Что с Чон Со?

Пока разрезали торт и дарили подарки, Чон Со, как обычно, был бесстрастным, изредка слабо улыбаясь, но это было видно всем в комнате. Состояние лидера всё ещё было неважным.

[— Свинка...Свинка? Ответь!]

[— Что?]

[— Ён У? Твоему другу понравилось?]

[— Сушёный анчоус!]

[— Это ты мне?]

[— Да.]

[— Ему не понравилось? Совсем?]

[— Тушёный анчоус!]

[— Так сильно не понравилось?]

[— Как бы ты себя чувствовал, если бы я надел маску клоуна и танцевал перед тобой?]

[— Было бы смешно. Я бы ржал как конь)))]

[— Сушёный и тушёный анчоус!!!]

***

На следующий день, вместо того, чтобы встать с постели сразу после пробуждения, Рембрари украдкой взглянул на выражение лица Чон Со с другой стороны.

— Ты в порядке?

Возможно, потому что он хорошо выспался, к счастью, сегодняшний день ничем не отличался от обычного.

— Чон Со... Ты не спишь? Ты в порядке?...О. Э-э. Что случилось вчера?

Но Чон Со, всё ещё не желая говорить о вчерашнем дне, встал и вышел из комнаты. Рембрари решил пока больше не задавать вопросов. Допрашивать человека, который не хочет говорить, может только раздражать.

***

Два дня спустя композиторы начали присылать заказанные песни, и все, кто связан с "Wild Animal", были невероятно заняты.

— Как песни в целом?

— Не так хороши, как те, что мы планировали для специального летнего альбома, но, думаю, сносные.

— Сносные не подойдут. Нужно взяться за дело прямо сейчас!

— Может, попробовать запросить ещё?

— Э-э. Можно попросить их прислать нам несколько песен, которые были написаны ранее. Сосредоточиться на тех, которые смогут выслать в течение трёх-четырёх дней.

— Да.

Каким-то образом даже несколько новых композиторов, у которых компания не заказывала прежде ни одной песни, прислали свои новые треки, заявив, что, по их мнению, они "подойдут образу "Wild Animal".

На этот раз руководству предстояло рассмотреть массу песен. Более того, поскольку идеи для последнего альбома были хорошо приняты, участников группы снова заперли в конференц-зале и заставили слушать предварительные записи. Примерно у 2/3 песен были демки, но у 1/3 версии без демо.

Рембрари тоже застрял в конференц-зале, полубессознательный от прослушивания серии танцевальных песен на довольно высокой громкости.

— Выберите пять. Пять.

— До начала свиданий, во время свиданий, после измены, про расставание, про сожаление о расставании. По этим пунктам.

Ребята прослушали, наверное, около шестнадцати песен подряд.

— У меня вопрос. — Рембрари наконец не удержался и поднял руку.

— Какой?

Все сотрудники посмотрели на Ён У. Большинство из них думали: "Пожалуйста, не говори глупостей".

— Я не понимаю разницы между "до начала свиданий" и "после измены", когда их выражают в песне.

— Что? Как ты можешь не видеть разницы?

— Если посмотреть с другой стороны, разве это не то же самое, что и "до начала свиданий"?

— ...Вау. Ты настоящий злодей.

— Так только ты и трактуешь.

— Как насчёт того, чтобы это добавить?

После небольшой суматохи сотрудники и участники группы высказали своё мнение, и состоялся короткий обмен мнениями по вопросу назначения центра. Обычно центром был Ён У, вижуал, но, учитывая всё внимание, прикованное к нему, возникли опасения, что если он снова займёт центральное место, образ "группы Ён У" станет слишком очевидным.

— Но если мы ошибёмся, Ён У тоже могут похоронить.

— Тем не менее, если мы хотим продлить жизнь самой группы, остальным участникам тоже нужно поднажать.

— Но если мы разделимся, вся группа может погибнуть, нет?

— Знаю, но если группа хочет выжить, остальных участников тоже нужно выдвинуть вперёд.

— А нельзя ли поменять местами центры в первом и втором куплетах или разделить припев на две части и поменять местами центры?

