Секретарь

— Значит, теперь ты работаешь с Саймоном Вейлом? С каких пор?

Чейз не собирался тратить время на пустые любезности. В тот миг, когда дверь туалета закрылась за ними, он сразу перешел к сути.

Лукас не стал отрицать.

— С того раза, когда Рен Мерсер избила тебя почти до смерти. Я пытался вытащить тебя. Перепробовал все. Никто не захотел мне помочь. Тогда меня нашел дядя Саймон. Он сказал, что может тебя спасти.

Вопрос, который Чейз все это время сдерживал, застрял в горле.

— Ты знал, что он за человек, и все равно поверил ему?

— Сначала не верил, — сказал Лукас. — До недавнего времени. Когда Рен переворачивала город вверх дном в поисках тебя, дядя Саймон тоже искал. Он хотел помочь тебе сбежать от нее. Просто… опоздал.

Теперь, когда Чейз наконец стоял перед ним, Лукас хотел только одного: как можно быстрее вытащить его из-под контроля Рен.

— Чейз, эта женщина нехороший человек. Ты должен уйти от нее. Дядя Саймон — единственный, кто может тебе помочь.

Чейз сразу понял, что Саймон уже рассказал Лукасу о настоящей личности Рен. И та версия, в которую Лукас теперь верил, совсем не походила на Рен, которую знал Чейз.

Рен не была хорошим человеком. Но Саймон Вейл тоже не был.

Когда дерутся два хищника, кто-то обязательно истекает кровью. Чейз не хотел, чтобы Лукаса втянули в войну, которая не имела к нему никакого отношения.

— Тебе больше не нужно об этом беспокоиться, — спокойно сказал Чейз. — Я никогда не планировал уходить от Рен. У меня все нормально. Я хотел увидеть тебя, чтобы сказать одну вещь. Саймон Вейл тоже не хороший человек. Не будь настолько глупым, чтобы верить всему, что он говорит.

Лукас уставился на него с недоверием.

Это не походило на Чейза. Два месяца назад тот отчаянно хотел сбежать от Рен. Теперь он звучал как человек, который полностью ее принял.

— Ты вообще знаешь, чем занимается эта женщина? — резко сказал Лукас. — Ее бизнесы пропитаны кровью. Азартные игры, наркотики, оружие. Одному богу известно, сколько людей она убила. Любой, кто связан с ней, может умереть в любой момент.

— А что насчет Саймона Вейла? — Чейз ответил резко, в глазах вспыхнуло раздражение. — Ты знаешь, чем занимается он?

Лукас замолчал.

Чейз ненавидел то, как легко Лукас доверял людям. Он всегда был таким. Точно как тогда, когда Жюльен Морель похвалил боевые навыки Рен, и Лукас мгновенно начал поклоняться ей как божеству.

Таких, как он, было проще всего использовать.

Чейз встретился с ним взглядом.

— Ты когда-нибудь думал об этом? Мы для него чужие. Почему он должен помогать нам? Что у нас есть такого, чтобы стоить его времени? Ты правда думаешь, что такое счастье просто падает с неба?

Лукас сжал кулаки и глубоко вдохнул.

— Мне все равно, кто он, — хрипло сказал он. — Если он может спасти тебя, значит, он хороший человек.

Чейзу почти захотелось ударить его.

— Ты вообще слышишь себя? — резко сказал Чейз. — Кто ты для него? Какая у тебя ценность? Если у него правда есть сила разобраться с Рен, зачем ему вообще нужны мы?

Вопросы следовали один за другим, оставляя Лукаса ошеломленным.

Он никогда об этом не думал. Он пошел за Саймоном только по одной причине. Саймон пообещал, что вытащит Чейза.

Увидев, что Лукас замолчал, Чейз продолжил давить.

— Саймон недавно подходил ко мне. Насколько я понял, он соперник Рен. Он постоянно говорит об оружии, потому что сам хочет долю в этом бизнесе. И Рен не настолько жестока, как ты думаешь. У нее есть свои правила. Может, она не хороший человек, но Саймон Вейл точно хуже.

Лукас открыл рот, затем снова закрыл. Ответа у него не было.

— Раз ты знаешь, что она нехорошая, почему ты просто не…

Прежде чем он успел договорить, телефон Чейза зазвонил.

