Он просто отыграл роль

Режиссёр потёр глаза. Он нахмурился, гадая, что только что увидел.

Казалось, выражение лица У Ён У в видоискателе изменилось в одно мгновение. Но больше всего его беспокоило не изменение выражения, а что-то другое. Мимолётное явление, иллюзия, которая появилась и исчезла в мгновение ока. Именно это беспокоило его больше всего.

"Это оптическая иллюзия?"

Режиссёр потёр глаза. В долю секунды на площадке отчётливо появились и исчезли какие-то странные лица...

Он отвёл взгляд от видоискателя и оглядел площадку. Но площадка не изменилась.

Люди хранили гробовое молчание, а менеджеры ждали с бутылками воды и полотенцами в руках. Актёры прислонились к стене, изучая сценарии, а У Ён У спокойно стоял в центре площадки.

"Это иллюзия?"

Ким Воль Су наклонил голову, и сценарист Сим Кён подтолкнул его поторопиться.

— Ага. Мы должны это сделать.

Режиссёр кивнул и снова спросил У Ён У.

— Сделай выражение лица до того, как погаснет свет, и держи когда он снова включится. Вот на таком уровне, хорошо?

Услышав ответ Ён У, режиссёр Ким медленно поднял руку к камере, давая ему знак приготовиться. Он подождал, пока У Ён У настроится, затем опустил руку в воздухе и крикнул:

— Мотор!

По сигналу голова У Ён У резко поднялась, чтобы посмотреть на пару средних лет, лежащую на полу. Они были связаны, их спины соприкасались. При виде этого на губах У Ён У появилась улыбка, ощутимая, как сухой лёд. Это была загадочная и красивая улыбка, но та, которая создавала впечатление, будто потревожили зверя.

Режиссёр невольно сглотнул. Выражение лица айдола, подобное искусно вылепленному кристаллу льда, внезапно заставило его подумать, что ему стоило оставить камеру включённой подольше. Когда свет погас, режиссёр воскликнул, сожалея, что не знал об этом.

— Ух ты! Ух ты!

Он несколько раз покачал головой, его голос дрогнул от коротких, невнятных восклицаний.

"Ничего не поделаешь. Сначала я не понимал, как вообще сможет играть У Ён У".

Казалось, парень быстро прогрессировал в актёрстве, а теперь он даже вызывал чувство сожаления о нераскрытых гранях таланта, и режиссёр не мог не повторять:

— Ух ты! Отлично! Отлично!

Особенно учитывая, что У Ён У только дебютировал под его началом со своей первой дорамой, Ким Воль Су чувствовал, что помог невероятно талантливому молодому актёру вырасти.

— Отлично! Отлично! Отлично!

Режиссёр, запечатлевший все потрясающие кадры с разных ракурсов с того момента, как погас и снова включился свет, показал большой палец вверх.

— Потрясающе! Мне нравится! — пробормотал рядом сценарист Сим Кён.

— Вау. Ён У потрясающий. Вы видели, как сильно изменилось его выражение лица, когда он оказался по центру кадра? — быстро вмешался сотрудник съёмочной группы.

— Да.

— Правда? Боже, я думал, у меня мурашки по коже. Никогда раньше не видел, чтобы его выражение лица так резко менялось во время игры.

Дело было не только в режиссёре и сценаристе. Казалось, все восхищались Ён У, которому удалось создать совершенно иную атмосферу одним лишь выражением лица. Не подозревая, что в тот момент души фактически поменялись местами, они хвалили Ён У за то, что он играл так, будто стал другим человеком. Чон У был единственным, кто выглядел обеспокоенным.

"Этот ребёнок, он действительно изменился?"

Могло показаться странным, что сменившая душа в теле продолжает играть на камеру, но разве "настоящий У Ён У" не пел на сцене второй куплет? Проблема была лишь в том, что он не был вокалистом. Более того, тревога Чон У не ограничивалась его личностью.

— Ладно, ладно. До боевых сцен доберёмся позже. Сначала перейдём к моменту, где Им Со убивает.

В этом моменте Им Со должен был занять место злодейской пары средних лет. Чон У беспокоило то, как У Ён У, что открыто заявлял о нежелании сниматься в такой сцене, где ему нужно кого-то убить, справится с этой ролью.

"Он же не разведёт руками перед камерой со словами: „Я не буду это делать!“ — сердце менеджера гулко забилось.

Тем временем режиссёр подошёл к У Ён У и лично продемонстрировал движения и жесты.

