Величие – это способность!

Не только Мэн У Шин и мужчина, застрявшие в белой грязи, были ошеломлены.

— Что у тебя на голове? Фонарик? — девочка безучастно уставилась на голову Рембрари. — Откуда он взялся?

Она осмотрела каждый сантиметр его затылка, всерьёз считая, что есть фонарик в волосах. И всё же была сбита с толку, не найдя ни самого устройства, ни места, куда можно было бы его прикрепить.

— Разве ты не целитель?

— Люди часто принимают мою способность за целительство.

— А это… не так?

Все трое, наблюдавшие за действиями Рембрари, были ошеломлены. Одна только способность к исцелению была внушительной. Была ли некая другая особая способность? Или целительство на самом деле лишь второстепенный навык?

— И какая у тебя способность, Целитель?

— "Величие"!

— Величие… — повторил ребёнок. — Величие?

Мэн У Шин, удивлённый, но охваченный отчаянием после стольких волнений, пробормотал:

— Этот ублюдок…

Но даже Великий Рембрари не мог знать, кто и как реагирует на его слова на крыше, поэтому, немного отрегулировав подсветку и получив достаточно времени, чтобы осмотреться, он начал как следует изучать предпоследний этаж.

— Здесь ничего нет, — пробормотал он.

Смотреть оказалось не на что.

Даже после того, как темнота рассеялась, этаж представлял собой бесплодную пустыню. Здесь почти ничего не было. Похоже на помещение, которое только что сдали строители, — без мебели, с голыми окнами... А едва уловимые стены вообще вызывали чувство заброшенности. Всё помещение выглядело как одна огромная комната без перегородок.

— Теперь светлее… но как нам наверх подняться? — пробормотал ребёнок, обеспокоенный атмосферой.

Рембрари проследовал к окну, когда мимо него проплыла гигантская безымянная рыба.

— ...Чжо Ун?

— А?

— Это был кит?

— Нет, думаю, нет.

— А разве похоже на анчоус?

— …Нет. А что?

— Просто мне показалось, что я знаю название.

Девочка нахмурилась и посмотрела в окно, но гигантской рыбы, проплывшей мимо, уже не было видно.

"Мне следовало сфотографировать её и показать Анчоусу".

Рембрари, сожалея, что упустил возможность поддразнить Шин Чжо Уна, спокойно снова начал осматривать комнату.

Сухой пол, без мусора, но странно нечистый; тусклые окна со следами износа; стены, на которых были приклеены и отклеены бумажки; и угол пола, где в конце концов обнаружились тяжёлый стол с книжной полкой…

— Хм? — затем Рембрари наконец заметил там что‑то странное.

Ребёнок, услышав его возглас, прибежал:

— Что? Ты нашёл лестницу? Мы можем подняться?

— Вот это, — ответил Рембрари.

Девочка посмотрела туда, куда указывал его палец. Но она понятия не имела, почему Рембрари так пристально смотрит на "это".

— Что это? — не удержалась она от вопроса.

Там было всего лишь едва заметное граффити, оставшееся на стыке пола и стены. Но Рембрари всё ещё хмурился, глядя на рисунок.

— Это следы Восточного Жреца.

— Следы жреца? — переспросил ребёнок. — А что это?

Вместо того чтобы давать долгие объяснения, Рембрари поднял взгляд в потолок и помолился своему Богу:

"— Лорд Редрин, символ Лорда Люмены найден здесь!.."

Пока он стоял так, девочка снова спросила:

— Кто "восточный жрец"?

— Первосвященник Кокко.

— ...Хозяин куриной фермы?

— Нет, кое-кто гораздо более влиятельный.

— Хозяин большого завода?

— Лорд, за которым я следую, когда-то говорил юному Кокко: "Все, кто находится в твоём подчинении, — куры, потому что у тебя голова куриная. Зачем же ты так упорно собираешь у себя куриц в человеческом обличье? Сколько бы я ни думал, я не могу понять, так что ответь на мой вопрос».

