Лау Си. Старик, который не боялся огня

Глава 117. Лау Си. Старик, который не боялся огня

Война академий не была похожа на войны прошлого. Она не имела фронта, не имела армий, не имела правил. Это была война слухов, предательств и выжженных деревень. Северные академии наступали медленно, но неумолимо, как ледник. Они не брали города штурмом — они перерезали дороги, уничтожали запасы, сеяли панику. Каждая сожжённая ферма, каждый разрушенный мост, каждый убитый крестьянин работали на них, ослабляя юг.

Фузияси держался. Но цена была высока. Кан Хён считал потери каждый вечер. Студенты, наёмники, простые рыбаки, которые взяли в руки вилы. Их имена заполняли страницу за страницей.

Соль-хви не мог на это смотреть. Он ушёл из города через три дня после боя. Юна — за ним. Хо-сок догнал их на полпути, запыхавшийся, с рюкзаком за плечами.

— Вы не могли подождать? — спросил он, вытирая пот.

— Нет, — ответил Соль-хви.

— Почему?

— Враг знает, где я. Пока я в городе, они будут нападать.

— И что ты предлагаешь? Спрятаться?

— Найти того, кто научит меня контролировать огонь.

— Какой огонь? У тебя нет магии.

— Моя кровь может гореть. Я чувствую.

Хо-сок не стал спорить.

Они шли в горы три дня. Лес был старым, с чёрными стволами и густой кроной, которая не пропускала солнце. Тропа вилась между скал, терялась в расщелинах, снова появлялась. На второй день они наткнулись на беженцев. Люди шли с юга, сожжённые, голодные, с пустыми глазами. Женщины несли детей, мужчины тащили узлы с жалким скарбом.

— Что случилось? — спросила Юна.

— Северные академии, — ответил мужчина с обожжённой рукой. — Они сожгли нашу деревню. Сказали, что мы прячем носителя крови.

— Вы прятали?

— Нет. Но они не поверили.

— Кто был с ними?

— Маги огня. И чёрные люди. В плащах. С амулетами.

— «Кровавый прилив»?

— Не знаю. Но они искали парня с красными глазами.

Соль-хви сжал кулаки. Кровь внутри закипела.

— Это я, — сказал он.

Мужчина посмотрел на него. Долго. Потом сплюнул.

— Ты не виноват. Война.

Он ушёл. Юна взяла Соль-хви за руку.

— Не думай об этом.

— Не могу.

— Думай о Лау Си.

— О нём я тоже думаю.

Они пошли дальше.

На третий день они вышли к ферме. Небольшой участок земли, окружённый скалами. Вместо забора — обгоревшие стволы деревьев. Вместо дома — каменная хижина с плоской крышей. На крыше сидел старик. Сухой, смуглый, с белой бородой, которая свисала до пояса. Глаза — чёрные, без блеска. В руках — посох. Не магический, простой, из обгоревшего дерева.

— Лау Си? — спросил Соль-хви.

— Кто спрашивает? — голос был низким, но твёрдым.

— Ю Соль-хви. Носитель крови.

— Я слышал о тебе. Ты очистил кровь.

— Да.

— Зачем пришёл?

— Научиться.

— Чему?

— Контролировать огонь.

— Ты не маг огня.

— Но моя кровь может гореть.

Лау Си спрыгнул с крыши. Легко, как юноша. Подошёл к Соль-хви, посмотрел ему в глаза.

— Ты боишься, — сказал он.

— Нет.

— Врёшь.

— Вру.

— Хорошо. Бояться — нормально. Бояться — значит жить.

Он повернулся к дому.

— Идите за мной.

Внутри хижина была пустой. Только печь, стол и две скамьи. Лау Си сел на одну из них.

— Садитесь.

Они сели.

— Ты знаешь, почему война академий началась? — спросил старик.

— Ресурсы. Власть. Месть.

