Второе свидание

"— Дата: 15 июля. Погода вроде бы ясная, но Хе Гёль говорит, что облачно. Пока я репетировал сценарий, появился Чон У с руками, полными пиццы. Я сделал вид, что не заметил, думая, что он просто даст мне понюхать и уйдёт, но он тут же открыл коробку с пиццей. Он бы так не поступил, правда? Я посмотрел на него в недоумении, и он смиренно признался: "Я принёс её тебе, потому что один из твоих фанатов управляет пиццерией". О Боже! Я возмутился, спрашивая, почему он только сейчас рассказал мне о таком человеке. Он спросил, откуда ему было знать, что у меня есть такая фанатка, если он сам не ведал, что она у меня есть... Это ложь. Это, должно быть, ложь. Чон У уже познакомился с несколькими моими верующими. Он даже разговаривал с Кван У... Погодите. Мне пришло сообщение от Шин Чжо Уна. Он спросил, стану ли я к нему более дружелюбным, чем к Чан Тхэ Ри, если он отправит мне 159 пицц. Он решил сделать только на +1 больше. То, как он это представил, было мелочно и грубо, как рыбья кость. Но я всё равно ответил ему отправить их."

***

"— Дата: 16 июля. Шин Чжо Ун отправил на съёмочную площадку моей дорамы 159 пицц. Я думал, что дистрибуция будет дешёвой, как у мелкой рыбьей кости, но тут появился и фургончик с кофе. Вау. Этот человек... теперь кит!..."

"... Два часа спустя кит написал мне и спросил, как я себя чувствую. Я сказал ему, что чувствую себя так, будто поймал кита, и он спросил, не плохая ли пицца на вкус. Я ответил, что вкусная, и он спросил, почему я чувствую себя так, будто поймал кита. Я ответил: "Потому что я решил, что отныне Шин Чжо Ун будет моим китом". Я честно похвалил его, но он взволнованно спросил, что я имею в виду..."

"... 23:00 ночи. Я вернулся домой. Сейчас я в ванной... и хочу спать. Немного устал. Я всегда уставший в съёмочные дни. О, лидер Чон Со сделал мне томатный сок, я выпил его. Я спросил, может ли "ощущение, будто поймал кита" иметь негативный оттенок. Я, честно говоря, довольно умён, но не особо знаком с этим корейским выражением. Поэтому и спросил, просто чтобы убедиться. Чон Со поджал губы, молча посмотрел на меня, а затем спросил, кому я это сказал. Когда я объяснил ситуацию, он сказал, что "ощущение, будто поймал кита" в данном случае – это ужасная и болезненная потеря. Боже мой! Я что, сказал что-то плохое тому, кто купил мне пиццу и кофе? Я совершенно не хотел говорить ничего плохого Шин Чжо Уну..."

"...В конце концов, я сразу же позвонил Шин Чжо Уну и объяснил всё подробнее. Сказал, что очень бережно отношусь к китам. Через пятнадцать минут продолжу..."

"...Шин Чжо Ун и Чан Тхэ Ри, похоже, часто бывают вместе. В прошлый раз, когда я им писал, они, казалось, были вместе, так что на этот раз они точно вместе. Я убедился в этом, потому что Чан Тхэ Ри позвонила сразу после того, как я закончил разговор с Шин Чжо Уном. Я спросил, не ходили ли они в ресторан без меня, но Чан Тхэ Ри отмахнулась, спросив: "Если Чжо Ун - кит, то кто я?". Я вспомнил, что она купила мне пиццу с креветками, потому ответил: "Креветка?". Но она не захотела быть креветкой. Когда я спросил, чего она хочет, она на мгновение задумалась и ответила: "Гигантский кальмар из морских глубин". Я согласился. Она немного странная."

***

— Ты вёл видеодневник? — спросил Чон Со, заходя на кухню, как раз когда Рембрари вышел из ванной с камерой.

— Ага.

— Ты усердно работаешь.

— Это довольно забавно. Это пробуждает старые воспоминания, — спокойно ответил Рембрари, зевнул и положил камеру на стол.

На самом деле, он делал нечто подобное и раньше: писал дневник, проговаривая слова в воздух. Точнее, это скорее нечто среднее между исповедью и молитвой: войти в пустую комнату и бессвязно рассказать Богу о событиях прошедшего дня. Это была его обязанность с тех пор, как он стал помощником священника, и которую он не пропускал, даже став Первосвященником. Возможно, поэтому Рембрари не испытывал особого дискомфорта от ведения видеодневника.