— Ну, это происходит без оружия или опасных предметов. Но не делай вид, будто задаёшься вопросом: „Что я могу сделать без оружия?“. Просто не торопись. Не торопись, будто делаешь шаг за шагом. Хорошо?

Режиссёр взмахнул руками в воздухе, словно мастер боевых искусств, а затем сделал движение, словно сжимая палку.

— Ты сможешь?

— Конечно, — холодно ответил Ён У. — Думаю, справлюсь.

Вопреки опасениям Чон У, он не выказал ни малейшего колебания. В его бормотании не было и тени неприязни.

— Хорошо.

Режиссёр кивнул и вернулся на своё место, подняв руку и уткнувшись лицом в видоискатель. Затем он коротко крикнул:

— Начали!

"Пожалуйста, не создавай проблем", — Чон У сглотнул и сложил руки вместе.

Освещение стало ещё тусклее. В отличие от предыдущей сцены, на этот раз в кадре было показано много павших. Сцену битвы ещё не сняли, но текущая сцена снималась с учётом того, что битва уже закончилась.

Эти люди, вялые, как рыбы, не заслуживали его внимания. Им Со ни разу не посмотрел на них. Он легко подошёл к паре средних лет.

Пара закачала головами, разинув рты. Их наёмные головорезы не могли сравниться с Им Со, тихим, мрачным священником. Страх наконец, казалось, охватил их сердца.

Им Со шёл к ним с тихой улыбкой. Затем он наклонился. Не колеблясь, он одновременно положил руки на их шеи.

Режиссёр коротко вздохнул. Перед его глазами Им Со одновременно надавил на горло двух своих жертв. Он продолжал давить на шеи обоих одновременно.

— Снято!

В этот момент, хотя всё это было постановкой, режиссёр рефлекторно крикнул. Даже если бы У Ён У был полным идиотом, он бы никого не убил перед камерой, но режиссёра вдруг охватил страх, и ему пришлось побыстрее закончить сцену.

Однако, несмотря на страх режиссёра, Им Со, вернее У Ён У, тут же убрал руки и встал.

— Вау, это так реалистично! — Ким Воль Су, пытаясь скрыть своё недавнее беспокойство, хлопнул в ладоши в знак одобрения. Сценарист также кивнул.

— У меня мурашки побежали.

Актёры, игравшие пару средних лет встали, слегка побледнев, и внимательно посмотрели на У Ён У.

— А он ведь умеет играть, Ён У, правда?

— Это что, игра?

— Конечно, игра, но если серьёзно, вот это да. Он точно давил на трахею. В общем, когда он собирался нажать вот сюда, я на долю секунды подумал, что кто-то реально умрёт.

Чон У слушал шёпот людей, и его взгляд был сложным, когда он смотрел на Ён У, всё ещё стоящего по центру сцены.

"Этот придурок... Он сказал, что не сможет сыграть сцену, где ему нужно кого-то убить. Сказал, что не сможет. А почему? Потому что боялся, что это будет слишком реалистично? Мне называть это облегчением или абсурдом?"

Менеджер ещё не мог успокоиться. Следующей сценой была та, где У Ён У наклоняется и стряхивает грязь с обуви Мэн У Шина. У Ён У также критиковал этот момент. И он был очень твёрд в своём мнении. Логично было сказать, что не можешь сняться в сцене драки или убийства, но парень уже много раз говорил, что никогда не преклонит колено, поэтому Чон У нервничал ещё сильнее.

— Даже если так, это всего лишь игра. Тебе просто нужно закрыть глаза и сделать это…

Стоявший рядом сотрудник, должно быть, услышал бормотание Чон У и обернулся, чтобы спросить:

— Вы мне?

— Нет, извините.

Чон У быстро улыбнулся и махнул рукой. Тем временем У Ён У вошёл в кадр. Однако, вопреки опасениям, он не выказал никаких признаков обиды.

Им Со естественно согнул колено, без всяких эмоций. Он опустился на одно колено и осторожно стряхнул белый порошок с ботинка Дын Бэка.

"Слава богу. Обошлось без происшествий".

Чон У наконец почувствовал облегчение от увиденного. Режиссёр и другие члены съёмочной группы на этот раз тоже не подняли шума. А вот Мэн У Шин был удивлён. Ранее он был в комнате ожидания, готовясь к сценам битвы и убийства, поэтому не знал о похвале, которую получил У Ён У.