— Было бы неплохо, если бы Ён У взял на себя основной вокал и первый куплет, тогда мы могли бы усилить выступление и оставить центр Хе Гёлю.

— Не понимаю, о чём вы.

Рембрари молча слушал разговор, пожёвывая соломинку из своей недопитой чашки. От соломинки слабо пахло кофе. Затем он взглянул в сторону. На самом деле, ненамеренно.

Рядом с ним сидел Чон Со. Он впервые посмотрел на лидера с начала встречи. В месте, где собралось столько людей, редко кто смотрел на человека рядом.

Рембрари пожалел об этом, как только увидел Чон Со. Ему следовало обернуться раньше. Чон Со с каменным лицом смотрел на бумагу, которую ему передали. Он совершенно не мог сосредоточиться. Взгляд его был неподвижно прикован ко второй главе.

Наконец, после окончания встречи…

— Чон Со. — Рембрари схватил лидера, который последним поднялся со своего места. — Давай поговорим.

Чон У, собиравший ребят, вздрогнул, обернулся и отступил.

— Ты хочешь подраться?

Его взгляд с подозрением остановился на Ён У.

— Нет, — твёрдо ответил Рембрари и легонько похлопал Чон Со по плечу. — Чон Со. Ты правда в порядке?

— Конечно, — небрежно ответил тот, но Рембрари ему не поверил.

Если Чон Со не мог сосредоточиться на встрече, значит случилось что-то действительно ужасное.

— Что случилось?

Даже Кэсси, которого посчитали ушедшим вперёд, вернулся в конференц-зал и спросил не Чон Со, а менеджера Чон У. Рембрари, видя, что лидер не раскрывает рта, переключил внимание на Чон У.

— Ты же был с Чон Со, хён? — когда Кэсси спросил прямо, Чон У отвёл взгляд, глухо пробормотав: "Ага".

— Говори. Если это несерьёзная проблема, которую можно решить в одиночку, я не буду вмешиваться. Но если нет, не лучше ли выговориться? — подтолкнул Рембрари.

— Что, У Ён У? Почему ты говоришь так необычно, как обычно?

— Заткнись, Кэссиди.

От уверенного тона Рембрари не только Кэссиди, но и Чон У, казалось, был шокирован. Менеджер колебался, но в конце концов вздохнул и отодвинул стул рядом с собой.

— Чон Со. Давай просто поговорим.

Лидер, казалось, на мгновение замялся, промолчал и пару раз постучал пальцами по столу, но в конце концов кивнул. Как только он дал разрешение, Чон У, словно только и ждал, наконец признался.

— Один из ведущих актёров однажды уступил роль айдолу.

Прежде чем он успел договорить, Хе Гёль воскликнул:

— А! "Идеальная оценка", не так ли?

— Фух. — Чон У кивнул. — Верно. Этот ведущий актёр сильно ненавидит айдолов из-за того инцидента. Он решил выместить свою злость на Чон Со.

— Да как он смеет! — Рембрари вскочил, как только Чон У закончил. — Он бросил вызов моему последователю!

Чон У в недоумении нахмурил брови.

— Что?

— Последователь?

— Это священная война! — снова крикнул Рембрари.

Только тогда Чон У, испугавшись, подскочил к Ён У и сжал его плечо.

— Эй! Нет! Не война! Сядь!

Лицо Чон У было по-настоящему встревоженным, словно он боялся, что что-то ещё случится. Но этого было недостаточно, чтобы успокоить гнев Рембрари.

"Было бы лучше, будь сейчас здесь со мной паладины!"

Рембрари ударил кулаком по колену. Даже если бы Чон У попытался остановить, ему следовало бы принять верующих, уверенных в своих боевых навыках, и назначить их новыми паладинами. А тем, кто преследовал Чон Со, следовало бы сразу показать...

— Божественную кару…

Слова Рембрари сорвались с губ, но Чон У прикрыл их.

— Эй, мне уже страшно! Не делай так!

Увидев всё это, Чон Со впервые за много дней рассмеялся по-настоящему. Не натянутой улыбкой, вызванной страхом потревожить остальных, а настоящим, неудержимым смехом.

Рембрари почувствовал лёгкое облегчение, но всё ещё был недоволен.

"Как он смеет провоцировать моего последователя?"

