Решатель проблем

Архиепископ даже не взглянул на Са Гам Джэ. Он был полностью сосредоточен на Первосвященнике Востока.

— Невероятно, — он безразлично усмехнулся, бросив взгляд на фиолетовые волосы. — Я помогал тебе присоединиться к своим.

— За это спасибо.

После того, как к Первосвященнику Востока вернулись воспоминания и рассудок, он вспомнил, что Архиепископ помог ему, несмотря на отсутствие связи, и снова заговорил об этом. Он не отрицал помощь, на что Архиепископ слабо улыбнулся.

— И всё же ты всё ещё здороваешься со мной? Ты, может быть, и еретик, но, кажется, с манерами. Что ж, даже дрессированная собака может быть вежливой, не имея сердца.

Первосвященник Востока притворился спокойным, но на его лбу появилась лёгкая бороздка. Слова Архиепископа явно оскорбили его.

— Слова произносятся так неосторожно.

— Понимаю. Я веду себя грубо. Сравнил тебя с собакой? Собаки верны, но тебя с ними сравнивать нельзя.

Когда Архиепископ доброжелательно улыбнулся, Са Гам Джэ подумал, как же его раздражают иномирцы, за исключением Рембрари.

Первосвященник Востока, возможно, понимая, что словесная перепалка обречена на поражение, молча повернул одно запястье и спросил Са Гам Джэ:

— Убить его достаточно?

— ...Захвати его живым.

Первосвященник согласился и провернул другое запястье. Угрожающий жест был почти насмешливым. Его поза, казалось, говорила о сдержанности, словно он размышлял: "Что мне с тобой делать? Я все равно тебя одолею".

Архиепископ понаблюдал за ним, а затем посетовал:

— Что подумает твой Бог, если увидит тебя таким?

— Я следую за Богом, и я буду следовать за Ним и здесь.

Архиепископ дёрнул губами. Казалось, этот еретик спутал принцип "в Риме — следуй римскому закону" с принципом "в Риме — следуй римским богам".

В этот момент Первосвященник Востока, потиравший запястье, бросился вперёд. Архиепископ увернулся от удара.

"Сила превращать противников в пластик сейчас ему недоступна. Этот Йом-ра велел захватить меня живым."

Тем не менее, он изо всех сил старался избегать Первосвященника Востока, на всякий случай. Конечно, он знал, что силу Первосвященника можно активировать и без прикосновений к людям, но это неприятное чувство он старался избегать.

Как только Архиепископ увернулся, Первосвященник пнул его в том направлении. Архиепископ заблокировал удар телефоном, развернулся в сторону и прицелился в голову Первосвященника. Но прежде чем его нога достигла головы противника, тот слегка прогнулся, чтобы избежать удара, затем воспользовался моментом, созданным мощным пинком ноги, и замахнулся кулаком.

Это был ожесточенный ближний бой, где нет места для компромиссов.

Са Гам Джэ скрестил руки на груди и наклонил голову, гадая, кто победит.

— А что, если Рабсус проиграет? — с тревогой спросил стоящий рядом с ним Жнец.

Казалось, что Первосвященник Востока и Архиепископ равны по силе.

— Но эти двое хорошо дерутся. Святые в нашем мире не умеют драться. Святые из другого мира могли бы просто уничтожить их кулаками.

— Я не уверен.

— Но что, если он проиграет? Просто отправить его прочь?

— Если уж и проиграет, то мог бы хоть в пластик превратить.

— Разве это не слишком?

Са Гам Джэ не ответил на великодушное выражение лица своего товарища-Жнеца. Он чувствовал, что отвечать не нужно. И правда, разве не так?

Хотя ему это и не нравилось, Бог Редрин и иммигранты из другого мира пришли сюда, чтобы найти свой собственный путь, так что было и место для размышлений.

Однако этот предатель Востока, несмотря на то, что он из другого мира, отверг свой народ и Богов. Разве он не жалкий? Здесь не было места для сочувствия.

Тем временем Архиепископ сжал в руках горсть земли и бросил её в Первосвященника Востока.

— Трус...!

Архиепископ знал, насколько силён враг. Сразу после вылупления из лягушачьего яйца, без памяти и рассудка, скольким людям он успел причинить вред?

С другой стороны, хотя его собственные силы были поистине чудесными, они были далеки от наступательных. С их помощью он не мог мгновенно захватывать людей или усмирять Первосвященников одним ударом.

Поэтому он должен был победить любой ценой, пока Первосвященник Востока не использовал свои силы намеренно.

Са Гам Джэ наблюдал, и когда Первосвященник Востока споткнулся, он прикрыл рот руками и потребовал:

— Ты можешь превратить его, но схвати.

Гам Джэ ранее настаивал на неприменении силы, но теперь изменил свою позицию, и Первосвященник Востока почувствовал лёгкий укол в своём самолюбии. Казалось, это означало, что он окажется в невыгодном положении, если не применит силу.

Но, несмотря на уязвлённое самолюбие, он решил использовать свои силы, как предложил Са Гам Джэ, зная, что нет необходимости идти по лёгкому пути. В конечном итоге, результаты покажут.

"Это сложно."

Архиепископ слышал и знал ситуацию, он был искренне озадачен. Он понимал, что если дело дойдёт до битвы способностей, Первосвященник Востока задавит его. Поэтому он должен был закончить бой, пока не пришлось использовать способности…

"Лорд Редрин!"

Архиепископ был начеку, мысленно взывая к своему Богу. Выражение его лица оставалось неизменным, но сердцебиение участилось. Однако Первосвященник Востока не смеялся над ним и не смотрел на него свысока, а медленно пошевелил рукой.

