Решение директора Има

— "Shea Butter"? Вы имеете в виду тех, у которых накладывается хореография?

— Да, их.

— Могу я спросить, почему?

— Потому что я злюсь. Я опущу подробности.

Когда генеральный директор Им жестом велел ему уйти, Чон У с тяжёлым сердцем покинул кабинет. Однако он сразу же узнал расписание, как и было велено.

На самом деле, узнать расписания айдолов было не так уж и сложно. Компании часто выпускали графики для фанатов, и даже если они этого не делали, было легко получить информацию, имея всего несколько связей в индустрии.

Три часа спустя, Чон У распечатал двухмесячное расписание "Shea Butter" и принёс генеральному директору.

— Вот. В нём ничего особенного. Возможно, позже будут дополнения, но на данный момент это то, что подтверждено.

Генеральный директор принял расписание на листе формата А4, и уставился на него. Как и сказал менеджер, помимо того, что альбом у них выходил за несколько дней до выхода альбома "Wild Animal", ничего подозрительного не было. Однако придраться было к чему. Им Сон Иль указал пальцем:

— Здесь.

"Он указал на что-то. Куда?", — Чон У кивнул в вгляделся в один из пунктов.

— Это то, что вы считаете важным?

В графике стояло вокальное шоу-конкурс под названием "Ты — рэпер, я — певец", где вокалисты и рэперы менялись местами и пели в команде, чтобы выбрать победителя. Победившая команда затем соревновалась друг с другом до двух раз в полгода или год.

Поскольку для программы требовалось много участников, Ён У предложили место в самом начале, но директор сразу отказался, заявив, что появление парня и чтение рэпа на шоу не принесёт никакой выгоды.

Время предложения также было неудачным, поскольку Им Сон Иль был полон решимости создать для Ён У образ загадочной личности. Однако после попадания в команду "Двуличие" на шоу свиданий таинственный образ пришлось отбросить.

— В тот день, когда там появятся "Shea Butter", пусть наш Ён У тоже поучаствует, нет, пусть они объединяться.

Искренняя улыбка генерального директора Има на мгновение сошла с его губ, прежде чем быстро измениться.

— Вы серьёзно?

Пока Чон У пристально смотрел на него, директор прочистил горло и отдал ещё один приказ.

— Спроси продюсера, заинтересован ли он в появлении Ён У. Если согласится, постарайся хорошо всё запланировать.

— Я думаю, он примет Ён У. Но не думаю, что станет слушать, с кем ему объединиться...

— Неважно, с кем объединимся, он всех сметёт. Всё в порядке. Просто запланируй.

— Хорошо.

— И позови нашего Ангела.

* * *

"Ангел".

Рембрари был в серьёзной ситуации. Кто-то оставил комментарий в социальных сетях, который раскрыл его истинную личность.

[— Милашка Ён У. Ангел этого мира, возлюбленный Богом. Само его существование — свет.]

Сердце Рембрари колотилось.

"Может ли это тело, даже в другой оболочке, всё ещё являть свою величественную сущность?"

Он оставил послание любви верующему, написавшему комментарий, изо всех сил пытаясь придумать подходящие слова...

— Эй, Ангел. — Чон У прервал этот радостный момент.

— А? Ты это мне?

Когда Рембрари угрюмо обернулся, Чон У твёрдо ответил:

— Тебе, — и указал подбородком на дверь. — Генеральный директор зовёт.

Кэссиди хихикнул рядом с ним.

— Чон У, ты прямо как староста класса, который говорит: "Учитель позвал тебя".

Чон У проигнорировал Кэсси и стал подгонять Ён У.

— Поторопись.

Раздражённый Рембрари сунул телефон в карман и вышел из репетиционной. Когда он подошёл к кабинету директора, Им Сон Иль стоял у окна, ожидая его.

— Вы меня звали?

— Ён У!