— Всё это. Но главное — страх. Север боится, что юг станет сильнее. Юг боится, что север уничтожит их. Архонты боятся потерять власть. Академии боятся, что их поглотят соседи. Люди боятся завтрашнего дня.

— А вы? Чего боитесь вы?

— Я боюсь, что не успею.

— Успеть что?

— Передать тебе то, что знаю.

Соль-хви замолчал.

Лау Си встал, подошёл к печи. Щёлкнул пальцами — внутри вспыхнул огонь.

— Я был магом огня. Сильным. WS-ранг. Меня звали «Пламя пустыни».

— Что случилось?

— Перегрелся. Потерял контроль. Сжёг свою семью.

— И выжили?

— Тело выжило. Душа — нет.

— Зачем вы учите меня?

— Чтобы ты не повторил моих ошибок.

Он сел обратно.

— Огонь — это не магия. Это состояние. Ты должен чувствовать его, как своё тело.

— Как?

— Сначала — боль. Потом — принятие. Потом — контроль.

— Сколько времени это займёт?

— У тебя есть месяц.

— Война не ждёт.

— Война подождёт. А ты — нет.

Старик встал.

— Завтра начнём. Сегодня отдыхайте.

Он вышел из хижины.

Хо-сок посмотрел на Соль-хви.

— Странный старик.

— Мудрый.

— Одно другому не мешает.

Юна взяла Соль-хви за руку.

— Ты справишься.

— Знаю.

— Тогда спи.

— Не могу.

— Я посижу рядом.

Он закрыл глаза. Ночь прошла беспокойно. Соль-хви не спал, сидел на пороге хижины и смотрел на звёзды. Лау Си стоял у обгоревшего забора, вглядываясь в темноту. Глаза его были закрыты, но он будто видел что-то там, в ночи.

— Ты не спишь? — спросил Соль-хви.

— Нет.

— Я тоже.

— Думаешь о прошлом?

— Да.

— О чём?

— О брате. О том, как он учил меня держать меч.

— Меч не главное.

— А что главное?

— Умение прощать.

Соль-хви замолчал.

Лау Си подошёл ближе, сел на соседний камень.

— Расскажешь, как ты получил кровь?

— Моракс предложил. Я согласился.

— Почему?

— Чтобы выжить.

— Чтобы отомстить?

— И это тоже.

— Месть не делает сильнее. Она делает пустее.

— Вы мудрый.

— Я старый.

— Одно другому не мешает.

Лау Си усмехнулся.

— Ты напоминаешь мне моего сына.

— Что с ним случилось?

— Я убил его. Случайно. Во время перегрева.

Соль-хви сжал кулаки.

— Вы не специально.

— Это не оправдание.

— А что оправдание?

— Ничего.

Старик замолчал. Смотрел на небо. Звёзды отражались в его глазах.

— Вы не рассказывали, как научились магии, — сказал Соль-хви.

— В детстве. Я был пастухом. Однажды в степях загорелась трава. Я побежал, споткнулся, упал. И понял, что огонь не жжёт меня.

— И что вы сделали?

— Встал. Пошёл к огню. И сказал: «Ты мой».

— И он послушался?

— Нет. Он обжёг меня. Но я не отступил. Я стоял, пока огонь не стих.

— И с тех пор вы контролируете его?

— С тех пор я учусь. Всю жизнь.

Лау Си поднял руку. На ладони вспыхнул огонь. Маленький, золотой, почти невесомый.

— Это не сила. Это разговор.

— С кем?

— С самим собой.

Он погасил огонь.

— Завтра мы начнём. Но помни: огонь не слушается тех, кто боится.

— Я не боюсь.

— Врёшь.

— Вру.

На рассвете старик разбудил их всех.

— Вставайте. Сегодня вы будете тренироваться.

— Все? — спросил Хо-сок.

— Все. Вы — его команда. Вы должны знать, как он действует.

— А вы?

— А я буду смотреть.

Он повёл их на поляну за домом. Там горел костёр, хотя никто его не разжигал.

