8:1:1

Мужчина в костюме был ещё больше впечатлён этим смелым жестом. У Сон У, сидевший за рулём, наблюдал за ними, его переполняли смешанные чувства, и он продолжал барабанить пальцами по рулю. Он привёз сюда своего младшего брата, потому что услышал нечто интересное от Хван Шина.

"— Мой партнёр сказал, что седовласый парень, что пришёл с тобой, - не человек. Это правда?"

У Сон У был поражён.

Несмотря на различия в ценностях и конфликты характеров, Хван Шин не стал бы лгать о таких вещах. Он глубоко интересовался монстрами, и те в его руках больше не причиняли вреда людям, потому они поддерживали хорошие отношения с организацией "Накру".

Сам Сон У неоднократно помогал Хван Шину распознавать опасных тварей, так что было сложно просто проигнорировать эту новость.

Более того, У Сон У уже начал подозревать истинную личность У Ён У. Внезапная потеря памяти, даже если это стало следствием истощения от сложной жизни знаменитости, принималась с натяжкой, а вот внезапное исчезновение как по волшебству большого неоперабельного даже с помощью пластической операции шрама, было абсурдом.

Тайна их рождения внезапно раскрылась во время анализа ДНК, и его младший брат вроде как начал вспоминать своё прошлое, потому Сон У не стал расследовать это и дальше. Но нескольких слов Хван Шина оказалось достаточно, чтобы он вновь начал сомневаться. На встрече У Ён У и Хван Шина он просто наблюдал, хотя был невыносимо встревожен.

"Если слова Хван Шина - правда, и У Ён У вовсе не человек... Был ли Ён У когда-либо человеком, или кто-то принял его внешний облик, когда воспоминания и шрам исчезли? Или он реально был человеком, а потом стал кем-то другим? И даже если это так, что же делать...", — такие мысли одолевали его.

* * *

Пока Рембрари отсутствовал, ненадолго оказавшись в странном мире между людьми и нелюдьми, в маленькой спальне кипела яростная и реалистичная битва умов.

— Я смогу после прохождения различных тестов, верно?

— Что ты хочешь теперь, когда исчез сразу по завершении тестов и начала полномасштабных репетиций?

— Это я что ли виноват?

— А кто тогда?

— Я не виноват. Меня похитили... Я же не сбегал!

— И вообще, разве мы все трое не должны были договориться петь одну и ту же песню? Думаешь, будет лучше, если ты всё заберёшь себе?

— Чёрт, вам двоим всегда достаётся вся слава за вокал! Я впервые могу побыть главным вокалистом, а вы пытаетесь это у меня украсть!

— Вы двое? Что за фигня? Обязательно надо цапаться из-за этого? Что вы за хёны?

— Ю Хе Гёль. Пожалуйста, будь осторожен в своих словах.

Хе Гёль, Тэин и Кэссиди спорили из-за летней песни. Они ещё не подрались, но Кэсси, самый горячий парень в группе, начал заводиться, сжимая и разжимая кулаки.

Чон Со наблюдал за тем, как трое препираются, затем отвернулся и по привычке нажал кнопку миксера. Громкий свистящий звук на мгновение заглушил голоса ребят и их препирательства. Понаблюдав за тем, как аккуратно измельчаются помидоры, он снова нажал кнопку. Звук блендера стих, и кухню заполнили всё более нарастающие звуки борьбы.

Чон Со мельком взглянул на ребят, налил свежевыжатый томатный сок в стакан, накрыл его полиэтиленовой плёнкой и поставил в холодильник. Однако, несмотря на его бесстрастное, сдержанное поведение, лидера группы многое беспокоило.

Предположение Ён У о том, что песня одержима духом...наблюдение за тем, как трое участников ссорятся яростнее обычного...и сам Ён У, который отправился на встречу с, предположительно, спонсором...

Чон Со взглянул на часы. Прошло немало времени с тех пор, как Ён У ушёл...

* * *

— Осталось три минуты.