Мужчина поприветствовал его так тепло, что Рембрари слегка опешил. Обычно директор Им приветствовал парня со сложным выражением лица, как будто раздумывая, что с ним делать. Но сегодня он вёл себя так, будто встречал союзника, что привёл с собой подкрепление.

— Что случилось? Что-то не так?

Когда Рембрари приблизился, директор пригласил его сесть напротив и спросил:

— Ён У, хочешь пойти ещё на одно певческое шоу?

— Нет.

— А ты сходи и возвращайся. — директор сменил тон и объяснил программу и правила конкурса "Ты — рэпер, я — певец", прежде чем заговорить небрежно. — Просто иди и спой один раз. Ты не будешь появляться постоянно, так что просто сходи на прогулку и возвращайся, снимись там — и всё.

Директор казался немного взволнованным, когда говорил, и Рембрари посмотрел на него с ухмылкой. Было необычно именно для него, а не Чон У, говорить о появлении на развлекательном шоу, и также необычно не озвучить предупреждение "не создавай проблем", говоря об участии. Это было подозрительно.

— Просто будьте честны, директор.

Резкий допрос Ён У заставил директора Има вздрогнуть.

"Что, так очевидно, что я веду себя иначе, чем обычно?"

— Что происходит?

Когда Рембрари снова и снова давил, Им Сон Илю ничего не оставалось, как признаться.

— Я извинился, но это всё равно несправедливо. Разве ты не чувствуешь несправедливость? Мы не крали хореографию, но мы виноваты. Даже если Хе Гёль и выплеснул эмоции, это не так плохо, как слить хореографию, верно?

Рембрари кивнул. Даже без этого Хе Гёль стонал от разочарования, схватившись за голову, сразу после того, как директор Им извинился от его имени. На самом деле, он выглядел глубоко обиженным.

— Группа "Shea Butter" будет на этом шоу, чтобы продвигать свою новую песню.

— Что это?

— Команда, которая танцует ту же самую хореографию. Не все, но там участвует их рэпер.

Генеральный директор Им, фыркнув, понизил голос, словно вынашивая зловещий план, и раздавая указания.

— Я отправлю тебя в тот же день. Иди, привлеки на себя всё внимание. Разве это не то, что у тебя получается лучше всего? Привлекать внимание? После шоу мы сделаем так, чтобы они даже не вспомнили, что он там был. Справишься?

Рембрари откинулся на спинку дивана, мягко улыбаясь.

— Это просто.

* * *

Продюсер шоу "Ты — рэпер, я — певец" сразу же дал добро У Ён У, когда парень сказал, что хочет появиться. Дату также можно было организовать так, чтобы она совпадала с датой камбэка "Shea Butter", и, поскольку они возвращались примерно в одно время, продюсер не нашёл это странным.

Однако хореографию пришлось переписывать с нуля. Более того, новая хореография не имела такого эффекта, как предыдущая, что делало Хе Гёля особо угрюмым. Рембрари, не способный угнаться за предыдущей хореографией, также был недоволен новой. Общая сложность была снижена, но в предыдущей хореографии было много сцен, где он медленно отставал, тогда как в новой хореографии такого почти не было.

Даже в этом лихорадочном темпе время шло, и день записи наконец настал. Поскольку время и дата были назначены заранее, участники проснулись немного раньше обычного и сели в машину. Однако, чтобы максимально сосредоточиться на записи, они использовали минимум макияжа, а их наряды были аккуратными, но удобными.

— Хореография оказалась слабее, чем ожидалось, так что вам нужно сосредоточиться на песне, — придирался Чон У в машине.

Хе Гёль, всё ещё угрюмый из-за утечки хореографии, немного успокоился, но ответил грустно:

— Хорошо, хён.

— Может, съедим сырое яйцо перед записью?

— О, тогда у меня горло ещё сильнее заболит, так что не надо.

Пока они обменивались лёгкими фразами, машина подъехала к студии.

Пока Са Гам Джэ парковал машину, Чон У собрал ребят и направился в забронированную студию звукозаписи. Композитор уже был там.