— Подойдите. Возьмите по угольку.

Они взяли. Угли были горячими, но не обжигали.

— Что это? — спросила Юна.

— Огонь, который не жжёт. Его создал я. Для вас.

— Зачем?

— Чтобы вы поняли: огонь — это не враг. Это стихия. Как вода, как воздух.

— А земля? — спросил Хо-сок.

— Земля терпит. Огонь нет.

Он подошёл к Соль-хви.

— Ты будешь учиться дышать огнём.

— Как?

— Открой рот. Вдохни.

Соль-хви открыл рот. Вдохнул. Горячий воздух обжёг лёгкие.

— Терпи, — сказал Лау Си.

Соль-хви терпел.

— Выдохни.

Он выдохнул. Изо рта вырвалось пламя. Короткое, слабое, но настоящее.

— Получилось, — сказал он.

— Это только начало.

Они тренировались до вечера. Хо-сок учился контролировать своё тепло, Юна — сочетать лёд с огнём, Соль-хви — дышать пламенем. Лау Си стоял в стороне и смотрел.

— Вы не будете показывать? — спросил Хо-сок.

— Я уже показал. Всё остальное — ваша работа.

К закату они валились с ног. Соль-хви сидел у костра, сжимая в руке уголёк, и слушал, как кровь внутри пульсирует.

— Ты устал? — спросила Юна.

— Устал.

— Это хорошо.

— Почему?

— Усталость — признак роста.

— Или истощения.

— Одно другому не мешает.

Она протянула ему кружку чая.

— Пей.

— Не хочу.

— Пей.

Он взял кружку. Чай был горячим, горьким, с мёдом.

— Ты добавила мёд?

— Да. Ты не любишь горький.

— Откуда знаешь?

— Я всё о тебе знаю.

Ночью Лау Си сидел на крыше, смотрел на звёзды и думал о прошлом.

— Вы не спите? — спросил Соль-хви, поднимаясь по лестнице.

— Нет.

— Я тоже.

— Садись.

Соль-хви сел рядом.

— Расскажите о своей семье.

— Была жена. Сын. Дочь. Все погибли.

— Как вы выжили?

— Я был далеко.

— Вы вернулись?

— На пепелище.

— И что сделали?

— Захотел умереть. Но не смог.

— Почему?

— Огонь не пустил.

Они сидели до рассвета.

На следующий день тренировки продолжились. Соль-хви учился управлять пламенем, выпуская его из рук, из ног, из глаз. Лау Си стоял рядом и поправлял.

— Не напрягайся. Дыши.

— Я дышу.

— Ровнее.

Соль-хви выдохнул. Огонь вырвался из ладоней ровной струёй.

— Хорошо, — сказал Лау Си. — Теперь затуши.

— Как?

— Вдохни.

Соль-хви вдохнул. Огонь погас.

— Ты быстро учишься.

— У меня хороший учитель.

— Учитель — это ты сам.

— А вы кто?

— Наблюдатель.

Они тренировались до тех пор, пока солнце не село.

На третий день Соль-хви проснулся раньше всех. Вышел на поляну, встал в центр.

— Огонь, — сказал он. — Я не боюсь тебя.

Пламя вырвалось из его тела, окружило его, но не жгло. Он стоял в центре огненного кольца и улыбался. Лау Си смотрел из окна.

— Молодец, — сказал он. Никто не услышал. На четвёртый день тренировок Лау Си не вышел к поляне. Соль-хви ждал час, другой, третий. Потом пошёл в хижину.

Старик сидел на скамье, сжимая в руке посох. Лицо его было бледным, глаза закрыты.

— Вы больны? — спросил Соль-хви.

— Нет. Вспоминаю.

— Что?

— Как я оказался здесь.

— Расскажите.

Лау Си открыл глаза. Посмотрел на Соль-хви долгим взглядом.

— Я родился в пустыне. На юге, где земли Киато переходят в пески. Мой отец был кузнецом, мать — травницей. Они не были магами. Они были простыми людьми.

