Очевидец

Шин Чжо Ун с опозданием понял, что Ён У снимают. Ситуация развивалась странно, и виджей, не в силах больше терпеть, намеренно подошёл прямо к парню с камерой.

Чжо Ун расхохотался, совершенно ошеломлённый. Он не был уверен, войдет ли их разговор в эфир, но решил, что будет странно, если это не вырезать. В любом случае, что-то шло совсем не так, и ему нужно было это распутать.

Тем временем Рембрари продолжал говорить, его голос был ровным и непоколебимым.

— Да, забавно, что она тебе изменила. И да, я бесстыжий.

Шин Чжо Ун удобно откинулся на спинку стула и усмехнулся.

— Ну, наверное, мне стоит ей уступить, раз уж она так усердно работает.

Тем временем Чан Тхэ Ри, поняв ситуацию, приняла серьёзное выражение лица. В конце концов, атмосфера по сценарию не должна быть дружелюбной, когда собрались три участника любовного треугольника.

Но после всех дружеских подколок, которыми они обменялись ранее, было немного неловко внезапно вступить в ссору. Рембрари почти закончил свои основные фразы, но, поскольку двое перед ним промолчали, он не нашёл слов.

На мгновение повисла неловкая тишина. Казалось, у него не было другого выбора, кроме как продолжить разговор. Рембрари вздохнул и, чтобы заговорить об её отце, обратился к Чан Тхэ Ри.

— О, Тхэ Ри, ты же говорила, что твой отец заболел. Он в порядке?

— Да. Он просто немного приболел. Сейчас всё хорошо.

Рембрари быстро открыл рот, чтобы высказать свою пятую фразу. Но в этот самый момент ему позвонил Сон У Силь. Он попытался повесить трубку, но, возможно, чтобы сохранить реалистичность, виджей жестом пригласил его ответить.

— Подождите минутку.

Он взял телефон и на мгновение вышел из комнаты. Тем временем Шин Чжо Ун заговорил об отце и с беспокойством спросил Чан Тхэ Ри:

— Кстати, твой отец ведь чуть не попался на голосовой фишинг. Преступника поймали?

— Пока нет.

— Голосовой фишинг в наши дни - страшная штука. Не думаю, что это сработает, если я позвоню им сам и скажу: "Я знаю, что вы мошенники".

Пока они шептались, Рембрари повесил трубку, неопределённо извинившись перед Сон У Силем: "Я перезвоню вам позже", вернулся и сказал свою пятую строчку:

— О, Тхэ Ри. Пожалуйста, передай своему отцу, что я сожалею о том случае.

— О том случае?

— Да, несколько дней назад я пытался дозвониться отцу Тхэ Ри.

***

"— Дата: 23 июля. После нашей трёхсторонней встречи, перед сном я подумал об этом, и меня задело то, что Шин Чжо Ун назвал меня свинкой. Что, если эту сцену покажут по телевизору, и все начнут называть меня свинкой? Один раз я смог сдержаться, но хотел бы не повторять во второй раз, поэтому написал Шин Чжо Уну и попросил его в будущем не использовать это слово. Неожиданно Шин Чжо Ун наотрез отказался. Почему, почему? Тогда я запротестовал, спросив, где в мире можно найти такую красивую свинью, как я. Он прислал мне фотографию свиньи, которую вырастил. Она была очень красивой. Я протестовал, сказав, что всё ещё не хочу, чтобы меня называли свинкой, поэтому он спросил, как тогда меня называть. Когда я сказал ему называть меня по имени, он спросил, почему я называл его "китом" или "анчоусом", раз он должен обращаться ко мне как к человеку... Звучит правдоподобно. Тогда я сказал, что он может звать меня "тигром" или "львом". Он отругал меня, сказав, что у меня крохотная совесть. Когда я попросил его называть меня "ленивцем", он сказал, что не хочет, потому что так чувствует себя моим фанатом. Когда я спросил его, как он сам тогда хочет меня звать, он задумался и сказал, что называл бы меня "свинкотохвостом". Когда я спросил, что это значит, он ответил, что это "очень милый котик-проглотик". Когда я возразил против, он сказал, что я притворяюсь, и ещё больше расстроился. Этот лжец оказался тем ещё... Хм. Отныне мне придётся называть его "кит-анчоус" или "анчоус-кит"."