Спев песню ещё раз перед ним, "Wild Animal" проверили все оставшиеся детали, затем по порядку должны были зайти в кабинку и начать запись. Тэин записывал свою партию, а Рембрари сидел в кресле в главной комнате и ждал.

Его телефон, стоявший на беззвучном режиме, громко завибрировал. Возможно, думая, что он мешает, композитор молча бросил на парня раздражённый взгляд.

Рембрари вытащил телефон. Звонил У Сон У.

"Он неудачно выбрал время".

Рембрари, решив, что ему не нужно отвечать прямо сейчас, отклонил звонок, затем переключил телефон в режим без вибрации и убрал телефон обратно в карман.

* * *

Плавающая надпись "Подключение абонента" исчезла, и автоматически появился главный экран. Человек, державший телефон, тихо вздохнул.

— О нет. Он не отвечает.

Пробормотавший положил телефон на полку рядом и посмотрел вперёд. Перед ним стоял стул, на котором сидел У Сон У. Однако сидел он не как обычно. Толстые верёвки крепко привязывали его тело к стулу.

Более того, его некогда здоровое лицо было покрыто царапинами и синяками, а один из ботинок слетел и катался. У Сон У яростно затрясся всем телом и посмотрел на человека перед собой.

— Что ты, чёрт возьми, делаешь?

Но, вопреки вопросу, У Сон У знал, кто этот человек. Как его зовут, где он работает. Вот почему он не мог поверить.

У Сон У знал, что этому человеку не нужно было делать что-то подобное. Он сплюнул на пол скопившуюся во рту кровь и сердито посмотрел на мужчину. Этот человек, тот, что только что пытался дозвониться по телефону, улыбнулся и спросил:

— Разве вы не близки?

Этим человеком был Шин Чжо Ун.

— Какая разница, близок я с братом или нет? — У Сон У был, что вполне понятно, изумлён.

Шин Чжо Ун, каким он был в его глазах, являлся президентом развлекательного агентства, довольно популярным лицом и именем. В настоящее время он участвовал в шоу вместе с Ён У, приобретая немалую популярность благодаря своему джентльменскому образу.

Лично У Сон У не держал на него зла, даже не имел с ним поверхностных отношений. Однако, как гром среди ясного неба, тот поджидал его, похитил, а затем вырвал из рук телефон, заявив, что хочет проверить, близок ли он с братом.

Ему было трудно понять, что происходит.

— Я же тебя уже спрашивал, не так ли? Ты близок с братом? — снова любезно обратился к нему Шин Чжо Ун и взял телефон с полки.

У Сон У издал глухой смешок. Другой человек ответил на его вопрос, но его ответ не помог ему разобраться в ситуации.

— Мой брат брал у тебя деньги в долг?

Вместо ответа Шин Чжо Ун снова набрал номер У Ён У и показал экран, не нажимая кнопку вызова.

— Видишь?

— …

— Что-то произошло, возможно, он не может ответить. Я позвоню ещё дважды. Если он не ответит оба раза, буду считать, что вы не близки.

Шин Чжо Ун, устанавливая собственную планку, любезно нажал кнопку вызова, не выключая громкую связь. Гудок длился долго, но У Ён У не отвечал.

— Ещё один шанс.

Шин Чжо Ун покачал головой и снова набрал номер У Ён У. И как раз когда он собирался позвонить, У Сон У, не понимая, что происходит, но решив избежать кризиса, крикнул:

— Подожди!

Пальцы Шин Чжо Уна едва замерли, когда он собирался нажать кнопку вызова. Пока он смотрел на пленника, У Сон У, притворившись спокойным, предложил:

— Если он занят и не отвечает, какой смысл ему звонить? Попробуй позже. Если он также не ответит, значит, он не может взять трубку. Подожди несколько часов и перезвони. Это справедливо.

Шин Чжо Ун с готовностью положил телефон У Сон У на полку, достал свой и нажал клавишу быстрого доступа. У Сон У сглотнул, услышав гудок.