Искушение

Арад Ринг Шарден.

Король, правивший королевством во время Войны людей и демонов, тот, кто пережил её и сумел заново поднять страну на ноги. Монарх, которого хвалили как величайшего в истории.

Он старел.

Время течёт беспристрастно и одинаково для всех, кто остаётся человеком.

И король, сжёгший свою молодость ради королевства, теперь передал трон сыну и доживал век в особняке на окраине столицы.

По правилам бывший король должен был до самой смерти жить в отдельном дворце на территории королевского замка, но реальность редко следовала этому принципу.

В конце концов, проведя всю жизнь, глядя на одни и те же дворцовые стены, какому королю захочется любоваться тем же видом даже после отречения?

Так что большую часть оставшихся лет почти все короли проводили в загородных владениях, заранее приготовленных для старости. Арад не стал исключением.

Угроза убийства никуда не исчезла, поэтому рыцари и солдаты по-прежнему несли охрану, но по сравнению с прежними временами их численность сильно сократилась.

— Фу-у… чай сегодня хорош.

Ощущая, как лёгкие наполняются воздухом вместе с обретённой после отречения свободой, Арад отпил ещё глоток и поставил чашку, наслаждаясь расслабленной атмосферой.

— Теперь понимаю, почему у Каэла была такая счастливая физиономия после выхода в отставку.

Арад наконец осознал, почему выражение лица Каэла, когда они снова встретились уже после его ухода с поста капитана королевской гвардии, так отличалось от того, что он видел в те годы.

— Воздух всегда был таким чистым, а небо — таким ярким?

Вдыхаемый воздух был настолько свежим, что казалось, сам промывает лёгкие, а небо над головой сияло ослепительной синевой, с мягкими облаками и тёплым солнцем.

И воздух, и небо были теми же самыми, что он видел каждый день во время правления. Но если спросить, казались ли они тогда такими же, он бы определённо ответил — нет.

Будь сейчас рядом любимая, как у Каэла, да ещё обожаемые дети — было бы и вовсе идеально.

— Не иметь любимой… хех, тут уже немного обидно.

К несчастью, жена Арада давно ушла из жизни, не выдержав натиска старости.

Сам Арад дожил до этих лет лишь потому, что его тело и мана были закалены, а значит и жизнь — продлена.

Но жена с самого начала была хрупкой, да ещё и маной не занималась, так что вскоре после рождения детей её не стало.

— Хорошо бы, если бы она могла пить этот чай вместе со мной…

С тех пор прошло так много времени, что слёзы уже не приходили, но сердце всё равно сжималось.

Стоило вспомнить её — и Арад вновь ощущал жестокость времени, тихо выдыхая.

К ушедшей жене добавлялось и то, что один сын был занят королевскими делами, а остальные дети разбрелись по своим делам, наведываясь в дом от силы раз или два в год.

Поистине одинокие дни старости.

— Ну… несмотря ни на что, я счастлив.

Если станет совсем уж тоскливо — можно в любой момент позвать детей к себе или самому заглянуть во дворец.

Во всяком случае, такими уж неблагодарными, чтобы игнорировать его слова, его дети не были.

Так что Арад мог вполне честно сказать, что сейчас счастлив.

Как можно не радоваться свободному времени, когда все обязанности уже выполнены?

— …Хм?

Как обычно, неспешно наслаждаясь дневным отдыхом…

Вжуууух───

Он резко выпрямился в кресле, когда прямо перед ним вспыхнула и начала формироваться фигура из маны.

По желанию Арада рыцари и солдаты охраняли только внешний периметр особняка — во внутреннем саду, где он сейчас сидел, кроме него не было никого.

Слуги находились внутри дома, но в те часы, когда Арад отдыхал в саду, даже они знали, что лучше сюда не показываться.

Так что, когда перед ним возник неведомый магический силуэт, Арад поднял руку к шару связи, максимально напрягшись.

И в этот момент окончательно сформировавшийся образ заговорил:

— Ах, не стоит так настораживаться.

Сгусток маны принял облик красивого молодого человека с тёмно-синими волосами.

Сказав, что опасаться нечего, он продолжил:

— Моё имя Чейн. Сейчас меня знают как главу, правящего Подземьем. То, что вы видите, — всего лишь заклинание иллюзии. Не окажете ли вы мне честь короткой беседы, бывший король Арад?

— Хм-м… За всю свою жизнь я ещё ни разу не слышал, чтобы тот, кто правит Подземьем, говорил, что опасаться его не нужно.

— Ну, я ведь первый в истории, кому удалось подчинить себе Подземье. Нет ничего удивительного, что вы подобного ещё не слышали.

— Ха! Настолько нелепо, что хочется только рассмеяться.

Арад расхохотался в ответ на слова Чейна, сказанные с лучезарной улыбкой.

Чтобы доказать свою безвредность, Чейн провёл рукой прямо через стену за своей спиной и помахал.

— Как видите, будучи лишь созданием иллюзии, я не способен ни к какой физической силе. Я даже магию использовать не могу. Можете считать этот образ просто говорящей куклой.