— ...Что?

— Тогда Кокко сказал вот что…

— ...?

— "Если бы ты не был Богом, я бы тебя сразу убил".

— А?

Рембрари вспомнил дружеские беседы между Лордами Редрин и Люменой, и грустно улыбнулся.

"Это были хорошие времена до того, как появился Владыка Демонов", — подумал он.

Лорд Редрин и Лорд Люмена были давними друзьями. Они иногда делились божественными плодами и весело болтали вместе.

Эти два Бога также задавали своим юным представителям вопросы, и в тот день у Рембрари был такой же разговор с Люменой, как и у Кокко.

Люмена в шутку спросил его: „Ты, любимчик этого несносного упрямца. Тебе не стыдно за своего Бога?“, на что Рембрари улыбнулся и дал свойственный ему разумный ответ.

Лорд Люмена мягко похвалил мальчика, высказав мысль о том, что оба они с Редрин выбрали своих достойных цыплят, которые в будущем поведут верующих за собой.

Хотя Бог хмурился, хваля его, Рембрари знал, что это не было выражением гнева. Лорд Люмена был просто более застенчив и имел привычку хмурить брови, когда хвалил кого-то.

— Я очень скучаю по старым временам, — вздохнул Рембрари.

— Целитель… Ты выглядишь грустным, — заметил ребёнок.

— Всё в порядке.

Рембрари посмотрел на символ храма Люмены и положил на него руку.

"Давай сначала выясним, почему это здесь. Мой Бог, кажется, сейчас занят".

* * *

В тот момент, как положил руку на узор, перед глазами Рембрари пролетели события прошлого, развернувшиеся в полу-заброшенном городе. Сам того не осознавая, он выпалил:

— Бедняжка…

Девочка была озадачена, когда Рембрари внезапно коснулся узора, а потом слёзы навернулись ему на глаза.

— Что случилось? Почему ты вдруг плачешь?

Рембрари оторвал руку от рисунка и посмотрел на ребёнка. Та наклонила голову. Рембрари вздохнул, согнул колени, раскинул руки и обнял её, прежде чем отстраниться.

Когда он посмотрел в глаза девочке, та снова спросила:

— Почему плачешь?

— Твои младшие брат и сестра…

— ...!

— Я обязательно найду их для тебя.

Девочка смущённо моргнула, поняв, что в сказанных словах не так. Но вскоре она осознала, что это неважно, и сделала полшага назад, чтобы возразить:

— Почему, почему ты говоришь так, будто моих младших здесь нет? Они же здесь, наверху?

— Разве ты не видела? Они…

— Нет! Они на крыше! Монстр забирает людей туда! Мои брат и сестра тоже там!

Рембрари протянул руку, чтобы успокоить ребёнка, надеясь послать ей божественную силу, как сделал это с Кэссиди перед выходом на сцену, но она отступила назад.

В этот момент наконец появился лифт.

Девочка быстро подбежала и вошла в него. Рассерженный ребёнок отчаянно нажал кнопку закрытия, но лифт не закрывался. Только когда Рембрари вошёл, лифт начал подниматься.

Она со слезами на глазах выбежала наружу, как только открылась дверь на крышу. Она выкрикивала имена своих брата и сестры.

Рембрари печально наблюдал за этой сценой из лифта.

* * *

Лифт вскоре снова исчез. Ребёнок тоже скрылся за резервуаром с водой.

Рембрари оглядел крышу, вспоминая то, что было передано ему через символ Люмены.

"Если воспоминания, содержащиеся там, верны, то брата и сестры её здесь быть не должно. Они уже прошли через разлом… Я не могу с уверенностью сказать, что они погибли только потому, что прошли туда… Но в этом мире их больше нет".

Трещина в этом городе была особенно большой, и, соответственно, ущерб был больше. Единственным, кто пришёл им на помощь, был проходящий мимо Бог Люмена.