— Это шоу называется "Течение любви", верно?

— Да.

— Завтра снимают шоу, да?

Рембрари кивнул, достал из холодильника газированную воду с лимоном и выпил.

— А как у тебя дела? Как поживает твоя мама?

— Она взволнована. Давно не могла выходить на улицу. — на обычно бесстрастном лице Чон Со появилась лёгкая улыбка. — Она всегда говорит: „Мир так изменился!“. Похоже, ей нравится всё, что она видит, слышит и переживает.

— Вот это удача.

— Да.

Рембрари зевнул, вылив в мусорное ведро остатки газированной воды, которую не допил. Но хотел ли лидер ему ещё что-то сказать? Чон Со, который обычно ушёл бы по своим делам, не сказав ни слова, сегодня неловко задержался.

— Что случилось? — спросил Рембрари, и Чон Со отодвинул стул от стола и сел со смущённым выражением лица.

— Чон Со. Что случилось? Что-то не так? — серьёзно спросил он, садясь напротив лидера.

Тот несколько раз облизнул губы, но в конце концов не смог ничего сказать, прежде чем выдавить улыбку и закончить разговор.

— Я расскажу тебе позже, когда буду более уверен.

***

На следующий день Рембрари, как и просили, оделся в удобную повседневную одежду и отправился в салон. Его волосы, всегда аккуратно уложенные для роли священника и образа для выступлений, теперь были кудрявыми и пушистыми после утюжка.

— Что это? Я что, в роли овцы?

В итоге его шевелюра напоминала голову овцы, но парикмахер настаивал, что это детская завивка.

— Это же не перманентная завивка? — неуверенно спросил Рембрари, но Чон У извинился, не дав ему возможности расспросить подробнее о причёске.

Сделав лёгкий макияж, он отправился на съёмочную площадку. Чан Тхэ Ри и виджей уже были там, просматривая сценарий.

— Ой, извините меня за каждый раз. Вы всегда приходите первой.

— О, всё в порядке. У меня просто были дела неподалёку, поэтому я пришла пораньше.

— Тем не менее…

— Всё в порядке.

Пока Чан Тхэ Ри и менеджер Чон У кивали друг другу, виджей передал сценарий Ён У.

— Вот. Вам просто нужно его запомнить.

— Хорошо.

— Сегодня вы двое на свидании, и мы разыграем ситуацию, когда позвонит Шин Чжо Ун.

Рембрари развернул сценарий, который передал ему виджей. Возможно, из-за того, что на первых съёмках у него было так много реплик, он перепутал строки. На этот раз было всего две простые фразы.

1. (После того, как Чан Тхэ Ри повесит трубку) Я всё знал и догадывался, но всё равно сложно. Тхэ Ри — единственная, кто рядом со мной. Каждый раз, как это происходит, мне становится одиноко.

2. (Прежде чем расстаться) Пожалуйста, скажи этому человеку...

Пока Рембрари проверял свой сценарий, Чан Тхэ Ри тоже проверила свой. Её сценарий также был очень простым, всего с одной строкой инструкций и одной строкой диалога.

1. (Счастливое выражение лица во время телефонного разговора с Шин Чжо Уном, но также время от времени проверка У Ён У, а затем уверенная улыбка роковой женщины после того, как повесила трубку.)

2. Что тебе во мне понравилось?

Хотя Рембрари и Чан Тхэ Ри не знали этого, более короткие строки были не единственным, что изменилось в этом сценарии. Диалог, который раньше был перестановкой, также был обработан отдельно. Это должно было компенсировать тот факт, что Чан Тхэ Ри и Ён У объединили свои строки в странном порядке, что создало неожиданно кокетливое развлекательное шоу.

Было весело, но основная концепция развлекательного шоу — "течение любви", и эти двое должны были разыграть "двуличие". Виджей перевёл взгляд с Ён У на Чан Тхэ Ри и ободряюще сказал:

— Чан Тхэ Ри, У Ён У, реакция на тизер была просто потрясающей. Команда отреагировала особенно здорово. Режиссёр с нетерпением ждёт вашу работу. Молодцы!

