Рамен, неуклюжесть и смех до слёз

Глава 82. Рамен, неуклюжесть и смех до слёз

После двух недель тренировок и бесконечных разговоров о войне академий команда получила выходной. Мастер Ли сказал, что если они не отдохнут, то сломаются раньше, чем начнут воевать. Хо-сок воспринял это как приглашение к обжорству. Юна — как возможность выспаться. Хи-сай — как шанс увидеть море хотя бы издалека. До-хван — как время для чтения, но его силком вытащили из библиотеки. Со-ри решила, что ей нужно купить новую повязку — старая истрепалась. Соль-хви просто пошёл за ними, потому что деваться было некуда.

Они спустились на фуникулёре в город Киото-ши. Улицы были узкими, мощёными, с деревянными домами и красными фонарями. Пахло жареным мясом, сладкой выпечкой и чем-то ещё — мокрой травой, потому что ночью прошёл дождь. Солнце только поднималось, и лужи блестели, как зеркала.

— Рынок, — сказал Хи-сай, показывая на площадь впереди. — Там есть всё. Еда, оружие, амулеты, одежда.

— Мне нужна повязка, — сказала Со-ри.

— Мне нужен новый меч, — сказал Хо-сок.

— Тебе нужен контроль, — ответила Юна.

— Одно другому не мешает.

Они пошли на рынок. Люди здоровались с ними. Не отворачивались, не шептались — здоровались. Кто-то узнавал Соль-хви и благодарил за то, что он очистил кровь. Кто-то просто кивал. Дети бегали между ног, кричали, смеялись.

— Странно, — сказал Хо-сок.

— Что? — спросил Соль-хви.

— Нас не боятся.

— Мы больше не изгои.

— Это непривычно.

— Привыкай.

Они нашли лавку с повязками. Со-ри перебрала десяток, пока не выбрала чёрную, шёлковую, с вышитым серебром глазом.

— Красивая, — сказала она.

— Дорогая, — сказала Юна.

— Зато не истреплется.

Она заплатила и надела повязку. Не сняла, просто примерила.

— Идём дальше, — сказала она.

Следующей была лавка с оружием. Хо-сок долго выбирал меч, но в итоге не купил ничего — Кан, кузнец из Альтигиру-Си, сделал для него такой, что рыночные казались игрушками.

— А ты? — спросила Юна у Соль-хви.

— Мне не нужно оружие.

— Руками?

— Руками.

Она покачала головой, но спорить не стала.

К полудню они проголодались. Хо-сок учуял запах рамена за три квартала и пошёл на него, как собака на кость. Лавка была маленькой, с деревянными столиками и табуретками. Хозяин — старик с лысой головой и добрыми глазами — сразу узнал их.

— Вы те самые, — сказал он. — Охотники, которые победили «Кровавый прилив».

— Мы, — ответил Хи-сай.

— Тогда садитесь. Я угощаю.

— Не надо.

— Надо. Вы спасли моего сына. Он работал в порту. Если бы не вы, его бы продали на органы.

Хи-сай хотел возразить, но Хо-сок уже сидел за столиком.

— Рамен, — сказал он. — Большую порцию. И зелёного чая.

Юна заказала овощной бульон. Хи-сай — рыбу. До-хван — тофу. Со-ри — просто чай. Соль-хви ничего не заказал.

— Ты не ешь? — спросил Хо-сок.

— Не хочется.

— Врёшь.

— Вру.

Хозяин принёс еду. Хо-сок втянул лапшу так громко, что все обернулись. Юна поперхнулась чаем. Хи-сай закашлялся. До-хван уронил палочки. Со-ри засмеялась.

— Что? — спросил Хо-сок с набитым ртом.

— Ты ешь, как поросёнок, — сказала Юна.

— Это значит вкусно.

— Это значит грязно.

— Одно другому не мешает.

Она не выдержала и засмеялась. Следом засмеялся Хи-сай. Потом До-хван. Потом Со-ри. Даже Соль-хви улыбнулся.

— Ладно, — сказал он. — Я тоже попробую.

Он заказал рамен. Маленькую порцию. Попробовал. Бульон был горячим, солёным, с привкусом чеснока и чего-то ещё — может, счастья.

— Нормально? — спросил Хо-сок.

— Нормально.

— Врёшь.

— Вкусно.

— Вот так.

Они ели, болтали, смеялись. Хозяин подсел к ним, рассказал, как его сын вернулся из порта и обнял его впервые за десять лет. Как плакал. Как благодарил.

— Вы не представляете, что сделали, — сказал старик.

— Мы просто выжили, — ответил Соль-хви.

— Выживание иногда важнее подвига.

Он ушёл на кухню. Они остались одни.

— Ффухх… как же я устал от счастья, — сказал Хо-сок.

— Ты всегда устаёшь, — ответила Юна.

— Но сегодня особенно.

— Потому что сегодня мы отдыхаем.

— Поэтому.

После рамена они пошли к горам. Не высоким, не опасным — просто холмы, поросшие соснами. Тропа была узкой, с глиной, которая скользила под ногами.

— Кто первый на вершину? — спросил Хо-сок.

— Я, — сказала Юна.

— Спорим?

— На что?

— На чашку чая.

— Идёт.

Они побежали. Юна сразу вырвалась вперёд, но на середине пути поскользнулась на глине и упала в кусты. Хо-сок рассмеялся, споткнулся о корень и полетел следом.

— Вы оба неуклюжие, — сказал Хи-сай, обходя их.

— Неправда, — ответил Хо-сок из кустов.

— Правда, — ответила Юна.

Она встала, отряхнула листья и побежала дальше. Хо-сок — за ней. Хи-сай шёл вперёд, не торопясь. До-хван читал книгу на ходу и чуть не упал в овраг. Со-ри поймала его за капюшон.

— Спасибо, — сказал он.

— Читай под ноги, — ответила она.

— Не умею.

— Учись.

Соль-хви поднимался последним. Не спешил. Смотрел на небо, на горы, на город внизу. Кровь внутри пульсировала тихо. Система высветила: «Интеграция крови: 27%». Он выключил её.

На вершине открылся вид. Академия парила в облаках, город лежал внизу, река блестела на солнце.

— Красиво, — сказала Юна.

— Да, — ответил Соль-хви.

— Жалко, что мы скоро уйдём.

— Не жалко. Мы вернёмся.

— Когда?

— Скоро.

Они сидели на камнях, смотрели на мир и молчали. Ветер трепал волосы. Солнце грело лица.

— Я хочу есть, — сказал Хо-сок.

— Ты только что ел, — сказала Юна.

— Это было три часа назад.

— Ты обжора.

— Я растущий организм.

— Ты стареешь.

— Одно другому не мешает.

Она засмеялась. Соль-хви улыбнулся. Хи-сай покачал головой. Они спустились с гор к закату. Небо было розовым. Город — золотым. Академия — чёрным драконом, который дремал в небе. Конец главы.