Чейз тут же поднял палец, показывая Лукасу молчать, и ответил.

— Где ты?

Чейз расслабил брови и смягчил тон.

— В кондитерской. У них сегодня новинка. Я беру немного для тебя. Тут довольно людно, стою в очереди.

— Я уже заказала обед, — сказала Рен. — Поедим вместе.

— Понял, госпожа.

Он завершил звонок и взглянул на время. Он задержался слишком долго. Если не вернется сейчас, Рен начнет задавать вопросы.

— Ты ее слышал, — тихо сказал Чейз. — Она хорошо ко мне относится. Если я уйду от нее, то не найду никого, кто будет относиться ко мне лучше.

Он убрал телефон в карман и добавил:

— Когда вернешься, хорошо подумай. У Саймона Вейла нет силы победить Рен. Если останешься с ним, добром это для тебя не закончится. Можешь мне не верить, но тебе нужно начать думать самому. И последнее. Когда у тебя не останется ценности, никто тебе не поможет.

С этими словами Чейз повернулся и открыл дверь туалета.

Но стоило ему выйти, как Лукас снова заговорил.

— Через неделю будет сделка с оружием. Саймон уже все подготовил. В эти дни не выходи с ней.

Чейз остановился на долю секунды. Он уже понял, какой выбор сделал Лукас.

— Знаю.

Вернувшись в кондитерскую, он увидел, что очередь за новинкой стала еще длиннее. Место было переполнено. Реклама, вкус, новизна. Именно то, что любили молодые покупатели.

Чейз начал тревожиться. Он уже сказал Рен, что принесет кое-что обратно. Если не принесет, она точно заподозрит неладное. Он не боялся того, что она сделает. Просто не хотел терять доверие, которое с таким трудом выстраивал.

В этот момент Майя Коллинз подошла от стойки, с руками, заваленными коробками с выпечкой. Она и так была невысокой. А теперь выглядела так, будто стала ниже еще на несколько сантиметров.

— Тяжело, — пожаловалась она. — Помоги мне донести часть!

Чейз приподнял бровь и небрежно взял у нее из рук коробку с выпечкой.

— Спасибо, — сказал он и уже пошел прочь.

Майя застыла, глядя ему в спину.

Она сейчас правильно увидела?

Ледышка правда украл ее еду?

— Эй! — крикнула она. — Мне самой этого мало! У тебя вообще манеры есть?

—

Чтобы сэкономить время, Чейз вел «Бентли» так, будто тот мог взлететь. В итоге он успел добраться до офиса Рен прямо перед полуднем.

— Госпожа, я купил тебе османтусовые пирожные и булочки с крабовой икрой, — сказал он в тот миг, когда вошел. — Говорят, это фирменные блюда лавки. Попробуй.

Рен закрыла ноутбук и откусила булочку с крабовой икрой, которую он ей протянул.

— Мм. Неплохо.

Чейз внимательно следил за ее выражением. Когда она не упомянула его позднее прибытие, он тихо выдохнул с облегчением.

Похоже, ее слежка за ним и правда ослабла.

Раньше он не мог выйти за дверь без как минимум десяти телохранителей. Потом их стало шесть, затем четыре, потом двое. Теперь он мог выходить один.

Это был хороший знак. Значит, Рен доверяла ему больше и больше не сторожила его так жестко, как раньше.

Обед изначально планировался роскошным. Рен заказала почти десять блюд. К сожалению, машина доставки ресторана сломалась по пути, и еда не приехала вовремя.

Не имея другого выбора, Рен отвела Чейза в столовую для сотрудников.

Пространство было огромным. Оформление простое, но чистое и аккуратное. Чейз впервые оказался там с тех пор, как начал работать в ее компании.

Увидев, что место забито от стены до стены, он искренне удивился.

— Здесь всегда так людно? — спросил он.

Рен шла впереди и небрежно взяла поднос, вложив его ему в руки.

— Столовая на внешнем обслуживании. Она не только для наших сотрудников. Люди из соседних компаний тоже едят здесь. Сейчас обеденный час, так что это нормально.

Чейз осмотрел зал. От такой плотности людей кожа головы слегка онемела.

— Давай возьмем еду и вернемся есть в твой кабинет, — сказал он. — Не думаю, что тут остались свободные места.

— Где угодно подойдет, — легко ответила Рен.