Лорд Люмена был не так силён, как в своём родном мире, поэтому он не смог устранить разлом или уменьшить его размер. Но они чувствовал, что частично несёт ответственность за состояние этого мира, потому временно переместил здание, чтобы запечатать разлом.

Печать Его осталась на верхнем этаже, как знак приложенных усилий.

"Но где Мэн У Шин?"

Вскоре после этого Рембрари обнаружил белую грязь на одной стороне крыши. Архиепископа пока не было видно, но в грязи нашёлся Мэн У Шин вместе с неизвестным человеком.

Рембрари подумал, что это может быть жрец, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это не он.

— Рембрари!

Увидев своего спасителя, Мэн У Шин отчаянно позвал его по имени, словно они были близкими друзьями.

— Почему не выходишь? Почему ты просто стоишь там?

Вопрос Рембрари вызвал у него на мгновение хмурое выражение лица. Тем не менее Мэн У Шин, как опытный актёр, разыграл отчаянную и жалкую сцену, умоляя о помощи:

— Дело не в том, что я специально не выхожу. Просто не могу! Что бы я ни делал, ноги не двигаются. Помоги мне, Рембрари.

— А как же птица?

— Я не знаю, где птеродактиль. Он сидел на том резервуаре с водой, но вдруг куда-то улетел.

— Куда?

Неподалёку тут же послышался оглушительный звук. К звуку примешивался крик птицы, поэтому Рембрари сразу понял, куда она улетела. Казалось, птица с кем‑то сражалась.

— Я помогу тебе, — сказал Рембрари.

Самое важное, что он должен был сделать сейчас, — это вытащить Мэн У Шина из грязи. Если актёр не мог выбраться сам, то нужно вмешаться.

Рембрари протянул руку, и Мэн У Шин отчаянно вцепился в неё.

— Держись крепче.

Рембрари потянул Мэн У Шина за обе руки, и тот выскользнул из грязи. Результат был довольно невзрачным для жижи, из которой он никогда не смог бы выбраться самостоятельно.

— Спасибо, — поблагодарил Мэн У Шин, слегка кланяясь.

Пока он приходил в себя, Рембрари протянул руки в сторону, чтобы вытащить другого человека.

— И ты тоже, — обратился он к незнакомцу.

Однако, как только Рембрари собирался спасти этого человека, Мэн У Шин, восстановивший силы, начал спорить сбоку:

— Не спасай этого парня!

Рембрари попытался оттащить мужчину, но посмотрел на Мэн У Шина с недоумением. У Шин указал пальцем на незнакомца и рассказал ему обо всех его прошлых поступках:

— Этот всё время твердил, что ты сюда не заберёшься! Зачем его спасать? Даже если спасёшь, он потом будет говорить о тебе гадости.

До появления Рембрари этот местный житель говорили о Мэн У Шине плохо, потому что у него не было надежды. Но теперь, когда спасение оказалось так близко, он разозлился на протесты У Шина и начал кричать:

— Чёрт возьми, Мэн У Шин! Когда я вернусь, то стану твоим анти-фаном! Каждый раз, как появится статья о тебе с заголовком: "Не могу поверить, что такой невежда и бревно, как Мэн У Шин, стал знаменитым актёром!", это буду я! Если будешь плохо обо мне говорить, так и произойдёт!

— Хорошо, что с вами двумя всё в порядке, — вмешался Рембрари. — Судя по тому, как хорошо вы спорите, ваши травмы, наверное, не слишком серьёзные.

Озадаченный тем, что двое мужчин затеяли драку вместо того, чтобы хвалить его за спасение, Рембрари тем не менее вытащил местного жителя из грязи.

Вытащив его, он заметил, что у того уже нет ног, и сотворил их силой своего дара. Мужчина сначала грустно улыбнулся, но затем в шоке посмотрел на Рембрари и пробормотал:

— Поистине… "Величие" — это сила!