Он был смиренным Первосвященником, проявлявшим милосердие к неверующим, но также и заслуживающим доверия Первосвященником, который, естественно, вставал на сторону верующих, когда те сталкивались с еретиками.

— Чон Со.

— Всё в порядке. Просто я впервые вижу, чтобы кто-то так открыто оскорблялся за меня. Привыкну, если увижу снова.

— Можно мне пойти с тобой на чтение сценария?

Прежде чем Чон Со успел ответить, глаза менеджера Чон У в страхе расширились.

— Что...?

***

Менеджер сначала испугался, что Ён У хочет сопровождать Чон Со, но в конце концов передумал и дал ему разрешение. Он боялся, что Ён У может создать проблемы, но это был первый фильм Чон Со. Его первое публичное появление во многом имело решающее значение.

Лучшее первое впечатление, которое он мог произвести на публику, не любившую айдолов-актёров, это вызвать мысль: "Этот парень умеет играть".

Даже если актёрское мастерство Чон Со будет стремительно расти, плохое первое впечатление от его дебютного проекта, вроде: "Они добавили айдола в готовый продукт", нанесёт ущерб, после которого восстановить имидж будет в сто пятьдесят раз сложнее.

Более того, положительная оценка дебютной работы оказала бы огромное влияние на будущую уверенность Чон Со в себе.

Учитывая всё это, казалось, лучше послать Ён У с лидером группы, чем позволить Чон Со в одиночку терпеть издевательства со стороны ведущих актёров. В конце концов, Ён У был ближайшим другом Чон Со в группе. Он был уверен в себе, с кем бы ни столкнулся, и тем, на кого Чон Со мог положиться.

— ...Ён У.

— Поверь мне.

— Тебе просто нужно быть достаточно уверенным, чтобы придать Чон Со сил. — вставил Чон У.

— Понял.

— Ты не должен доходить до того, чтобы злиться за Чон Со ещё больше, тем более ругаться с другими.

— Не буду! Поверь мне.

— Как я могу тебе доверять?

— Разве ты не поэтому моё предложение одобрил?

На это Чон У не нашёлся с ответом, и на мгновение замолчал.

Чон Со привёл в порядок макияж, слез со стула и подошёл к ним. У Рембрари не было других планов на сегодня, поэтому он только намазался солнцезащитным кремом.

Так оба менеджера, Чон Со и Ён У поехали на место читки сценария. По прибытии Чон У велел Са Гам Джэ на всякий случай присматривать за Ён У, и они все вместе поднялись на третий этаж. В комнате, расположенной ближе всего к лифту на третьем этаже, сегодня должна была состояться читка.

Двери лифта звякнули и открылись. Первым вышел Чон Со с суровым выражением лица, а Рембрари вышел последним с нежной улыбкой.

Обстановка была примерно такой же, какой он запомнил читку сценария для "Дорогое Божество", поэтому, несмотря на то, что Рембрари был здесь в первый раз, он сразу понял, куда идти.

Группа вошла в комнату, на двери которой был вывешен список актёров.

— Здравствуйте. Здравствуйте. Здравствуйте.

Как только они вошли, Чон У подтолкнул Чон Со и вместе с ним поприветствовал актёров, прибывших немного раньше. Он также подтолкнул Са Гам Джэ и Ён У, вставших как истуканы с озадаченным видом, чтобы и они поприветствовали всех.

Когда от Рембрари требовали приветствий, он постоянно закатывал глаза, пытаясь понять, кто тут беспокоит Чон Со. Однако, похоже, тот актёр ещё не появился.

Пока что все сели. Спустя почти полчаса наконец появился главный актёр, который, предположительно, донимал Чон Со. Рембрари сидел позади парня, поэтому не мог видеть его лица, но сразу понял, что вошедший — именно он.

Мужчина дружелюбно приветствовал всех, но как только он увидел Чон Со, на его лице промелькнула злорадная улыбка.

— Эй, ты ещё и друга привёл? Только потому, что я тебя подловил? Боже, детишки в наше время такие хрупкие.

Чон У знал, что это неправильно, но ему хотелось крикнуть Ён У: "Фас его!".

Рембрари открыл рот.