Она не росла избалованной. Бывали времена, когда она выживала, выкапывая остатки из мусорных баков, даже вырывала хлеб у собак, лишь бы остаться живой.

По сравнению с этим нынешняя жизнь казалась почти нереальной.

Она устранила соперников, взяла под контроль семью Мерсер и получила человека, которого хотела держать рядом.

Еда в столовой выглядела неплохо. Чейз выбрал два блюда по вкусу: одно мясное, одно овощное, плюс миску белого риса.

Рен взглянула на его поднос.

— Почему так мало?

— Больше я не съем, — сказал он, ожидая ее. — Тратить еду впустую стыдно.

Рен приподняла бровь.

— Значит, ты говоришь, что мне должно быть стыдно за то, что каждый день я обеспечиваю тебе богатую и питательную еду?

Чейз не испугался. Он правда считал, что домашний повар готовит слишком много. Они никогда не доедали даже половины.

Когда его семья еще была цела, шести блюд на прием пищи было более чем достаточно.

— Я не сказал, что тебе должно быть стыдно, — спокойно ответил он. — Ты сама это придумала. Я говорю, что баланс важнее внешнего вида.

Рен тихо рассмеялась. Он правда становился смелее, уже даже осмеливался дразнить ее прямо в лицо.

Избалованный любовью.

— Ладно, — сказала она. — С этого дня домашние порции сократим наполовину.

Она тоже взяла два блюда, а еще маленькую миску тонкой лапши. По сравнению с сухим рисом она предпочитала лапшу. Желудок у нее был не очень. Тяжелая еда вызывала боль.

— Госпожа Мерсер, секретарь Форд, можете сесть здесь. Мы уже доели.

Неподалеку их окликнула женщина.

Услышав «секретарь Форд», Чейз едва отреагировал. Это была должность, которую назначила ему Рен. Все в компании так его называли.

Это было лучше, чем если бы его называли содержанцем, живущим за ее счет.

Они обернулись. Четыре женщины уже убрали подносы и вытерли стол.

— Спасибо, — вежливо сказал Чейз.

После того как Рен села, он занял место напротив нее.

Почти сразу рядом начался шепот.

— Как думаете, какие отношения у секретаря Форда и госпожи Мерсер? Выглядит… как-то двусмысленно. Она берет его на каждое совещание.

— Начальница и секретарь. Даже если сейчас ничего нет, потом обязательно будет. Мужчины не могут устоять перед соблазном, а женщины — перед очарованием. Так устроен мир.

— Не только совещания. Они каждый день приходят и уходят вместе. Я слышала, он, по сути, ее мальчик на содержании.

— Да ладно. Тогда понятно, почему у них парные серьги. Это явно пара. Она правда его балует.

— Но он такой красивый. Алые губы, белые зубы. Я однажды видела его близко, когда ходила подписывать документы. Кожа безупречная. Мне было слишком неловко спросить, чем он пользуется для ухода. Будь я на ее месте, тоже бы баловала.

— Ты просто любишь красивые лица. Однажды из-за мужчины пострадаешь.

— Но характер у него вроде нормальный. Со всеми вежлив. Ни разу не видела, чтобы он выходил из себя.

— …

Слух у Рен был острым. Она уловила обрывки разговора.

Где есть люди, там есть сплетни. У нее не было терпения обращать на это внимание.

И все же ей было любопытно, как отреагирует Чейз. В конце концов, когда она раньше приходила к нему в университет, он сопротивлялся этому крайне сильно.

Она взяла кусок тушеной рыбы и положила ему на тарелку, нисколько не стараясь избегать внимания.

— Похоже, люди говорят о нас.

Чейзу уже почти не было дела. Слова выходят из чужих ртов. Он что, должен их зашить?

— Любопытство, — легко сказал он. — Работа становится скучной. Людям нужно чем-то себя развлекать. Это нормально.

Рен оценила его ясность. Он не накручивал себя, не притворялся. Видел вещи насквозь.

Умный. И умел избегать вреда.

В тот день после обеда она была не особенно занята. Часть дел закончила заранее, а менее срочные перенесла на следующий день, оставив себе редкое свободное время.

— Я не заключаю убыточных сделок, — сказала Рен, глядя на него. — Если я буду объяснять тебе учебные материалы, как ты собираешься мне отплатить?