Жизнь продлена, пора вести Кинодиву в ресторан!
Читка сценария завершилась в атмосфере, которая лишь на поверхности казалась гармоничной и профессиональной, но на деле буквально бурлила скрытыми течениями и негласной борьбой за внимание.
Цзян Цы на протяжении всего двухчасового собрания вел себя как истинный «холодный небожитель», запертый в ледяной башне собственного достоинства. Он раскрывал рот только тогда, когда того требовали рабочие вопросы, и каждое его слово было взвешенным и лаконичным. И дело было вовсе не в том, что он хотел порисоваться перед руководством «Дэйлайт». Просто он всерьез опасался: стоит ему заговорить чуть больше положенного или хотя бы на секунду выйти из образа, и он не удержится от того, чтобы едко и во всеуслышание прокомментировать поведение сидящей рядом «начинающей рыболовки» Цяо Синьжань.
Эта сестрица за время читки «случайно» задела его локтем, коленом или плечом как минимум восемь раз. При этом она умудрялась сохранять выражение лица невинного младенца, хлопала своими огромными глазами, подведенными в стиле Кардашьян, и успела задать ему добрую дюжину вопросов о «глубинной связи мастера и ученицы» и «эмоциональном резонансе душ».
Её игра была настолько естественной, плавной и лишенной фальши, что, не будь у Цзян Цы в мозгу «Сканера игроков», который каждые пять минут выдавал красное предупреждение, он бы и впрямь поверил, что перед ним — невероятно прилежная и талантливая актриса, дотошно изучающая сценарий до каждой запятой. Но система не умолкала, услужливо подсвечивая каждую её манипуляцию.
Как только режиссер объявил об окончании встречи, Цзян Цы первым делом ускользнул из зала, ловко лавируя между сотрудниками и используя излюбленный предлог: «Мне нужно срочно уединиться, чтобы окончательно переварить этот сложный образ». На самом деле он просто побоялся, что если останется ещё хоть на пять минут в компании Цяо Синьжань, то его внутренний циник победит, и он выдаст что-то вроде: «Красавица, а сколько вообще рыбы в твоем пруду и не тесно ли им там?»
/-/
Вернувшись в свою скромную, порядком запущенную съемную квартиру, Цзян Цы буквально рухнул на диван, даже не снимая кроссовок. От кастинга до подписания контракта, а затем и изматывающей читки — его нервы весь день были натянуты, как струны скрипки перед финальным аккордом. Но, несмотря на дикую, свинцовую усталость, в душе у него впервые за долгое время воцарилось небывалое чувство защищенности.
Он с предвкушением вызвал системную панель:
[Хозяин: Цзян Цы]
[Баланс Очков Разбитого Сердца: 545]
[Текущий запас жизни: 86 дней]
«Твою же мать! Восемьдесят шесть дней!»
Цзян Цы уставился на цифру «86», чувствуя, как внутри всё ликует и поет. Почти три месяца! Это был самый большой «кредит жизни», который он когда-либо имел с тех пор, как его насильно привязали к этой бессердечной, высасывающей эмоции системе. Он в восторге подскочил и сделал несколько кругов по комнате, прежде чем его пульс окончательно пришел в норму.
/-/
Немного успокоившись, он достал телефон и немедленно набрал номер матери. — Алло, мам! Это я!
— Ох, сынок! — из трубки раздался нежный, чуть хрипловатый от усталости голос. — Что случилось? У тебя всё хорошо? Ты сегодня ел? Опять на одних лапшичных брикетах сидишь?
— Поел я, мам, поел, честное слово, — рассмеялся Цзян Цы, чувствуя, как к горлу подкатывает комок теплоты. — У меня отличные новости! Я получил ещё одну новую роль, и на этот раз — действительно стоящую!
— Правда?! — голос матери мгновенно взлетел на несколько октав. — Какую? Тот самый генерал, про которого ты рассказывал?
— Нет, это новый проект, «Бедствие трех жизней», большое фэнтези про бессмертных. Я играю Чу Учэня, одного из значимых героев! Сянься — это сейчас золотая жила, молодежь от такого просто в восторге. Мой персонаж — настоящий красавец и сильнейший «маг»!
Мама была вне себя от радости, но затем осторожно, почти шепотом, боясь задеть его ранимое актерское самолюбие, спросила: — А... за это... хорошо платят, сынок?
Цзян Цы прекрасно знал, почему она спрашивает. После внезапной смерти отца на их семье повисли неподъемные долги, и матери приходилось трудиться на двух работах, экономя на лекарствах и нормальной еде, чтобы просто не пойти по миру.
