Я что-то слышу

"— Дата: 26 сентября, жаркая погода. Чон Со сказал, что сентябрь — это осень, но почему так жарко? Если бы это сказал Кэссиди, а не Чон Со, я бы сразу же накричал на него. Когда я кричу, люди чувствуют мою силу и боятся. Кэссиди был бы поражён моим криком и извинился за распространение ложной информации. Вот такой я. Даже одно слово создаёт такую атмосферу. Мой... как это выразить? Мне нужно посмотреть в словаре? Но словари не всесильны. Когда я хочу выразить определённое слово, как я могу сразу его найти, если в словаре столько слов? Я могу искать несколько дней, но не использовать сразу, верно?... Я немного сбился с темы. В любом случае, это мой... "авторитет"? Давайте назовём так. "Авторитет" был продемонстрирован, даже когда я пошёл за Чон Со на место съёмок? Поправка. Не место съёмок, а чтение сценария. Чон Со получил приглашение на прослушивание в фильм "Квартира", и я пошёл с ним. Причина, по которой я пошёл… довольно простая, но менеджер велел мне никогда не говорить о ней в видеодневнике, так что я не могу сказать… Как такое возможно? Если подумать, не озвучив причину, я и не могу сказать как мне было там круто!"

***

"— Дата: 27 сентября, всё ещё жарко. Чан Тхэ Ри пригласила меня в популярный магазин мороженого, который открылся впервые в Корее. Я спросил менеджера, можем ли мы пойти, и он сказал "нет". Он сказал, что мы не можем пойти одни, потому что это может спровоцировать слухи о наших отношениях, и что если мы хотим пойти, то должны позвонить Шин Чжо Уну и пойти втроём. Честно говоря, я немного нервничал. В эфире об этом не говорили, но между мной и Шин Чжо Уном сейчас довольно прохладные отношения. Поводом послужил день рождения Чон Со несколько дней назад. Шин Чжо Ун прислал пиццу от моего имени. С этим всё в порядке. Я сам о пицце попросил. За это ему спасибо. Проблема в том, что вместе с пиццей пришло нечто неожиданное. Гигантский плюшевый костюм с человеком внутри. Зачем, чёрт возьми, он это прислал? Плюшевый клоун протрубил в рог или что-то похожее, спел и станцевал перед Чон Со, а затем испарился. Но в тот день, из всех дней, Чон Со был в подавленном настроении. Он поблагодарил меня, но атмосфера стала холодной, и я понизил Шин Чжо Уна, которого повысил до "кита", обратно до "анчоуса" в течение получаса. Шин Чжо Ун так разозлился из-за этого, что с тех пор игнорирует мои сообщения..."

"...Извините. Мне пришло сообщение. И какого чёрта? "Ябеда"? Он реально только что мне это написал?! Ха! Я в таком шоке! Я не ябеда. Я веду этот видеодневник ровно так, как просила г-жа продюсер. А что такое дневник? Разве я не должен записывать то, что со мной произошло? Значит, я должен здесь рассказать, что произошло, и он называет меня стукачом!..."

"...Пришло ещё одно сообщение. "Ты такой болтливый"? Ха! Я в таком шоке! Я не легкомысленный человек. Нет способа измерить вес рта, но если бы это было возможно, ни один рот не был бы таким тяжёлым, как мой. Господин Шин Чжо Ун, это у вас самый лёгкий рот из всех! Потому что вы "анчоус"! Господин Шин Чжо Ун, вы анчоус, который высушивается на солнце и крошится с одного удара!..."

"...Пришло ещё одно сообщение. Шин Чжо Ун сказал, что если я немедленно не извинюсь, он отправит 100 коробок анчоусов в моё общежитие, и вонь от анчоусов вокруг меня станет неизбежна. О боже, люди, этот президент такой мелочный!..."

"...Сейчас 16:00. Раньше я был в общежитии, а теперь нахожусь в офисе компании. Я спрятался в офисе, потому что Шин Чжо Ун реально прислал мне 100 коробок анчоусов. Я не считал, но мне так показалось. Я решил оставить несколько коробок в общежитии и раздать большую часть. О Чон Сину тоже принёс. Когда я дал коробки анчоусов ему и парням его группы, они спросили, нет ли там яда. Я сказал им попробовать и сказать мне, но они отказались..."

