Основы фехтования
— …Оп!
Сразу после того, как Каэль ушёл на тренировочную площадку.
Элия, лежавшая на диване, обняв плюшевого мишку, осторожно поднялась.
Если спросить — почему, то ответ был прост: она хотела посмотреть, как тренируется Каэль.
Соскочив с дивана, на котором до этого валялась, Элия подошла к окну, посадила мишку на стул у окна и сама встала на колени ему «на голову».
И тогда — выгляну-ка! — перед ней открылся идеальный вид на тренировочную площадку.
Увидев, как Каэль на просторной площадке начинает тренировку с деревянным мечом, Элия невольно тихо охнула от восхищения.
— Ух ты…
Если не считать младенческого возраста, который она не помнила, то впервые она наблюдала за тренировкой Каэля примерно в три года.
И с тех пор, всякий раз глядя на его тренировки, Элия неизменно испытывала одно и то же чувство.
— Красиво…
Ощущение, что меч Каэля — невероятно красив.
Десятки, сотни, тысячи различных траекторий возникают и исчезают в воздухе вокруг деревянной палки в его руке.
Хотя они не сияли, не были ни тёплыми, ни искристыми, Элия всё равно не могла не думать, что эти линии — прекрасны.
Солдат, чьи способности выше, чем у обычных людей.
Рыцарь, чьи таланты не сравнить с простым солдатом.
И — крошечная горстка по-настоящему сильных, которых нельзя сравнивать даже с такими рыцарями.
Каэль был тем, кто создавал и обучал вот этих самых «единиц» — сильнейших, и сам обладал талантом, превосходившим их.
Именно так и рождалось это фехтование: отточенное и вырезанное на полях битв, где жизнь висела на волоске, созданное человеком с богом дарованным талантом.
И потому, хотя Элия совершенно ничего не понимала в фехтовании, даже она могла ощутить время и усилия, вложенные в эти движения.
Как тут можно не назвать это красивым?
Именно поэтому когда-то Элия уже просила Каэля обучить её фехтованию.
Разумеется, результатом, как и следовало ожидать, было отказ.
Каэль отверг её просьбу, сказав, что она ещё слишком маленькая, и что, когда немного подрастёт, он её обязательно научит.
Даже когда Элия впервые в жизни закатила настоящую истерику со слезами в глазах, ответ не изменился.
Скорее всего, так же было бы и сейчас, в её пять лет, попроси она ещё раз.
Однако в этот раз у Элии был план.
Если один детский каприз не сработал — разве не сработает, если каприз устроит сразу двое?
Тук-тук-тук———
Пока Каэль был полностью погружён в тренировку, у двери домика послышался стук.
[Каэль, ты дома?]
А вслед за стуком прозвучал мягкий женский голос.
Стоило ей услышать этот голос, как Элия слезла с мишки, на котором до этого стояла, и затопала к двери.
— Мама!
Щёлк———!
Распахнув дверь и окликнув маму, которую могла видеть только раз в месяц, Элия увидела женщину с лиловыми волосами и оранжевыми глазами.
Увидев, как Элия сама выбежала встречать её, женщина — Луина — удивлённо вскинула брови, но тут же прижала девочку к себе и подняла на руки.
— Элия? А где Каэль?
— Папа на тренировочной площадке!
— А, значит, тренируется. Я и правда слышала что-то оттуда.
Пока Луина держала её на руках, мир Элии словно поднялся на уровень выше, и лицо Луины оказалось прямо напротив.
Элия обвила руками её шею, чуть улыбнувшись, и вдохнула свежий, естественный запах, исходивший от Луины.
— Хе-хе… От мамы вкусно пахнет.
— Ахах, щекотно же. Ой, Элия…
Луина с лёгким смешком погладила её по спине и поудобнее перехватила девочку.
И, проведя в маминых руках какое-то время, Элия подняла голову, до этого зарытую в волосы Луины, и выпалила:
— Мама! Я хочу учиться фехтованию!
— О, фехтованию?
Раз уж один детский каприз не сработал — взрослый, капризничающий вместе с ней, наверняка поможет.
И единственный взрослый, который идеально подходил под эту детскую логику, была собственная мама Элии — Луина.
Если она вместе с Луиной начнёт упрашивать папу научить её фехтованию, даже у Каэля не останется выхода — только согласиться.