— Как вы научились магии?

— Случайно. Однажды в деревню пришли демоны. Маленькие, W-ранга. Они сожгли дома, убили людей. Я спрятался в печи. Думал, умру. Но печь была горячей. Очень горячей. А я не сгорел.

— И что вы сделали?

— Вылез. Ударил демона. Рукой. Он загорелся.

— Вы убили его?

— Да. Первого. Потом пришли другие. Я убивал, пока не упал.

— Кто вас спас?

— Никто. Я выжил сам.

Лау Си замолчал. Провёл рукой по посоху.

— Потом я искал учителей. Маги не хотели брать меня — я был слишком сильным. Слишком диким.

— И что вы сделали?

— Стал учиться сам. Жёг камни, плавил металл, высушивал реки.

— И стали сильнейшим?

— Стал. Но цена была высока.

— Что вы потеряли?

— Всё.

Он встал, подошёл к окну.

— Сейчас я чувствую угрозу. Она идёт с севера. Не от академий — от того, кто за ними стоит.

— Кто это?

— Не знаю. Но он сильный. Сильнее меня. Сильнее тебя.

— Сильнее Моракса?

— Другой. Не демон. Человек.

— Нейз?

— Возможно.

Лау Си повернулся к Соль-хви.

— Ты должен быть готов.

— Я готов.

— Нет. Ты боишься.

— Боюсь.

— Это хорошо. Бояться — значит жить.

Он вышел из хижины.

Соль-хви остался один.

Кровь внутри пульсировала.

Система высветила: «Интеграция крови: 23%».

Он выключил её.

Через час он вышел на поляну. Лау Си уже стоял в центре, сжимая в руке посох.

— Сегодня мы будем учиться не атаковать. Защищаться.

— Защищаться огнём?

— Огонь — лучшая защита. Если ты сожжёшь врага до того, как он ударит.

— Это не защита.

— Это победа.

Он поднял посох. Из него вырвалось пламя, ударило в землю, оставив воронку.

— Теперь ты.

Соль-хви поднял руки. Пламя вырвалось из ладоней, ударило в сторону леса.

— Слишком широко. Концентрируй.

Соль-хви попробовал снова. Пламя стало уже.

— Хорошо. Теперь бей в цель.

Он указал на дерево. Соль-хви ударил. Дерево загорелось.

— Медленно. Быстрее.

Соль-хви ударил снова. Дерево вспыхнуло мгновенно.

— Молодец.

Они тренировались до вечера.

На закате к ним пришёл Ас-зену. Слепой изгой шёл по тропе, сжимая в руке компас.

— Что случилось? — спросил Соль-хви.

— Враги близко, — ответил Ас-зену.

— Где?

— В горах. За перевалом. Человек с красными глазами.

— Ас-кен?

— Да.

— Сколько с ним?

— Много. Больше, чем в прошлый раз.

Лау Си подошёл к ним.

— Я чувствую его. Он сильный.

— Вы сможете его остановить?

— Не знаю. Но я попробую.

Старик взял посох, пошёл к тропе.

— Я с вами, — сказал Соль-хви.

— Нет. Ты должен остаться.

— Почему?

— Твоё время ещё не пришло.

Лау Си ушёл.

Соль-хви остался на поляне.

Кровь внутри кипела.

Система высветила: «Интеграция крови: 23%».

Он выключил её.

Через час старик вернулся.

— Жив? — спросил Соль-хви.

— Жив.

— А Ас-кен?

— Ушёл.

— Почему?

— Испугался.

— Чего?

— Меня.

Лау Си сел на камень.

— Он вернётся.

— Когда?

— Скоро.

Старик посмотрел на Соль-хви.

— Ты должен быть готов.

— Я готов.

— Нет. Ты боишься.

— Боюсь.

— Это хорошо.

Он замолчал.

Ночь прошла в тревоге.

Соль-хви не спал. Конец сто семнадцатой главы.