— Что?

— Подведём итоги и завершим разговор в течение трёх минут.

Мужчина в костюме нахмурился, но заставил себя улыбнуться уверенным словам Ён У. Отказавшись пожать руку в перчатке и надеть ожерелье, парень продолжал удивлять в этом деликатном противостоянии.

Рембрари решительно отказал боссу в костюме, потому решил, что с ним дела закончены. Однако мужчина не прощался и не переводил тему, а просто тянул время.

Рембрари согласился выделить на всю встречу всего 15 минут, потому хотел поскорее закончить разговор и вернуться в свою комнату.

— Ну, я слушаю.

Когда он показал быстро тикающий таймер, босс в костюме пробормотал что-то невнятное, приоткрыв глаза.

— Что?

Рембрари не мог его расслышать, поэтому переспросил, и мужчина покачал головой. Затем он снял перчатку и, улыбаясь, протянул свою руку.

— Хорошо. Я снял перчатку. Ты же сказал, что можешь пожать мне руку без неё, да?

— Ты так хочешь рукопожатия?

Рембрари цокнул языком. Некоторые прихожане в его мире особенно любили прикосновения. Обычно им было неловко даже встретиться взглядом с Первосвященником, но среди них иногда находились те, кто был в сто раз смелее.

Рембрари подумал, что мужчина в костюме, захотевший стать его спонсором, вероятно, был одним из таких людей. Даже получив отказ, он вёл себя так жалко, лишь бы подержаться с ним за руки.

"Даже не будучи Первосвященником здесь, я всё равно сияю, где бы ни был".

Рембрари вздохнул с удовлетворением, которое мог испытать только тот, кто был измучен чрезмерной любовью людей, и протянул руку.

— Хорошо. Вот.

Мужчина в костюме почувствовал себя немного оскорблённым, видя, что к нему отнеслись как к просителю, подносящему дань уважения императору, но он хотел убедиться, человек перед ним или нет, потому сдержался и протянул руку.

Многие ёкаи негативно влияли на окружающих при контакте. Поэтому самым надёжным способом определить ёкая было использовать перчатки или поводок, но можно было определить их и простым прикосновением без подобных приспособлений.

На самом деле, самым точным способом для мужчины в костюме распознать монстра было прикоснуться к нему своими руками. И... наконец, их руки соприкоснулись.

Это была обычная сцена, если не пытаться углядеть ничего особенного. У Сон У, ожидавший в машине, и безликий демон, с любопытством склонивший голову, – все пристально смотрели на сцену рукопожатия Рембрари и босса в костюме.

На мгновение время словно застыло. По крайней мере, для мужчины. Как только он отпустил руку Ён У, глаза его расширились, он посмотрел на парня с ужасом и пробормотал:

— Кто ты, чёрт возьми, такой...?

* * *

Рембрари вернулся в общежитие, открыл дверь, и как только вошёл в коридор, его брови поползли наверх.

Это было просто потрясающее зрелище. Кэссиди, Хе Гёль и Тэин катались по полу, пиная друг друга и хватая за волосы.

Но Рембрари удивило не то, как они дерутся. Его поразил огромный торс над их головами, который смеялся и дёргал ребят за волосы. Торс был примерно в пятнадцать раз больше обычного человеческого, и он игрался с парнями, толкая и дёргая их, как с игрушечными солдатиками. Их глаза всё больше расширялись, и они набрасывались друг на друга всё яростнее.

Когда Рембрари свистнул, огромный торс, который дразнил Кэсси, Тэина и Хе Гёля, заметил его и поспешно исчез в страхе.

"Это и есть истинная природа летней песни?"

Рембрари цокнул языком. Когда массивный торс исчез, ребята прекратили борьбу, но всё ещё сердито смотрели друг на друга, дуясь.

— Тихо. Прекратите драться! — резко крикнул Рембрари и поискал взглядом Чон Со.

