Спасительный круг глубокой ночью!
Читки подошли к концу, и Цзян Цы, к своему глубочайшему, почти физическому сожалению, так и не смог забрать сценарий «Пыли» с собой. Это был лишь ознакомительный образец, выставленный организаторами для привлечения внимания инвесторов, — вещь статусная и неприкосновенная.
Он нехотя положил папку на край стола, чувствуя себя так, словно расстается с близким другом. В его голове уже зрел план: как раздобыть контакты этого мрачного гения-сценариста? Даже если «Пыль» никогда не увидит больших экранов и не получит многомиллионных бюджетов, он был бы счастлив сыграть это на театральных подмостках. Да, в маленьких залах зрителей немного, но Цзян Цы сейчас не мог позволить себе быть привередливым. «Мясо комара — тоже мясо», — философски рассуждал он. Один спектакль — тридцать, пятьдесят, а если повезет, то и все сто Очков Разбитого Сердца. Маленькая победа на пути к бессмертию.
— Всё еще здесь? На что ты так смотришь? — Линь Вань подошла к нему бесшумно, её голос вырвал его из грез о театральных страданиях.
— Сестра Линь Вань, — Цзян Цы обернулся, указывая на черную обложку, которая манила его своей безнадежностью. — Этот сценарий... он просто невероятен. В нем есть душа.
Линь Вань скользнула взглядом по золотистым иероглифам и едва заметно приподняла бровь. В её глазах промелькнуло нечто среднее между уважением и сочувствием. — У тебя острый глаз. Это работа старейшины Мэна — настоящей глыбы, живой легенды театрального мира. Но должна тебя разочаровать: в его пьесы никто в здравом уме не станет инвестировать деньги.
— Но почему? Это же шедевр!
— Слишком горько, Цзян Цы, — отрезала Линь Вань. Её тон был сухим и деловым. — От первой до последней страницы — ни единого просвета, ни одного повода для улыбки. Зритель после такого спектакля уходит в глубочайшую депрессию на две недели. Какой инвестор захочет платить за то, чтобы вгонять аудиторию в такой беспросветный траур? В нашем бизнесе продают надежду или смех, а «Пыль» продает только прах.
Сердце Цзян Цы снова обдало холодом. «Реальность, как обычно, бьет наотмашь». Он послушно последовал за Линь Вань к выходу, лихорадочно пересчитывая в уме свои скудные ресурсы. Баланс очков — 480. Жизни — чуть больше 70 дней. Часики тикают, и этот звук в его ушах становился всё громче.
/-/
Следующие несколько дней превратились для Цзян Цы в настоящий марафон по выживанию. Он буквально прочесывал Хэндянь, заглядывая в каждый подвальный театр и каждую сомнительную студию. Но всё было тщетно: у сложившихся коллективов был свой костяк актеров, а мелкие антрепризы смотрели на него — безвестного новичка — с нескрываемым скепсисом. «Дворцовые интриги» всё еще томились в монтажной, и для мира кино его лица просто не существовало.
Его отшивали вежливо, грубо, а иногда и вовсе игнорировали. И вот, когда отчаяние почти достигло пика, а рука уже тянулась к системному магазину, чтобы купить какой-нибудь «Навык блестящего афериста», его телефон в кармане издал характерный звук. Уведомление в WeChat.
[Неизвестный пользователь хочет добавить вас в друзья]
Цзян Цы нахмурился. На аватарке — безмолвный, ослепительно белый зимний пейзаж, от которого, казалось, веяло морозом прямо сквозь экран. Никнейм предельно лаконичен: «Цинъин».
«Цинъин? Что за фейк?», — Цзян Цы уже был готов нажать на «Отклонить», решив, что это очередные мошенники, обновившие свои скрипты до версии «Я — потерянная звезда, скинь на такси». Но что-то заставило его медлить. Он открыл фото профиля, увеличил его... и его дыхание перехватило. Там, в самом углу заснеженного поля, виднелась крохотная фигурка в объемном пуховике, из-под капюшона которого смотрели знакомые, пронзительно чистые и холодные глаза.
Су Цинъин!
«Твою же мать! Это не учебная тревога!» Сама Кинодива добавляется к нему, вчерашнему студенту, в друзья? «Зачем? Может, она хочет обсудить ту сцену с рыбой? Или её тоже мучает бессонница?»
Дрожащими пальцами Цзян Цы нажал «Принять». Окно чата всплыло мгновенно. Стиль общения Су Цинъин был под стать её экранному образу — ни одного лишнего слова.
Су Цинъин: «Здравствуйте. Это Су Цинъин».
Цзян Цы: «Учитель Су! Здравствуйте! Не ожидал! Это Цзян Цы!»
Он ответил так быстро, что едва не совершил кучу опечаток.
Су Цинъин: «На читках я заметила, что вы долго изучали «Пыль»».
Цзян Цы: «А... это... я просто так, листал от нечего делать, зацепило название».