"...Сейчас 20:00. Я не сказал вам, что делал в офисе раньше, но у нас было совещание по поводу нового альбома. Мы получили несколько песен, и поскольку в альбоме их должно быть пять, решил послушать ещё несколько треков. После тщательного обсуждения мы сузили круг песен-кандидатов до десяти демок, и теперь пришло время отобрать из них только пять лучших. Мы решили провести "слепую дегустацию" со всеми сотрудниками компании, стажёрами и актёрами агентства. О, я не стал снова включать селфи-камеру, чтобы рассказать об этом, но после встречи и выхода на улицу, о чудо, Шин Чжо Ун стоял перед агентством с припаркованной машиной. Я поспешно использовал Чон Со и Кэссиди вместо щитов, чтобы спрятаться, но этот плохой парень Кэссиди крикнул: "Ён У здесь!", и меня поймали. На самом деле, я прятался не потому, что чувствовал себя обиженным. Я всегда уверен в себе... Как айдол, я не обижаюсь. Несмотря ни на что! Поэтому я расправил плечи и вышел, а Шин Чжо Ун улыбнулся, сказав, что ему, должно быть, нужно что-то мне сказать. Когда я ответил, что не о чем нам говорить, он спросил меня, немного холоднее обычного, действительно ли так плохо посылать аниматора в плюшевом костюме для поздравления? Что он имел в виду? Я попросил его поскорее убраться с дороги, потому что я устал и должен вернуться в общежитие, на что он ответил: "Свинка. Если ты продолжишь в том же духе, я просто назову тебя собакой". Я собирался рассердиться, но, если подумать, собаки, по-моему, милее свиней. Конечно, я не собака и не свинья. В общем, я попросил его впредь не называть меня свинкой, а звать красивым и умным маламутом. Он лишь рассмеялся, решив, что это такая нелепость, и ушёл. Странно..."

***

— Что-то хорошее происходит?

Шин Чжо Ун покачал головой, плотно поджав губы. Но глаза секретарши блестели. Ей было видно, что один уголок его рта искривлён, и он весь дрожит от попытки не рассмеяться.

Но взгляд секретарши был таким же острым, как и его восприятие, поэтому, вместо того чтобы спросить, почему боссу так весело, она протянула ему недавно полученный брелок. Это был классический брелок с пятью ключами на круглом кольце.

— Вот те ключи, которые вы просили.

— А "пёс"?

— Думаю, он больше не сгодится.

— Он легко сломался.

Шин Чжо Ун щёлкнул языком, сунул телефон в карман куртки и встал с дивана. Выйдя из комнаты, он зашёл в гараж рядом с домом и нажал кнопку. Машина, припаркованная в углу гаража, со стуком отъехала в сторону, открывая дверь.

Шин Чжо Ун вставил ключ в щель, и на этот раз над щелью появилась бледная голограмма, показывающая скрытый сканер отпечатков пальцев. Он приложил руку к сканеру, и после короткого сканирования дверь с лязгом открылась. Когда он вошёл, она автоматически закрылась за ним, и пространство скрылось за стеной. За дверью была длинная лестница и коридор, ведущий вниз.

Когда Шин Чжо Ун шёл по коридору, каблуки его ботинок стучали с отчётливым гулом. Коридор продолжался прямо, пока не свернул в сторону в конце. Шин Чжо Ун повернулся и прошёл ещё немного, и перед ним открылось светлое, открытое пространство.

Пол был вымощен камнем и различными механизмами, наполнявшими пространство приятной атмосферой, несмотря на то, что оно находилось под землёй. Однако жужжание механизмов, смешанное с тяжёлым дыханием, не производило приятного впечатления.

Шин Чжо Ун улыбнулся и подошёл к своему тяжело дышащему "псу".

— Привет.

Он поздоровался с "псом", но тот лишь угрюмо посмотрела на него. Глаза, когда-то полные гнева, теперь были едва сфокусированы. Шин Чжо Ун положил ключи, придвинул стул к кровати и сел.

— Ты пытался связаться с коллегами?

— …

— Почему бы тебе не попросить их спасти тебя? Пора найти тебе замену.

— …

— Разве справедливо страдать в одиночестве? Если бы коллеги не бросили тебя, этого бы не случилось.

— …

Собеседник не проронил ни слова, но Шин Чжо Ун продолжил говорить сам с собой. Однако, не дождавшись ответа, он, казалось, потерял интерес и в конце концов цокнул языком и встал.

— Ты знаешь перевал Сачхон?