Он подумал, не ввязались ли они все в драку, но, к счастью, Чон Со разговаривал по телефону на веранде. Затем, словно заметив его, парень повесил трубку и поспешил в гостиную.

— Ты вернулся?

— Это какой-то бардак.

— Они подрались из-за того, что каждый хотел спеть заглавную песню сам.

Рембрари щёлкнул языком и холодно высказал Кэссиди, Тэину и Хе Гёлю.

— Над вами злой дух. Злой дух вами манипулировал. Как вы можете поддаваться ему, не зная об этом?

Все трое посмотрели на У Ён У недоумённо, будто спрашивая: "Он что, с ума сошёл?", а потом встали и разошлись. Рембрари цокнул языком ещё сильнее и обратился к Чон Со:

— Нам нужно быстро найти решение. Злой дух это или призрак, он играют с ними.

— А ты не можешь просто изгнать его из песни?

— Вряд ли.

Злые духи, обитающие в песнях и танцах, были слабы, но их жизненная сила была цепкой, из-за чего полностью изгнать их было крайне сложно. Даже если Рембрари мог это сделать здесь и сейчас, стоит кому-то другому найти и спеть эту песню, и злой дух переместится в другое место и снова пробудится.

— О, а как ты, хён? Тебе удалось решить проблему? — спросил Чон Со, запоздало вспомнив, почему Ён У отсутствовал. Рембрари уверенно кивнул.

— Я же говорил, что никогда не поддамся.

— Хорошо. У тебя и так всё хорошо, так что не ввязывайся в авантюры.

— Разве это не очевидно?

— А я тут звонил Чон У-хёну, чтобы рассказать о драке между ребятами, но услышал о новом развлекательном шоу.

— Развлекательное шоу? Опять?

— Э-эм... Есть шоу под названием "One Week Time Machine" ("Машина времени на неделю"), где участникам нужно жить в разных эпохах в течение недели. На этот раз собираются снимать шоу во дворцовой тематике, и они хотели пригласить тебя, президента Чан и президента Шина для участия. Команда шоу свиданий "Течение любви" уже заявила, что им разрешили транслировать происходящее на съёмочной площадке совместно.

— Почему бы и нет?

— Я думаю, это будет забавно. Чон У ещё ничего не подтвердил, и поскольку съёмки рассчитаны на одну неделю, графики президента Чан и президента Шина могут не совпасть, но на всякий случай тебе стоит присмотреться к шоу.

— Хорошо.

Рембрари кивнул и вошёл в комнату. Чон Со, оставшийся один, зевнул и сел на диван, чтобы продолжить изучение сценария для прослушивания.

Тэин, всё это время потиравший скулы яйцом, и слышавший слова Чон Со о новом шоу, на мгновение с гневным выражением лица уставился на закрывшуюся дверь.

* * *

Рембрари сказал, что вопрос со спонсорстве решён и закрыт раз и навсегда, но это были лишь его собственные мысли. Мужчина в костюме, пожимавший его руку, начал думать о "беловолосом" ещё внимательнее, чем прежде.

Изначально он заинтересовался только потому, что его партнёр, демон, заявил, что "беловолосый" не человек, а сам факт того, что в организации "Накру" могла обитать нечеловеческая сущность, был в новинку.

Он был впечатлён тем, как парень сразу распознал его цель лишь по ожерелью и перчаткам, но любопытство только усилилось. Однако, добившись рукопожатия, чтобы узнать истинную личность, он был совершенно шокирован.

— Что случилось? Что? Что?

Демон, возможно, сочтя поведение Хван Шина необычным, перевернул страницу газеты и прочитал её, а затем вновь спросил:

— Всё настолько плохо? Всё настолько плохо? Всё плохо?

Хван Шин погладил подбородок и слабо улыбнулся ему.

— Смешанное чувство.

— Отчего? Отчего? Отчего?

— Оттого, что я чего-то не знаю. В нём точно есть что-то загадочное, что-то человеческое и что-то демоническое. В соотношении примерно 8:1:1...