В этот момент жизни или смерти…

— Ах!

— Это!

— Боже мой!

Внезапно из ниоткуда появилась нога и ударила Первосвященника Востока прямо в челюсть.

— Уф.

От внезапного удара тот почувствовал резкую боль и отступил на несколько шагов назад, не понимая, что произошло. Его челюсть онемела, голова кружилась, из-за чего ему было трудно осознать ситуацию.

— Ваше Высокопреосвященство!

Только услышав крик Архиепископа, фиолетоволосый понял, кто его ударил. С трудом удерживая равновесие, он отступил назад, присмотревшись.

Человеком, осмелившимся напасть на него, был проклятый Первосвященник Запада. Он внезапно появился из ниоткуда, ударил его и спрыгнул на землю.

— Г-н Рембрари!

Первосвященник Востока стиснул зубы.

Рядом с Рембрари внезапно появилась фигура в маске льва, привлёкшая внимание, но он был не единственным, кого удивила эта ситуация. Все присутствующие были ошеломлены внезапным появлением Рембрари, широко раскрыв глаза.

Рембрари единственный сохранил спокойствие.

— К счастью, ты как раз вовремя, Лев.

— Понял.

Людей больше всего интересовало, как Рембрари вдруг появился тут, но Первосвященника Востока разозлил сам факт его появления посреди всего этого, и он выпалил ругательства.

— Почему мне приходится видеть это омерзительное лицо перед собой!

Но сам Рембрари на мгновение взглянул на коллегу и недоверчиво спросил:

— Кто это?..

"Он только что напал на меня и даже не помнит, кто я такой..."

Первосвященник Востока был ошеломлён вопросом Рембрари.

"Что за чертовщина? Он что, напал, даже не зная, кто я?"

К счастью, Архиепископ дал подсказку.

— Это Первосвященник Востока, г-н Рембрари.

— Здесь тоже есть Первосвященник?

— Г-н Рембрари, он из Вашего мира.

Только услышав это, Рембрари ещё раз внимательно посмотрел на противника и с удивлением воскликнул:

— Подожди, разве ты не тот пластик-монстр из яйца?

"Ты, ублюдок, смотришь на меня, смотришь и всё равно не помнишь!"

Однако внимание Рембрари уже переключилось. Если подумать, он сражался с тем фиолетоволосым монстром в теле У Ён У. Но сейчас этот инцидент не особо беспокоил его.

Вместо этого он был сосредоточен на Архиепископе.

— Архиепископ. Почему ты с ним сражаешься? Он же Первосвященник Востока.

— Знаю. Я только что Вам это сказал.

— Да. Так почему ты с ним сражаешься?

— Он предал нас.

— Кокко изначально служит другому Богу.

— Он перешёл к Богу этого мира от того Бога, которому служил. И это ещё не всё. Он помогает этим мрачным Жнецам убить меня.

Когда Рембрари посмотрел на Рабсуса, Первосвященника Востока, тот спокойно ответил:

— Я следую только за "Богом". Это не предательство.

— А как же Лорд Люмена?

— ...Ты чувствуешь перемены, Рембрари?

— Перемены?

— Бог не абсолютен. Следовать за Лордом Люмена здесь ничем не отличается от следования за Владыкой Демонов. Это только навредит.

— …

— И всё же, ты думаешь, я неправ?

— Ты всё такой же сумасшедший.

— ...Ты, сопляк!

— Даже не задумался о том, благодаря кому ты смог сюда попасть?

Рембрари посмотрел на Первосвященника Востока с выражением полного отчаяния, и глаза предателя сузились. Его настроение было зловещим. Казалось, что цель его атаки в любой момент может смениться на Рембрари.

— На нападай на Рембрари, Рабсус.

Однако, когда атмосфера накалилась, Са Гам Джэ неожиданно шагнул вперёд и остановил Первосвященника Востока.

— ...!

Тот резко повернул голову к Жнецу, нахмурился и потребовал:

— Почему нет?

Но прежде чем Са Гам Джэ успел ответить, Рембрари предупредил Жнеца:

— Ты не должен нападать на Архиепископа, Гам Джэ. Если сделаешь это… ты понял?

Рембрари опустил остальную часть, но Са Гам Джэ, естественно, понял. Это означало, что он не вернёт своих коллег, обращённых в голубей, в их первоначальный вид.

Са Гам Джэ, который уже собрался нести голубей в клетке к Рембрари после того, как разберётся с Архиепископом, оказался в беде. Разобраться с ним было важно, но не менее важно позаботиться о коллегах.

Однако Рембрари, которого он знал, был втайне упрям, и он не думал, что тот легко изменит своё мнение по таким вопросам. Он казался человеком, который действительно не поможет, если решит не делать этого.

— …Понял.

Са Гам Джэ, пристально смотревший на Рембрари, неохотно согласился с его предупреждением.

Те, кто, естественно, предполагал, что Са Гам Джэ отвергнет предложение Рембрари, удивлённо переводили взгляд с одного на другого.

"Почему мрачный Жнец подчиняется приказу Первосвященника?", — Архиепископ был удивлён.

"Рембрари явно худший из еретиков, так почему же Жнец подчиняется ему?", — Рабсус тоже был удивлён.

Мастер Лев был поражён, как и следовало ожидать, ведь все остальные тоже были поражены.

Однако Рембрари, тот, кто всех приструнил, обратился к Архиепископу и Са Гам Джэ с тем же спокойным видом, что и раньше.

— Я пойду первым, так что, пожалуйста, не торопитесь.