Вот такой идеальный план придумала Элия, вынашивая его целых три дня!
Поэтому, будучи полностью уверенной в своём безупречном плане, она улыбнулась победоносной улыбкой.
— Нет.
Победная улыбка, расплывшаяся по лицу Элии.
И десяти секунд не прошло, как она исчезла.
Поставив Элию на пол, Луина твёрдо ответила:
— Почему, почееему?! Я хочу учиться фехтованию!
— Нет. Если ты начнёшь заниматься фехтованием сейчас, это навредит твоему телу, Элия. Фехтование лучше осваивать, когда немного подрастёшь.
Элия никак не ожидала, что Луина откажет так решительно, и поспешно переспросила, но её ответ мало чем отличался от слов Каэля.
Причина была та же: если она начнёт сейчас, то повредит тело, поэтому учить её нужно, когда она станет постарше.
Но для пятилетней Элии слова про «можно повредить тело» в одно ухо влетели, из другого вылетели.
Всё, что отложилось, — это то, что фехтованию её учить не будут.
От того, что не сработала даже последняя козырная карта, Элия, переполненная отчаянием, бухнулась на пол.
— Ик…
И, хотя плакать она вовсе не собиралась, в больших глазах тут же выступили слёзы.
Впервые в жизни Элия столкнулась с полным крахом всех планов, и слёзы покатились по обычно бесстрастному лицу сами собой — она этого даже не заметила.
— Ик… ик…!
Так как плакать она не планировала, Элия изо всех сил пыталась остановить слёзы, но чем больше старалась, тем сильнее они текли.
И та, кого этот стучащийся в пол слезами плач ошеломил сильнее, чем саму Элию, была стоявшая напротив Луина.
— Э-эй…
Она и подумать не могла, что невозможность учиться фехтованию доведёт Элию до слёз, оттого и растерялась.
К тому же за все пять лет, что она навещала домик, Луина ни разу не видела, чтобы Элия плакала, и теперь тем более не знала, что делать.
Кто бы вообще мог представить, что Элия, которая едва-едва иногда улыбалась и почти никогда не показывала эмоций, заплачет так горько?
Неужели ей настолько сильно хочется заниматься фехтованием?
Эта мысль на секунду промелькнула в её голове, но сейчас было не до размышлений.
— Э-Элия? Прости! Только сначала успокойся… и мы потихоньку…
— Уа-а-а-а…!
Пытаясь как-то остановить слёзы, Луина говорила торопливо и мягко, но поток от этого лишь усилился, показывая, что останавливаться он не собирается.
На миг Луина даже подумывала соврать, что будет её учить, но затем резко оборвала эту мысль.
«Если она в таком возрасте начнёт заниматься фехтованием, тело точно пострадает…»
Элии всего пять.
Пятилетний ребёнок, у которого ещё не выпали молочные зубы, а кости толком не окрепли.
Если в таком возрасте начать учить её фехтованию уровня Каэля, пострадают не только мышцы, но и неокрепший костяк.
Так что сказать «ладно, я тебя научу», зная, что на самом деле заниматься нельзя, она просто не могла.
Иначе сейчас, может, она и перестанет плакать, но потом эти слёзы вернутся — только уже в ещё большем количестве.
«Что же делать…»
И вот, пока Луина лихорадочно думала, что можно сделать хотя бы сейчас, голова у неё заработала с такой скоростью, что, казалось, не вращалась так быстро даже перед сильными врагами на поле боя.
Она отчаянно крутила мысленную «шестерёнку», пока наконец не выжала хоть какое-то решение — слова, которые сорвались с её губ и стали для неё последним, компромиссным выходом.
— Т-тогда… может, наша Элия пока будет учиться… основам фехтования?
— …Правда?
Физическая подготовка под вывеской «основы фехтования».
Это был максимум компромисса, на который Луина могла пойти, чтобы остановить слёзы Элии.
Когда я закончил тренировку, меня встретила Луина, которая почему-то топталась перед тренировочной площадкой и выглядела заметно нервной.
Стоило мне спросить, в чём дело, как в ответ я услышал краткий пересказ только что произошедшего.
— …Вот так всё и вышло, Каэль.
— Ситуация… не из простых.
Несколько лет она донимала меня просьбами научить её фехтованию, и вот, похоже, теперь добралась и до Луины, решив попросить помощи.
Разумеется, Луина эту просьбу отклонила, и Элия, не ожидая отказа, разрыдалась.