***

"— Дата: 25 июля. Чан Тхэ Ри предложила купить мне жареного лобстера, и я пошёл к ней, но на полпути ко мне присоединился Шин Чжо Ун. Не знаю, зачем он пришёл, но, как бы то ни было, во время разговора мы заговорили о бассейне. Шин Чжо Ун сказал, что регулярно ходит в бассейн. "Плавание обязательно", — сказал он очень снисходительным тоном. Он спросил, хорошо ли я плаваю. Я ответил, что очень хорошо, и он пригласил меня сходить с ним в бассейн. Чан Тхэ Ри сказала, что она тоже хорошо плавает, поэтому мы пошли все вместе. Так как мы торопились, я одолжил купальник у менеджера Са Гам Джэ. Шин Чжо Ун сказал, что никогда не видел, чтобы кто-то приходил в бассейн в таком виде. Когда я сказал, что это купальник моего менеджера, он ответил, что не наденет такое, даже если ему за это заплатят. Чан Тхэ Ри не выдержала и встала на мою сторону, заявив: "Зачем ты его ругаешь? Он такой красивый!". Шин Чжо Ун странно усмехнулся и цокнул языком, сказав Чан Тхэ Ри, что она так откровенно влюблена. Когда Чан Тхэ Ри снова возразила, что ей просто всё нравится во мне, Шин Чжо Ун сказал: "Я уважаю твой вкус, но вы двое должны держаться от меня на расстоянии двух метров". Будь то мой купальник, купальник Шин Чжо Уна или любой другой, они все одинаково красивые... Я не понимаю, в чём разница."

***

— Удали фотографию немедленно!

Когда Рембрари опубликовал в социальных сетях свою фотографию в купальнике и написал: "Это выглядит странно?", через пять секунд ему позвонил Чон У, которого уже тошнило.

— Чон У. Ты видел фотографию?

— Сначала удали её!! Аааа, удали! — зарычал Чон У, и Рембрари в растерянности повесил трубку и снова зашёл в свой аккаунт.

Казалось, прошло меньше минуты. Всем очень понравилось, и количество сердечек под фотографией было невероятно большим. Более того, с каждым обновлением их число стремительно росло. Все согласились, что это совсем не странно, что это самый потрясающий купальник знаменитости, который они когда-либо видели. Некоторые были настолько тронуты, что воскликнули:

[— Корея становится шире :) ]

К сожалению, Рембрари удалил фотографию и перезвонил Чон У.

— Удалил.

— Слишком поздно... Должно быть, уже распространилось...

Он убрал фото, потому что так велел менеджер, но Чон У всё ещё бормотал угрюмым голосом.

— Где ты, чёрт возьми, такое раздобыл?

— Гам Джэ купил пару, потому что ему понравился дизайн, но отдал этот мне, потому что он не чёрный, а он не может носить что-то кроме чёрного.

— Са Гам Джэ, этот маленький сопляк с аскетичным лицом...! Фух... Нет, но ты всё равно надел это только потому, что тебе его подарили? Ты прыгаешь от радости, думая, что это стильно, когда даже участницы женских групп носят куда больше ткани?

— Но разве они не все одеваются стильно в бассейне?

— Боже...

— Ты христианин?

— Какое это сейчас имеет значение?

— Как твоё здоровье? Ты сказал, что избавишься от своего мобильника, так почему номер тот же?

— Я поменял телефон. Только номер оставил. И я настоял на том, чтобы генеральный директор поскорее сменил вам общежитие.

— Мы меняем общежитие? — спросил Рембрари.

Хе Гёль, поедавший салат неподалёку, широко раскрыл глаза.

— Ого, наше общежитие меняется?

Рембрари пожал плечами, показывая, что всё ещё не знает точно.

— Это не подтверждено, но я уже некоторое время получаю от вас какие-то странные сообщения, и потому подумываю о переезде в место с лучшей охраной. Ах да. Но когда мы переедем в общежитие, мы, возможно, не сможем все жить в одном доме.

***

Это был день съёмок дорамы "Дорогое Божество".