— Мам, не переживай об этом больше. Гонорар за эту роль — просто космический. Как только на счет упадет первый аванс, я сразу переведу его тебе. Закрой сначала все задолженности по кредитам, а на то, что останется, купи себе нормальное пальто и сходи наконец к врачу. Хватит экономить на своем здоровье, теперь я о тебе позабочусь.
Он подписал контракт категории А, и скоро на его счет должны были поступить первые солидные деньги. Несмотря на то, что Линь Вань великодушно разрешила ему забрать весь гонорар себе, Цзян Цы твердо решил: как только средства поступят, он выделит определенный процент и переведет на счет «Спарк Медиа». Такое благородство босса было авансом, который он обязан был отработать честно.
— Ох, хорошо, хорошо... сынок... — мать на том конце уже плакала от облегчения, не в силах больше вымолвить ни слова. Повесив трубку, Цзян Цы и сам почувствовал, как в глазах подозрительно защипало. Его решимость выжить во что бы то ни стало и вытащить семью из ямы стала тверже гранита.
/-/
Успокоив бурю в душе, он снова открыл WeChat. Долго, почти гипнотически, смотрел на аватарку с безмолвным белым снегом. Су Цинъин была тем единственным человеком, благодаря которому этот шанс вообще материализовался. Такой долг чести нужно было возвращать красиво.
«Но как? Подарок? С её баснословными гонорарами и статусом — какой люксовый бренд она еще не видела в своей гардеробной? Сумка за пятьдесят тысяч? Она на неё даже не посмотрит. Косметика? Глупо. Просто перевести деньги? Пошло и оскорбительно».
После долгих терзаний Цзян Цы пришел к выводу, что самым искренним и классическим жестом будет приглашение на ужин. Хотя здравый смысл подсказывал ему: учитывая её ледяной характер и статус небожительницы шоу-бизнеса, она, скорее всего, проигнорирует его или изящно отшьет. Но не сделать этот жест он не мог. А вдруг в её ледяном сердце найдется место для простого человеческого ужина?
Сжимая телефон, он начал лихорадочно подбирать слова в строке сообщения. «Не слишком восторженно — чтобы не казалось, что я хвостом виляю. Не слишком сухо — чтобы не выглядеть неблагодарным чурбаном».
Спустя десять минут бесконечных правок и удалений он выдал текст, который счел «юридически и этически безупречным»:
Цзян Цы: «Учитель Су, я искренне хочу ещё раз выразить вам свою глубочайшую признательность за помощь. В знак благодарности, не сочтете ли вы за труд принять моё скромное приглашение на ужин? Время и место — полностью на ваше усмотрение. Если ваш график переполнен, я всё пойму и ни в коем случае не буду настаивать. Просто очень хотелось отблагодарить вас лично».
Идеально. Он выразил почтение и предусмотрительно оставил ей «путь к отступлению», чтобы ей не было неловко отказывать. Он нажал «Отправить» и буквально отшвырнул телефон на другой конец дивана, будто тот мог взорваться.
Цзян Цы морально подготовился к вежливому, но холодному отказу. Он даже прокрутил в голове сценарии её ответов: «Не стоит, это был лишь профессиональный интерес». «К сожалению, в ближайшие полгода я занята 24/7». «Я ценю твою вежливость, но давай ограничимся рабочими отношениями».
Он встал, намереваясь принять душ и смыть с себя липкое напряжение этого сумасшедшего дня. Но не успел он коснуться ручки двери, как телефон за спиной коротко и звонко пискнул.
Сердце предательски подскочило к самому горлу. Момент истины. Он медленно, почти на цыпочках, побрел обратно к дивану, чувствуя себя школьником перед оглашением результатов экзамена. Взял гаджет, сделал глубокий вдох и зажег экран.
Там было всего одно слово. Короткое. Лаконичное. Убийственное.
Су Цинъин: «Хорошо».
/-/
«Хорошо?», — Цзян Цы несколько раз моргнул, всерьез подозревая, что у него начались галлюцинации на почве недосыпа. Поднес экран к самому носу. Нет, всё верно. «Хорошо». Даже без точки в конце — чистый, решительный и лаконичный ответ, в её неповторимом стиле.
«Она... она действительно согласилась?! Это же шло вразрез со всеми канонами жанра! По логике вещей, топовая кинодива, известная своей недоступностью, должна была элегантно продинамить новичка! Почему она... просто... взяла и согласилась?»
Может, она увидела во мне «невероятный потенциал» на кастинге и решила провести мастер-класс за тарелкой супа? Или, может, маска ледяной королевы — это лишь образ для прессы?
В голове Цзян Цы воцарился первозданный хаос. Он ещё не успел переварить этот колоссальный шок, как телефон в его руке снова завибрировал. Пришло второе сообщение.