Тренировочная площадка

На тренировочной площадке позади домика.

Зенре стояла напротив Элии и смотрела то на почти разодранное тренировочное чучело в доспехах, которое уже изрядно отходили деревянными мечами, то на узор шагов, врезавшийся в утрамбованный песчаный грунт.

— ……

Элия подняла на Зенре взгляд — тихий, но полный ожидания, — и, хотя по ней было видно, что ей не терпится заговорить, губы упрямо оставались сомкнутыми.

Увидев это милое выражение, Зенре внутренне довольно улыбнулась, потом откашлялась и заговорила:

— Кхм. Тогда, как я уже сказала, начнём с того, как держать меч. Для начала возьми меч так, как тебе самой удобно.

— Да!

По просьбе Зенре Элия перехватила тренировочный меч и с удивительной лёгкостью встала в боевую стойку.

…О?

Зенре невольно поразилась тому, какую стойку та приняла.

Это… лучше, чем я ожидала.

Наверное, всё дело в том, что она каждый день наблюдала за тренировками Каэля.

Хотя это, должно быть, первый раз, когда Элия действительно держит в руках тренировочный меч и встаёт в стойку, сама по себе её поза выглядела весьма достойно.

Для пятилетнего ребёнка такая цельность стойки казалась почти невероятной.

Разумеется, так как она просто копировала стойку Каэля, некоторые детали ей не подходили — ширина расставленных ног, угол наклона острия меча и прочее, — но всё это были мелочи.

Для Зенре, которая опасалась, что Элия, тренируясь в одиночку, могла нахвататься неправильных привычек, такой результат был более чем удовлетворительным.

Стойке Элии не хватало лишь пары правок, чтобы стать практически эталонной.

— Хм, неплохо. Стойка у тебя куда лучше, чем я думала.

— П-правда?..

Зенре совершенно искренне похвалила стойку, которую Элия выучила, подглядывая за Каэлем.

Не было ни малейшей нужды применять к пятилетнему ребёнку «метод кнута и пряника».

В её возрасте достаточно хвалить за то, что получается хорошо, и мягко указывать лишь на то, что нуждается в исправлении.

— Но есть кое-какие моменты, которые нужно подправить. Я сейчас всё поправлю.

— Да, Учитель!

После короткой похвалы Зенре поправила те несколько бросающихся в глаза детали, чтобы довести стойку до идеала.

— Мм…

Элия тихо застонала от дискомфорта.

И это было естественно: стойку, которой она пользовалась до этого, неожиданно изменили и «зафиксировали».

Но так как эта стойка должна была стать фундаментом, на котором Элия будет расти и дальше, Зенре посмотрела на неё строго и твёрдо сказала:

— С этого момента каждый раз, когда берёшь в руки меч, начинай именно с этой стойки. Если позже ты не сможешь естественно в неё вставать, нормальному фехтованию тебя научить не получится.

— Поняла, Учитель!

— Хорошо. Тогда, начиная с сегодняшнего дня, перед каждой тренировкой ты будешь держать эту стойку по десять минут.

— Д-десять минут…?

Глаза Элии распахнулись.

Мысль о том, что ей придётся стоять в неудобной позе неподвижно целых десять минут, явно шокировала её.

Но поделать было нечего. Время — основной ингредиент, если хочешь, чтобы какое-то движение врезалось в тело.

Если бы Элия была постарше, Зенре заставила бы её стоять по тридцать минут или даже по часу, но для пятилетнего возраста десять минут были уже компромиссом.

— Начнём сейчас. За каждое заметное движение буду добавлять по одной минуте.

— Д-да…!

— Начали!

Как только прозвучала команда, Элия расширила глаза и сосредоточилась на стойке изо всех сил.

Тем временем Зенре стала проводить на песчаном грунте тренировочной площадки линии через каждые пять метров.

Раз уж у юной леди пока почти нет мышц, упражнения с тяжёлым весом ей будут во вред.

С её нынешним телосложением даже простые упражнения вроде приседаний вызвали бы сильную боль в мышцах уже после пары десятков раз.

Да и вообще нет необходимости заставлять её работать с отягощениями, пока тело толком не сформировалось.

То, что было нужно Элии сейчас, — это не накачать по отдельности руки или ноги, а развить всё тело целиком за счёт движений.

Иначе говоря, Зенре собиралась развивать у Элии общий мышечный корсет и выносливость сердца и лёгких с помощью элементарных упражнений с собственным весом — бега, подъёма в горку и прочего.

Если начать постепенную подготовку с такого возраста, то к десяти годам её сила и выносливость будут просто несравнимы с другими детьми.

И к тому времени она уже сможет учиться настоящему фехтованию с деревянным мечом весом в три–четыре килограмма, а не с почти невесомой тренировочной палочкой.

Фехтование Каэля, которое все мечники считали чем-то вроде недосягаемой мечты.

Пять лет…

С одной стороны, это казалось долгим сроком, с другой — он пролетит совсем незаметно.

После войны и до сегодняшнего дня прошло столько же — теперь ещё столько же времени предстояло потратить на то, чтобы вырастить Элию. Это было заданием, которое Зенре выписала себе сама.