Сказали, что съёмки стартуют на улице рано утром, поэтому Рембрари пришлось проснуться ещё до восхода солнца. Полусонный парень умылся, переоделся и сел в машину. Он снова задремал в машине, но едва успел проснуться, когда Чон У тряхнул его за плечо.

На съёмочной площадке в итоге Рембрари оказался в полпятого утра. Он вышел из машины, несколько раз зевая, держа сценарий.

Во время рассеянного обмена приветствиями, Са Гам Джэ принёс откуда-то переносной стул. Рембрари сел на стул, всё ещё в оцепенении, и открыл первый лист сценария.

Сегодня была сцена, где Им Со и Дын Бэк подрались в первый раз. Если быть точным, это сцена, где Дын Бэк односторонне зол на Им Со.

В финальной сцене предыдущего эпизода человек с ножом проходит мимо Им Со и наносит удар Ян Хын. Она, к счастью, не получает серьёзных травм, но переносит операцию и госпитализацию в клинику. Им Со допрашивают в качестве свидетеля в полицейском участке, потому что он был последним человеком, который видел Ян Хын до инцидента.

Дын Бэк прибывает в полицейский участок в качестве опекуна Им Со, но, просмотрев запись с камер видеонаблюдения, он злится из-за того, что Им Со не помог Ян Хын. Человек с ножом не наносил удары ей рядом с Им Со, и Им Со не видел падения Ян Хын на записи с камер видеонаблюдения. Однако, Дын Бэк считает, что нормальный человек поднимет глаза или даже сообщит об инциденте, если мимо пройдёт человек с ножом.

Им Со не понимает гнева Дын Бэка, а Дын Бэк, хотя и осознаёт природу Им Со, не может сдержать свой гнев. Позже полиция приходит к выводу, что преступник не выбирал жертву без разбора, и выясняет, не затаил ли кто-то обиду на стоматолога.

Дын Бэк рассказывает полиции, что Ян Хын не испытывает ни к кому ненависти, но начинает подозревать, что пара, убившая её в их прошлой жизни, пытается убить её снова. Так же, как он был шокирован лицом Ян Хын, эта пара, должно быть, была шокирована, увидев, что лицо девушки как точная копия лица убитой ими женщины.

"Там говорится, что Им Со взволнован, потому что Дын Бэк, которого он называл своим опекуном, не беспокоится о нём, а, наоборот, злится на него. Это что, эмоция? Значит ли это, что у Им Со есть эмоции? Или вопрос не в эмоциях, а в разуме?"

Рембрари читал сценарий, пытаясь понять чувства Им Со. Он поднял взгляд, чувствуя неловкость, и увидел Им Ю Хан и Мэн У Шина, стоящих лицом к лицу. Между ними при этом стоял быкоголовый монстр, которое он видел раньше.

Один из рогов существа был сломан, и, словно почувствовав взгляд Рембрари, чудовище взглянуло в его сторону. Когда их взгляды встретились, чудовище вздрогнуло, замерло, а затем поспешно развернулось и убежало.

Рембрари попытался позвать Са Гам Джэ, но тот уже ушёл в ярости после того, как Чон У отчитал его за инцидент с купальником. Ему ничего не оставалось, как погнаться за быкоголовым самому, сжимая в руках мобильный телефон. Хотя съёмка проходила на улице, было уже позднее утро, вокруг возводились декорации и люди были чем-то заняты, поэтому подле него никого не было.

Ёкай, как этих существ называли в этом мире, всё время оглядывался на Рембрари, пока бежал. В этот момент откуда-то появился человек с длинным копьём и резко замахнулся на монстра. Однако тот мигом увернулся от копья и вместо этого вырвал один из своих рогов, сломав копьё пополам, прежде чем снова сбежать.

— Это был не рог, а оружие...

Метатель копья продолжал преследовать ёкая, пока не почувствовал чьё-то присутствие, не остановился и не повернул голову к Рембрари. Когда их взгляды встретились, мужчина поднял брови и пробормотал:

— У Ён У?

— Ты знаешь У Ён У?

Пока Рембрари колебался, гадая, не знаком ли этот тип с У Ён У, мужчина подошёл с преувеличенным "Ух ты!" и спросил:

— Я думал, ты просто какая-то слащавая знаменитость. Эй, но ты что, увидел монстра и погнался за ним?