Обратный отсчет — Я заставил «Дьявольского сценариста» рыдать!

Зал прослушивания на роль в S-проекте «Дворцовые интриги» гудел от возбуждения.

Для Цзян Цы этот шум был лишь бессмысленной вибрацией, бьющей по барабанным перепонкам. Все его сознание застыло, прикованное к кроваво-красной отметке в углу зрения. К метке, которая заживо пожирала его жизненные силы.

[Обратный отсчет: 00:03:00]

С каждым ударом сердца тепло уходило из конечностей.

[00:02:58]

— Итак, на сегодня открытый кастинг окончен. Всем спасибо за участие, — прозвучал лишенный эмоций голос сотрудника.

Толпа пришла в движение. «Всё кончено».

Перед глазами Цзян Цы начало темнеть, мир стремительно отдалялся. «Нет. Я не могу сдохнуть вот так!»

Инстинкт выживания оказался сильнее агонии. В глубине его глаз вспыхнуло отчаянное безумие. Вместо того чтобы покорно ждать конца, он решил пойти на пролом. Собрав последние крохи сил, Цзян Цы рванул из угла!

Он расталкивал людей, продираясь сквозь поток идущих навстречу. Под ошеломленными взглядами сотен присутствующих он добежал до судейского стола и закричал во всю мощь легких: — Режиссер! Сценарист! Меня зовут Цзян Цы! Пожалуйста, дайте мне одну минуту!

Зал мгновенно погрузился в тишину. Сотни глаз — изумленных, насмешливых — впились в него.

Цзян Цы тяжело, хрипло дышал. Он выглядел жалко: растрепанные волосы, сбитый воротник, лицо мертвенно-бледное, как у человека на пороге небытия.

В центре судейского стола медленно подняла голову женщина, известная в индустрии как «Дьявол». Золотой сценарист Линь Вань. Железная королева, способная довести инвесторов до сердечного приступа прямо на переговорах.

Она молчала. Её взгляд, пугающе спокойный, изучал его. Этот досмотр едва не раздавил и без того хрупкую душу Цзян Цы.

— Одна минута? — Линь Вань наконец заговорила. Голос был чистым и холодным, каждое слово — как удар льдинки. — С чего ты взял, что твоя минута стоит того, чтобы я её тратила?

«С чего я взял?», — Цзян Цы хотелось рассмеяться, но его губы лишь исказились в гримасе, которая была страшнее любого плача. «Потому что я буквально умираю!».

Но он не мог это произнести. Сил на лишние слова не осталось.

[00:02:28]

«Слова бесполезны. Значит... нужно играть».

Цзян Цы сделал нетвердый шаг вперед, в упор глядя на Линь Вань своим обескровленным лицом. Он ничего не делал. Просто стоял. В его налитых кровью зрачках отражались лампы потолка, словно два угасающих костра.

Это безумное пренебрежение к жизни заставило уходящих людей замереть.

Линь Вань видела больше актеров, чем все присутствующие вместе взятые. Одни рыдали, клянясь в любви к искусству. Другие крутили сальто, демонстрируя таланты. Третьи совали ей под нос семейные древа, намекая на связи.

Но таких, как Цзян Цы, не было. Она безошибочно отличала игру от реальности. Ощущение жизни, выгоревшей дотла, исходившее от этого парня, было слишком настоящим.

Линь Вань едва заметно кивнула. Режиссер рядом молча одобрил её решение.

«Дозволено».

В своей голове Цзян Цы собрал остатки воли в один яростный рык: «Пакет новичка! Использовать!»

[Пакет новичка активирован]

[Карта опыта «Трагический генерал» (одноразовая) использована. Длительность: 2 минуты]

Прозвучал холодный системный сигнал. В следующую секунду по телу разлилась мягкая, но мощная сила. Дрожащие от холода конечности мгновенно согрелись. Чувство слабости отступило.

Цзян Цы не дал им времени опомниться. Он шагнул вперед, выпрямившись как струна, и тяжело рухнул на одно колено.

Он медленно поднял голову. Теперь его лицо не было просто бледным — оно было окутано скорбью человека, чья родина обратилась в руины. Его взгляд изменился. Он смотрел не на Линь Вань, а сквозь нее, видя крушение династии и крах судьбы.

В мире Цзян Цы она больше не была сценаристом. Она была Старшей Принцессой, которую он защищал ценой жизни, чей путь выстилал своей кровью и костями, и с которой теперь должен был навсегда попрощаться...

Его губы шевельнулись, каждое слово обжигало жаром крови и огня: — Ваше Высочество...

— Ваш покорный слуга был верен стране... предан государю... В этой жизни... мне не о чем жалеть.

Он запнулся. Одинокая слеза нежданно скатилась по щеке. — Лишь одно...

— Я задолжал вам целую жизнь в покое. Если есть следующий мир...

Он улыбнулся — улыбкой предельной печали, в которой смешались нежность и всепоглощающее отчаяние. — ... Пусть мы никогда не встретимся вновь.

«Никогда не встретимся вновь». Эти четыре слова звучали как проклятие. Самое мягкое и в то же время самое жестокое проклятие, которое молодой генерал мог оставить любимой женщине, прежде чем обратиться в прах. Новая встреча была бы слишком горькой. Любовь этой жизни выпила всё до капли. В следующей он желал ей лишь мира — без него.

Как «мать» «Дворцовых интриг», Линь Вань вложила душу в образ Молодого Генерала. Несмотря на то, что у этого персонажа была всего одна сцена в финале, именно он должен был стать эмоциональным пиком всей драмы. Она просмотрела сотни кандидатов, но никто не мог передать эту абсолютную решимость, рожденную из запредельной любви и боли.

До этого момента. Этот юноша не играл. Он БЫЛ её генералом! Он сошел прямо со страниц сценария!

Плечи Линь Вань задрожали. Она пыталась сохранить маску «Дьявольского сценариста», но слеза, сорвавшаяся с глаз, выдала её. Эта «железная леди», перед которой трепетала вся индустрия, на глазах у сотен людей закрыла лицо руками.

Из-под ее пальцев вырвался неконтролируемый всхлип.

Весь зал замер в шоке. Линь Вань... плачет? Та самая Линь Вань, которая могла швырнуть контракт в лицо инвестору? Она плакала... из-за пары фраз этого безумца?!

В то же время в голове Цзян Цы зазвучал небесный голос:

[Дзинь! Обнаружен интенсивный всплеск эмоций «Разбитое сердце»!]

[Очки разбитого сердца +15 от «Линь Вань»!]

[Пополнение жизненных сил успешно]

[Цель «Линь Вань» является ключевым создателем сюжета. Эффект удвоен. Начислено дополнительных +15 очков]

[Текущий баланс: 30 очков]

[Поздравляем, Хозяин! Срок жизни продлен на 15 дней]

«Двойной крит?!» Цзян Цы был в восторге. В его поле зрения кровавый таймер внезапно исчез.

Нервы, натянутые до предела, лопнули в ту же секунду, как кризис миновал. Сила карты опыта испарилась, и перед глазами Цзян Цы всё поплыло. Не успев даже сказать «спасибо, сестренка», он рухнул навзничь.

Последним, что он услышал перед тем, как окончательно отключиться, был рев режиссера, в котором смешались дикий восторг и паника: — Быстрее! Врача! Держите его!!! Он и есть мой Генерал!!!