От неожиданности Луина пообещала, что будет учить её основам фехтования.
В итоге сейчас я через окно видел, как Элия внутри домика радостно скачет туда-сюда.
— П-прости… Каэль.
— Да ладно, за что тут извиняться. Я бы и сам растерялся, если бы Элия так разрыдалась.
До этого я почти не видел слёз Элии. Вернее, ни разу не видел, чтобы она по-настоящему рыдала.
Так что, заголосив она подобным образом передо мной, я бы, вероятно, повёл себя точно так же.
Растерялся бы и начал говорить всё подряд, лишь бы только остановить её плач.
Я отмахнулся от извинений Луины и тихо вздохнул.
— Но основная подготовка…
— Если это просто физические упражнения, то при нынешнем возрасте Элии вреда не будет, верно? Мы можем заказать отдельно лёгкий деревянный меч.
— Ну да… в таком случае проблем не должно быть.
Хотя Луина и растерялась, она ведь не просто так упомянула тренировку по основам фехтования.
Суть её «основ» была именно в физической подготовке.
Но, поскольку Элия устроит второй раунд истерики, если в занятиях не будет меча, и будет утверждать, что это тогда вовсе и не фехтование, план Луины состоял в том, чтобы сделать для неё почти невесомый учебный меч и под этой вывеской проводить физические упражнения.
— Хм. Вообще-то идея неплохая…
И правда, начинать физподготовку сейчас было не так уж плохо.
До этого я даже не задумывался об этом, потому что не хотел заставлять Элию рано проходить через тяжёлые нагрузки, но если желание заниматься фехтованием у неё настолько сильное, то, пожалуй, будет нормально — ограничиться базовыми стойками и физподготовкой.
Однако тут возникла одна серьёзная проблема.
— …Я же не знаю, как правильно ставить кому-то физическую подготовку.
Проблема была в том, что я понятия не имел, как кого-то тренировать физически.
А причина проста — той силой, которой я обладаю сейчас, я владел уже в момент, когда только попал на этот континент.
Пускай теперь я и научился контролировать её самостоятельно, но я не пришёл к этой мощи путём постепенных тренировок с нуля.
Поэтому, когда я тренировал учеников, я не давал им систематической физподготовки, а просто максимально эффективно обучал тому фехтованию, которое знал сам.
В процессе те, кто физически не тянул эту тренировку, отсевались сами собой, и до конца доходили только те, у кого уже была достаточная база.
Так было с моими учениками.
Так что специализированных знаний о физподготовке для Элии у меня не было.
А лепить кривой план тренировок я не мог.
Раз уж ей учиться, то учиться нужно правильно, по уму. С такой мыслью я почесал затылок.
— Луина…?
— Я не могу часто сюда приезжать, так что будет сложно.
Луина занимала важный пост в своей эльфийской деревне, и с конца войны её всё время дёргали в разные важные дела.
Даже сейчас она едва выкраивала возможность приезжать раз в месяц, так что просить её ещё и вести систематическую физподготовку Элии было бы просто нереально.
Тогда кому поручить физические тренировки Элии, раз уж дано обещание?
Я ненадолго задумался.
И в конце этих размышлений мне вспомнился один человек.
— …Ну, она ведь время от времени пишет, что можно к ней обратиться, если понадобится помощь. Значит, будет не страшно?
— Э? О ком ты?
Луина непонимающе склонила голову на мой шёпот.
Вместо ответа я достал из мешочка на поясе коммуникационный кристалл.
Коммуникационный шар, который Башня магов начала производить и массово выпускать десять лет назад — благодаря одной гениальной идее, — и который теперь распространился по всему континенту.
Стоило мне влить в него ману, как она, словно чернила в воде, разлилась внутри прозрачного шара.
Теперь, если произнести имя того, с кем я хочу связаться, шар сам подключится к зарегистрированному у него парному кристаллу.
Я тихо произнёс имя, которое давно не называл.
— Зенре Хайд.
Командир рыцарей королевства Шардена, что стоит во главе множества городов, и грозный полководец, прославившийся на передовой.
Заодно — гений, который в рекордно раннем возрасте достиг ранга Мастера меча, и объект восхищения для многих — благодаря и мастерству в бою, и выдающейся красоте.
Имя моей третьей ученицы.
Я мягко позвал её по имени.