— Похоже на правду. Несмотря на возраст, в магии я разбираюсь неплохо.

Арад был весьма сведущ в магии — настолько, что его вполне можно было бы назвать полноценным магом.

В отличие от Каэла, который по странной причине никак не мог освоить ни одного заклинания.

И как человек, кое-что понимающий в магии, Арад ясно видел: этот Чейн перед ним не в состоянии причинить ему вред.

Мана может обманывать, но магия — нет.

— Но с чего бы мне заводить с тобой разговор? С какой стати бывшему королю беседовать с подозрительной личностью… нет, даже не подозрительной, а крайне опасной, которая вдруг решила явиться к нему вот так, без спроса?

Даже если Чейн не мог его тронуть, Арад всё равно не находил ни одной причины вести с ним разговор.

Ну правда, какой смысл говорить с повелителем Подземья, явившимся так нагло?

На вопрос Арада Чейн ответил мягкой, глубокой улыбкой:

— Разумеется. А если я скажу, что держу в руках ключ от вечной жизни… тогда у вас появится желание поговорить со мной?

— …Вечной жизни?

Вечная жизнь.

Словосочетание, достойное разве что сказок. Но, прозвучавшее не из уст какого-нибудь уличного проходимца, а из уст правителя Подземья, оно воспринималось совсем иначе.

Честно говоря, в ту же секунду, как прозвучали эти слова, интерес Арада тут же зашевелился.

А раз его безопасность была гарантирована, и в размеренную старческую жизнь внезапно ворвалось столь необычное событие…

Не заинтересоваться было бы попросту невозможно. Арад лёгким постукиванием пальцев по столу поднёс к губам шар связи.

Пик───

— Начальник охраны, ты меня слышишь?

[Слышу, господин Арад.]

— С этого момента никого не впускай в сад особняка. И ещё: выведи на улицу всех слуг, которые сейчас внутри.

[…Понял. Будет исполнено.]

В ответе послышалась короткая пауза, полная непонимания, но вскоре начальник охраны подтвердил приказ и отключился.

Опустив шар, Арад повернулся к Чейну, который всё так же смотрел на него с вежливой улыбкой.

— Ну что ж. Посмотрим, насколько занятная у тебя история. Как раз скучать начал.

— Благодарю вас, бывший король. Не пожалеете, что согласились.

Чейн почтительно поклонился, приняв разрешение Арада.

Затем извлёк из-за пазухи флакон с фиолетовой жидкостью и начал своё представление:

— Для начала лучше показать, а потом уже говорить. Вот, это моё творение, плод десятилетий исследований. Эликсир вечной жизни.

— Ох… эликсир вечной жизни…

Жидкость внутри напоминала яд — настолько зловещим был её цвет.

Однако отрицать тот факт, что из флакона шла поистине невероятной силы мана, было невозможно.

Заинтересованный тоном Чейна, в котором явно слышалась уверенность, Арад жестом предложил ему продолжать.

— Вам случалось тосковать по прошлому? Всё ещё дорожить славой своей молодости?

— Привязанность к былому, значит…

— А что насчёт смерти? Время течёт одинаково для всех людей на этом континенте. Когда оно подходит к концу, такие смертные, как мы, неизбежно сталкиваются со смертью. Вам не страшно?

— …Страшно. Очень страшно. Есть ли вообще на свете человек, который не боится смерти?

В памяти невольно мелькнул один образ.

Всего один мечник, оставивший ему бесчисленные уроки, всплыл перед глазами Арада.

Но если не считать его, все остальные люди наверняка испытывали бы один и тот же страх.

Перед той самой смертью, что рано или поздно придёт.

Перед смертью, которая смоет целую жизнь, как прилив смывает песчаный замок.

Выслушав признание Арада, Чейн снова слегка встряхнул флакон и сказал:

— Если вы выпьете это, вы обретёте многое.

— Например?

— Молодость, украденную временем, тело, которое не способна убить ни одна рана, и даже ту самую жизнь, что время должно было у вас забрать.

— Хм… выходит, это уже не эликсир вечной жизни, а эликсир настоящего бессмертия.

— Ну… при желании вы всегда сможете умереть. Но если жить захочется — сможете жить вечно. Так что вы не так уж и неправы.

На слова Арада о том, что это скорее эликсир бессмертия, Чейн на секунду задумчиво потрогал подбородок и дал расплывчатое согласие.

Затем, держа флакон, он медленно приблизился, остановился в нескольких шагах и слегка склонился вперёд.

— Как бы то ни было, теперь, когда я объяснил, что это за зелье, позвольте перейти к предложению.

И словами, прозвучавшими вслед за этим полупоклоном, стали:

— Если вы одолжите нам свою силу…

Сладкий шёпот искушения, достойный демона или дьявола.

— Я с радостью отдам вам этот эликсир вечной жизни.

Слова сладкие, как мёд, слетели с его губ — такие, от которых обычный человек не смог бы отказаться, даже прекрасно понимая, что это ловушка.