решение было крайне предвзятым.

--- Разъярённая королева закричала принцессе "убирайся к чёрту" и вернулась во дворец. Однако, не в силах заснуть из-за несправедливости, она снова пришла к принцессе с отравленным яблоком и предложила ей смертельный поединок. Проигравший должен был съесть яблоко, а победитель - стать абсолютным чемпионом.

--- В итоге принцесса проиграла пари, съела отравленное яблоко и упала в обморок. Гномы положили её в стеклянный гроб. Проезжавший мимо принц заметил это, подошёл к гномам и спросил, сколько дней прошло с момента её смерти. Он заметил, что её тело нетронуто, и решил, что она жива. Он спас её. Принцесса проснулась, влюбилась в принца и спела ему любовную песню. Принц, очарованный её голосом, сделал ей предложение.

"...И всё?", — удивился Рембрари.

Ему, жившему в классовом обществе, эти сказки показались странными.

"В этом мире слишком любят танцевать и петь", — подумал он.

Люди здесь верили, что поцелуй способен пробудить мёртвого, а пение - принести мир и счастье. Теперь он понял, почему местные так суеверны. Всё потому, что с детства им промывали мозги такими сказками.

Рембрари вздохнул и посмотрел на список ролей. Если его просили что-то сделать, он должен был постараться сделать это хорошо.

— ...Но кого я играю?