Отлично.

Быть наставницей приёмной дочери Каэля куда более осмысленно, чем просто бездельничать в ордене рыцарей, где всё равно особо делать нечего.

Нарисовав все линии для будущих забегов, Зенре поискала подходящий склон для подъёмов и на мгновение вернулась взглядом к Элии.

— Ннн…

Хотя девочка вся покрылась потом, она всё ещё стойко держала позу.

И пусть в руках был всего лишь тренировочный меч, сам факт, что она стояла в неудобной стойке практически без дрожи, заслуживал восхищения.

Терпение у неё отменное.

Обычно детям такого возраста тяжело простоять даже минуту-две, пусть и в удобной позе. А Элия уже больше пяти минут стояла в неудобнейшей стойке.

Мало того, что с одного взгляда на стойку учителя смогла идеально её повторить, так ещё и такое терпение… Похоже, талант у неё куда больше, чем я думала.

Да, судить по менее чем часу занятий было рановато, но Зенре искренне так считала.

В конце концов, наблюдательность и терпение — те качества, которые после определённой точки нельзя «натренировать» одним только трудом.

Особенно в таком возрасте.

Подумав, что талант Элии может быть куда значительнее, чем казалось сначала, Зенре отметила взглядом невысокий холм неподалёку.

Этот склон подойдёт.

Осмотрев ещё пару мест, Зенре вдруг заметила через окно силуэт Каэля на кухне — он был занят готовкой.

Вид того, как он суетится над едой, совсем не вязался с образом, который засел у неё в памяти.

Совсем притупился, да…

Ещё до начала войны, когда он обучал Зенре и остальных учеников, Каэль казался очень острым человеком: подойти к нему неосторожно — и тебя будто бы тут же разрежут пополам.

А сейчас он выглядел как самый обычный отец, который растит ребёнка, — и у Зенре от этого возникал лёгкий диссонанс.

Что, правда, люди так меняются, когда у них появляется ребёнок?

До конца она этого всё ещё не понимала, но, видя вокруг множество подобных примеров, начинала хотя бы немного улавливать это чувство.

Пока Зенре была погружена в такие мысли…

— О чём это ты так задумалась?

— Ык?!

Она невольно вскрикнула, когда Каэль внезапно появился прямо перед ней с подносом, нагруженным угощением.

— К-когда вы успели подойти, учитель?!

И ведь Зенре не то чтобы совсем расслабилась — всё равно держала уши востро. Но Каэль всё равно подошёл, а она даже не заметила.

По сути, он всего лишь тихо приблизился, но уже одного этого хватило, чтобы показать разницу в их уровне.

— Ты за эти пять лет стала куда сильнее, да?

— Это вы, учитель, почти не растеряли форму. Скорее, даже ещё сильнее стали.

Между Зенре и Каэлем всегда была пропасть, но она не ожидала, что разрыв останется настолько большим, даже после того как сама стала сильнее, чем пять лет назад.

Каэль говорил, будто лишь «держит» свой прежний уровень, но по увеличившимся мышцам и мозолям на руках, твёрдым как камень, было ясно: всё немного не так.

Пусть остроту он и растерял, мастерство его выросло ещё больше, чем раньше.

Видя, как он изменился и как человек, и как мечник, Зенре невольно улыбнулась.

— Может, мне снова к вам в ученицы, учитель, а не Элию учить?

— Хех… опять хитрить взялась. Хочешь учиться — иди к той. Даже если не я, она тебя научит. Среди всех, кто учился у меня фехтованию, лучше неё никого не было.

— Лучше уж совсем ничего не учиться, чем брать уроки у той невоспитанной. Назвать такое великое фехтование скучным и держать меч вторым оружием… Да ни за что.

— Ну да… вы с ней никогда особо не ладили. В любом случае, как тебе Элия? С физподготовкой всё будет в порядке?

Отогнав из головы лицо человека, который промелькнул у неё в мыслях, Зенре повернула голову к тренировочной площадке, отвечая на вопрос Каэля.

— Хаа… ннн…

Элия, тяжело дыша, дотягивала последние минуты, но при этом по-прежнему держала стойку почти без заметной дрожи.

Наблюдая за ней пару мгновений, Зенре кивнула.

— Да. Терпение хорошее, глаз острый. Если сейчас как следует заложим базу по выносливости, то к десяти годам она уже сможет начинать настоящее фехтование… а если пойдёт быстро, то, возможно, и к восьми.

— Хм… Я знал, что терпения у неё много, но что и глаз такой острый — не ожидал.

— Вы разве не заметили? Когда я попросила её встать в стойку, она практически идеально повторила вашу.

— …Правда?

Глаза Каэля расширились — похоже, такого он действительно не ожидал.

В этом взгляде читались не только удивление, но и какие-то смутные опасения.

Но продлилось всё это недолго.

Ненадолго задумавшись, Каэль уверенно кивнул себе самому и произнёс:

— Ну, чего ещё ждать от моей дочери. Даже в фехтовании — гений.

— ……

Одержимый дочерью отец стоял там, вызывая у всех вокруг лишь немой ступор.