Виджей, сложив руки и сделав ободряющий жест, схватил камеру. Наконец, началась съёмка "второго свидания".

***

На этот раз местом свидания был обычный парк. Рембрари был разочарован, что это не ресторан, но он не мог повлиять на ход свидания. Если бы он снова напевал под нос "Restaurant Restaurant" на свою селфи-камеру, это, возможно, было бы осуществимо, но, к сожалению, он об этом не знал.

В общем, как и планировалось, Ён У встал за зданием, сосчитал до десяти, подбежал к скамейке, где сидела Чан Тхэ Ри, и позвал:

— Госпожа Тхэ Ри!

Чан Тхэ Ри, читавшая книгу стихов, захлопнула её и встала со скамейки. Теперь она была свободна, оставалось только выверять ритм и произносить нужные строчки. Возможно, она привыкла к этому после двух попыток.

Вместо того чтобы стоять неловко, как раньше, Рембрари сам заговорил с Чан Тхэ Ри:

— Сегодня на улице я видел собаку с точно такой же шерстью, как моя голова.

— Правда? Пуделя?

— Я не очень разбираюсь в собачьих кличках.

— Наверное, это был пудель. У них такая милая стрижка. Можно потрогать?

— Да.

Чан Тхэ Ри протянула руку и нежно коснулась кудрявых волос Рембрари, а затем улыбнулась. Благодаря её восхищённому взгляду в глазах Рембрари Чан Тхэ Ри выглядела куда милее пуделя.

После этого они ещё некоторое время прогулялись по парку, обмениваясь лёгкими фразами.

— Спасибо за пиццу, которую прислали мне несколько дней назад.

— Мы пара, так что, конечно, я должна была её прислать.

— Пожалуйста, в следующий раз отправь её в общежитие. Я расстроился, потому что пришлось делился ею с другими.

— Тебе нравится есть в одиночестве?

— До двух человек – нормально.

— Почему двое?

— Я не близок с двумя людьми. Тхэ Ри, у тебя нет коллег, с которыми ты не близка?

— О боже, если кто-то не близок со мной, ему будет трудно оставаться в моей компании.

В этих строках не было ни роковой, скрытной, опасной любви, как в любовном треугольнике, ни уютного, сладкого чувства сахарной ваты между типичными парами.

Виджей вздохнул про себя и взял телефон. Теперь ему предстояло отправить сообщение Шин Чжо Уну, чтобы тот позвонил Чан Тхэ Ри.

У Шин Чжо Уна сегодня не было съёмок, но команда уже получила разрешение записать его голос для этой части. Виджей быстро отправил текст. Примерно через 30 секунд зазвонил телефон Чан Тхэ Ри.

— Минутку.

Чан Тхэ Ри, прочитавшая инструкции по сценарию, ожидала звонка, потому быстро нажала кнопку вызова и поднесла телефон к уху.

— О, это я. — сразу же послышался голос Шин Чжо Уна.

— Боже мой, Чжо Ун.

— Тхэ Ри, здравствуй.

— Как дела? Что ты делаешь?

— Я просто хотел тебя увидеть. Где ты?

— Рядом с офисом.

— Я тоже неподалёку. Может, встретимся прямо сейчас?

— О, не прямо сейчас...

— Почему?

— У меня ещё есть дела.

— Это дело - случайно не встреча с любителем пиццы, а?

— Нет. Я пришла посмотреть на пуделя.

Пока Чан Тхэ Ри и Шин Чжо Ун съёживались от своих заранее приготовленных реплик, Рембрари осматривал парк, ожидая окончания разговора. После этого он мог просто выдать свои заранее приготовленные реплики. Поскольку их нужно было произнести прямо перед прощанием, он не чувствовал никакого давления.

Глядя на беззаботное выражение лица парня, Чон У вздохнул про себя.

"Почему он оглядывается по сторонам, как бродяга, когда его возлюбленная нежно разговаривает с другим мужчиной? Лучше бы он изобразил на лице лёгкую ревность или беспокойство! А он даже свистит пролетающим мимо птицам".

Чон У охватило желание дёрнуть Ён У по губам, пока он свистел. Но это желание быстро улетучилось от того, что произошло дальше. Голуби, клевавшие корм в парке, внезапно одновременно дёрнулись и слетелись прямо к Рембрари.