На этот раз взгляд Им Со, смахнувшего белый порошок с ботинка, был странно тревожным. От него по спине побежали мурашки. Это было идеальное описание, но У Ён У с его ограниченным актёрским диапазоном не стал бы так смотреть.

В целом, съёмки прошли гладко, и наконец, все сцены с Им Со в дораме "Дорогое Божество" были отсняты. Режиссёр произнёс несколько похвальных слов, поздравив менеджера Чон У с успешным дебютом айдола, и тот почувствовал облегчение.

"Он такой классный. Я зря переживал".

Чон У был настолько погружён в собственную тревогу и облегчение, что не заметил, как обычно добродушный Са Гам Джэ всё это время смотрел на У Ён У с потемневшим лицом.

***

Когда Рембрари пришёл в себя, он сидел рядом с Са Гам Джэ в машине.

Сегодня Чон У сел за руль, и в машине играл джаз в стиле 90-х. Чон У восторженно расхваливал актёрскую игру Ён У.

Рембрари молча выслушал похвалу, а затем тихо спросил Са Гам Джэ:

— Я снова изменился?

Жнец, неуверенно строчивший что-то в своём телефоне, кивнул и спросил:

— Вы вернулись?

— Похоже на то.

— Сегодня ничего серьёзного не произошло. Не волнуйтесь.

— Что он сделал?

— Просто играл роль.

— Играл?

— Тот факт, что недавно он исчез сразу же, как только увидел меня, и тот факт, что он просто отыграл роль и исчез сегодня, наводят на мысль, что "нечто", которое вы принесли с собой из родного мира, не собиралось сразу же выделяться.

— Это удача.

— Может, не такая уж удача.

— Почему?

— Если бы оно пришло из другого мира, это "нечто" не знало бы, что здесь происходит. И всё же, тот факт, что оно осторожничает и избегает меня, означает, что, в отличие от вас, святой, "нечто" может подслушивать наши разговоры. Даже сейчас. Выходит, что вы не сможете продумать или рассчитать свой план скрытно от него, что очень вредно.

— Я не помню, когда "нечто" овладело телом.

— В этом и проблема.

Телефон Са Гам Джэ коротко завибрировал. Он глянул на экран и тихо пробормотал.

— Если вы не можете контролировать эту неопознанную энергию, вы действительно можете оказаться в ловушке загробной жизни.

***

Поздно ночью.

Все участники уже уснули, но Рембрари никак не мог заснуть. Он стоял на веранде, чувствуя прохладный ветерок. Из-за того, что произошло сегодня, и слов Са Гам Джэ он погрузился в свои мысли. Пока он думал, на телефон пришло сообщение от Сон У Силя.

[— Выходит моя новая песня, так что, пожалуйста, напиши какой-нибудь рекламный текст в соцсетях.]

"Реклама посреди всего этого..."

Рембрари слабо ответил.

[— Пожалуйста, слушайте песни старшего Сон У Силя чаще >ㅅ< Мне написать так?]

[— Слишком сухо, нет?]

[— Тогда что написать?]

[— Попробуй добавить сравнение. Это звучит как лёгкий дисс, но сделай по-дружески.]

[— Сравнить вас с другим певцом?]

[— Тогда мы поссоримся.]

[— Приведите пример, старший.]

[— "Если честно, он не умеет танцевать ㅋㅋㅋ, но его голос один из лучших. Наш Ён У в этот раз не танцевал, но прекрасно спел!" ^^ Вот так, говоря о новой песне, кажется, что я тебя чуть ругаю, но это создаёт впечатление, что мы близки.]

Рембрари нахмурился.

[— Можно просто сказать прямо, что кто-то не умеет танцевать?]

[— Да ладно. Ха-ха, если я скажу, что ты хороший танцор, люди подумают, что я иронизирую. Вся страна знает, что ты не умеешь танцевать.]

[— Тогда можно использовать то, что уже известно всей стране, в качестве дисса?]

[— Ага.]

Рембрари получил "зелёный свет", потому открыл приложение SNS, загрузил фото обложки альбома, которое прислал Сон У Силь, и написал ниже: [Честно говоря, фото сильно отредактировано LOL, но у нашего У Силя-сонбэ, который совсем не редактировал голос, уже вышла новая песня! ^^]

Меньше чем через 30 секунд после публикации ему позвонил Сон У Силь.

— Старший, вы видели?

Как только он бодро спросил по телефону, из трубки посыпались проклятия.