Отправив это, он мысленно дал себе подзатыльник. ««От нечего делать»? Серьезно, Цзян Цы? Ты только что выставил себя бездельником перед самой влиятельной актрисой года!»
Собеседница замолчала. Прошла минута, вторая. Экран погас, и Цзян Цы уже решил, что разговор окончен, как вдруг телефон снова завибрировал.
Су Цинъин: «Моя компания сейчас запускает крупный проект в жанре сянься. Я подумала... возможно, вам стоит взглянуть на роль Чу Учэня. Это персонаж четвертого плана, но... посмотрите сами».
Цзян Цы чуть не выронил телефон. Сянься-дорама? Личная рекомендация от Су Цинъин? Он заставил себя сделать глубокий вдох. «Спокойно, парень. Главное, чтобы это не был очередной «весельчак-неудачник»».
Цзян Цы: «Учитель Су! Серьезно?! Я даже не знаю, как вас благодарить! Огромное спасибо за шанс!»
Су Цинъин: «Не стоит благодарности. Это просто профессиональный интерес — я считаю, что ваш типаж идеально впишется. Сценарий отправлю на вашу почту. Если персонаж вам близок — свяжитесь со мной».
/-/
Спустя десять минут Цзян Цы уже сидел перед ноутбуком. Письмо пришло мгновенно. Тема: «Бедствие трех жизней». Он открыл прикрепленный файл, и его глаза побежали по строкам описания.
[Досье персонажа: Чу Учэнь (М4)]
Статус: Верховный Владыка Дворца Вечной Жизни, первый среди бессмертных, легендарный «Беспыльный Почтенный», чье имя мир произносит с трепетом и ужасом.
Характер: Ледяное совершенство. Он отстранен от мирской суеты, его одежды всегда чисты, а сердце кажется высеченным из камня. Но за этой маской скрывается величайшая тайна континента и любовь, которая старше многих гор.
История: Пятьсот лет назад его возлюбленная Юнь Си пожертвовала собой, чтобы остановить Хаос. Её душа рассыпалась на мириады осколков. Чу Учэнь, презрев законы Неба, отдал половину своей божественной сути, чтобы собрать крупицу её души и отправить в круг перерождений.
Наши дни: Юнь Си переродилась в теле смертной девушки Су Нянь — чистой, шумной и совершенно не помнящей своего прошлого. Чу Учэнь узнаёт, что ей грозит «Смертельное бедствие». Он спускается в мир смертных, берет её в ученицы и тайно принимает на себя все её удары судьбы. Окружающие видят в нем лишь жестокого учителя, не подозревая, что каждая рана на её теле отражается шрамом на его сердце.
Финал: Чтобы спасти Су Нянь от финального удара Небесной Кары, он заслоняет её собой. Его тело разрушается, он буквально превращается в пепел и звездную пыль на руках у рыдающей героини. И в этот миг, глядя на её отчаяние, он впервые за пятьсот лет улыбается. Улыбается тепло и нежно, произнося свои последние слова.
Цитата: «В этот раз... пришла моя очередь защитить тебя. Не плачь... пыль возвращается к пыли...»
/-/
В съемной комнате Цзян Цы воцарилась такая тишина, что было слышно, как гудит холодильник у соседей. Он сидел неподвижно, уставившись в экран, добрых пять минут.
— Твою же дивизию! — наконец выдохнул он, и этот возглас был полон восторга.
Он подскочил с дивана, едва не опрокинув стол. Его «актерская интуиция» не просто проснулась — она орала благим матом! Что это за роль? Это же концентрат трагедии! Могущественный, прекрасный, непонятый миром герой, который тайно страдает и красиво рассыпается прахом в финале! Да это же просто Клондайк для Очков Разбитого Сердца!
Если он сыграет Чу Учэня, сердца зрительниц превратятся в кашу, которую можно будет разливать по банкам. Цзян Цы уже видел перед собой эти горы очков и бесконечные дни жизни.
Подавляя желание сплясать победный танец, он схватил телефон.
Цзян Цы: «Учитель Су, я прочитал! Это... это именно то, что я искал! Я сделаю всё возможное, чтобы не подвести вас! Я готов к прослушиванию в любое время!»
Ответ пришел почти сразу.
Су Цинъин: «Хм. Не расслабляйтесь. Это проект S-класса, бюджеты огромные. Несмотря на то, что это роль четвертого плана, за неё уже грызутся несколько известных айдолов. Я смогла лишь вписать ваше имя в список на кастинг. Пройдете вы или нет — зависит только от вашего таланта».
Цзян Цы: «Я всё понял! Спасибо ещё раз. Я вырву эту роль зубами!».
Закончив переписку, Цзян Цы немедленно набрал номер своей начальницы — Линь Вань. Ему нужно было срочно сообщить боссу, что у него наклевывается «смертельно прекрасный» контракт.