— …

— Это место, где собираются злобные призраки. Ходят слухи, что там живёт добросердечная святая, которая делится своей силой с несчастными призраками, чтобы облегчить их обиду.

— …

— Конечно, знаешь. В конце концов, ты уже несколько раз пытался убить её, но безуспешно. Я высажу тебя там завтра.

Расфокусированный взгляд мужчины впервые остановился на Шин Чжо Уне. Впервые страх и смятение наполнили его глаза, до этого полные смирения.

— Ты говорил, что деяния "Накру" велики и благородны, да? Жертвы святых неизбежны, так? Если действительно так думаешь, то должен спросить святую. Если она согласится с тобой, то спасёт и тебя.

Шин Чжо Ун лучезарно улыбнулся, взял оставленный им ключ и отвернулся. "Пёс" потянулся к нему. Он открыл пасть, словно хотел сказать "нет", но не издал ни звука.

Гул шагов стал холодным и отдалённым, и яркий свет погас одновременно со звуком хлопнувшей двери. Услышав жужжание осушителя воздуха, человек, что когда-то был членом "Накру", а теперь "псом" Шин Чжо Уна, изогнулся всем телом.

***

[— Ты же говорил, что являешься фанатом Сон Со Ён, да? Она завтра возвращается в Корею.]

Чон У отправил сообщение. Смотря видео с ленивцами и поедая анчоусы в соевой пасте, Рембрари удивлённо округлил глаза.

"Сон Со Ён возвращается в Корею? Она была одной из трёх кандидатов, кто, возможно, украл кисть у Архиепископа".

С анчоусами во рту он быстро написал Чон У.

[— Можем ли мы ненадолго встретиться?]

[— Встретиться лично?]

[— Я просто хочу получить автограф лично.]

[— Я могу пригласить её в гости.]

[— Я хочу получить подпись лично.]

Примерно через полчаса Чон У ответил:

[— У меня есть близкая подруга в агентстве Сон Со Ён, поэтому я достал приглашение. Со Ён тоже любит смотреть твои развлекательные шоу, так что вы можете встретиться. Она сразу поедет в офис из аэропорта.]

"Как всё могло пройти так гладко?"

Поскольку графики айдолов и моделей редко пересекаются, он не был уверен, смогут ли они вообще встретиться после возвращения в Корею. Рембрари настоял на том, что обязательно пойдёт на встречу, и договорился с Чон У.

Менеджер, который всегда предостерегал его избегать общения с женщинами-знаменитостями, казался странно послушным, но важным было встретиться с Сон Со Ён и задать ей пару вопросов.

***

На следующий день Рембрари узнал, почему Чон У был так активен в знакомстве с Сон Со Ён. Оказалось, что сам Чон У был её поклонником. В его телефоне всегда играли песни разных женских айдол-групп, поэтому логично, что ему нравилась и эффектная модель.

По словам Чон У, симпатия к девушкам-айдолам была проявлением его фанатизма, в то время как его чувства к Сон Со Ён были безответными. Не понимая разницу, Рембрари тем не менее не был особо заинтересован, потому просто проигнорировал это.

В любом случае, важным было то, что сам он мог встретиться с Сон Со Ён, но вот Чон У не смог пойти с ним в агентство из-за срочных дел.

— Ты должен взять и мне автограф. Обязательно!

— Понял.

Чон У плакал и пытался дозвониться до Са Гам Джэ, но тот снова исчез без предупреждения. Поэтому Рембрари обратился за помощью к Шин Чжо Уну, с которым вчера помирился. Тот спросил, где находится агентство Сон Со Ён, и с готовностью согласился подвезти парня, сказав, что у него всё равно есть дела неподалёку.

Три часа спустя Рембрари оказался на пассажирском сиденье машины Шин Чжо Уна. Машина была просторной, комфортной и стильной. Даже Рембрари, не особо разбиравшийся в машинах, подумал: "Хороший автомобиль".

Он похвалил машину, выражая свою благодарность Шин Чжо Уну, и тот улыбнулся, смакуя комплимент.

— Ты не умеешь водить?

— Нет. Водит кучер.

— ...Значит, я кучер?

— Я не это имел в виду.

— Просто запомни, что я обычно сам не вожу машину.

— Зачем мне это помнить?

Пока Шин Чжо Ун сжимал руль и ехал, Рембрари набросал его профиль на второй странице альбома, который Чон У дал ему для автографа.

— Кстати, я слышу какие-то звуки из багажника. С машиной всё в порядке?